Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Иконы, парсуны, портреты, картины. Иркутский музей в Москве


Неизвестный художник начала XVIII века. Портрет Ермака Тимофеевича из собрания Иркутского областного художественного музея им. В.П. Сукачева

Неизвестный художник начала XVIII века. Портрет Ермака Тимофеевича из собрания Иркутского областного художественного музея им. В.П. Сукачева

Очередная выставка многолетнего проекта Третьяковской галереи «Золотая карта России» представляет собрание Иркутского областного художественного музея. В Москву привезли сибирские иконы, полотна художников-реалистов XVIII-XIX веков и произведения русского авангарда.


Иркутское собрание — старейшее и богатое. В его основе картинная галерея городского головы Владимира Сукачева, который также, как и братья Третьяковы, составлял коллекцию с тем, чтобы потом передать ее родному городу. Их вкусы совпадали. Иркутский коллекционер тоже покупал «передвижников». Часть этих картин представлена на выставке. Имена хрестоматийные — от Репина и Маковского до Соломаткина. Но есть здесь и вещи особенные, сибирские по происхождению. Иконы, к примеру. Директор Иркутского музея Елена Зубрий обращает внимание на одну из них.


«Эта [икона] вообще считается драгоценностью Иоанн Предтеча, — говорит Елена Зубрий. — Он изображен в таком орнаменте, как это было свойственно искусству местных народов сибирских. Например, буряты в своем орнаменте они часто использовали рога барана. Вот почему облачка на иконе в виде рожков барашка. Эта икона, когда была в Ватикане, то она всех потрясла».


В одном зале с иконами — две превосходные парсу́ны. Тут и им место, ведь ранние русские портреты стилистически еще недалеко отошли от иконописных канонов, зато впервые изображали реальных людей, что вовсе не предполагает внешнего сходства. Так, одна из работ — это парсуна Ермака Тимофеевича. Костюмом более подошла бы испанскому гранду, чем казаку-покорителю Сибирских земель. Так и иконы не с натуры писали.


В следующем зале выставки — век XIX. Сотрудник Третьяковки Нина Дивова, которая ездила в Иркутск отбирать экспонаты, восклицает: «Ну, как же мы покажем Сибирь без купцов сибирских? Вот портреты купцов Басненых, какой тип был золотопромышленников. Как-то у нас по кино, по всему остальному не то, что не высокообразованные люди, а это вообще такой разгул. А когда смотришь на эти портреты, ты видишь, что и мощь-то Сибири, наверное, не была таковой, если бы это был не образованные и расхристанные люди».


Картину уроженца села Курагино Енисейской губернии Алексея Жибинова «Красная армия» Нина Дивова поначалу приняла за работу учителя художника: «Когда я вошла в фонд и увидела издалека, я подумала — боже мой, Филонов! Но как только подходишь ближе, понимаешь, что это совсем не то. Странная фигура. Он трагически погиб. Не то, что он был не совсем здоров, но, во всяком случае, это был, конечно, очень своеобразный человек. А когда он приехал и стал учиться у Филонова, чтобы уж в такой степени следовать манере учителя, так надо отречься от себя, притом, что он учился до 1932 года. Эта работа "Красная армия" 1931 года, то есть это уже почти на выходе. Потом он вернулся обратно в Иркутск».


Картина «Красная армия» интересна хотя бы тем, что при всех несовершенствах является документом времени.


XS
SM
MD
LG