Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Самара: Кому принадлежат берега Волги? Почему пенсионерку из Ижевска Альфиру Хакимову обвинили в клевете? Обмен книгами по-тюменски. Сочи: Как воспитать творческого читателя? Ростов-на-Дону: Как сделать чисто по-ростовски? Обнинск: Где найти деньги на лекарства инвалидам? Челябинск: Жизнь и борьба Людмилы Гесс. Подмосковье: Серпухов начинает говорить по-турецки. Благовещенск: Горят приамурские села. Котельнич: Недуг можно победить


В эфире Самара, Сергей Хазов:



Самарские экологи и правозащитники выступают против застройки и захламления мусором береговой полосы Самары. Берег Волги – федеральная собственность. По Водному кодексу России каждый гражданин имеет право пользоваться береговой полосой для передвижения и пребывания около водных объектов. Кроме того, Земельный кодекс запрещает приватизацию земельных участков в пределах береговой полосы. «Сегодня берег Волги в границах города представляет удручающую картину - самовольный захват земель, незаконное строительство берегоукрепительных стен и причалов, других гидротехнических сооружений, сброс мусора и множество других нарушений», - рассказывает председатель самарского отделения Международного экологического союза Сергей Симак.



Сергей Симак : Проход по этой зоне – проход, отдых, нахождение на ней, купание в реке – должно быть свободно для любого жителя Российской Федерации. Люди, которые покупают участки на берегах рек, хотят пользоваться ими единолично. Разумеется, это нередко в отсутствие контроля стараются эти участки захватить – ставят заборы, объявляют эти территории частными владениями, пытаются заявить, что это частные пляжи, строят причальные стенки, которые отгораживают участки береговой полосы и препятствуют свободному проходу людей.



Сергей Хазов : О захламленности берега Волги мусором говорят и местные жители. Рассказывает Надежда Семенова.



Надежда Семенова : Сами люди очень неаккуратные. Везде бросают окурки, бумажки, пачки от сигарет, банки.



Сергей Хазов : Продолжает Александр Васильев.



Александр Васильев : Вообще, все грязно – тротуары, газоны, вообще, свинячат. Живут, я не знаю, кто. Из окон окурки бросают. Ужасно!



Сергей Хазов : Министр природных ресурсов и экологии Самарской области Александр Федоров, побывав вместе с экологами на волжском берегу что называется, воочию, увидел массу нарушений природоохранного законодательства.



Александр Федоров : Мы видим с вами и захват территории, и строительство гидротехнических сооружений, и ликвидация пляжей, и строительство заборов. Все это приводит к тому, что люди сегодня практически ограничены к доступу Волги.



Сергей Хазов : «На каждой волжской просеке стремительно растут коттеджные участки, захламляя берег», - говорит местный житель Виктор Соловьев.



Виктор Соловьев : Все застроено, не пройдешь, завалено. Раньше здесь много рыбы было, а сейчас вообще не заходит. Естественно, не нравится никому. Вот собака здесь. Летом малыши даже на пляж не пройдут.



Сергей Хазов : «Из-за развернувшегося на волжском берегу массового частного строительства, нарушаются санитарные и экологические нормы. Бензин с частных пристаней и лодочных стоянок вместе с канализационными стоками попадают в Волгу. Часто такие нарушения происходят в водоохранной зоне, рядом с местами городского водозабора», - поделился начальник отдела водных ресурсов по Самарской области Евгений Пермяков.



Евгений Пермяков : Мы не запрещаем, нет. Есть табу – то, что предусмотрено федеральным законодательством. Остальное все можно, но делайте это, господа, правильно. Делайте проекты. У нас еще ни один частник не обратился к нам за получением решения или договором водопользования на сброс сточных вод. Он должен прийти, получить такое разрешение, заплатить какие-то деньги. Деньги, собираемые здесь с водных налогов, теперь за плату пользования водными ресурсами, они идут на восстановление водных ресурсов.



Сергей Хазов : Министерство природных ресурсов Самарской области и федеральные природоохранные органы в прошлом году провели более 30 проверок. В результате около 70 дел передано в самарскую межрайонную природоохранную прокуратуру для принятия мер прокурорского реагирования. «Сегодня есть только один прецедент в губернии, когда Министерство природных ресурсов доказало незаконность построек и довело дело до суда. Это дело о сносе дома на острове Зелененький, которое передано судебным приставам для исполнения судебного решения», - поясняет министр природных ресурсов и экологии Самарской области Александр Федоров.



Александр Федоров : Многие дома даже не получили разрешения. Отсутствуют землеотводы, то есть сначала объект строится, а потом ходят по инстанциям и оформляют документы. Это уже факт самозахвата и факт наличия преступления. Поэтому сегодня, если суд примет решение, что данный объект незаконен, дальше вступает уже служба судебных приставов. Мы должны исполнять данное судебное решение. Если там будет написано снести дом и привести участок в первоочередное состояние, то есть озеленение, посадка деревьев и так далее, они обязаны это дело обеспечить. Моя задача сегодня – доказать незаконность, довести дело до суда, до судебного решения.



Сергей Хазов : Председатель самарского отделения Международного экологического союза Сергей Симак рассказал, что на малых реках Самарской области экологическая ситуация еще хуже.



Сергей Симак : Это малые и средние реки, длина русла которых в сотни раз больше, чем длина береговой полосы водохранилища. Там контроля нет вообще, в принципе, нет. Туда не добирается никакой ГИМПС. Туда не добираются никакие инспектора Министерства природных ресурсов.



Сергей Хазов : В мае самарские экологи намерены провести экологический мониторинг противоположного Самаре правого берега Волги.



В эфире Ижевск, Надежда Гладыш:



Мировой суд Октябрьского района города Ижевска в среду рассматривал три иска сотрудников Центра социального обслуживания – директора, его заместителя и социального работника – к женщине-инвалиду, проживающей в так называемом «спецдоме», по двум уголовным статьям – «клевета» и «оскорбление».


Обвиняемая - Альфира Захарьевна Хакимова, 63 года, инвалид II группы - с самого начала живет в этом необычном доме. Сдан в эксплуатацию он был в 1991 году как комфортный дом для престарелых и инвалидов, не имеющих родственников. Были здесь предусмотрены дешевая столовая, прачечная, медицинский пост. Сейчас всего этого уже нет. Дом обветшал, но ремонтируется только нижний этаж, где теперь располагается Центр социального обслуживания. А из пожизненных жителей ветераны превратились в бесправных постояльцев – под благовидными предлогами у них изъяли ордера, выданные им при вселении, и оформлены краткосрочные специализированные договора найма жилых помещений.


Альфира Хакимова избрана жителями старшей по дому. К ней они бегут в любом затруднительном случае, в том числе, чтобы найти управу на разбушевавшихся соседей – наполовину «спецдом» стал нынче пристанищем для асоциальных личностей. Почему к ней вы бежите, а не к администрации? – спросила я бабушек. Вот что услышала в ответ.



Жительница : Она справедливая. Иногда бывает, что доведут, она дает как следует отпор. Я такая же, я тоже очень справедливая, сама стала говорить, и я не хороша стала. Чем мотивируют? Они говорят, что никто не идет, а я вот такая, я требую, не молчу.



Жительница : Почему люди должны так жить, ветераны, бабки?!



Жительница : Мы только к ней обращаемся. А к кому больше?!



Надежда Гладыш : Альфира Хакимова фактически неформальный лидер среди здесь живущих. Инвалиды и старики боятся вступать в открытый конфликт с начальством, да не всегда им это и под силу. Вот, к примеру, одна из претензий Хакимовой к сотрудникам ЦСО.



Альфира Хакимова : Вот у нас здесь три полусмасшедшие старухи бродят. У них пенсию забирают. Субботу и воскресенье они обычно ревут, есть хотят. Их же никто не кормит субботу и воскресенье. В пятницу покормили и до понедельника они голодные. Кормят так, что вот Ира все время ходит и у вахтеров хлеб просит. На 9-м этаже безногий лежит, есть хочет. А они закроют и оставят на выходные дни. А деньги остаются, они свои чеки добавят, а том мало ли кто проверять будет, а деньги между собой делят.



Надежда Гладыш : Это уже ваши предположения…



Альфира Хакимова : Не предположения. Это я сама видела.



Надежда Гладыш : Но обиженные молчат! Тогда Хакимова провела собрание.



Альфира Хакимова : Как соберу собрание, все с испугу молчат. Я же одно время говорила – давайте мычать будем, если вы согласны с моими претензиями. Все мычали. А так все боятся. У меня инсульт последний был только из-за этих бабушек. Мне их очень жалко. Ладно, я еще так хожу, а со мной, что случись? Такая же система будет.



Надежда Гладыш : А с тех пор, как администрации стало известно, что Альфира Захарьевна хлопочет за соседей, собирает документы для приватизации занимаемых стариками квартир, конфликт между начальством спецдома и старшей вступил в новую фазу - против неё сфабриковано уголовное дело.


Уголовное преследование работниками социальной защиты своей подопечной – дело беспрецедентное. Это признаёт начальник управления социальной поддержки населения администрации Ижевска Ирина Галина. Но она считает, что виновата сама Хакимова.



Ирина Галина : Директор учреждения мне доложила о том, что ей поступают служебные записки от специалистов, которые обслуживают Альфиру Захарьевну. Сама директор неоднократно жаловалась на то, что отношения не очень корректные, не очень спокойные. Знаете как бывает в жизни – все накапливается. Поэтому, да, они подали иск в суд. Я препятствовать этим вещам не могу. Единственное, мы с ней уже беседовали о том, что здесь никаких наказаний, никаких репрессий наши работники не будут. Скорее всего, они пойдут на мировую. Они намерены это сделать.



Надежда Гладыш : Выходит, что в суд Хакимову призвали в воспитательных целях.



В эфире Тюмень, Алекс Неймиров:



На майских праздниках скучно не будет тем, кто запасся чтивом во время недавнего «Книжного обменника». Чего там только не было! От сказок до новомодных детективов. Пенсионер Владимир Семенец раньше прочитанные не знал, куда деть, а сейчас с пользой для семейного бюджета обменивает. Жене присмотрел Донцову, себе – Ницше.



Владимир Семенец : Я ни разу его не читал, поэтому. Знаю, конечно, этого философа. Посмотрел – интересные вещи у него все-таки есть. Мы просто относились в свое время к этим товарищам отрицательно. А у них есть довольно-таки много полезного. И у Маркса, и у Ленина, и у Сталина, и у наших местных… У каждого есть что-то полезное, и не надо отрицать их всех.



Алекс Неймиров : За пару лет «Книжный обменник» превратился в место общения и обмена мнениями тюменских писателей с читателями. Сюда заглядывают Владимир Крапивин, Виктор Строгальщиков, Владимир Богомяков… Полковник ФСБ в отставке Александр Петрушин пишет книги в документальном жанре, в частности о войне. «Обменник» дарит книгам новую жизнь, считает Петрушин, что важно для формирования собственного понимания хода истории.



Александр Петрушин : Вот я беру военные книги, старые военные книги, а читаю их по-новому, новыми глазами. Вот меня пригласили 4 мая в детскую библиотеку. Проблема такая – дети не читают книги о войне. Как-то я их должен убедить, что их надо читать. Действительно, книги тогда были своеобразные, потому что многое не давали писать то, что было в действительности. Но талант таких писателей, как Бондарев, Кондратьев, Богомолов, Казакевич в том, что отдельные фразы они писали так, как надо писать сегодня.



Алекс Неймиров : Идея менять шило на мыло стара как мир. Но благодаря обаянию и энергии журналиста Алены Бучельниковой в Тюмени bookcrossing прижился и стал одним из немногих неформальных и некоммерческих явлений. Алена Бучельникова говорит, что не перестает удивляться разнообразию читательских вкусов и богатству домашних книжных шкафов.



Алена Бучельникова : Публика меняется, постоянно приходят люди новые, постоянно появляются какие-то редкие книги. Это тоже традиция. Например, одной из редких книг был словарь немецкого языка, выпущенный в Берлине в начале ХХ века. Он вызвал восторг у своего нового обладателя. Удивительное свойство «книжного обменника» - он дает людям возможность что-то найти для себя. Мы с Вами можем сейчас подойти к книжкам и решить, что там ничего нет на наш вкус. Тем не менее, люди выходят с томами и довольны, что провели здесь время.



Алекс Неймиров : За вход нужно заплатить символическую плату - 10 рублей, что дает право обменять до 5 ненужных ему книг на 5 любых других из обменного фонда. Собранную наличность организаторы акции передают Благотворительному фонду развития города Тюмени (БФРГТ). Говорит его руководитель Вера Барова.



Вера Барова : Средства, которые собираются в ходе «книжного обменника», идут на приобретение учебников для детей из замещающих семей. В год мы проводим 3 таких мероприятия, что позволяет помочь детям – чуть более 10 учеников получают такую поддержку.



Алекс Неймиров : Кроме того, в этот раз будет отправлена посылка в детскую библиотеку села Шапкино Тамбовской области. Через интернет тамошние библиотекари прознали про тюменские книжные запасы и попросили поделиться.



В эфире Сочи, Геннадий Шляхов:



Они непохожи друг на друга - ни по характеру, ни по темпераменту, ни по складу ума. Маша Кислая учится в десятом классе сочинской общеобразовательной школы. А Света Зверева из Самары - лицеистка. Они незнакомы друг с другом, но объединила девочек одна страсть - любовь к чтению.



Мария Кислая : Сказки люблю очень, фэнтэзи. В принципе классику люблю читать. Вот иногда слышу интересных авторов, интересные произведения. Иногда просто прихожу в библиотеку: у вас есть что-нибудь интересное. Что-нибудь дадут, обязательно что-нибудь новое узнаю.



Геннадий Шляхов : Это рассказывала Маша из Сочи. Продолжает Света из Самары.



Светлана Зверева : Я с детства люблю читать. Многое в этом сыграла школа. С первого класса летом мне давали списки 50-60 книг, которых мне приходилось искать. Порой ездить в другой город покупать. Также учили по 12 стихов за неделю. Я думаю, это тоже наложило свой отпечаток. Я благодарна своей школе.



Геннадий Шляхов : Вот таких, как Маша и Света книголюбов объединяет сетевой молодёжный гуманитарный форум под названием МОСТ, что переводится, как Мастерская остро современных текстов. Таких же, как Маша и Света, читателей со всей России раз в год собирает в Сочи фестиваль молодых читателей. В этом году их приехало более трёхсот человек в сопровождении учителей и родителей. Говорит основатель и руководитель фестиваля Юрий Ратнер.



Юрий Ратнер : К нам в основном приезжают дети, которые читают, но какой процент составляют они от молодого поколения - мне сказать трудно. Это более-менее продвинутые дети, в основном из глубинок - начиная от Владивостока и кончай Калининградом. 70 процентов - это маленькие города и сельские школы, 30 процентов - большие города как Саратов, Калининград, Казань.



Геннадий Шляхов : Открытие фестиваля проходило в одной из городских школ и было превращено устроителями в СороСочинскую ярмарку. Гоголю были посвящены также рисунки сочинских детей, выставленные на обозрение. По соседству с экспозицией бойкие торговки (из числа тех же книголюбов) предлагают свой товар.



Участница ярмарки : У нас вишнёвое варенье из вишнёвого сада Чехова, ананасы в шампанском от Игоря Северянина, мочалка от Корнея Чуковского из Мойдодыра. Шаль от Анны Ахматовой, лампочка от Марины Цветаевой.



Геннадий Шляхов : Мартышкины очки от дедушки Крылова, лежавшие тут же на прилавке почему-то не продавались. Струнный квартет из местных музыкантов перед входом в зал играл что-то очень не классическое, видимо, специально подобранное для молодёжной публики. На листе ватмана одиноко стоящая девушка что-то сосредоточенно рисовала. Организаторы предложили самостоятельно создать обложку своей самой любимой книги.



Девушка : Габриэль Гарсиа Маркес - "Я умер в своей кошке". Смысл обложки как раз взят из произведения. Там где был малыш под землёй, а над ним росло апельсиновое дерево. Достаточно прочитать книгу, чтобы понять, что здесь нарисовано.



Геннадий Шляхов : Всё это время в зале, где с минуты на минуту должна была начаться торжественная церемония открытия, звучал в записи орган, настраивая участников фестиваля на серьёзный лад. Ведь согласно твёрдому убеждению организаторов фестиваля архитекторами МОСТа (Мастерской остро современных текстов) являются Пушкин и Гоголь, Толстой и Чехов, Хармс и Киплинг, Северянин, Уайлд, Астафьев. В зале - орган, а перед в холле всё тот же струнный квартет с разудалым и совершенно не случайным хитом.


"Литература - это храм или рынок?" - вынесли в заголовок фестиваля организаторы непростой вопрос. Не для публичного спора и дискуссий, а ради эксперимента, для размышления: что такое есть рынок, а что такое храм литературы. Светлана Зверева из Самары для себя этот вопрос давно решила и современных авторов не очень жалует.



Светлана Зверева : Да, есть пару гениальных произведений современных авторов, но в большинстве своём они рассчитаны на рынок и на получение прибыли.



Геннадий Шляхов : А вот что касается классики, то в этом вопросе Светлана Зверева непоколебима.



Светлана Зверева : Классика востребована. Это я могу сказать точно, потому что многие из моих друзей у них любимыми произведениями являются произведения классиков. Я могу сказать, что мало кто любит Льва Николаевича Толстого, но для меня он самый обожаемый автор. Но Фёдор Михайлович Достоевский - все читают с большим удовольствием и Булгакова тоже.



Геннадий Шляхов : О своих предпочтениях в классической литературе каждый из участников фестиваля написал творческую работу, отправив её на сайт молодёжного гуманитарного форума. Кроме этой вечной темы "Живой классик" молодым читателям в этом году предлагались другие конкурсные темы. Например, "Марафон увлечённых" - это рассказ о хобби или главной жизненной цели. Или конкурс "Версия", в котором участникам предлагалось продолжить любой известный литературный сюжет. Маша Кислая из Сочи взялась за "Пигмалиона" Бернарда Шоу.



Мария Кислая : Я решила изменить Хиггинса. Я просто поменяла героев местами. Я сделала так, что Хиггинс разорился, и Элиза, помогая ему, перевоспитала его. Теперь она создала его. Они остались в расчёте и вполне могут остаться после этого друзьями. Почему бы нет?!".



Геннадий Шляхов : Маша, как и её одноклассники не любит грустных концовок. Жалеет героев.



Мария Кислая : Муму. Мне её очень жалко было. Я не хотела, чтобы он убивал её. Читала я "Гранатовый браслет" Куприна. Тоже мне очень жалко было человека, который умер. Я вообще не люблю грустные концовки. Мне кажется, всё должно быть хорошо. Мне жалко было Печорина, "Героя нашего времени". Это, вообще, любимое моё произведение. Мне так хотелось, чтобы он нашёл себя. Вопреки всем. Хорошее намного приятнее плохого. Когда читаешь, ты всегда надеешься на лучшее. Это с детства, со сказок началось. Помните, все сказки начинаются со слов "жили-были", а заканчиваются "и жили они долго и счастливо".



Геннадий Шляхов : Эти и другие размышления юных читателей по поводу классической литературы в этом году в адрес сетевого гуманитарного форума поступило более 800 человек. Те из школьников, кто сумел приехать в Сочи, защищал свою работу перед членами жюри и коллегами-читателями. Участвовал в дискуссиях, артистической тусовке и блиц-турнире поэтов и прозаиков. Говорит основатель фестиваля Юрий Ратнер.



Юрий Ратнер : У нас нет цели воспитывать журналистов, прозаиков, поэтов. У нас цель - воспитывать творческого читателя. Мне кажется, что настоящий читатель равен творцу произведения, потому что от его интеллекта, от его творческих возможностей, от его способности быть одновременно и актёром, и режиссером, и оператором, и художником того материала, который они прочитывают, очень много зависит. Поэтому я очень уважаю читателей и считаю, что это не менее важная профессия, чем профессия писателя в наши дни.



Геннадий Шляхов : Не тратить понапрасну время, помочь разобраться, сориентироваться в море книжной литературы - такую задачу ставят перед собой организаторы фестиваля и, похоже, успешно с ней справляются. Рассказывает Маша Кислая из Сочи.



Мария Кислая : Сейчас я читаю, я не вижу эти буквы, я вижу эту историю. Любое произведение, какое бы оно ни было - грустное, не грустное, любое произведение - ты его видишь, как фильм, запоминаешь, ты переживаешь вместе с героем. Ты радуешься вместе с ними. Это такое счастье! Мне кажется чтение - это такое достижение. Это как музыка.



Геннадий Шляхов : Открытый Интернет-фестиваль молодых читателей России "Сочи-МОСТ 2008" завершился. Но ещё несколько дней в зале одной из школ, где проходило открытие форума оставался нетронутым фестивальный плакат на котором крупным и уверенным почерком было написано "Мы Дон Кихоты 2008 года".



В эфире Ростов-на-Дону, Григорий Бакунин:



Выражение «чисто по-ростовски» для самих ростовчан каждый раз звучит по-разному, и может выражать огромный спектр мнений - от «очень хорошо» до «очень плохо». И вот недавно у этого словосочетания появился ещё один, очень такой симпатичный, смысл. Как вспоминает теперь в связи с этим ведущая программы «Ночной разговор» на одном из ростовских радио Анна Панкова:



Анна Панкова : Позвонил мужчина как-то в программу. Вот он звонит, и говорит мне - вот, всё так плохо, всё так ужасно, народ плохой, правительство плохое, город грязный, вы, говорит, никогда не возмущаетесь. Я вас давно слушаю — вы никогда не возмущаетесь. Я у него спрашиваю - а что, нужно возмущаться? Конечно, говорит, нужно возмущаться!


Вы знаете, я, вообще-то, не склонна возмущаться. И я рассказала историю, что мы отдыхали в Пятигорске, я сидела на горе, читала книгу, и так мне стало на душе хорошо, так чисто, я всех простила, а там внизу — люди, и мне было хорошо и чисто на душе, что я подумала - а сижу в таком мусоре. В общем, в радиусе пяти метров я собрала весь, весь, весь мусор, и стало там очень чисто и красиво. И даже я нашла там кусочек записки — обрывок из ежедневника — и там было написано моё имя Анна, я его сохранила, и храню, как талисман. Я подумала, что это хороший знак. И я в программе рассказала, о том, что не надо возмущаться, а надо делать, и что лучше зажечь одну свечу, чем проклинать тьму. Слушатели как-то очень прониклись, и сказали - мы тоже хотим делать чисто и красиво.


И хотя я человек такой, не энергичный, но я как-то чувствую ответственность, ну, «прокукарела», значит, надо делать. И вот, наверное, единственное, чем я горжусь, что вот это название «Чисто по-ростовски» я придумала сама. Это вот моя идея такая…



Григорий Бакунин : Акция, получившая такое буквальное название, впервые прошла несколько лет назад на Зелёном острове, который расположен посередине реки Дон практически напротив центра Ростова, и соединён с городом понтонным мостом. Ростовчане любят там бывать практически всегда - весной, летом и осенью. Мусор после себя все оставляют просто в огромных количествах. А у муниципальных властей, видимо, всё руки не доходят до Зелёного. И акция «чисто по-ростовски» задумывалась, как способ очистить остров своими силами. Хотя бы немного. Так теперь у некоторых ростовчан и повелось: в последнее воскресенье апреля — с друзьями на Зелёный. И не только шашлыки жарить на природе, а ещё и мусор убирать. За себя, и за многих других. Дизайнер Юлия в этом году впервые приняла участие в гуманитарно-экологической акции «Чисто по-ростовски»:



Юлия : Ну, у меня на самом деле, внутри есть такая идея, что если каждый будет за собой убирать, то, в общем, будет чисто. И вот когда выходишь на природу, и видишь, как всё засыпано мусором, вот у меня сердце болит из-за этого. Поэтому я считаю, что мы должны в этом участвовать, нам нужно убирать. Ну, если там нет людей, или у людей недостаточно сознательности, чтобы убрать за собой, то кому-то приходится это делать. Во-первых, все хорошо организовано. Есть перчатки, есть мешки вывоз мусора. То есть, всё быстренько, хорошо: мы собрали, повеселились, пообщались…



Григорий Бакунин : Многим людям, которым довелось хотя бы однажды принять участие в акции «чисто по-ростовски», не хочется ждать целый год, чтобы встретиться с единомышленниками на острове. Поэтому Анна Панкова стала организовывать подобные «воскресники» и в других местах: то в Ботаническом саду уберутся, то в каком-нибудь из городских парков.



Анна Панкова : Я приглашаю тех, кто не любит возмущаться, а любит делать чисто и красиво. Причём, акция эта, конечно, удивительная. Она такая, ну, философская. Там, после того, как мы это проводим, обязательно проводим «круг», и люди делятся своими чувствами, своими переживаниями. То есть, это всегда какие-то отношения, это общение. Потому что люди приходят, конечно, особенные, люди, которые способны бескорыстно доброе дело делать. Одна девушка, она философ по образованию, и она говорила, что ну, вот я всегда думаю, ну, где, где эти законы философии, а где жизнь. А тут, говорит, я видела, как реализуется в жизни нравственный императив Канта, который состоит в том, что истинное доброе дело может быть только добровольным и бескорыстным. И мы все очень радовались, потому что мы думали, что мы просто мусор собираем, а, оказывается, мы реализуем нравственный императив Канта.



В эфире Обнинск, Алексей Собачкин:



Обнинские инвалиды, недовольные тем, что уже четыре месяца не получают бесплатные лекарства, провели у входа в местную мэрию пикет. В этом году федеральные власти переложили финансирование бесплатных лекарств на местные бюджеты. А у субъекта Федерации на эти цели не хватает денег. Нельзя сказать, что бесплатных лекарств для инвалидов не стало вовсе, но из расчета 417 рублей на человека в месяц. В прошлом году выделялось в разы больше – 1300 рублей. Понятно, что бесплатных лекарств на всех нуждающихся теперь не хватает. 417 рублей – это капля в море. Дефицит страшный. Из-за него подавляющее большинство инвалидов не могут получить жизненно важные препараты. Бывший шофер 75-летний Иван Бушанов возмущался на пикете.



Иван Бушанов : Нет лекарств, не дают. Лекарства есть только за деньги, а без денег нам, инвалидам, не дают ничего. Как жить дальше? Скажите мне! Я обил уже… по аптекам ходить. Мне говорят – ждите, будет. А ничего не дают. Какой власти я теперь должен верить? Теперь мне фигу показывают, как говорится. Вот так меня уважают.



Алексей Собачкин : Бывший научный сотрудник Борис Шпаков считает, что при Зурабове ситуация с лекарствами была намного лучше, чем сейчас.



Борис Шпаков : Некоторые месяцы получается, что вообще не получаем или одно лекарство из четырех. Пока Зурабов был плохо было, но еще относительно терпимо. Как говорится, обещал, но что-то делал. Как только ушел Зурабов, так вообще прекратилась поставка лекарств. Не по-человечески просто.



Алексей Собачкин : Через полчаса после начала пикета к протестующим инвалидам вышел мэр города Николай Шубин.



Николай Шубин : Только не нервничайте. Федеральным льготникам, которых сейчас государство не финансирует, на эту категорию, мы выделим 9 миллионов вместе с областью.



Участница пикета : Николай Евгеньевич, вы признаете, что нужно минимум 40-50 миллионов?



Николай Шубин : Вообще, денег нужно очень много. У нас эти деньги не заложены. Поэтому мы берем на себя дополнительные затраты. Что-то придется обрезать, что-то по инвестициям обрежем, что-то придется по зарплате и так далее. Потому что другого выхода нет.



Участница пикета : Четвертый месяц я получаю лекарства! Для меня это жизненно важно!



Николай Шубин : Я не могу говорить, что происходило в январе-феврале!



Участница пикета : Вы ни разу не выступили в газетах по этому вопросу.



Николай Шубин : Еще раз! Я все сказал. 9 миллионов на дороге не валяются.



Участник пикета : Завтраки продолжаются.



Алексей Собачкин : Стал накрапывать дождь. Мэр сел в машину и уехал. Люди с плакатами остались стоять. Инвалиды пообещали, что если положение не изменится, то 1 мая они проведут в Обнинске массовый митинг протеста.



В эфире Челябинск, Александр Валиев:



История челябинки Людмилы Гесс - наглядный пример того, что ждет обычного гражданина, попытавшегося отстоять свои права и ввязавшегося в борьбу с чиновниками. Волею судеб она, мать пятерых детей, 13 лет назад очутилась в доме, который стоял практически под стеной вреднейшего производства - Челябинского электрометаллургического комбината.



Людмила Гесс : 11 лет мы там прожили. Платили как в элитных домах, а люди жили там 30 лет! В нашем подъезде, где мы заселились, лично при мне двое только осталось в живых. Одна сейчас парализованная на Октябрьской живет. Она в 8-й квартире над нами жила. Все поумирали. Причем, начинает с ног, как у меня сейчас, таз, ноги, памперсы, пеленки, смотришь – а человека нет.



Александр Валиев : Людмила Гесс утверждает, что за два года, с 2002 по 2004, в небольшом квартале, который объединился в борьбе за расселение с зараженной территории, умерло 126 человек. Условия, в которых проживали эти люди, были поистине ужасающими. Мало того, что под окнами вовсю дымили трубы, сами квартиры были лишены элементарных удобств. Водоснабжение и отопление, по сути, отсутствовали. Когда умер один из их соседей, об этом стало известно лишь спустя время.



Людмила Гесс : Он жаловался. Я, говорит, не могу спать ночами. Он укутывался в мокрые простыни. А потом, когда мы поднялись, у него угол… Завод видно! Стенка от стенки отходит. Вот так обои дернули…



Александр Валиев : Кто-то оборачивался мокрой простыней, кто-то спал с многослойной марлевой повязкой на лице. Власти обещали расселить, возили людей на строительство новых домов, которые якобы предназначались им. Но время шло, а ничего не менялось. Тогда народ пошел пикетировать мэрию. Это было еще при прежнем градоначальнике, при Вячеславе Тарасове. Людмила Гесс считает, что именно ее активное участие во всех протестных мероприятиях позже откликнулось ей очень горьким эхо. Ее выселили из дома по Ферросплавной вместе с инвалидом мужем, двумя детьми и младенцем-внуком.



Людмила Гесс : Месть. Когда мы ходили на митинг, я шла первая и несла такой узенький плакат «Мэра города Челябинска переселить на улицу Ферросплавную». Если человек не хочет слышать крик и боль души людей, по-другому с ним поступать нельзя! И вот тут я выкрикнула: «Товарищи! Посмотрите, пожалуйста, и почитайте плакаты, для чего мы здесь собрались». И рассказала им всю ситуацию и сказала – Тарасов, выходи! Вы знаете, как все кричали: «Тарасова! Тарасова! Тарасова!» Это месть мне.



Александр Валиев : Надо признать, что с Людмилой Анатольевной ее оппоненты пытались договориться по-разному. И по-хорошему - когда предлагали квартиру ей в обмен на обещание успокоиться. И по-плохому - когда угрожали по телефону. А в итоге просто выселили по суду.



Людмила Гесс : А сколько угроз я по телефону получала. Простите, меня, Сашенька, но ведь меня еще и оскорбляли: «Ты, сучка, на кладбище получишь квартиру!» Я согласна, но только с тем условием, что вы уберете людей отсюда. Здесь растут дети! И в Калининской прокуратуре мне и Шишкиной предлагали квартиры в любом районе – 3-х, 4-х. Я говорю – неужели вы думаете, что я буду жить спокойно, зная, что там дети умирают, там все дети синие. Девочке 9 лет у нее киста матки!



Александр Валиев : На Ферросплавной Гессы оказались после того, как два года прожили в Самарканде. Там у мужа Людмилы Анатольевны жили родители. Старикам был необходим уход, поэтому Гессы обменяли свою квартиру на самаркандскую. А когда развалился Советский Союз, и в Узбекистане не стало работы, пришлось бросить все и возвращаться в Челябинск. Тут-то муж Людмилы был вынужден пойти работать в одну из структур ЧЭМК. Формально их прописали в общежитии в 8-метровой комнате, а фактически заселили в дом на улице Ферросплавной. Ордера не выписали. Десятилетие спустя этим и воспользовались власти во время конфликта. Гессов выкинули на улицу.



Людмила Гесс : Мы два года скитались с этой кружкой. Нашли квартиру, комнатку 9 метров. А так по друзьям. У нас все чужое, все абсолютно. Дорожки – это все с мусорки. Вот эти кресла – тоже с мусорки, там дорожки тоже с мусорки. Здесь все выкидывают, кто побогаче, все мы насобирали. И мы, я после операции, зимой в 2006 году на этом полу на газетах спали одетые в сильнейшие морозы. Это за то, что у меня отец на фронте погиб, я награждена медалью материнства.



Александр Валиев : Сейчас Людмила Гесс, ее муж, оба инвалиды второй группы, а также ее дочь и внук живут в однокомнатной квартире, которую им выделили власти. У Людмилы Анатольевны специфические легочные заболевания - пневмофибриоз легких, аортокардиосклероз. По словам свидетелей, легочными заболеваниями страдают практически все, кто проживал на злосчастной улице - от мала до велика. Все имущество, которое было у семьи, куда-то пропало при выселении. И теперь маленькую однушку приходится обставлять тем, что приносят друзья или выбрасывают соседи.



В эфире Подмосковье, Вера Володина:



Девочки говорят по-турецки



Вера Володина : Евсеева Ирина и Даша Кравченко изучают турецкий язык в Серпухове. Сами школьницы живут в научном соседнем городке Оболенском, где изучают как иностранный английский язык, а в группу к переводчику турецкого языка, пока еще студенту Московского лингвистического университета Дмитрию Данилову пришли учить турецкий как перспективный язык для Серпухова. Школы турецкого - не редкость в России, реагирует на мое удивление Дмитрий.



Дмитрий Данилов : Учат его в Костроме, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, турецкий язык, в Красноярске, Новосибирске. В общем-то, спрос на него велик, конечно, сейчас в Москве, да и, вообще, по всей России. Даже в нашем районе несколько предприятий. Я думаю, во многих городах есть турецкие предприятия совместные. Не так ценятся дипломированные переводчики, а именно носители русского языка, то есть они могут ограничиваться иногда азербайджанцами, у которых язык похож, гагаузами. Им платить можно меньше, естественно. На уровне стройки перевести рабочим – подай, принеси… Конечно, если это переговоры, любые виды переговоров, там, естественно, нужен уже переводчик дипломированный, который может грамотно перевести как с турецкого на русский, так и с русского на турецкий. Без знания языка, культуры, своего делового даже партнера, невозможно строить никаких отношений.



Вера Володина : Свое будущее в профессии Дмитрий видит в журналистике либо в работе дипломатической, а его ученики - пока две группы - присматриваются к развивающемуся под боком бизнесу.



Дмитрий Данилов : Три крупнейших предприятия – «Витра», «Кали Ким и «Винтек». Я думаю, что рабочим это ни к чему, но они, во-первых, привозят много народа с собой из Турции. Там, в основном, персонал на 50 процентов турки. Соответственно, там какие-то секретарские, референтские должности в любой фирме есть. Я думаю, как раз, зная турецкий язык, не на самом высоком уровне… Вы понимаете, что за два часа в неделю выучить язык в совершенстве практически невозможно, тем более все-таки дети есть дети. Они еще не до конца осознают. В любом случае, лишним это не будет. Потому что мы здесь занимаемся переводами. Я стараюсь их сразу приучать переводить. А для того, чтобы переводить грамотно, нужно, во-первых, в совершенстве владеть своим языком, русским. В дальнейшем я планирую, может быть, уделить время историям по культуре, литературе Турции.



Вера Володина : Изучают турецкий не только школьники. Дмитрий Староверов, редактор серпуховской ОКИ-инфо, тоже учит турецкий и хорошо знает, как появилась и реализовалась эта идея.



Дмитрий Староверов : В прошлом году большая делегация Серпуховского района выезжала в Анталию. Там глава нашего района Александр Шестун встречался с мэром Анталии, с руководителем Торгово-промышленной палаты. Были достигнуты некоторые договоренности о дальнейшем сотрудничестве между городом Анталией и Серпуховским районом. Были посещены несколько промышленных зон рядом с Анталией. Они такие высокотехнологичные. Там выдаются предпринимателям большие участки земли. Правительство туда подводит коммуникации и сажает туда предприятия с минимальными налогами. Такая Силиконовая долина. Наши, скажем так, не вставляют палки в колеса для развития. Единственное, есть с энергетикой проблемы, но это никак не связано было с местными властями. По максимуму стараются, чтобы быстрее все это начало работать.



Вера Володина : Ирина и Даша:



Ирина Евсеева : Для себя и для работы как-то интересно, поэтому мы учим турецкий язык. Нравится и перспектив больше.



Дарья Кравченко : Язык сам по себе интересный, я бы даже сказала, сложноватый. У него есть свои какие-то сложности. Там как английские буквы, есть маленькие изменения. Еще он легкий, потому что как пишется, так и читается.



Ирина Евсеева : Если выучишь алфавит, то легко будешь читать. Потому что как написано, так и читается.



Дарья Кравченко : Конечно, нужно на разных уровнях… Даже на конференции, совещании, чтобы не сидеть с переводчиком, а самому понимать, вести диалог, общаться с человеком.



Ирина Евсеева : Мы уже даже предложения можем складывать – отрицательные и вопросительные.



Вера Володина : Кстати, сначала Дмитрий Данилов преподавал здесь русский язык турецким менеджерам, но из-за большой их занятости в бизнесе дело не сложилось. Теперь языки изучают те, у кого пока еще есть свободное время. Дмитрий Староверов рассказал, что в это же самое время появились первые школы русского языка в Анталии. Вопрос - проявляются ли в Серпухове националистические настроения?



Дмитрий Староверов : Скорее, наоборот. Когда появились новые предприятия, соответственно, рабочие места. В деревне больше не заработаешь. На этих же турецких предприятиях, по-моему, зарплаты от 12-15 тысяч рублей.



Дмитрий Данилов : Конечно, они немного платят. Турки на всем экономить стараются. Их можно понять. Страна не богатая, конечно. Если у России есть нефть и газ, если говорить так уж о бюджете страны как таковом. Конечно, сейчас бурно развивающаяся страна.



Вера Володина : Студент и учитель Дмитрий Данилов практиковался в университете Анкары, работал переводчиком в Турции. Он родом из Серпухова - к радости своих земляков, взявшихся изучать турецкий.



Дарья Кравченко : У меня мама вместе со мной учит.



Ирина Евсеева : А у меня сестра, кстати. Она сказала, что ей очень интересно. Я приезжаю постоянно, и она просит – и мне расскажи. В школе точно также. Ребята постоянно – ты знаешь турецкий, скажи нам что-нибудь, хоть слово. С Дашей вечно встречаемся в школе.



В эфире Благовещенск, Антон Лузгин:



Амурская область за одну неделю лишилась, образно говоря, целого поселка. В южных районах пожары уничтожили 100 жилых домов. Виной тому сухая погода, сильный ветер и обыкновенная бесхозяйственность. С осени вблизи пострадавших деревень не убрали огромные заросли бурьяна. Достаточно было спички, чтобы по весне огонь здесь стал неуправляемым.


Особенно сильно пострадал Октябрьский район. В райцентре Екатеринославке 20 апреля, в воскресенье, сгорело 36 домов. Сила ветра в тот день достигала 22 метров в секунду. При таких погодных условиях пламя уничтожало дома менее чем за 10 минут. Пожарные машины отсутствовали в поселке, поскольку незадолго до этого выехали на тушение соседних деревень. Говорит по телефону житель Екатеринославки Михаил Коломиец.



Михаил Коломиец : В западной части сгорело, куча семей осталась… Дядька у меня в доме сгорел. Сегодня хороним. У моего двоюродного брата полностью дом сгорел. В одних халатах и трусах остались.



Антон Лузгин : Деньги на тушение лесных пожаров в Амурской области сегодня выделяется достаточно из федерального центра. Однако по-прежнему не восстановлены пожарные части в небольших населенных пунктах. Из-за этого такие тяжелые последствия. В Заветинском районе Приамурья сгорело 10 жилых домов, в Ивановском – 22. В целом по области без жилья осталось 230 человек. Говорит заместитель министра природных ресурсов Амурской области Федор Дмитрук.



Федор Дмитрук : Да, сегодня в некоторых, да, не в некоторых, а основном в поселках ликвидированы добровольные народные дружины. Нет сегодня пожарных машин. Раньше было предприятие. Ему вменялось в обязанность содержать пожарную машину. Соответственно, была добровольная пожарная. Где-то сохранились, а где-то – нет. Это тоже отчасти, скажем, послужило тому, что такое произошло. Но наши подразделения, хотя и ветхой техникой, но, тем не менее, обеспечены, о чем свидетельствует та работа, которую мы провели. Из 176 пожаров, возникших на территории области, 167 потушены. Это по состоянию на вчерашний день 9 пожаров действующих было, 2 локализовано. Справляемся. Хотя, конечно, по нашим прикидкам, мы где-то сегодня… Работают воздушные суда. Где-то сегодня в дым улетает от 500 до 1 миллиона рублей ежедневно.



Антон Лузгин : Последние дни плотная дымовая завеса исчезла над большей частью территории Приамурья. Однако долгосрочный прогноз синоптиков не утешителен. В ближайший месяц в регионе не ожидается ощутимых осадков.



В эфире Котельнич Кировской области, Екатерина Лушникова:



Ирина Шевера : Мне очень нравится тут. Я сюда приехала из города Зуевки. Живу в общежитии, но мне тут нравится. Мне сразу тут понравилось очень.



Екатерина Лушникова : Ирина Шевера приехала в Котельнич из соседнего района специально, чтобы устроиться на работу на предприятии местной организации общества слепых. Выпускают здесь несложную продукцию - крышки для консервирования и другую упаковку. Зарплата тоже невысока – всего три тысячи рублей в месяц. Но и такую работу трудно получить человеку незрячему. Зато на предприятии коллектив дружный, талантливый и разносторонний. Существует даже свой любительский театр, в котором так хочется сыграть какую-нибудь роль Ирине Шевере.



Ирина Шевера : Ой! Не знаю, хочу какую-нибудь такую роль, чтобы такая роль была веселая, подвижная, чтобы была роль.



Екатерина Лушникова : Вам танцевать хочется?



Ирина Шевера : Да, хочется очень.



Екатерина Лушникова : Может быть, вы поете?



Ирина Шевера : Пою. ( Поет ) Вот Андрей Гонцов идет.



Екатерина Лушникова : Здравствуйте! Кого вы исполняете? Какие роли исполняете?



Андрей Гонцов : В данном случае, царя исполнял. ( Исполняет фрагмент своей роли ).



Екатерина Лушникова : Ну, организовал театр для незрячих, где недавно поставили пьесу Леонида Филатов «Саз про Федота – Стрельца», руководитель котельнического общества слепых Николай Кузнецов. По его мнению, театр – это мощное оружие реабилитации.



Николай Кузнецов : Об этом даже нечего и гадать, потому что если тотально слепой занимается этим, он ведь это проигрывает в своей душе, сердце. Это одно. А второе ведь слепой, когда на сцене занимается, ведь у него развивается ориентировка в пространстве. Если человек не видит, он ведь не может сориентироваться, не может зацепиться за что-то глазом, чтобы туда повернуться или туда. Ему нужно постоянно это в голове иметь, где он находится по отношению к залу, по отношению к сцене. Это очень большое развитие в этом смысле идет – преодоление самого себя. Все равно у любого артиста какой-то страх внутренний есть, а тут, тем более, у слепого. Ведь 95 процентов – это тотально слепые выступают. Костюмы они сами готовили, кто, где, чего готовит – в Доме культуры, в садике, кто сам сошьет что-то. Когда сказку поставили, вот Ольга Зыкова, прямо подошла и говорит: «Мы сумели!» Это здорово!



Екатерина Лушникова : Кроме театра при обществе слепых в Котельниче, существует лыжная секция. Причем занимаются здесь не только беговыми лыжами, но даже биатлоном. Рассказывает 22-летний биатлонист Филипп Спицын.



Филипп Спицын : Когда бежит человек на лыжах, он подъезжает, берет винтовку и там уже специально тональность звука, почти что то же самое, что из настоящей винтовки, только тут все на слух. Там низкие частоты, высокие частоты. Высокие частоты, когда тонкий, тонкий пронзительный звук – это мы у цели. Нужно выполнить выстрел. Трассу нисколько не упрощают. Такую же трассу делают, как и зрячим, здоровым лыжникам, также делают и инвалидам, точно такую же трассу.



Екатерина Лушникова : Недавно Филипп выполнил норматив кандидата в мастера спорта по биатлону и завоевал две медали на чемпионате России. Теперь он мечтает о чемпионате мира в Финляндии.



Филипп Спицын : 16 декабря будет отбор на чемпионат мира в Финляндии. А там надежды… Как получится. Конечно, хотелось бы, хорошо, достойно выступить. Даже бы хотелось и на Паралимпийские игры в 2010 году в Ванкувере в Канаду поехать.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG