Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Cтала ли смена руководства олимпийским строительством предупреждением о возможном срыве Игр в Сочи?



Владимир Кара-Мурза: Сегодня состоялась важная кадровая рокировка. Корпорацию «Олимпстрой» возглавил Виктор Колодяжный, бывший мэр Сочи, он сменил на этом посту ушедшего на пенсию Семена Вайнштока, бывшего главу «Транснефти». Стала ли смена руководства олимпийским строительством сигналом о возможном срыве Олимпиады в Сочи? Об этом говорим с главным редактором журнала «Олимпийская панорама», членом пресс-комиссии МОГ Александром Ратнером. Как вы думаете, стоит ли беспокоиться болельщикам за судьбу игр зимних-2014?



Александр Ратнер: Я думаю, что болельщикам за судьбу игр-2014 беспокоиться стоит, конечно. Но не стоит драматизировать ситуацию. То есть смена одного из руководителей подготовки к олимпийским играм - вещь достаточно распространенная в олимпийском движении. Можно вспомнить, что и последние Афинах меняли председателя оргкомитета несколько раз, и в Турине бесконечно происходила чехарда, менялись одни, другие. Последнего руководителя оргкомитета назначили месяца за три или четыре до игр. То есть как таковое в такой перемени ничего страшного нет, безусловно.



Владимир Кара-Мурза: Тревожит ли вас постоянное увеличение бюджета олимпиады? Не секрет, что Сочи выбрали в Гватемале прежде всего из соображений экономии, а она уже перехлестнула все цифры других заявителей.



Александр Ратнер: Меня лично, безусловно, не беспокоит, потому что это бюджет игр, а не наш собственный бюджет. Опять я с вами не соглашусь, что Сочи выбрали столицей игр из-за небольшого бюджета. Потому что как раз изначально бюджет Сочи был самый большой из тех трех городов-кандидатов, которые остались, то есть Сочи, австрийский Зальцбург и корейский город. Самой большой бюджет был у Сочи и объяснялся он тем, что в Сочи все создается с чистого листа. То есть нет ничего, поэтому все приходится создавать заново. Другое дело, что бюджет вырос, по-моему, даже не в два раза, а больше, но этому тоже, видимо, есть каике-то объективные объяснения.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Константин Затулин, уроженец Сочи, сопредседатель сочинского землячества в Москве, сомневается в искренности сочинских властей.



Константин Затулин: Я не думаю, что сейчас можно быть уверенным в точности интерпретаций, которые сопровождали уход в «Олимпстрой» мэра города Сочи Колодяжного. Нынешняя кубанская администрация поставила и в значительной степени через Колодяжного реализовала свою цель взять в руки контроль не просто над городом, но над наиболее перспективными бизнесами, над земельными отношениями в городе. Вот уже несколько лет фактически от былого сочинского самоуправления не осталось следа. И это, конечно, не Колодяжного заслуга - это заслуга губернатора Ткачева. Ситуация в городе не так благостна, как может иной раз показаться и прежде всего удостоверяют итоги выборов, где Сочи против ожиданий не сильно рвался голосовать за партию власти. Это было прямым следствием того разгула административного стиля, который привел реально в процессе подготовки к олимпиаде к многочисленным злоупотреблениям.



Владимир Кара-Мурза: Почему, по-вашему, со времен первых торжественных реляций из Гватемалы из Сочи приходят только тревожные данные?



Александр Ратнер: Мне кажется, тому есть несколько причин. Я бы реляции не столько тревожными, сколько неоптимистичными назвал. На самом деле мы с тех пор как Сочи выбрали столицей игр 2014 года никакой позитивной информации о том, как идет процесс подготовки к играм, не получили. То есть все, что приходит, то конфликт с «зелеными», то недовольство местного населения, которому никак не определят размеры компенсации за те земли, которые хотя отобрать и так далее. Я думаю, что всему есть свои объяснения, безусловно.



Владимир Кара-Мурза: Обозреватель радио «Эхо Москвы» Юлия Латынина, писатель, обозреватель «Новой газеты» припомнила прошлые заслуги отставника.



Юлия Латынина: Господин Вайншток, его давно хотели снять, потому что он вел себя очень независимо и, понимая, что при такой ситуации скорее всего олимпиада не будет построена. Окажется, что разворуют деньги все, а спишут на него. Господин Вайншток постоянно ставил вопрос ребром, чтобы он имел всю полноту ответственности и соответственно всю полноту власти. Напомню, что Вайншток до этого был главой «Транснефти». В качестве главы «Транснефти» он много чего сделал. В конце концов, Сечин и компания Вайнштока доели, на место Вайнштока стал человек по фамилии Токарев - это бывший сослуживец путина по Дрездену. Путину немедленно доложили, что Вайншток крал из «Транснефти». В такой ситуации понятно, что эта публика не оставляет Вайнштока своим вниманием, снять для нее было, что называется, чекистской чести.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Олега.



Слушатель: Здравствуйте. Сегодня по телевизору я услышал, что господин Вайншток заранее объявил якобы, что по окончанию формирования ядра корпорации он уйдет. Я такого рода практику встречал только в романе Каледина «Смиренное кладбище», когда они пишут заявление с открытой датой своему начальству. Скажите, в высших кругах наших корпоративно-правительственных, там что, полукриминальная система найма практикуется?



Владимир Кара-Мурза: Все помнят, что он торжественно обещал работать до открытия олимпиады в Сочи. Мы проводили передачу, посвященную олимпийским играм.



Александр Ратнер: Я думаю, что ремарка Олега и предыдущий эксперт, оба мнения, безусловно, имеют объективное объяснение, право на существование. Однако, я думаю, истинные причины ухода Семена Вайнштока знает только он сам. Хотя тут причины могут быть разные. Мы можем о них догадываться. Конечно, объяснения, официальная версия, что перед человеком была поставлена задача создать организацию, после этого уйти, она улыбку только вызывает. Трудно представить, что на таком высоком уровне такие серьезные люди, с таким опытом работы, с такими ответственными задачами цель себе поставили создать организацию, после этого уйти. На самом деле, какие причины побудили Семена Вайнштока подать в отставку, знает, видимо, только он. Вместе с тем, конечно, это решение об отставке, кто бы что ни говорил, это ответственное решение. Потому что я пытался узнать точку зрения, и в оргкомитете сочинском было неожиданностью, я беседовал сегодня с президентом олимпийского комитета России Леонидом Васильевичем Тягачевым, хотел узнать, как он оценивает эту отставку. Он, тоже было ясно, что достаточно неожиданное для него решение. Хотя Леонид Васильевич и сказал, что, видимо, судя по тому, как быстро нашли замену и ту кандидатуру Виктора Колодяжного, которого назначили на место Вайнштока, то есть, видимо, увязано и сам Вайншток предложил этого человека, имея в виду, что, безусловно, он в теме, он из Сочи. Но, конечно, вопросов больше, чем ответов. И как дальше будут развиваться эти события, можем только гадать.



Владимир Кара-Мурза: Политолог Станислав Белковский, учредитель Института национальной стратегии, констатирует конфликт между инвесторами.



Станислав Белковский: Сегодняшняя замена Семена Вайнштока пролоббирована группой частных инвесторов олимпийских игр в Сочи во главе с Олегом Дерипаской. Новый глава корпорации «Олимпстрой» Виктор Колодяжный достаточно близок к Олегу Дерипаске, является плодом компромисса между этим крупным бизнесменом и губернатором Краснодарского края Александром Ткачевым. Известно, что Семен Вайншток по всем вопросам занимал достаточно независимую позицию и не был согласен идти на поводу у частных инвесторов, что вызывало у них вполне объяснимое неудовольствие. Кроме того в последние недели было сформировано понимание целого ряда проблем, которые вообще ставят под сомнение проведение олимпиады в Сочи. И сам факт того, что расходы на проведение выросли в три раза, достаточно сказать, что только обеспечение транспортных схем олимпиады потребует около семи миллиардов долларов, стало очевидно, что ряд спортивных объектов не может быть просто построен. Все это накануне визита делегации МОК, который должен проверять первичную готовность точек к олимпийским играм, который состоится на днях, требовал определенных организационных и кадровых решений, демонстрирующих готовность России переходить к решительным действиям и как минимум исправлять свои ошибки.



Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, есть ли что предъявить сочинским властям грядущей комиссии из Международного олимпийского комитета?



Александр Ратнер: Комиссии международного олимпийского комитета будут докладывать не сочинские власти, а будут докладывать все вместе. Я бы при всем обилии мнений, которое сейчас существует и всех очевидных и скрытых проблемах с подготовкой, на самом деле возникает много неожиданных сюрпризов. Только что эксперт говорил, что со строительством оказалось, что почва в Имеретинской долине оказалась не такая, как предполагалось и некоторые объекты, которые предполагалось строить в одном месте, их теперь надо переносить в другое место. Но я бы при всем при том не забывал, что Международный олимпийский комитет, когда принимал решение в Гватемале о том, где проводить игры, когда он сделал выбор в пользу Сочи, он как бы кредит доверия одному конкретному человеку. И все остальные, я думаю, все те люди, которые занимают руководящие посты в различных организациях, связанных с подготовкой игр, не могут это не учитывать. Тем более, что человек остается при власти и тем более этот человек теперь сам практически возглавил процесс подготовки к олимпийским играм. И я думаю, что визит оценочной комиссии, конечно, оргкомитет, корпорация «Олимпстрой», городские власти сейчас с волнением ожидают визита этой комиссии. Ясно, что тот поток не очень позитивной информации, которая все время нам приходит из Сочи в связи с процессом подготовки к играм, он не может радовать Международный олимпийский комитет. То, что какие-то строительные работы может быть идут с задержкой графика - это не новь для олимпийского движения. Мы можем вспомнить и Афины, где строили до последнего дня, и Турин. И даже я сейчас припоминаю Хуан Антнио Самаранча, будучи президентом после одного из заседаний исполкома МОК Афинам показывал желтую карточку и говорил, что если к следующему разу все так же будет, красную покажут. Но вполне очевидно, что отсутствие позитивных новостей из Сочи о том, как идет - это сигнал. И, наверное, тем людям, которые будут докладывать комиссии МОК надо будет убедить их не только в том, что приняли решение, создали корпорацию, создали оргкомитет, приняли олимпийские законы, но представить вполне конкретный план строительных работ, потому что в Международном олимпийском комитете все понимают, что время на строительство осталось очень мало, строить в горах можно только летом.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Владимира.



Слушатель: Здравствуйте. Кто был в Сочи, он знает, там человек на человеке сидит. Там дом на дом, дом в дом, там свободных площадок найти трудно. И начинаются волнения с населением, откупать надо землю, а куда давать переселять - неизвестно. И вот получается такая чехарда, что и президент вмешивался не раз. Но у меня какой вопрос: у нашего президента, я заметил, у него есть одна черта - он вызывает, дает поручение, вроде все правильно, поручения четкие, конкретные. Но у него отсутствует вторая сторона - как спросить за сделанное. Мы не видим, люди не выполняют поручений президента, потому что он не вызывает и не спрашивает, а что же сделано.



Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, согласовано ли с первым лицом государства назначение Виктора Колодяжного главой «Олимпстроя»?



Александр Ратнер: Исходя из того, что «Олимпстрой» - это госкорпорация, и я недавно читал, может быть с самым большим бюджетом из всех госкорпораций, я в общем рискну предположить, что такая отставка и такое назначение не могли не быть согласованным с первым лицом страны.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос гостю Владимира. Будучи кандидатом в президенты, Дмитрий Медведев заявил, что самым большим позором России является то, что многие ветераны Великой отечественной войны до сих пор не имеют благоустроенного жилья. Скоро будет 9 мая, ни копейки из госбюджета на эту программу не выделено. А бюджет олимпийский в Сочи с 6 миллиардов вырос до 30. Считаете ли такое положение нормальным?



Александр Ратнер: Вопрос сложный. Я думаю, что сравнивать одно с другим. Надо, безусловно, помогать ветеранам - это задача государства, это ответственность государства. Что касается бюджета Сочи, то я на протяжении многих лет был рядом с Хуаном Антонио Самаранча, он учил разделять две вещи: одно – это затраты, связанные с проведением соревнований, олимпийский бюджет, а другое - это создание инфраструктуры городской региона и так далее, то есть инвестиции в развитие инфраструктуры. То, что сейчас вырастает, то есть основная часть бюджета, как его люди называют олимпийский - это инвестиции в развитие инфраструктуры. Что они там делают? Строят очистные сооружения, дороги, шоссе и так далее. То есть это не есть затраты на проведение олимпийских игр. Это разные вещи. А то, что бюджет вырос, к несчастью, и в том же Лондоне бюджет вырос больше чем в два раза. То есть в нашей жизни, к несчастью, все дорожает каждый день, и бензин, и нефть, и продукты, и рабочая сила. Конечно, когда все знают, что некий проект и за проектом стоит честное слово президента, проект надо осуществить любой ценой, то ясно, все хотят чего-то от этого получить, зная, что все равно деньги дадут.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Александра.



Слушатель: Здравствуйте. Господин Ратнер, у меня два вопроса. Помните легендарную бабушку из Ставрополья, которая во время телеобщения с президентом просила провести ей воду, через год она опять попала такой же телемост и выяснилось, что несмотря на поручение президента, все наплевали и воду никакую не провели. А второй вопрос у меня такой: в журнале «Родина» за январь и за февраль этого года есть очень интересная статья, называется «Сочи строится дорого, но хорошо». Это про то, как в начале 30 годов строили курорт в Сочи. И там подробно описано, например, как политбюро несколько лет пыталось заставить местных бюрократов очистить вонючий источник, чтобы он не мешал отдыхающим и другие такие же важные поводы. Если при тоталитаризме у политбюро во главе с самим Сталиным требовалось несколько лет, чтобы прошибить местную бюрократию, то что смогут сейчас власти?



Александр Ратнер: Спасибо за оба вопроса. Я, правда, не до конца понял, какая взаимосвязь между бабушкой, водой и подготовкой к олимпийским играм. Но я думаю, что и при советской власти много что было создано, и мы этим пользуемся. И сейчас, когда у нас экономика на абсолютно новых началах и государственный бюджет большой, я думаю, что тем не менее, дорого, очень дорого с большими усилиями, страданиями, но олимпийские игры в Сочи, вся инфраструктура будет построена, лично я в этом не сомневаюсь, игры пройдут.



Владимир Кара-Мурза: Раз вы вспомнили про Самаранча, можно ли утверждать, что советскую экономику подорвала Московская Олимпиада 80 года, после этого как раз начались перебои на местах, карточки и Брежневу осталось два года только жить.



Александр Ратнер: Я думаю, это очень сложная параллель. Я бы считал наоборот, что олимпийские игры в Москве, если откинуть бойкот и так далее олимпийские игры в Москве открыли нам, советским людям глаза на очень многие вещи, которых мы тогда не замечали или считали порядком вещей или не знали. К счастью, многим из того, что было создано Московской Олимпиаде, мы пользуемся до сих пор. Тот же аэропорт Шереметьево-2, хороший, плохой, но его построили под Олимпиаду, тот же спорткомплекс «Олимпийские», многие городские магистрали, телецентр Останкино технически. То есть олимпиада – это, безусловно, стимул, толчок к развитию городской инфраструктуры. И так же это возможность показать всему миру, на что мы способны, и с другой стороны, пригласив мир к себе, почерпнуть лучшее из того, что есть в мире.



Владимир Кара-Мурза: Главный редактор газеты «Россия» Юрий Ковешников не поддерживает кадровую рокировку.



Юрий Ковешников: Выдвигать мэра на такое руководство объектом, который бы имел значение международное и всероссийское как минимум, я бы не стал. Мы единственная газета сразу организовали коррпост «России» в Сочи-14. В этот день в Гватемале проходили выборы, выступил предшественник мэра Воронков и эта заметка называлась «Глумление». Он дал такую оценку действиям нынешней сочинской власти. У нас есть мэры, в частности, Юрий Михайлович Лужков, который дважды боролся сначала за олимпиаду летнюю, потом за первые детские олимпийские игры, хотя он провел блестяще в 98 году первые такие соревнования, которым аналога нет. Но любое строительство все время имеет тройное бюджетирование, потому что многие вещи не учитываются, а чаще всего просто эти деньги разворовываются. Для России это типичная ситуация.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Рязани от радиослушателя Валентина.



Слушатель: Здравствуйте. Я думаю, что Вайншток это правый уклонист от линии нашей единственной, руководящей, направляющей. Место ему, конечно, в Магадане. Вы говорили о том, что меняли ответственных за проведение олимпийских игр в Греции. Интересно, там так же массово нарушали права человека, законодательство об охране природы?



Владимир Кара-Мурза: Были ли у мэрии Афин проблемы с жителями?



Александр Ратнер: Я на этот вопрос сейчас не отвечу, но я предполагаю, что проблема с жителями есть всегда и у всех. Я последнее помню Турин, была такая инвестиционная программа, они планировали построить скоростную железную дорогу от Турина в сторону Франции. Даже государство выделяло на это деньги, но народ вешал транспаранты, зачем надо, там будет шумно, будет трясти, хотя вроде трасса проходила достаточно далеко. То есть проблемы есть всегда, они есть и безотносительно к олимпиаде. Достаточно включить телевизор, в Москве бесконечно точечные застройки и так далее. Как только ущемляются чьи-то интересы, как только люди понимают, что на чем-то можно что-то заработать, то ли внимание общественности, то деньги, то какую-то проблему решить, то тут же возникают недовольные. Хотя проблемы в Сочи объективные, там люди живут и, естественно, государство и местные власти должны найти и президент об этом неоднократно говорил какое-то справедливое решение, как те земли, которые нужны для олимпийского строительства, как их освободить, не нарушая на самом деле законные права тех людей, которые живут сейчас на этих площадях.



Владимир Кара-Мурза: Николай Травкин, бывший народный депутат СССР, бывший депутат Государственной думы, заслуженный строитель России, винит в происходящем бюрократические препоны.



Николай Травкин: Замена произошла, потому что слишком серьезная ситуация с началом строительства, что очень затормозилось. Одна из причин - это пришлый человек на чужой земле, чиновничество краевое, особенно сочинское старалось какие-то либо палки в колеса ставить, либо заставлять учитывать свои интересы. Снос зданий каких-то, выкуп земли, везде нужны постановления мэрии. Поэтому и заменили на мэра, у которого все эти ниточки в руках.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Эмиля Викторовича.



Слушатель: Добрый вечер. Владимир Алексеевич, у меня вопрос к вашему гостю, но сначала немного литературы. У Бертольда Брехта есть такая пьеса «Антигона» - это обработка гениальной трагедии Софокла. Там есть такие строки: на пышный спрос есть признак неблагополучья. Московская олимпиада это явно подтвердила. Так вот вопрос: не получится так же у нас с сочинской олимпиадой, очень я за это боюсь.



Владимир Кара-Мурза: Обычно олимпиада - это признак благополучия страны, хотя стараются ее политизировать, как нынешнюю пекинскую олимпиаду.



Александр Ратнер: Любую тему, любой вопрос можно рассматривать со знаком плюс и со знаком минус. Даже отклики сегодняшних слушателей об отставке господина Вайнштока, мнения самые разные. Поэтому мне кажется, что то, что олимпиада для любой страны - это плюс, это факт общепризнанный. Если бы это не было так, наверное, такого количества стран не претендовало бы на проведение олимпийских игр. Что касается Сочи, я не житель Сочи, жителям Сочи, безусловно, виднее, но я думаю, есть что-то со знаком плюс и со знаком минус. Со знаком плюс – это, безусловно, те огромные деньги, которые должны и госбюджета или от частных инвесторов быть пущены на создание инфраструктуры городской, на строительство новых дорог, на строительство канализации, очистных сооружений, на строительство гостиниц и так далее. Под знаком минус, видимо, и это тоже мировая практика - удорожание жизни. Ясно, что земля дорожает, жизнь дорожает и людям, которые живут в том или ином городе, в данном случае в Сочи, конечно, придется тратить на что-то больше, чем, наверное, они тратили до сих пор. Если кому-то надо купить жилье, наверное, и услуги подорожают. Я последний раз, когда был в Сочи, обратил внимание на то, что бензин в Сочи стоит дороже, чем в Москве. Наверное, он будет стоить еще дороже. С исторической перспективы, конечно, я думаю, это благо.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Владимира, радиослушателя из Новороссийска.



Слушатель: Здравствуйте. Я только что вернулся буквально из Сочи. Город задыхается в автомобильных пробках, средняя скорость движения 6-7 километров. Но это ладно. Народ страшно недоволен. Наверное, не только в Сочи, но всей России. Это просто безумие устройство этой олимпиады. Неужели так важно, кто быстрее пробежит на долю секунды или повесит на шею золотистый кругляшок, когда Россия как после чумы находится. Ведь эти деньги важнее было дать фермерам, в сельское хозяйство пустить.



Владимир Кара-Мурза: Давайте опять вспомним Московскую олимпиаду. Тогда легче ли стало жить в те дни самим москвичам? Тогда еще не было частных квартир, подорожание. Но тем не менее, она не для москвичей все-таки проводилась.



Александр Ратнер: Олимпиада, наверное, проводилась не только для москвичей, скажем так. То есть когда мы жили в советское время, то ясно, что главная задача, которая стояла перед Московской олимпиадой - это доказать преимущества нашего образа жизни перед капиталистическим образом жизни. И мы должны были провести олимпиаду так, чтобы весь мир говорил о том, что только в социалистической стране может быть такая прекрасная организация. Хотя я сам работал в оргкомитете Олимпиады-80 в свое время, будем откровенны, Олимпиада-80 в Москве было большое событие, весь народ его ждал, все переживали за бойкот, все радовались в конечном итоге, что олимпиада состоялась, что она прошла. И повторюсь, мы до сих пор пользуемся многим из того, что было создано к олимпийским играм.



Владимир Кара-Мурза: Председатель федерации спортивных журналистов Николай Долгополов одобряет выбор нового главы «Олимпстроя».



Николай Долгополов: Я знаю мэра Сочи, потому что мы с ним совершили незабываемую поездку в Гватемала-Сити, где наша страна во главе с президентом Путиным выиграла олимпиаду. Рядом с ним была большая гвардия людей, наблюдавших за его работой, он сами хорошо работали. И среди людей работавших был для меня, по крайней мере, весьма заметен мэр Колодяжный. Он работал неплохо. Что будет на новом посту? Поездки в зимний Сочи, я предпринял две таких вылазки, мне страшно понравилось. И если мы будем говорить: ой, мы начинаем в первый раз, ой, мы не справимся. А еще моя любимая фраза: все равно разворуют. То тогда вообще не надо браться за дело, начиная проект фактически с нуля.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из подмосковного Королева от радиослушателя Валерия Аркадьевича.



Слушатель: Добрый вечер. Маленькая ремарка. Вот удивительно, в Древней Греции, наверное, тоже кто-то типа Путина выигрывал или спортсмены боролись, но это вы лучше меня знаете. А суть вот какая. На сегодняшний день, благодаря фразе, которую сказал ваш гость, а произнес он следующее: мы хотим показать миру, на что мы способны. Конечно, давайте покажем миру, на что мы способны. Но лучше показать лучше те триллионы, которые государство должно за капремонт жилого фонда, разрушенные коммуникации водопровода. Давайте мы эту олимпиаду каждый день будем проводить в городах, которые страдают от этого. Если советский народ поддерживал олимпиаду, был единым и целым, то сейчас народу эта олимпиада на фиг не нужна.



Владимир Кара-Мурза: Какова пропорция в олимпийском бюджете частных инвестиций и государственных бюджетных средств?



Александр Ратнер: Я честно вам на этот вопрос не отвечу. Я предполагаю, 50 на 50. Хотя слово «частные инвестиции» не всегда до конца понятно, потому что можно привести пример с сочинским аэропортом знаменитым, теперь можно говорить, что это частная инвестиция. Хотя он уже был, и государство построило взлетно-посадочную полосу. Один из объектов построенных «Роза хутор», строил «Инетерросс», то есть это вроде как частные инвестиции. Но наверное, за это частный инвестор что-то получит или уже получил для того, чтобы попасть в число этих олимпийских объектов. Вместе с тем, я с Николаем Михайловичем полностью согласен, что он сказал, я тоже был в Гватемале. Я бы отметил такую вещь, может быть она не очень на виду и она увязана как раз с тем, что произошло. Мне кажется, что одна из больших проблем, которая стоит перед организаторами сочинской олимпиады - это проблема кадров. Потому что все, что должно происходить, должно происходить в Сочи. Тот же оргкомитет, те же руководители все в Москве. А для того, чтобы все быстро происходило в Сочи, для этого туда надо привезти большое количество квалифицированных кадров, людей, которым надо платить зарплату, людей, которых надо где-то поселить или платить такую зарплату, чтобы они могли снимать жилье или купить жилье, которое сильно подорожало. То есть проблемы подготовки к олимпийским играм связаны с тем, что этих людей нет, что они не могут найти людей, которые бы бросили Москву, бросили Санкт-Петербург, бросили другие города и поехали в Сочи на временную работу, потому что когда олимпиада пройдет, все окажутся свободны, создавать эту олимпиаду. А из Москвы ее, безусловно, не построишь.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Николая.



Слушатель: Доброй ночи. Я очень хорошо помню 80 год. Но я хочу сказать, что с 70 года все товары начали взлетать в цене. На каждой ручке, которая стоила 15-20 копеек, рисовали кольца, и она стоила 70 копеек, и советские люди уже тогда все понимали. Олимпиада 80 года кроме «Байкала», напитка в противовес «Колы», ничего не появилось. Эти здания рушатся, крыши падают, все эти постройки уже вышли из строя. Сочи не имеет ни дорог, ни портов, ни авиационных, ни морских, ни рабочей силы. Если оттуда уходит Вайншток и бегут люди Козака, то вряд ли там что-то будет. Я не верю. А вообще само строительство такое затратное здорово качнет Россию. Кавказ - это Косово русское. Я думаю, что мы строим не себе.



Владимир Кара-Мурза: Все по-разному вспоминают Московскую Олимпиаду. Тогда за сколько лет определялась олимпийская столица?



Александр Ратнер: За шесть лет, в 74 году на сессии МОК в Вене выбрали Москву столицей олимпийских игр. Это была вторая попытка Москвы, до этого она тоже претендовала, но проиграли Монреалю. Но опять многие радиослушатели говорили о проблемах Сочи, что скорость движения 5-6 километров в час, что задыхаются. Я не житель Сочи, человек со стороны, но мне кажется, что как раз благодаря этой программе, благодаря олимпийским играм, благодаря тому, что под это строительство вбухиваются огромные деньги, эти проблемы можно решить, можно построить за эти деньги, убрать железную дорогу с береговой линии куда-то наверх, построить объездную дорогу, освободить курортный проспект, чтобы по нему можно было ездить, построить аэропорт, построить морской порт. Вот на что уходят деньги, совсем не на строительство санно-бобслейной трассы. Я не думаю, что она так дорого стоит. И в этом смысле я бы считал, что для жителей Сочи, несмотря на очевидные трудности, которые им придется пережить до 12 года, так же как мы в Москве, Ленинградское проспект Лужков перестраивает, проехать в Шереметьево невозможно. Но все верят, что закончат это строительство и будет за 20 минут из центра города до аэропорта. Так же и в Сочи. Будут сложности, безусловно, но в итоге город должен получить абсолютно новую инфраструктуру.



Владимир Кара-Мурза: И даже предлагая Москву в качестве столицы олимпиады, Юрий Михайлович решил, что все будут ездить по Москве-реке, он сам понимал, что по городу проехать нельзя. Настолько это утопичный, по-вашему, был проект, все на лодках передвигались?



Александр Ратнер: Проект состоял не в том, что все на лодках передвигались, был проект под названием «Олимпийская река», то есть объекты должны были выстроить вдоль реки. Кстати, проект был очень удачный. Один из его авторов был олимпийский чемпион по современному пятиборью Дмитрий Свадковский, и мне кажется, что проект был очень хороший. Правда, ездить все равно предполагалось по городским улицам. Но сама идея перевозить спортсменов из олимпийской деревни до объектов на пароходах, идея хорошая. К тому же сейчас все время говорят о безопасности, наверное, с точки зрения безопасности был один из оптимальных вариантов.



Владимир Кара-Мурза: Журналист-международник Игорь Фесуненко, работавший на своем веку на многих олимпиадах, жалеет об утрате стабильности.



Игорь Фесуненко: Меня крайне удивляет такая чехарда на таком принципиально важнейшем с точки зрения руководства страны объекте. Господин Вайншток в свое время занимался нефтепроводом, тащил чуть ли не через Байкал, а потом его неожиданно решили отодвинуть. А потом его пересадили на строительство олимпийских сооружений спортивных. Прошло полгода и его снимают, удаляют, заменяют. Вот придет новый человек, будет знакомиться, будет присматриваться, полгода потеряно как минимум. До олимпиады не так уж много времени. Кстати говоря, я с крайним недоверием отношусь к самой идее проведения олимпийских игр в Сочи. Конечно, Сочи заслуживает того, чтобы стать настоящим курортом. Но зимние игры надо проводить на Урале, в Архангельске, на Севере. Почему надо лезть в Сочи? А вдруг будет оттепель, а вдруг не будет снега. И почему надо сгонять тысячи людей с их домиков, с их приусадебных участков, с их огородов. Когда такого рода проекты выполняются, стабильность личного состава, в первую очередь руководства является очень важным фактором.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Олега.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Скажите, пожалуйста, а какова роль Козака в олимпийском проекте и как по-вашему сколько денег будет разворовано олимпийских?



Владимир Кара-Мурза: Как известно, Козак возглавляет Минрегионразвития вместо Яковлева Владимира, бывшего губернатора Санкт-Петербурга. Работал в этом регионе полпредом президента, поэтому близко к сердцу принимает все эти проблемы. А бюджет, мы уже упоминали, что московской олимпиады тогда бюджет был велик, но жителям рядовым мало что досталось. Слушаем вопрос от радиослушателя Сергея.



Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, фамилия Вайншток вопрос какой-то хитрый навеяла. У нас складывается некое обиженное лобби: Гусинский, Березовский, Гуцериев, теперь Вайншток.



Владимир Кара-Мурза: Это бывшие олигархи. Вайншток – это же была госкорпорация «Транснефть».



Александр Ратнер: Госкорпорация. Я думаю, что опять наша сегодняшняя передача, различные мнения радиослушателей, экспертов показывают, что мы не можем точно сказать, с чем связана отставка Семена Вайнштока, можем только предполагать, думать. Но я, честно говоря, думаю, что это не последняя отставка среди людей, которые отвечают за подготовку к олимпийским играм. Я думаю, что отсутствие этих позитивных новостей из Сочи, с процесса подготовки к олимпийским играм в конечном итоге, наверное, послужит поводом для того, чтобы заменить еще кое-какие ключевые фигуры среди тех людей, которые отвечают за подготовку к играм, в том числе, не исключаю, и в оргкомитете.



Владимир Кара-Мурза: Раньше перед Московской олимпиадой за год надо было опробовать олимпийские объекты, и проводилась спартакиада народов СССР. Сейчас какое «время Ч», когда будет ясна готовность Сочи к проведению зимней Олимпиады 2014?



Александр Ратнер: Понимаете, с одной стороны руководители оргкомитета - это вызывает у меня удивление, пытаются сослаться на некий международный опыт, опыт Лондона, когда говорят, что процесс подготовки к играм занимает семь лет, из которых два уходит на проектирование, четыре на строительство и один на апробирование сооружений. Наша проблема в том, что семи лет не было изначально, уже когда выбрали Сочи, оставалось шесть с половиной и уже прошел целый год, строить можно только летом в горах, когда выпадает снег там, к несчастью, строить нельзя. Я думаю, визит координационной комиссии МОК, конечно, не приведет к выводам, радикальным последствиям и так далее. Но года через два, если Международный олимпийский комитет увидит, я надеюсь, что этого не произойдет, что со строительством дела совсем плохи, то там можно ожидать различного поворота события.



Владимир Кара-Мурза: А есть какие-то временные схемы для строительства зимних объектов, например, на Ходынском поле Ледовый дворец за полтора года построили на наших глазах.



Александр Ратнер: Опять, где строить, когда строить в Москве на Ходынском поле, можно построить за полтора года. Я сейчас в связи с приближением игр в Пекине часто езжу в китайскую столицу, вижу как там возводят строения. Там за полгода строят такие здания, которые трудно себе представить, как можно за два или три года построить. Другое дело строить в горах в условиях, когда одна дорога всего наверх, а туда надо завозить тысячи тонн строительных материалов, конструкций, много чего туда надо завозить. Вот это непонятно как будет.



Владимир Кара-Мурза: А перед этим надо все доставить в Сочи.



Александр Ратнер: Произвести где-то, мы знаем, что, я читал, потребность в цементе больше, чем могут произвести все цементные заводы в регионе. То есть есть масса проблем, в том числе, не знаю, в какой мере это соответствует действительности, но я знаю, что в той же Имеретинской долине, где создают весь олимпийский парк, когда начали забивать сваи, то оказалось, что они все уходят в болото, там надо забивать сваи условно не на 25 метров, а на 50 метров. И это и техническая проблема, и технологическая проблема, и финансовая проблема. Трудности, неожиданности возникают на каждом шагу. Хочется верить, что организаторы, люди, которые отвечают за подготовку игр, все-таки со всеми трудностями справятся.



Владимир Кара-Мурза: А насколько была готова наша заявка в Сочи? Может быть наши руководители рассчитывали на пропагандистский эффект, а в результате получили?



Александр Ратнер: Уже я опять сошлюсь на Самаранча, он всегда учил, что это два разных дела. Одно дело борьба за право получить игры, а совсем другое дело - это подготовка к играм. То есть первая часть - это просто пиар-кампания и получает игры тот, не там, где проще организовать игры, а кто лучше проведет пиар-кампанию. Мы можем вспомнить выбор столицы летних олимпийских игр 12 года. Все говорили - Париж фаворит, если не Париж, то Мадрид. Лондон провел лучше пиар-кампанию, выступая перед членами МОК на сессии в Сингапуре, растрогал их до слез в результате три-четыре человека проголосовали не за Париж, а за Лондон. Теперь Лондон сталкивается с проблемами, у них бюджет вырос. Это пиар-кампания. Надо сказать, что те люди, которые, тот же Дима Чернышенко, руководитель заявочного комитета, которые отвечали за эту пиар-кампанию, они проявили себя настоящими профессионалами. А вот что будет дальше - это уже следующая история.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG