Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Московские скульпторы судятся с государством из-за своей недвижимости


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Лиля Пальвелева.



Александр Гостев: 22 апреля в Арбитражном суде Москвы началось рассмотрение иска Росимущества к объединению московских скульпторов. Федеральное ведомство настаивает на выселении объединения из особняка в Замоскворечье, который деятели искусства занимают более 30 лет.



Лиля Пальвелева: Борьба за Московский дом скульптора в 1-м Спасоналивковском переулке длится уже не первый месяц. Один этаж насильственно занят недавно созданной структурой - Межгосударственным фондом гуманитарного сотрудничества стран СНГ (сопредседатель этой структуры Михаил Швыдкой). На втором этаже держат оборону скульпторы. Им даже пришлось в феврале прибегнуть к такой крайней мере, как голодовка. Ее участник - руководитель Московского союза художников академик Иван Казанский считает, акция не была напрасной.



Иван Казанский: В общем, результат у нее в итоге был, даже вот этот иск, поданный о нашем выселении, это, конечно, следствие этой голодовки. Это, слава богу, хотя бы не зря мы мучались. Я, как ни странно, относительно легко переношу голодание, но я не могу так сказать о моих друзьях и коллегах.



Лиля Пальвелева: На какой стадии сейчас находится ваше противостояние?



Иван Казанский: Сегодня предварительное заседание по иску о нашем выселении в Арбитражном суде. Это предварительное заседание, это только знакомство с документами и назначение разбирательства по существу. Это только начало.



Лиля Пальвелева: Скульпторы надеются: суд сочтет вескими их аргументы. Они имеют право занимать старинное здание, которое когда-то спасли от сноса и отреставрировали. До сих пор их переписка с самыми высокими инстанциями результатов не приносила. Иван Казанский показывает письмо заместителя Министра экономического развития Александры Левицкой, в котором есть такие строки: «Часть здания используется не по назначению и сдана в субаренду. При этом остальная часть помещений для обеспечения уставной деятельности организации не использовалась».


Иван Казанский подчеркивает...



Иван Казанский: Почему я заостряюсь на ответе Левицкой? Потому что он свежий. Такие ответы идут в течение всех этих месяцев, и я говорю, написаны они под копирку, но подписаны разными людьми.



Лиля Пальвелева: Утверждение, что Московский дом скульптора, где постоянно проходили выставки и творческие конкурсы, использовался не по назначению, не выдерживает никакой критики, считает заведующая отделом скульптуры Третьяковской галереи Людмила Марц.



Людмила Марц: Бесовские силы буквально активизировались настолько, что сейчас надо все схватить, все приватизировать, все отобрать. Мы очень трудно жили все последние десятилетия. Под руководством все того же министра, а теперь он возглавляет агентство, мы и все музеи страны лишились каких-либо денег на приобретение современного искусства. У нас колоссальный пробел притом, что у нас есть коллекция Павла Михайловича Третьякова, у нас начало коллекции XI век. У нас нет собраний по-настоящему коллекции искусства 90-х и 2000-х годов. У нас нет на приобретение этого искусства, на отбор лучших произведений, у нас нет денег. Министерство, агентство, денег нам на это дает вообще. И для меня Дом скульптора является, в общем, внутри уже давно филиалом Третьяковской галереи по скульптуре. Это единственное место, где я могу, вернее, мы можем, сотрудники Третьяковской галереи, те, кто работает со скульптурой, постоянно быть в курсе той творческой ситуации, того творческого процесса, который происходит в стране. Причем творческий процесс, идущий вопреки действиям и желаниям Министерства культуры. Министерство культуры поддерживает совершенно иные направления, течения и вообще, так сказать, объекты. И вот сейчас мы обратились к двум президентам, письмо непосредственно передано было, вот написано "действующему президенту" и "вновь избранному", это идет обращение от коллектива, это даже директор не может такое, перешагивая через головы, обращаться к президентам. А мы, как коллектив, могли обратиться. Это последний вопль уже. Его не знают, это искусство, не знают, потому что четко проводится позиция, что искусство было до Малевича, а потом только после Кабакова. А до этого, я цитирую слова Швыдкого, "70 лет позора русского искусства".


Поэтому для нас сохранение Дома скульптора - это просто жизненно важное. У нас, как ни одна секция, до сих пор идет активная жизнь, идет полностью, усилиями самих художников, это жизнь, которая являлась частью вообще какого-то нравственного оздоровления нашего общества.



Лиля Пальвелева: А теперь слово юрисконсульту Московского союза художников Вячеславу Цветкову.



Вячеслав Цветков: Никто не отменял указа президента Российской Федерации от 12 ноября 1993 года номер 1904 "О дополнительных мерах государственной поддержки культуры и искусства в Российской Федерации". В этом указе есть пункт 9, который гласит: "Государственному комитету Российской Федерации по управлению государственным имуществом и его территориальным органом в месячный срок оказать содействие в решении вопросов, передаче в бессрочное, безвозмездное пользование творческим союзам Российской Федерации и их отделениям на местах занимаемых ими зданий, находящихся в федеральной собственности". По-моему, другого толкования у этого пункта, как передать, нет. Однако и Росимущества, и в тот момент Мингосимущества говорит: этот указ носит рекомендательный характер, он только рекомендует, а не обязывает нас, это не императивная норма. Тогда позвольте, а зачем вообще президент этот указ писал? Правительство Москвы, основываясь на этом же указе, выпустило постановление в 2000 году, по которому все творческие студии, которые, так или иначе, передавались на разных правовых основаниях, в настоящий момент переданы Московскому союзу художников, мастерские передаются на 25 лет в безвозмездное пользование. Со стороны органов федеральной власти вот этот пункт указа не выполнен ни в едином случае.


Дальше нам говорят на совещании, на самом первом, когда только эта проблема открылась, и когда господин Швыдкой собрал всех нас, хотел нас как-то познакомить с представителями международного фонда, он сказал: "Понимаете, даже если фонд откажется по каким-то морально-этическим своим взглядам от этого помещения, оно же вам все равно не достанется, вы понимаете. Потому что это федеральная собственность". Мы говорим: "Позвольте, есть же закон об объектах культурного наследия, памятниках истории и культуры, где прямо сказано, что в безвозмездное пользование объект культуры, в данном случае памятник, который и стал-то памятником благодаря тому, что московские скульпторы добились отмены постановления 69-го года райисполкома города Москвы о его сносе, и только под тем условием, что за счет московской организации "Художественного фонда" это здание будет восстановлено как памятник". Так вот, прямо указано, что общественным объединениям, уставной целью деятельности которых является охрана объектов культуры, объект недвижимости, который является объектом культурного наследия, памятником, может быть передан в безвозмездное пользование.



Лиля Пальвелева: Хотя скульпторы возлагают большие надежды на судебное разбирательство, от других средств борьбы они не собираются отказываться. 25 апреля на Смоленской площади пройдет митинг в защиту Московского дома скульптора.


XS
SM
MD
LG