Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

40-летие «Хроники текущих событий» (1)




Владимир Тольц: Теперь эти потраченные временем странички папиросной бумаги, тесно, через пол-интервала набитые расплывающимися буквами кириллицы, редко кто читает. Разве что молодые люди, набирающие по архивам и частным коллекциям материал для курсовых работ и диссертаций. Иногда старики, полагающие, что так они могут обогатить «фактурой», признаваемой ныне героической, свое очередное мемуарно-склеротическое «бойцы вспоминают минувшие дни...»


Несколько лет назад выросшая в Штатах девочка, наткнувшаяся в бумагах покойной бабушки на такие тонкие, пожелтевшие от времени листки с пробитыми насквозь буквами «о», спросила меня, почему тогда в России писали на этой отвратительной бумаге? что, другой не было? Объяснить ей, что на такой можно было отпечатать больше экземпляров, было не просто. (Что, - спрашивала она, - разве нельзя было послать всё на принтер или сделать ксерокс?) Выросшее в другое время и в другой реальности дитя никак не могло понять, что нельзя. И что воспетая Галичем пишмашинка «Эрика» берет 4 копии, это тогда оказалось совершенно недостаточным.


Тогда – это 40 лет назад, когда весной 68-го был напечатан первый номер бюллетеня «Хроника текущих событий»



Павел Литвинов: В самом начале, когда начиналось то, что потом стало называться движением «За права человека», мы были сосредоточены на арестах в Москве людей, которые стали потом хорошо известны – Синявский и Даниэль, потом Гинзбург, Буковский. И мы старались собрать все данные об их судах. В общем как бы становились одновременно и адвокатами, и журналистами, и правозащитниками, и будущими политзаключенными. Наша небольшая группа людей, которая потом стала называться диссидентами.



Владимир Тольц: Вспоминает известный советский правозащитник Павел Литвинов, имя которого в 68-м многократно упоминалось и в доверительных разговорах на крошечных кухнях хрущеб, и в передачах западных радиостанций, и в документах КГБ



Павел Литвинов: Стали приходить, приезжать в Москву родственники людей, сидящих в лагерях. Потом началась такая подписная кампания, начали собирать подписи в защиту людей, которых арестовывали. Людей стали выгонять с работы. И это было огромное количество информации. Я был один из первых, кто стал встречаться с иностранными корреспондентами и рассказывать об этих событиях. И какие-то события были опубликованы в лондонском «Таймс», потом в «Нью-Йорк Таймс», потом они появлялись через Радио Свобода и Голос Америки, ВВС и обратно в Москве. Но это были самые только известные случаи, то, о чем писали западные газеты. А информация приходила совершенно о неизвестных людях, и мы не знали, что с этим делать. Я сказал тогда, я помню, мы разговаривали с Наташей Горбаневской, с Ларисой Иосифовной, такой круг у нас образовывался, что надо какую-то бюллетень заводить, надо записывать, иначе вся эта информация пропадет. И так течение нескольких месяцев шел разговор – нужен какой-то бюллетень. Я помню слово «бюллетень». И в какой-то момент Наташа Горбаневская, которая была человек очень организованный, литературный и так далее, сказала: я начну этот бюллетень делать. Все обрадовались. И она потихоньку стала делать. Не казалось даже самым главным делом. Но постепенно вся эта информация, ко мне приходили люди, потому что в тот момент был наиболее известный, приносили информацию, я давал это Наташе. И вдруг образовывался бюллетень, она сделала четыре закладки, по-моему. Стала эта вещь расходиться и это было совершенно каким-то не главным делом. Только потом стало ясно, что мы где-то золотую жилу, условно говоря, нащупали, это и стало Хроникой.



Владимир Тольц: Первый номер машинописного информационного бюллетеня правозащитников «Хроника текущих событий» был датирован 30-м апреля 1968 года. На обложке – да не было никакой обложки! – на первой страничке стоял эпиграф из Всеобщей Декларации прав человека:



Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ.



Владимир Тольц: Значительная часть этого первого выпуска Хроники была посвящена суду над ЮРИЕМ ГАЛАНСКОВЫМ, АЛЕКСАНДРОМ ГИНЗБУРГОМ, Алексеем ДОБРОВОЛЬСКИМ и ВЕРОЙ ЛАШКОВОЙ, обвиненным по ст.70 тогдашнего Уголовного кодекса (антисоветская пропаганда и агитация) и общественному резонансу этого процесса.



Московский процесс вызвал широкие отклики в кругах


советской общественности. Первым из них было написанное еще во время процесса обращение ЛАРИСЫ БОГОРАЗ и ПАВЛА ЛИТВИНОВА "К мировой общественности", рисующее атмосферу беззакония на процессе и вокруг него и требующее публичного осуждения этого позорного процесса, наказания виновных, освобождения подсудимых из-под стражи и повторного разбирательства с соблюдением всех правовых норм и в присутствии международных наблюдателей. После вынесения приговора и окончания процесса в советские судебные, государственные и партийные инстанции, а


также в органы печати (в основном в ответ на появившиеся в


некоторых газетах) был направлен ряд коллективных и


индивидуальных писем, к настоящему времени составляет около 700 человек.



Владимир Тольц: Взгляд со стороны: говорит профессор-эмеритус университета имени Джорджа Вашингтона в американской столице, одни из первых исследователей Хроники и издателей ее на Западе Питер Реддуэй.



Питер Реддуэй: Журнал «Хроника текущих событий» исполнял роль очень важную в истории инакомыслия в Советском Союзе. Роль, которую исполняла «Хроника», в том, чтобы собирать в одном месте, в одном издании самиздатовском очень точные и своевременные данные о том, что происходит в каждой отдельной группу инакомыслящих или в каждом движении национальных диссидентов или религиозных, например, баптистов, католиков, православных, пятидесятников. Люди могли и советские люди, и иностранцы, могли читать свежую информацию о том, что происходит с каждой группой, кто из этой группы арестован, кто осужден, какой срок получил, где другой находится в лагере, сколько лет получил, адрес семьи. И тоже всегда был отдел «Новости самиздата», в котором давалась краткая информация о новой работе самиздата.



Владимир Тольц: Невозможно сказать, сколько человек прочло первый номер Хроники. Известно, что в июне 1968-го ее прочли на Лубянке и Старой площади.



Комитет Государственной безопасности. В ЦК КПСС. Секретно.


11 июня 1968 года.


Оперативным путем установлено, что Литвинов, Горбаневская, Якир и некоторые их единомышленники изготовили и распространяют документ под названием «Год прав человека в Советском Союзе» (копия прилагается) с клеветническим изложением судебных процессов в Москве и Ленинграде и кратким содержанием писем и обращений, дискредитирующих советские органы власти и управления.


Сообщается в порядке информации.


Председатель Комитета госбезопасности Андропов.



Владимир Тольц: Из справки «Мемориала»:



Составители "Хроники" не объявляли своих имен открыто. Все же было бы большим преувеличением утверждать, что бюллетень делался в "глубоком подполье": во всяком случае, в течение первых полутора лет его существования было широко известно, что основной труд по подготовке выпусков взяла на себя Н.Горбаневская, чьими единоличными усилиями и были подготовлены первые девять номеров, за исключением, может быть, 3-го (в работе над ним активно участвовали Илья Габай и его жена Галина). Трудно сказать, почему в течение этого времени КГБ воздерживался от арестов. Возможно, причина в том, что не так-то легко обвинить в "антисоветской пропаганде" или "клевете на советский строй" чисто информационный бюллетень, беспристрастно и точно излагавший факты и не содержащий ни призывов к свержению Советской власти, ни грубых искажений действительности. А руководство органов госбезопасности в то время стремилось застраховать себя от упреков в прямой фальсификации обвинений. Позднее КГБ отказался от подобной щепетильности. После ареста Горбаневской по обвинению в причастности к изготовлению и/или распространению "Хроники" в разные годы были арестованы: Юрий Шиханович, Петр Якир, Виктор Красин, Габриэль Суперфин, Сергей Ковалев, Александр Лавут, Татьяна Великанова, повторно - Юрий Шиханович. По-видимому, этот список неполон: мы привели имена лишь тех, кто был и в самом деле причастен к составлению выпусков или, по крайней мере, к их размножению или передаче за рубеж. Большинству арестованных, предъявлялись, впрочем, и другие обвинения аналогичного характера.



Владимир Тольц: Тут упомянуты далеко не все редакторы и составители Хроники. Речь идет лишь об арестованных. (О других, да и о тех, кто уже назван, мы постараемся рассказать вам в следующих передачах). Но мне кажется, еще одно имя невозможно не упомянуть уже сейчас. Анатолий Якобсон. – Удивительного таланта педагог, литературовед, публицист, поэт–переводчик. Вместе с Ильей Габаем и Натальей Горбаневской – один из первых редакторов "Хроники текущих событий". Уже в 1969-м Анатолий участвовал в подготовке нескольких выпусков бюллетеня. Говорят, написал «от первой до последней буквы» №№11, 12 и 28. После ареста Наташи Горбаневской в декабре 1969-го Якобсон становится ключевой фигурой в кругу издателей "Хроники" и в этом качестве он остается до конца 1972, когда выпуск "Хроники" был временно приостановлен. Но об этом поговорим отдельно. А сейчас вернемся к проблемам «открытости» авторов и составителей.



Павел Литвинов: Я помню, что Петр Якир как-то объяснял, как дать материал в «Хронику»: найдите человека, у которого вы получили «Хронику», дайте ему информацию, лучше всего в письменном виде, на какой-то бумажке, он передаст это и в конце концов это дойдет до людей, которые издают «Хронику». Но не пытайтесь пройти цепочку сами, потому что иначе это будет опасно, вас примут за стукача.



Владимир Тольц: Мой вопрос участвующему в нашей передаче по телефону из Соединенных Штатов известному советскому правозащитнику Павлу Литвинову: Павел, в 68-м, когда вышел первый номер Хроники, и позднее, вы представляли круг и численность ее читателей?



Павел Литвинов: Это, конечно, вопрос неотвечаемый, трудно сказать. Мы, конечно, об этом не думали. Разумеется, пытаться изучать аудиторию означало бы помогать КГБ в то время. Но, безусловно, появлялась копия «Хроники» одновременно с другим самиздатом. Как я сказал поначалу, не понимали, насколько это главнее всего остального. И кто-то давал кому-то, тот перепечатывал, четыре копии, иногда бывала папиросная бумага, бывало и 10 копий, последняя была в жутком состоянии. Но люди настолько хотели, настолько любили независимое слово, что даже последнюю копию читали. То есть она циркулировала. И разумеется, рано или поздно мы передавали ее, как только была возможность, на Запад. Тут было очень важно, что и на Западе ее не сразу оценили. Большой документ, никакой политики не было в буквальном смысле, потому что там были факты о том, что происходило. И для радио поначалу тоже не было, упоминалось, что был такой бюллетень, хроника и прочее. Но это очень медленно развивалось, я думаю, полгода прежде, чем вообще она стала фактом.



Владимир Тольц: Павел Литвинов прав: на Западе, как и в России, Хронику оценили не сразу. И на нашем Радио зачитывать ее в эфир стали тоже не с первого номера. Но когда, наконец, начали, для многих слушателей в СССР, - а их конечно же было существенно больше, чем тех, кому довелось прочесть это издание, - события их в стране предстали чем-то подобным невидимой стороне Луны, которую удалось разглядеть лишь с помощью космических аппаратов. Вот архивные записи фрагментов сообщений из «Хроники текущих событий», зачитанных в разное время Радио Свобода.



Вы слушаете повторное чтение самиздатовской «Хроники текущих событий» № 26 от 5 июля 72 года.


События в Литве. 14 мая на одной из площадей Каунаса под лозунгом «Свобода Литве» совершил самосожжение выпускник средней школы, сын преподавателя одного из вузов Ромас Колонтас 1953 года рождения. Трое его товарищей окружили горящего и не давали никому к нему подойти. Они были арестованы и им было предъявлено обвинение в умышленном убийстве при отягчающих обстоятельствах. В Уголовном кодексе СССР эта статья 102. Имена их «Хронике» пока неизвестны. Колонтас скончался в больнице через несколько часов. Похороны были назначены на 18 мая. За несколько часов до назначенного времени тело было тайком вывезено из морга и похоронено. Люди, пришедшие на похороны, пошли на место самосожжения. Собралась очень большая толпа. Милиция стала разгонять ее. Собравшиеся оказали сопротивление. По слухам, погиб один милиционер. После этого были вызваны десантные войска, которые разогнали собравшихся. Беспорядки продолжались и 19 мая, многие были задержаны. Некоторые получили по 10-15 суток за мелкое хулиганство. Против нескольких человек возбуждено уголовное дело.



Письма и документы. В этой программе мы передаем материалы самиздата. Сегодня очередные разделы из 42 «Хроники текущих событий» от 8 октября 76 года. Они озаглавлены «Преследования крымских татар» и «Краткие сообщения».


Напомним, что «Хроника текущих событий» появляется в СССР в самиздате и затем перепечатывается издательством «Хроника» в Нью-Йорке. Как и другие самиздатовские материалы она читается в программе «Письма и документы» без сокращений и изменений, исправляются лишь опечатки и другие незначительные погрешности.


Преследования крымских татар. Выселения.


В августе произошли новые выселения. 9 августа в 3 часа ночи милиция и дружинники напали на дом Мустафы Абилева в селе Богатом, а в 5 часов утра на дом Энвера Аметова в селе курском. Около 50 крымских татар направили в связи с этим заявление протеста в Белгородский райисполком. О выселении Абилевых в заявлении говорится:


Участковый Харченко взломал двери. Пьяные дружинники ворвались в дом и стали хватать спящих детей. Семья была погружена в автобус с нанесением телесных повреждений. При попытке к бегству из окна автобуса ребенку зажали шею выдвижным стеклом. В грузовые автомашины были брошены как попало домашние вещи. Мебель и предметы домашнего обихода были разобраны топорами для ускорения вывоза. Во время акта выселения мародеры стащили у семьи Абилевых тысячу рублей. Общий материальный ущерб составляет 2210 рублей.


«Хроника текущих событий», выпуск 46 от августа 77 года.


Хельсинки. В конце июня здесь пропал врач-психиатр Юрий Новиков, заведующий информационным отделом института имени Сербского. Он участвовал в проходившей в Хельсинки конференции по суицидологии.


Примечание Радио Свобода: Новиков в настоящее время живет в Западной Германии. Совсем недавно в еженедельном журнале «Штерн» появилась первая часть его записок, в которых он повествует о своей жизни вплоть до бегства из Хельсинки в Швецию. На конференцию по суицидолгии Новиков поехал как советский представитель вместе с директором института имени Сербского Георгием Морозовым. Конференция была на тему «Самоубийство и меры по его предотвращению». Читаем дальше сообщения хроники.


Ереван. Кандидат экономических наук Эдуард Арутюнян, дьякон Роберт Назарян и студент политехнического института Самвел Асян в апреле объявили о создании группы содействия выполнению Хельсинских соглашений. Арутюнян – руководитель группы, Назарян – ее казначей.


Примечание Радио Свобода: армянская группа содействия выполнению Хельсинских соглашений была образована 1 апреля 77 года. Как и подобные группы в Москве, на Украине, в Литве и в Грузии, армянская группа содействия стала объектом угроз и преследований со стороны КГБ. К трем годам лишения свободы приговорен член группы, однофамилец ее руководителя Шаген Арутюнян.



Владимир Тольц: Отрывки из разных выпусков «Хроники текущих событий» в разные годы зачитанные в передачах Радио Свобода. Наша давняя слушательница Елена Георгиевна Боннэр говорит мне:



Елена Боннэр: Самое главное, что тут большую роль сыграло радио и особенно Свобода. Ты знаешь, как я к Свободе отношусь – иногда хорошо, иногда плохо. Так вот в данном случае конкретно хорошо. Потому что чтение по радио «Хроники» затрагивало очень большой слой людей.



Владимир Тольц: Мы знакомы с Еленой Георгиевной больше 30 лет и, - прошу прощения у слушателей, - давно на «ты». Ты вообще когда увидела «Хронику» впервые?



Елена Боннэр: Я думаю, что я ее увидела где-то глубокой осенью 68 года, когда вернулась из поездки к родным в Париж. И обстоятельства были такими: я зачем-то пришла к одной из коминтерновской, моложе папы, отсидевшей немке. И увидела вот эти листочки. Но как-то мне их никто не дал. А спустя какое-то время, это ноябрь 68 года, Володя Тельников принес пачечку «Хроник». Но я уже знала, что «Хроники» есть, может быть из радио. Во-первых, читай и печатай и передать в Ленинград. И с этого момента, наверное, ноябрь 68 года я все время возила по несколько экземпляров в Ленинград.



Владимир Тольц: Ну, хорошо! Составляли, перепечатывали, распространяли, читали… Как сегодня можно оценить значение всего этого?



Елена Боннэр: Ты знаешь, мне трудно сказать. Я не могу сказать, что «Хроника» меня воспитала. У меня какие-то другие эмоции были: а, вот это попало, а, вот это там есть. Понимаешь, может быть потому что была некая близость к конкретным событиям и очень хотелось, чтобы они стали ожившими в такой звуковой книге. Для меня это имело большое значение. Но для кого-то это имело значение познавательное. Я думаю, что больше значение имела «Хроника». Более того, я думаю, что «Хроника» была главным документом того вида сопротивления.



  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG