Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Третья годовщина событий в Андижане


Программу ведет Евгения Назарец. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Любовь Чижова.



Евгения Назарец: Сегодня третья годовщина событий в Андижане. Стихийно возникшие в Узбекистане антиправительственные выступления были жестоко подавлены. По официальным данным, погибли 187 человек, правозащитники и очевидцы говорят о тысячах погибших. После трагических событий сотни граждан Узбекистана покинули страну, но сейчас предпринимаются попытки их принудительного возвращения. Это основная тема специального доклада международной правозащитной организации "Хьюман Райтс Уотч".


Наш корреспондент Любовь Чижова беседовала с представителем этой организации в России Анной Нейстат.



Анна Нейстат: "Хьюман Райтс Уотч" провела самое детальное расследование того, что произошло в Андижане, мы опросили сотни людей, беженцев, свидетелей, участников событий. Пожалуй, у нас есть очень четкая картина произошедшего. Самое главное, что нужно понимать про эти события, это то, что началось все действительно с вооруженного нападения на андижанскую тюрьму, с попытки вооруженных людей освободить некоторых бизнесменов, которые были (законно или незаконно, другой вопрос) посажены в тюрьму. Но потом, к утру 13 мая, это переросло в многотысячный митинг на площади у городского хокимията, куда пришли люди, многие из которых даже не знали о том, что произошло ночью, но они пришли туда, чтобы выразить наболевшее.


Они ждали, что прилетит президент Каримов, выслушает их, выступавшие говорили о социальных проблемах. Вместо президента Каримова пришли БТР и открыли по толпе неизбирательный огонь. То, что произошло, иначе, как бойней не назовешь. Погибли сотни людей, в том числе женщины и дети. Официальная цифра - 187 человек. Различные организации, врачи и те, кто имел какое-то отношение к событиям, говорили о сотнях и сотнях, о более чем тысячи погибших. Мы, к сожалению, не можем подтвердить эти данные, но по нашим сведениям, мы говорим о сотнях погибших.



Любовь Чижова: Как вы вообще собирали информацию о том, что происходило тогда в Андижане? Официальный Узбекистан закрыл эту тему и для журналистов, и для правозащитников.



Анна Нейстат: Собирать информацию по Андижану было крайне сложно, потому что усилия узбекских властей по скрытию правды об Андижане были беспрецедентные. Для меня в какой-то степени это является одним из свидетельств того, насколько все было серьезно. Меры были приняты совершенно чудовищные, Андижан был полностью закрыт, были арестованы все журналисты, изъяты все журналистские материалы. Одним из наших основных источников были беженцы. В ночь с 13 на 14 мая примерно 500 человек беженцев убежали в Киргизию, они были непосредственными свидетелями, участниками событий, поэтому они, конечно, знали о том, что произошло



Любовь Чижова: Что изменилось в Узбекистане за три года? Что сегодня происходит в Узбекистане?



Анна Нейстат: Сразу же после андижанских событий узбекские власти сделали все для того, чтобы правда о том, что произошло, никогда не вышла на свет. И это включало в себя как попытки возвратить беженцев, которые были непосредственными свидетелями, так и массовые аресты, пытки, вынужденные признания в Андижане. Хватали всех: тех, кто жил рядом с площадью, кто был на площади. Это была первая волна. Это происходило летом 2005 года. По сути, все это продолжается и по сей день.


Вторая волна репрессий началась примерно в середине 2006 года, когда узбекским властям удалось вернуть, по крайней мере, часть беженцев обратно в Узбекистан. Люди возвращались по разным причинам, кому-то обещали, что их родственники, оказавшиеся в тюрьме, будут в результате отпущены. Кого-то наоборот, оказывали колоссальное давление на семьи и люди понимали, что проще вернуться. Кому-то просто обещали, что все будет в порядке. И дальше эти люди, которые возвращались, сталкивались все с тем же. Как правило, через несколько месяцев после возвращения их арестовывала СНБ (Служба национальной безопасности) или милиция, подвергались они все тем же пыткам, слежке, их превращали в информаторов. В конце концов, это приводило к тому, что люди снова покидали Узбекистан.


Наш последний доклад, который мы выпускаем сейчас, основан на интервью с беженцами, которые покинули Узбекистан в 2007-2008 годах.


Колоссальное давление в настоящий момент оказывается на семьи тех беженцев, которые были переселены в другие страны. Эти 500 человек, которые убежали в Киргизию 13 мая, в конце концов, они все с помощью Верховного комиссариата ООН были переселены в США, в Европу, в Австралию. И сейчас узбекские власти оказывают колоссальное давление на их семьи, причем на престарелых родителей, жен, маленьких детей, которых матерям приходиться забирать из школы, потому что учителя называют их в школе детьми врагов народа. Это продолжается и приводит к тому, что эти люди так же Узбекистан в настоящее время покидают.



Любовь Чижова: У вас есть какие-то официальные требования, таки сформулированные, к правительству Узбекистана, к властям Узбекистана?



Анна Нейстат: Требования "Хьюман Райтс Уотч" обращены, с одной стороны, к правительству Узбекистана, а с другой стороны, к международному сообществу. Что касается правительства Узбекистана, то требования очень конкретные. Во-первых, как и три года назад, мы настаиваем на необходимости проведения независимого расследования событий в Андижане и привлечения к ответственности виновных должностных лиц. Потому что по сей день, несмотря на то, что сотни люди были брошены в тюрьмы, ни один из государственных чиновников, ни один из тех, кто отдавал приказ или участвовал в расстреле, ответственности так и не понес. С другой стороны, мы, безусловно, требуем прекращения тех репрессий, которые происходят сейчас.


Все, что происходит, это абсолютно незаконно, разумеется, и должно быть немедленно прекращено. Прекращение давления на беженцев, а также в тех странах, в которых беженцы находятся. Потому что сейчас нужно понимать, что, скажем, в той же Киргизии или Казахстане, или в России беженцам отнюдь не безопасно. Узбекские власти продолжают попытки их вернуть и не всегда безуспешные, к несчастью. Кроме того, помимо официальной, пусть и незаконной выдачи, были еще просто похищения из Киргизии, узбекские спецслужбы людей просто похищали. Именно поэтому сейчас Верховный комиссариат по беженцам работает как можно эффективно, но, тем не менее, очень активно над тем, чтобы людей переселять как можно скорее в страны, откуда они не будут выданы.


Безусловно, одним из требований является доступ в Андижан независимых наблюдателей. Потому что на сегодняшний день, к сожалению, то, о чем мы говорим, мало известно. Потому что для журналистов, для международных организаций работать в Андижане практически невозможно. Отчасти потому, что все находится под таким жестким контролем, что любая встреча со свидетелем или очевидцем событий может привести к тому, что этот человек на завтра окажется в СНБ.



Любовь Чижова: Какова вообще международная практика подобных случаев?



Анна Нейстат: С точки зрения международной реакции, андижанские события были весьма показательны. Потому что сначала сразу же после событий в 2005 году последовала очень жесткая реакция со стороны ООН, последовала жесткая реакция со стороны ОБСЕ. Кроме того, Евросоюз, пусть не сразу, но через шесть месяцев после событий, принял достаточно жесткие меры в отношении Узбекистана, которые заключались во введении эмбарго на поставки оружия, в приостановлении договора о сотрудничестве и партнерстве и, пожалуй, самое существенное - это был запрет на выдачу виз 12 чиновникам узбекских, которых считали непосредственно причастными к событиям. В то время это было очень существенным шагом и символическим, и несимволическим, однако, к сожалению, с тех пор ситуация изменилась. Этот санкционный визовый режим был устроен так, что каждые шесть месяцев он должен был либо возобновляться, либо приостанавливаться. И вот уже во второй раз 29 апреля этого года было принято решение о приостановлении, повторном приостановлении действия визовых санкций еще на шесть месяцев. А через шесть месяцев, собственно, они истекают. Теоретически Евросоюз должен рассмотреть в течение трех месяцев ситуацию с правами человека в Узбекистане, но рассмотрение это такое, скажем, не слишком обязательное. На наш взгляд, это колоссальная ошибка, если можно так сказать, со стороны Евросоюза. Объяснение этих шагов состоит в том, что санкциями ничего добиться нельзя, что давайте лучше будем сотрудничать, а заодно и рассматривать ситуацию с правами человека. Но весь исторический опыт показывает, что с Узбекистаном это не работает, а работает совсем наоборот, давление.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG