Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Национальное Собрание Франции против пропаганды похудения




Иван Толстой: Начнем с Франции. Депутаты нижней палаты французского парламента - Национального собрания - приняли закон, запрещающий навязывать, пропагандировать похудение. Борьбу с нездоровым голоданием ведут во многих странах Европы. Парламент Швейцарии принял законопроект, согласно которому соответствующую пропаганду будут наказывать штрафом в 50 тысяч франков и тюремным заключением. В Италии ведущие модельеры приняли своеобразный кодекс, обязывающий их как можно более широко использовать в своих разработках образ здорового тела. В Испании правительство приняло решение стандартизировать размеры, приведя их в соответствие с реальными показателями среднестатистического жителя. А в витринах испанских магазинов появятся заметно более полные манекены. Нынешние, по мнению чиновников министерства здравоохранения, поощряют всяческие отклонения от нормального питания. В Германии правительство запустило совместно с модельерами федеральный проект под каламбурным названием - "Жизнь имеет вес". Основной целью этой пропагандистской кампании является борьба с анорексией. В Британии правительство обратилось к рекламодателям, модным кутюрье, редакторам дамских журналов с призывом прекратить тотальную пропаганду разрушительной худобы в интересах здоровья подрастающего поколения. Как борются с худобой во Франции? Из Парижа – Дмитрий Савицкий.



Дмитрий Савицкий: Видимо, в самое ближайшее время подмостки для манекенщиц, знаменитую catwalk устанавливаемую обычно в Court Carre Лувра или же в садах Тюильри, в техническом смысле сильно укрепят новыми подпорками… Французский парламент, Национальная Ассамблея, принял закон против манекенщиц-худышек и новое поколение девушек будет явно на 10-20 килограммов тяжелее. Во всех смыслах для От-Кютюр это революция. Но французы любят революции. В принципе, революция, это самый любимый национальный спорт страны – надвигающийся май, сороковая годовщина «студенческой революции», тому примером.



Все началось со смерти в ноябре 2006 года бразильской манекенщицы Анны Каролины Рестон. При росте в 172 сантиметра, она весила сорок килограммов. Причина смерти не вызвала ни у кого сомнения – крайнее истощение.


В сентябре прошлого года итальянский фотограф Оливьеро Тоскани «украсил» (слово, конечно, здесь неподходящее), стены итальянских городов страшными картинами длинноногих худышек с торчащими ребрами. Табу было нарушено и слово «анорексия» загремело с трибун европейских парламентов. По официальным данным от анорексии страдают 40 тысяч француженок, 60 тысяч немок, 85 тысяч жительниц Великобритании. В США эта цифра добралась до 150 тысяч.


Что же такое анорексия – с чем ее едят? В этом-то вся и загвоздка: анорексия это нервное заболевание при котором НЕ едят, отказываются есть.


Вот, что пишут специалисты на одном из российских сайтов:



«Нервная анорексия — расстройство, характеризующееся преднамеренным снижением веса, вызываемым и/или поддерживаемым самим пациентом. Как правило, жертва анорексии постоянно чувствует неослабевающий страх поправиться и набрать лишний вес, причем страх перекрывает все прочие чувства и эмоции. Этот страх не считается с реальным весом человека и не отпускает свою жертву даже тогда, когда она на пороге смерти от истощения. Прежде всего, причины анорексии кроются в низкой самооценке, которая также является одним из основных симптомов этого тяжелого заболевания. Больной анорексией считает, что его вес, параметры фигуры и размер непосредственно связаны с самоощущением и личностным статусом. Жертвы анорексии часто отрицают серьезность своего состояния и не могут объективно оценить собственный вес. В отличие от депрессии или приступов паники, нервная анорексия плохо поддается лечению. Не существует универсального и эффективного лекарства против анорексии. В первую очередь, врачи прописывают лекарства общего назначения, которые используются для лечения любых проблем со здоровьем, например, аномалий электролиза или нарушений сердечного ритма. В результате необратимых изменений внутренних органов болезнь может повлечь за собой смерть. В Британской ассоциации исследования пищевых расстройств подсчитали, что каждый пятый человек с диагнозом анорексия умирает в результате истощения либо самоубийства».



Мне пришлось лично столкнуться с этой кошмарной болезнью. Близкий мне человек, молодая актриса, датчанка, периодами травила себя голодом, впадала в депрессию, как древние римляне в «Сатириконе» Петрония, отправлялась в туалет, чтобы (тут уместна цитата из Венички Ерофеева) «вернуть природе ее дары»… Замечу, что сбросить вес до мечтаемых 48 килограммов ей так и не удалось. Но здоровье свое она расшатала.


Что же за закон приняла Национальная Ассамблея Франции? Это закон «против пропаганды похудения». Под этот закон попадают и журналы моды с худенькими девчушками в модных платьях или без, и рекламные щиты на дорогах, с ними же – в куртках, сапогах, с модными сумками или просто с дорогими часиками на запястье. И интернетовские сайты, рекламирующие и методы похудения, и чудо-средства для сбрасывания веса. И совершенно скандальные сайты под названием «про-ана», про-анорексические сайты. Это уже прямой призыв к опасному похудению.


Уличенных в пропаганде похудения могут отправить похудеть в тюрьму на два года (хотя в наших французских тюрьмах спокойно набирают вес) и могут оштрафовать на сумму от 30 до 40 тысяч евро. Автор этого закона - депутат региона Буш-де-Рон Валери Бойэр. Основное положение закона гласит, что он направлен против лиц, цитирую, «которые провоцируют или подстрекают кого-либо к крайнему похудению, длительному ограничению в питании, в результате которого возникает угроза здоровью или же угроза смерти…».


Валери Бойэр подчеркивает, что проект ее закона не был направлен против моды, как таковой.


Знаменитый модельер Жан-Поль Готье отреагировал на принятие закона так:


«Вряд ли с помощью закона можно справиться с проблемой анорексии; здесь нужно, скорее, применить тонкое понимание».


Более агрессивно отреагировала главный редактор журнала «Она» - «Elle», Изабель Мори: «Хотела бы я знать как этот закон будет введен в жизнь и как он будет интерпретироваться. Если новый закон будет истолкован буквально, это будет означать конец показам моды и кончину журналов мод».


Но компромисс, наверное, возможен. Французские фирмы, такие как «Шанель» или «Ореаль», по сообщению главы агентства манекенщиц «Вива» Сирила Брулэ, «больше не рискует брать на работу очень худых девушек. «За двадцать лет работы,- утверждает Сирил Брулэ,- я столкнулся лишь с одним случаем анорексии. И когда совсем недавно одна русская манекенщица встала на этот рискованный путь, мы ее уговорили вернуться к нормальному питанию».


На данный момент во Франции полтора процента подростков страдают от анорексии и 5% из них после десяти лет голодания умирают. 95% страдающих от анорексии – женщины. Но есть и мужчины, пытающиеся натянуть джинсы семиклассников.


Откуда же пошла мода на худышек? Ведь до войны в Haute couture манекенщицы были нормального, здорового веса? Культ молодости, нимфеток, девочек-подростков зародился где-то в конце пятидесятых. Эти юные тела могли продавать что угодно: от черных блестящих плащей до лифчиков, шампуня и, как в наши времена, машин.


Самое забавное во всей этой незабавной истории это то, что в день, когда Национальная Ассамблея собиралась голосовать, в газетных киосках появилось приложение к журналу «Фемина». Это приложение называлось «Похудение». Лихорадка похудения во Франции, как и во всем западном мире, начинается всегда весной – накануне пляжного сезона. Что означает, что все мы закомплексованы, и у всех у нас одна единственная идея собственного тела, один единственный образ: шестнадцатилетнего подростка или девчушки. Мы стремимся назад, в эпоху наших первых серьезных гормональных бурь…




Иван Толстой: Какая культурно-психологическая причина лежит под этим стремлением во что бы то ни стало похудеть? Меня, как толстяка, это всегда интересовало? Мы попросили прокомментировать ситуацию московского психолога Ольгу Маховскую.



Ольга Маховская: Заморочки по поводу похудения это, в основном, женские и подростковые заморочки, когда нам кажется, что мы недостаточно красивы и основная ставка делается на внешность, когда у тебя нет еще образования, статуса, достаточно денег, ты не уверен, что это у тебя будет завтра, то остается только молодость и красота. И основными жертвами этого стандарта - быть хорошенькой, стройной и соответствовать стандартам подиума - оказываются девчонки. И самое крайнее проявление такой зависимости - анорексия. Это болезнь и, к сожалению, часто необратимая. Я могу предположить, что исследования показали, что количество болеющих во Франции этим заболеванием немного выше, чем в предыдущие годы. Это и заставило бить в набат. А, может быть, это попытка укротить индустрию по производству медикаментов низкого качества. Потому что Франция это, с одной стороны, страна, где очень качественное здравоохранение, а, с другой стороны, это страна - законодательница моды. Что касается красоты, то мы все хотим быть немножко француженками, а, значит, хотим быть стройными.



Иван Толстой: Как вы объясните эту устойчивую и безостановочную тенденцию послевоенного времени - стремление женщины быть все худее и худее? Кто-то говорит «все стройнее и стройнее», но, тем не менее, объективно, все худее и худее. С чем это связано? Потому как, например, в моде каждые 20 лет, каждое поколение, идет возврат к чему-то старому: на новом витке, на новом уровне возвращаются какие-то старые ценности. А в смысле фигуры, в смысле веса эти ценности не возвращались на протяжении последних 60-и лет. Почему?



Ольга Маховская: Попытки возвратить такие ценности происходят. Если посмотреть на российское телевидение, то мы видим много больших, красивых женщин. Женщина статная, высокая и с избыточным весом - это наш отечественный стандарт. Другое дело, что он изживается, потому что любой модельер скажет, что легче одевать так называемую «вешалку», когда нет никаких изъянов фигуры. Одежда на плоской, высокой женщине смотрится лучше. Особая паника связана с акселерацией. Наши девочки, каждая новая генерация девчонок, являются не только заложниками гламура, но и своих мам, которые миниатюрнее своих дочек, по определению. Нас пугает, когда наши 15-летние девочки весят на 15 килограммов больше, чем мы в их возрасте, когда они выше нас на 10-15 сантиметров, хотя они сами относятся к этому более спокойно. И мы их заставляем вставать на весы, садиться на диеты, сами хотим к ним присоединиться. У русских женщин особая паника вокруг внешности еще и из-за огромной конкуренции. Потому что демография не в пользу женщин, и мы очень сильно конкурируем друг с другом. Здесь выглядеть хорошо значит выйти замуж, заработать статус замужней женщины, потому что незамужняя женщина в России все-таки воспринимается как несчастная, почти как инвалид. То здесь такие социальные и культурные факторы тоже работают. Но я не вижу, чтобы все как-то резко похудели. Скорее всего, в России борются две тенденции: с одной стороны - за похудение, а, с другой стороны - за здоровый образ жизни. Это занятия спортом, культура фитнессов. В каком-то смысле меня радует, что в имидж президента, начиная с Ельцина, входят занятия спортом. Это не основная претензия к президенту, которою бы я предъявляла, но, тем не менее, то, что один занимался теннисом, второй - восточными единоборствами, а третий стоит на голове , чтобы в стране все было хорошо… Я знаю, что сын Медведева учится фехтовать. Это тоже какой-то экзотический вид спорта, не русский. Но, тем не менее, это тенденция, которая указывает на то, что мы хотим быть здоровее. Значит, у нас есть шанс. И нынешние девушки депутатки. Раньше были представительницы коммунистического блока такие тетки с бюстами для медалей, а сейчас это спортсменки. Не знаю, насколько они полезны как депутатки, но фору по образу жизни они коммунисткам дают.



Иван Толстой: Ольга, можете ли вы себе представить, чтобы в России на законодательном уровне обсуждался вопрос худобы, здорового стиля? Российская культура сильно отличается от французской культуры мышления в этом направлении?



Ольга Маховская: Российская ментальность отличается всеядностью. Это такое имперское сознание - нам хочется всего, сразу. Нам кажется, что нам все это принадлежит. Как у нас начались разговоры вокруг Путина и его развода. Я вполне могу представить, что кто-то инициирует такой закон. Но законы у нас принимаются долго. Очень важный закон по поводу торговли людьми, который угрожает не только здоровью, но и жизни девчонок, принимается долгие годы. Но, тем не менее, предпринимаются демарши в сторону телевидения по укрощению рекламы – спиртные напитки, сигареты. Детское телевидение оберегается от рекламы, и я вполне могу себе представить и такую законодательную инициативу для России. Она не самая насущная для России, безусловно, погоду она не сделает, но она вполне возможна. Я не вижу никаких препятствий для того, чтобы этого не случилось никогда.


XS
SM
MD
LG