Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Жители Северо-Западного округа Москвы против соседства с их домами ночлежки для бродяг


Программу ведет Алексей Кузнецов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Подмосковье Вера Володина.



Алексей Кузнецов: Ночлежке для бродяг в Северо-Западном административном округе выделено отдельно стоящее здание на территории московского района Покровское-Стрешнево. Местные жители выступают против создания этого социального заведения рядом с их домами.



Вера Володина: Социальное учреждение Дом ночного пребывания для бродяг пока и само бездомное. Раньше он находился в Силикатном проезде, по окончании срока аренды договор там не продлили. Пока учреждение работает во временном режиме консультаций и раздачи еды, занимая помещения в жилом доме, а переезду в отдельно стоящее здание сопротивляются жители других домов по Врачебному проезду, где 370 квадратных метров площадей, отведенных под ночлежку, уже облюбовали лица без определенного места жительства. Бродяги – по одному адресу, работники ночлежки – все еще по старому. Специалист по социальной работе Юрий Лапченков понимает, что соседство с бездомными не нравится никому.



Юрий Лапченков: Пусть это у кого-то будет, но только не у меня. С собаками – и то устраивают для них какие-то приюты, а это же люди, надо с ними работать. У народа неправильное представление о бомжах: бомжи – это те, которые у помоек сидят, запачканные. Есть бомжи, у нас, например, которые жили – совершенно внешне не отличаются от нормального человека. Они работают.



Вера Володина: Настоящих бомжей среди клиентов ночлежек не более 10 процентов, а большинство, объясняет Юрий Васильевич, психологически привязаны к мусорным контейнерам и площадкам. В ночлежкам больше тех несчастных, котрорые могут стать настоящими бомжами, если им не помогут выбраться.



Юрий Лапченков: Конфликты семейные. В том числе, приехали, поработали – работодатель обманул, документы отобрал, зарплату не заплатил, уехать не могут. Социализация что предполагает? Кому что нужно. Кто-то, допустим, освободился из тюрьмы, вот ему дается жилье, одежда, питание, и юридическая помощь ему оказывается. Кто-то болен, кому-то надо пенсию восстановить, кому-то паспорт надо сделать. Во-вторых, они будут проходить санобработку. А так ему не нужна эта санобработка, он весь вшивый, заразный, туберкулезный – и ездит в общественном транспорте. А так, хочешь, не хочешь, но прежде чем к нам прийти, они же проходят комиссию, в том числе, флюорографию, и там обнаружилось, что у него открытая форма туберкулеза – и его в 11-ю туберкулезную больницу или куда сочтут нужным. А так он в автобус, в метро запросто входит.



Вера Володина: Но жителей соседних домов такие объяснения, конечно, не успокаивают. В метро и на улицах бродяги все равно есть, считают они, а вот на нашей улице пусть их лучше не будет. Жаль, что ночлежка лишилась прежнего места – между автомойкой и пересыльной тюрьмой, в здании бывшей воинской части, подальше от жилых домов.


XS
SM
MD
LG