Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Cтал ли обыск в доме губернатора Приморья Дарькина первым предупреждением региональным чиновникам?



Владимир Кара-Мурза: Как стало известно сегодня, после того, как в доме губернатора Приморья Сергея Дарькина был проведен обыск, глава региона был госпитализирован в отделение кардиологии одной из больниц Владивостока. По месту жительства губернатора изъят сейф с документацией. Источники утверждают, что команда на следственные действия в отношении первого лица Приморья поступила из Москвы. Станут ли события во Владивостоке прологом большой чистки региональной элиты? Об этом беседуем с Юлией Латыниной, писателем, обозревателем «Новой газеты», радиостанции «Эхо Москвы». Удивили ли вас события во Владивостоке?



Юлия Латынина: Как-то, знаете, когда у губернатора арестовано семь заместителей, то, во-первых, ожидаешь, что что-нибудь случится и с ним самим, если он не поймет намека. Насколько я понимаю, господин Дарькин был на инаугурации, перед этим встречался с Путиным и Медведевым и вроде бы должен был все понять, но не понял. Тем более, что, напомню, еще одно очень важное событие собственно, в рамках чего арестован губернатор Дарькин. Извините, предвосхищаю, не дай бог, в рамках чего оказался в больнице губернатор Дарькин. Он оказался в больнице в рамках выборов мэра Владивостока, которые назначены на 18 мая и ему, видимо, не очень нравится московский кандидат сенатор Пушкарев.



Владимир Кара-Мурза: А какую репутацию имеет губернатор Дарькин в Приморском крае?



Юлия Латынина: Вы знаете, все они, включая Пушкарева, Винни-Пуха и так далее, имеют приблизительно одинаковую репутацию и вокруг Дарькина ходит много лишних слухов. Все-таки хочется пояснить первое, что есть некая социальная среда, социальная среда заключается в том, что в Приморье изначально все было либо рыбой, либо экспортом-импортом. Вообще есть три города России, где элита является криминальной. В том смысле, что криминалитет решает судьбы отечества. Это Санкт-Петербург, Новороссийск и Владивосток. Три порта, в которых все ввозилось и вывозилось. Кроме того губернатор Наздратенко бывший, он очень не любил, очень не любил приватизацию и соответственно он предпочитал, чтобы вокруг него были красные директора. А когда вокруг тебя красный директор, естественно, заводится слой бандитов, разворовывающих этого красного директора. Таким образом элита Приморья по определению является криминальной, но очень мало в ней людей, которые с чем-то как-то не связаны. И губернатор Дарькин, он, по крайней мере, не бандит, в отличие от мэра Владивостока по кличке Винни-Пух. Дарькин, видимо, когда-то ходил под крышей Винни-Пуха. Губернатор Дарькин все-таки коммерсант, владелец фирмы, которая сначала, как я понимаю, существовал под крышей человека по имени Баул, потом когда Баул неосторожно утонул, будучи мастером спорта по плаванию, он, насколько я понимаю, неправильно приял участие в выборах губернатора Наздратенко. Что-то там собирал и куда-то не донес, после этого внезапно разучился плавать. Когда Баул утонул, то группировка Баула разделилась на две группировки, с одной стороны был Винни-Пух, с другой стороны некто Карп. Они делили много чего, в том числе самого Дарькина. Однажды разрядили у него под носом автоматный рожок, Карпа убили. Дарькин женился, кстати, на вдове Карпа, потрясающе красивой и умной женщине. И еще раз повторю, Дарькин не бандит.



Владимир Кара-Мурза: Руководитель аналитической группы «Меркатор» Дмитрий Орешкин нисколько не удивлен произошедшим.



Дмитрий Орешкин: Обыск в доме губернатора Дарькина, это, конечно, предтеча гораздо более серьезных проблем для него. Ни для кого не секрет, что во власти Приморского края очень существенный привкус криминала. На этой волне, в частности, и пришла к власти дарькинская группировка, равным образом как и группировка хорошо известного мэра Владивостока, у которого кличка Винни-Пух. Начали с мэра, а сейчас приблизились к губернатору. Дарькин не принадлежит к числу тяжеловесов, его довольно легко и безболезненно снять. А вот подступиться к таким игрокам, как Россель в Свердловской области, как Шаймиев в Татарстане, Рахимов в Башкортостане, Лужков в Москве, чрезвычайно трудно, потому что это очень влиятельные фигуры и для начала им будет послан сигнал на примере более слабых губернаторов, того же Дарькина. Они должны понять на примере смещенных Медведевым или Путиным губернаторов, как следует себя вести.



Владимир Кара-Мурза: Может ли показательная порка губернатора Дарькина стать примером для других губернаторов?



Юлия Латынина: Вы знаете, это как-то странно. Прошло 8 лет президентства Путина, вдруг нам рассказывают, что через 8 лет президент Путин, вернее премьер Путин или президент Медведев, пока еще не окрепший, принялся укреплять вертикаль власти и начал именно с губернатора Дарькина. Напомню, что губернатор Дарькин первым стал назначенным губернатором, первым, будучи еще избранным, он подсуетился, прибежал в Москву и договорился. Не знаю, сколько ему это стоило, но учитывая, что укрепление вертикали выражается с увеличением количества подносимых ей денег, думаю, что очень недешево. Я думаю, что ларчик просто открывается и не имеет никакого отношения к вертикали, к порядочности, к закону. Есть саммит Азиатско-тихоокеанский, который проходит во Владивостоке в 2012 году, туда выделены деньги, не сравнимые с сочинской олимпиадой, но все-таки сто миллиардов рублей, видимо, будет больше. Там будут делаться фантастические проекты, достаточно упомянуть проект моста на остров Русский ценой миллиард долларов. Но надо представить себе, что на острове Русский сейчас живет три с половиной жителя, и пассажиропоток на остров Русский вы можете оценить сами. И надобность строительства туда моста по сравнению с другим использованием этих денег и величину отката. Согласитесь, только за один мост на остров Русский можно снять не только одного губернатора Дарькина, а пятерых, да еще расстрелять.



Владимир Кара-Мурза: Леонид Велехов, заместитель главного редактора холдинга «Совершенно секретно», считает случившееся сенсацией.



Леонид Велехов: Событие, конечно, удивительное, потому что известно, что Дарькин был фигурой неприкасаемой, и он был фигурой статусной. И что произошло и вообще насколько это серьезно, вполне может быть этим обыском все и ограничится, ничего больше не будет. Но тем не менее, говорить о новом курсе президента Медведева, даже если таковой замысел спроектирован, рано, никакой курс не начинает осуществляться меньше, чем через неделю после вступления на высокую должность.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Ивана.



Слушатель: Добрый вечер. Я абсолютно не осведомлен в такого рода информации, но абсолютно убежден, что власть наша насквозь криминализирована, прошлое и настоящее Дарькина и других хорошо известно, а все остальное - это все не более, чем подковерные игры - это непринципиально.



Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, почему именно Приморский край стал таким криминализованным анклавом?



Юлия Латынина: Вот о том, почему Приморский край стал криминализованным анклавом, я уже объяснила, и в этом ничего ни плохого, ни хорошо, вот такие у всех биографии. Это все равно, что разбирать биографии нынешних чиновников чеченского правительства и спрашивать, что они делали в 97 году. Понятно, что если они любили Чечню, они бегали в лесах с гранатометами вовсе не на федеральной стороне. Бессмысленно во все тыкать пальцем. Как я уже сказала, тот факт, что Дарькин был утвержден Путиным, причем первым из губернаторов и долгое время не имел никаких проблем, пока не были выделены деньги на Азиатско-тихоокеанский саммит, показывает, что это не имеет никакого отношения к укреплению вертикали власти, к законности, к правопорядку и прочим вещам. Происходит на двух концах России примерно одинаковая вещь. Есть Сочи, там смещают Вайнштока, но там наоборот, поскольку в Сочи отдыхает Путин, Сочи третья столица России и местное начальство имеет возможность залезть в уши к Путину, то руководителем проекта по трате денег становится мэр Сочи господин Колодяжный, специальностью которого было принимать российских чиновников. Вы представляете специальность и как на этом можно хорошо подняться. А по поскольку Владивосток далеко и туда никто не едет, губернатор Дарькин и тем более сидящий мэр Николаев не имели возможности как в Сочи принимать российских чиновников, то у них происходит обратный процесс, сто миллиардов рублей достанутся кому-то другому.



Владимир Кара-Мурза: Борис Резник, депутат Государственной думы от фракции «Единая Россия» от Дальневосточного региона, удручен происходящим в крае.



Борис Резник: Следствие ведется против восьми заместителей Дарькина. Наверное, так не бывает, что заместители замеченные в злоупотреблениях служебным положением, хищениях, а первое лицо об этом не знает. То, что территория коррумпированная, вся территория, очень много там коррупционеров-бандитов на этой территории, Дарькин, тоже, кстати. Репутация очень плохая у всего Приморского края и на Дальнем Востоке, и в стране. Коррупция начинается с государственной границы, она очень масштабная, она охватила все отрасли промышленности, всю экономику, строительство, рыболовство, лесозаготовки и так далее.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Владимира Ивановича.



Слушатель: Здравствуйте. Если знаете, я постоянный слушатель «Эхо Москвы», я служил на Дальнем Востоке длительное время. И мне очень знаком этот регион. Товарищ передо мной сказал, это супер коррумпированный регион. Это лес, это погранзона, неправильная миграция, китайцев там море, на каком основании пребывают на территорию Российской Федерации. Это милиция, которая продалась с потрохами. Я просто не хочу длительный момент занимать, но очень много было моментов, касающихся колхозов, совхозов, которые выращивают пушнину, женьшень, мафия от низу доверху поставлена. Я думаю, что ближайших лет 15 неискоренимо по Приморскому краю. А второй вопрос: конечно, отдаленность от центра и политическая оплошность наших руководителей, она и приводит к этой колоссальной коррупции на периферии, в том числе в Приморском крае.



Юлия Латынина: Спасибо. Я как-то не согласна с тем, что Приморский самый коррумпированный регион. Почему он самый бандитский регион, я уже говорила. Но когда президент Российской Федерации, тогда еще президент России Владимир Владимирович Путин приезжает, допустим, в Алжир, хотите в Ливию и договаривается за завтраком с Муамаром Каддафи о том, что России будет прощен долг в четыре с половиной миллиарда долларов, а взамен Каддафи заплатит деньги компаниям, которые возглавляют друзья путина. Или допустим, когда став премьером, Путин приезжает наблюдать за строительством балтийской трубопроводной системы и говорит о том, что БТС и строительство порта в Устюге – это первоочередная задача советской власти. Напомню, что порт в Устюге строит компания «Ганвор», которая считается принадлежащей господину Тимченко и получает миллиарды долларов, экспортируя российскую государственную нефть, которую естественно недополучает российское государство, то говорить о коррупции в Приморье на этом фоне. Вот если, пожалуй, что к этому прибавить, что жизненный путь губернатора Дарькина начинался с рыбы, и он был владельцем компании той самой, которую все время делили. Но когда Дарькин стал губернатором, насколько я понимаю, он продал последнюю часть своих рыбных активов и вообще он довольно давно продал и был готов уехать. Хотя ходили слухи, что у губернатора очень большая доля активов, но в том, что назвать перемещением товаров через границу. Представляете, что это такое. И прибавить к этому все-таки стоит, что губернатор не монополизировал бизнес Приморья, учитывая, что делают российские власти, собственно начиная с людей в Кремле, но губернатор Дарькин на этом фоне выглядел не самым большим подлецом.



Владимир Кара-Мурза: А чем вы объясняете политическую чехарду в регионе, смену мэров, скандальное смещение Черепкова, Копылова и так далее?



Юлия Латынина: Черепков и Копылов старые истории. Черепков демократическая история. Это то, за что тыкают пальцами в демократию и говорят: смотрите, какого человека вы выбираете, который беседует с умершими, ведет себя странно, завешивается в кабинете простынями. Вот после такого не любят демократию. Господин Николаев, как ни странно, победил на достаточно демократических выборах, то есть за него проголосовало народ как за своего конкретного пацана. Хотя господин Николаев, будучи младшим человеком в криминальной иерархии Владивостока, он считался там даже отморозком, то есть не из таких старых воспитанных. Вы знаете, когда совсем чего-то трудно получается направо и налево. Кстати, губернатор Николаев с этой точки зрения вел себя не как самый гнусный российский мэр, бывали у нас хуже. Видимо, в этих ребята от сохи есть такое чувство не то, что понятий, во всяком случае нечто, что у чекистов отсутствует. Так вот, насколько я понимаю, Николаев был первой жертвой Азиатско-тихоокеанского саммита, ходили длительные слухи, что снял его Дарькин и сам Дарькин об этом говорил. Потому что как водится, эти два человека, «крыша» и «подкрышный», став мэром и губернатором поссорились, два револьвера не влезают в одну кобуру. Но судя по дальнейшим событиям, Дарькин не имел прямого отношения к смещению Николаева с поста мэра.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Александра Васильевича.



Слушатель: У меня не столько вопрос, потому что мне давным-давно все ясно, конечно, не в данном случае, не в дальневосточной истории, а в целом, что у нас в стране творится. У меня реплика. Вообще не понимаю, как так люди, прорвавшиеся к вершинам власти, не понимают элементарного, что так жить, как мы жили в советское время, нельзя было. Поэтому тогда народ поднялся и миллионы людей и сотни тысяч выходили на демонстрации, так далее. Так как сейчас живем с этой дебильной демократией, то вообще жить невозможно. Страна катится в тартарары. Любого возьмите губернатора, видно, что это жулик из жуликов, прожженный из прожженных.



Владимир Кара-Мурза: А как вы считаете, имел ли Дарькин покровителей в Кремле, как имел предшественник Наздратенко?



Юлия Латынина: Вначале реплику насчет того человека, который выступал. Я как-то не знала, что у нас прожженная демократия.



Владимир Кара-Мурза: Дебильная он сказал.



Юлия Латынина: Или дебильная. Я думала, что Дарькин утвержден президентом Путиным. Обстоятельства этого утверждения я могу представить. Все другие губернаторы, начиная от Зязикова, вернее, президент, и кончая совсем уже удивительными товарищами, тоже утверждены президентом Путиным. Честно говоря, у нас в стране выборы губернаторов отменены и если это называется демократией, но тогда я, наверное, Джордж Буш.



Владимир Кара-Мурза: Насчет покровительства в Кремле, имеют ли приморские лидеры свое лобби в Москве?



Юлия Латынина: Имеют, но как мы видим, самое смешное, губернатор Дарькин и стал жертвой своего лобби, потому что губернатор Дарькин пролоббировал этот несчастный Азиатско-тихоокеанский саммит. Как раз один из замечательных примеров того, что в Кремле правил вообще нет. И мне напоминает историю одной камчатской рыболовной компании, которая икру делала. И когда президент Путин приехал на Камчатку, то его привезли как раз в эту компанию, видимо, она заплатила большие деньги, чтобы показать, какая она хорошая. Она действительно самая хорошая, икру делает на экспорт. Ребята не рассчитали, что помимо президента Путина там приехала еще и свита. Свита посмотрела и сказала: какая хорошая компания, но не наша. Так ребята за свои деньги обрели целую кучу неприятностей, потому что к ним потом летали сотрудники МВД из Москвы, сначала они у них изъяли документацию из офиса, а потом пришли к ним и сказали: что это у вас икра без документов? Губернатор Дарькин попал в эту компанию.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Эмиля Викторовича.



Слушатель: Добрый вечер, господа и дамы. Госпожа Латынина, вам не приходила в голову такая мысль, что однажды при известных условиях могут объединиться и объявить о своей независимости от московского центра, чтобы не подчиняться ему. И я боюсь, что заграница им может помочь, и Штаты, и Китай, и Япония. Как вам такая мысль?



Владимир Кара-Мурза: Может ли возникнуть Дальневосточная республика, намекает радиослушатель.



Юлия Латынина: Я сомневаюсь, что заграница будет от этого счастлива, особенно Штаты. Потому что любая республика, которая обладает оружием, а на территории Дальнего Востока естественно будет находиться ядерное оружие, особенно во главе или с губернатором Дарькиным или с Винни-Пухом или с кем-нибудь в этом роде. Вы представьте, какой восторг вызывает это любой западной страны. Что же касается развала России, то я боюсь, ничто больше, чем действия нынешних властей не способствуют потенциально этому развалу. Я не знаю, произойдет ли он, но если произойдет, можно представить, кто будет виноват.



Владимир Кара-Мурза: Могут ли коллеги Дарькин солидаризироваться с ним и помочь своему товарищу по несчастью?



Юлия Латынина: Господь с вами. Олигархи не могли солидаризироваться, их было семь штук, и они договаривались между собой, как рвать Ходорковского и объясняли, почему он виноват. Но вот как, посмотрите на этот губернаторский корпус, с кем они будут солидаризироваться, кроме сапога, который они целуют.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Виктор Илюхин, зам главы думского комитета по конституционному законодательству и госстроительству, внимательно следит за событиями в Приморье.



Виктор Илюхин: В отношении господина Дарькина уже столь было информации, столько было сообщений о том, что он связан с организованной преступностью, наверное, терпеть дальше просто невозможно. Ведь в отношении заместителей губернатора Приморского края Дарькина было возбуждено уголовное дело и оно связано с огромными злоупотреблениями при приватизации важных объектов в Приморском крае. И тогда, когда следователи стали выяснять все обстоятельства, нити потянулись именно к Дарькину. И то, что сегодня следователи получили дополнительную информацию - это тоже закономерно, это тоже неслучайно. И наверное, вопрос, быть Дарькину губернатором Приморского края, предрешен. Могу сказать, что подобных Дарькину достаточно много в Российской Федерации губернаторов.



Владимир Кара-Мурза: В свое время одиозный губернатор Наздратенко с этого же кресла был переведен на пост Госкомрыболовства. Упустил ли Владимир Путин или Дмитрий Медведев время для трудоустройства других неугодных губернаторов?



Юлия Латынина: Кстати, Наздратенко, насколько я понимаю, в краевой больнице одна губернаторская палата и в ней как раз лежал губернатор Наздратенко, когда оказался от должности, соответственно, в ней сейчас лежит губернатор Дарькин. И еще раз повторяю, что мне не кажется, что вся эта история имеет некий системный характер, если конечно, не считать системой бардак и системой хватай, кто что может. Мне кажется, эта история имеет отношение к Азиатско-тихоокеанскому саммиту и совместно к выборам мэра Владивостока, которые будут 18 мая, через три дня. В рамках предвыборной компании происходит обыск в доме губернатора. Насколько я понимаю, потому, что сенатор, что кандидат «Единой России», кандидат Москвы, во всяком случае человек пишет на предвыборных плакатах «Я человек Кремля», хотя я не уверена, что это такая хорошая реклама в Приморье, господин Пушкарев, он, насколько я понимаю, не до конца устраивает Дарькина. Там были какие-то трения и по поводу того, что два револьвера не влазят в одну кобуру. Тоже еще моложе Дарькина человек, перспективный рвущийся. Впечатление, что человек передоговорился с покровителями Дарькина в Кремле. Потому что понятно, что у Дарькина денег больше, чем у Пушкарева и все такие договоренности по смене команд обычно прерываются на том, что человек, которого хотят сменять, поскольку он устоявшийся, его кубышка, больше он перекупает фьючерсный контракт на свою собственную голову. Но так почему-то не произошло.



Владимир Кара-Мурза: Но, тем не менее, прокурора Устинова назначили полпредом в Южном округе, значит какой-то происходит передел региональных элит.



Юлия Латынина: Прокурор Устинов принадлежит той же самой силе. Почему Устинов? Понятно, Устинов прокурор города Сочи. Что у нас самое главное, в отличие от Владивостока, на который какие-то жалкие сто миллиардов рублей. Сочи, где все измеряется миллиардами долларов, уже десятками. Представьте себе, что такое ревнитель народного добра, как наш генеральный прокурор, упустит контроль над такого рода потоками, не дай бог, уверуют. Конечно, Устинов должен быть на страже. И потом же Сочи - это третья столица России и человек, который будет при Сочи, Устинов это должен хорошо понимать, это человек, который будет при премьере Путине, который, видимо, будет проводить в Сочи больше времени, чем когда он был президентом. Это дураки думали, что ЮФО - это в Ростове должно быть, а я вас уверяю, Устинов будет очень много сидеть в Сочи.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Геннадий Гудков, зам главы думского комитета по безопасности, не придает большого значения происходящему.



Геннадий Гудков: Пока Дарькин не задержан, ему не предъявлено никаких обвинений, пока речь идет об уточнении информации, необходимой для следствия. Это действия правоохранительных органов, которые докапываются до сути. Почему офис губернатора Дарькина, его дом? Может быть так просто выпали карты. Наверное, странно слышать, что губернатор может подвергаться таким серьезным подозрениям. Но это право правоохранительных органов в данном случае изучать ситуацию. Будем надеяться, что губернатор непричастен к таким событиям, которые вызывали серьезные подозрения следователей.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Виктора Ивановича.



Слушатель: Добрый вечер. Не соглашусь с господином Гудковым по одной причине, что у нас правоохранительные органы не сами проявляют инициативу, а после того, как им укажут, где проявить такую инициативу. И вопрос такого порядка: у нас одно снимают губернатора, второго, третьего, все потоки известны, какие связи в Москве. Почему не поднять вопрос самый важный, интересный - начало 90 годов, конец 80, когда были кредиты. Давали очень большие кредиты, брали миллионы в тех рублях, а как предполагается, отдавали миллионы в других рублях и об этом все молчат.



Юлия Латынина: Я не поняла с кредитами, кто брал, кто отдавал.



Владимир Кара-Мурза: На рубеже советской власти и рыночных реформ брали миллионами советские рубли, а отдавали резанные керенки, рубли уже новой России.



Юлия Латынина: Я даже не поняла, кто брал, кто отдавал кредит – это бессмысленно комментировать, это как кто ограбил 16 веке старушку. Что же касается того, что правоохранительные органы не действуют без команды, я не совсем согласна, именно поэтому судьба губернатора Дарькина предрешена. У нас уже был случай губернатора Бочкарева пензенского, который, если вы помните, возбудили уголовное дело, потом прокуратура проглотила то мест, которым она это сделала. Потому что у нас как раз органы гуляют как хотят по поляне. И есть два замечательных случая в сердце нашей родины – это зам Черкесова господин Губов, который сидит и зам министра финансов Кудрина Сторчак, который сидит. И во-первых, все прекрасно понимают, что они сидят по делам, не имеющих отношения к тому, виноваты они или нет, хотя никто не верит в чистый образ министра финансов Кудрина. Понятно, что такого рода вещи происходят в рамках борьбы людей. Это как с киллерами. Человеку попала в машину граната, взорвалась, но не убила. Это же не факт, что в следующий раз человека непременно все равно убьют. В Дарькина попала граната но его не убило. Может быть он успеет добежать до Москвы. Более того, даже в тех случаях, когда человека припугивают, как в случае с Черкесовым и в случае с Кудриным. Если Сторчака посадили, это не значит, что Кудрина посадят.



Владимир Кара-Мурза: Да, я помню, вы у нас участвовали в передаче, посвященной делу сенатора Вавилова, оно тоже закончилось ничем. Все считали его предупреждением экс-премьеру Касьянову от президентских амбиций.



Юлия Латынина: Сенатор Вавилов тогда еще один человек, бывший партнер Вавилова, очень близкий к прокуратуре человек, причем ко всем прокураторам, такой уникальный долгожитель, говорили, что это господин Геозарян. Насколько я понимаю, что у господина Геозаряна были проблемы с тем, что когда Вавилов продавал «Северную нефть», свою компанию «Роснефти», а деньги вырученные пошли только Вавилову, и Геозарян считал, что имеет право на долю. Не знаю, насколько это было обоснованно, в результате возникло уголовное дело, Вавилов, понятное дело, обвиняли в чем-то другом. Но каждый пользуется чем умеет, Геозарян генеральной прокуратурой, кто-то гранатометом, как получается. И насколько я понимаю, там все урегулировалось и затихло.



Владимир Кара-Мурза: Сергей Митрохин, депутат Мосгордумы, зам главы партии «Яблоко», невысокого мнения о чиновниках Приморья.



Сергей Митрохин: Приморский край славится тем, что органы власти тесно связаны с криминальным миром. Это касалось и мэра Владивостока Николаева в свое время и есть такие подозрения и относительно Дарькина. Поэтому я не думаю, что здесь надо искать политическую подоплеку. Надо просто получить более полную информацию о том, что там происходит. Но конечно, порядок наводить надо. Потому что это один из самых криминальных регионов России. Возможно, эти действия связаны с тем, что власти осознают эту проблему.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.



Слушатель: Добрый вечер. Хочу выразить благодарность Юлии Латыниной за ее трезвый анализ ситуации в России. Вопрос у меня будет такой. Коррупция стала основной формой в России, в таких же махинациях, что и Дарькин, замешены все остальные губернаторы. Они давно уже стали неофициальными денежными олигархами. Мне интересно, с какой скоростью теперь начнется отток капиталов из России?



Юлия Латынина: Вы знаете, отток капиталов из России уже начался. У меня, например, насколько я знаю, за прошлый год фирма «Ганвор» получила 40 миллиардов долларов, за этот вроде бы собирается получить 70. И у меня нет сведений, что все эти 70 миллиардов будут реинвестированы в экономику России. Есть еще другой замечательный пример, который случился буквально просто в день инаугурации Путина. В это время была приватизирована компания «Сибур», насколько я понимаю, со своими менеджерами владельцем стал кипрский оффшор. Напомню, что «Сибур» - это та самая компания, которая была отобрана у ее владельца «Газпромом» в самом начале путинской волны ренационализации, то есть еще до всякого ЮКОСа. Не могу сказать, что Голдовский завладел «Сибуром» честным путем, он совершенно точно строил его на деньги «Газпрома», и когда ему стали говорить - положи обратно, он взял и положил совсем в другое место, в результате попал в тюрьму и отдал «Сибур». Но удивительно, что «Сибур», который был приватизирован, построен на деньги «Газпрома», отдан «Газпрому», ровно в момент того, как Путин сменил амплуа, отправился в оффшорное плавание в Кипр. И возникает вопрос, кто настоящий владелец «Сибура». Как замечательно отметил Владимир Милов, который описал всю эту историю: может быть это пенсионное вознаграждение человеку, который пахал как раб на галерах. Обращает также на себя внимание, как я уже сказала, что Путин сразу после инаугурации отправляется в порт в Устюге, который строит компания «Ганвор», и говорит о каких-то вещах, которые нужны «Ганвору» прежде всего. Когда мне говорят о криминализации Приморья, о других губернаторах, то я вам честно скажу, что при всей несимпатичности Сереги Шепелявого – такая была кличка у Дарькина, но это явно не самое страшное, с чем вы сталкивались в России. Не говоря о том, что есть губернаторы или президенты типа Кирсана Илюмжинова в Калмыкии или президента Зязикова в Ингушетии, которые, у всякого нормального человека к ним должно быть побольше вопросов.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Рязани от радиослушателя Валентина.



Слушатель: Здравствуйте. Уважаемая Юлия, знаете, я думаю, что все-таки страна не разваливается потому, что верхней власти это невыгодно. Не подскажете, что делать нам, простым людям - то ли радоваться, что посадили вора, то ли печалиться или возмущаться?



Юлия Латынина: Вора еще пока не посадили. У нас по нынешним временам такой маневр может означать: парень, ты все понял, иди договаривайся. У нас удивительные вещи происходят в сфере уголовного законодательства и вообще уголовной практики. Самое потрясающее, что я видела за последнее время, не считая посадки Сторчака, конечно, распри между следственным комитетом МВД и следственным комитетом при прокуратуре, которая привела к отставке Довгия, привела к отставке нескольких человек в следственном комитете при прокуратуре. Если вы помните, в чем ее сюжет. Следственный комитет при МВД вел уголовные дела по отмывке денег, формально привязывая к убийству Козлова. Причем ясно, что это была формальная привязка, потому что заходили во все банки, которые мыли деньги и начинали проверять на предмет отмывания денег до причастности к убийству Козлова. Но ясно даже, что если Козлова убил не Френкель, в чем я уверена, что его убил Френкель, даже если Козлова убил не Френкель, все равно не убили все банкиры, которые мыли деньги. И эти уголовные дела, видимо, заводились. Какое первое предположение - чтобы заработать деньги. И вдруг следственный комитет при генпрокуратуре берет эти дела и изымает. То есть можно сказать, изымает ценные бумаги в виде уголовных дел. Раньше был враждебный захват предприятий, а теперь враждебный захват уголовных дел. Люди копили на старость, а у них взяли и изъяли и забрали себе. И народ по этому поводу пишет честно, обижается, жалуется прессе.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Александра, радиослушателя из Санкт-Петербурга.



Слушатель: Здравствуйте. Скажите, почему нет такой аналогии с Кудриным, у него тоже проворовались заместители. Почему Дарькин впал в немилость, а Кудрин пошел на повышение. Мне вообще-то кажется, что Путин, взяв его в свое правительство, подмочил свою репутацию.



Юлия Латынина: Во-первых, Кудрин не пошел на повышение, Кудрин был первым вице-премьером, Кудрин был вице-премьером, а теперь стал министром финансов. То есть как раз тут был такой принцип: шум произошел, значит надо человеку сделать втык. Дело Сторчака - вообще безумно интересное дело. Потому что, видите ли, какая проблема: из истории дела Сторчака мы видим, что заместителя министра финансов Сторчака после того, как его посадили, даже не удосужились вызвать на допрос - это уровень следователя. Из письма, которое написал зам министра Сторчак, давая показания по своему собственному делу, я думаю, что он будет отрицать все происходящее, но он честно написал, что был некий долг России, который выкупила некая фирма Пупкин и сын, поскольку эта фирма Пупкин и сын заплатила столько-то миллионов долларов, то сейчас считается столько-то миллионов долларов. Это Сторчак написал в своем письме. Мы все не пальцем деланы, мы все прекрасно знаем, что ни в 96, ни в 97 году никакая ни Пупкин и сын, ни Свинин и кот не могли заплатить в бюджет Российской Федерации настоящие доллары, а платили в лучшем случае рублями, а в худшем случае вообще какой-нибудь резаной бумагой. То есть если у нас в России существует позвоночное право, то можно было бы позвонить в фирму Пупкин и сын и сказать: ребята молчите, а то все сядете. И совершенно понятно, что сделка, как ее описывает сам Сторчак, была насквозь коррупционная и трудно себе представить, что дело ограничивалось одним Сторчаком. Но самое интересное во всей этой истории другое. Ведь пришли к Путину и настучали на Сторчака, имея в виду Путина. Но любой человек, работающий на финансовом рынке, скажет, где надо копать под Кудрина. Есть такой замечательный банк, который называется «Кит-Финанс». И когда «Кит-Финанс», работая с государственными облигациями, с ипотечными облигациями немножко подсел, потому что на западном ипотечном рынке случился кризис и перекредитовываться стало сложно, то можно опросить всех глав государственных банков и сказать, кто именно из правительства Российской Федерации позвонил вам с приказом или с предложением дать «Кит-Финансу» кредит. То есть у нас заведено, если Госкомитет по спорту и туризму, значит у человека крупнейшая туристическая компания. Если у нас министр связи, то у нас «Мегафон» у министра связи. Если у нас Кудрин, то у нас «Кит-Финанс». Спрашивается: почему с «Кит-Финансом» ничего не было? Ответ очень простой: потому что о «Кит-Финансе» Путин знает. Он любит, чтобы к нему люди приходили и докладывали: а вот у меня то-то, у меня излишек образовался, на какое государственное благо его использовать. У нас президент любит быть человеком осведомленным. На «Кит-финансе» Кудрина нельзя заловить, потому что Путин любит все знать и не любит одно - когда его обманывают. Если ему принесли сделку Сторчака, а ему о ней не докладывали, то тогда это криминал, тогда Сторчак попал.



Владимир Кара-Мурза: Валерий Хомяков, генеральный директор Совета по национальной стратегии, не завидует будущему Приморского края.



Валерий Хомяков: Вообще этому субъекту федерации очень не везло с людьми. Был Наздратенко не самый удачный губернатор, потом Дарькин, который связан с криминалом. Отношение к Дарькину в Кремле давным-давно не самое положительное. У нас уже давно отчетливо намечается тенденция смены региональных руководителей. Как сказал в свое время наш великий русский человек Николай Иванович Карамзин, для того, чтобы Россия жила более-менее нормально, нам надо найти хотя бы 50 честных губернаторов. Поэтому я думаю, что сейчас забота федеральной власти, безусловно, будет связана с освобождением от тех руководителей субъектов федерации, которые во многом себя замарали, запятнали. И здесь Дарькин не самый худший вариант, есть достаточно много и других примеров.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Сергея Михайловича.



Слушатель: Добрый вечер. У меня два вопроса к Юлии Латыниной. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, кто будет следующий губернатор, который разделит печальную судьбу Дарькина? И второй вопрос: несет ли ответственность сам президент, назначая откровенных воров на пост губернатора?



Юлия Латынина: Второй вопрос, конечно, риторический, судя по тому, что происходит в России, не несет. Что же касается следующего, кто подаст в отставку, то видимо, все-таки будет губернатор Ставропольского края Черногоров, его отставка предрешена. Смотрите, какая интересная история с Черногоровым и предыдущим архангельским губернатором. У нас архангельского губернатора топил мэр Донской, застукал его на получении взятки. Что случилось? Посадили мэра Донского, через некоторое время избавились от архангельского губернатора. Черногоров достал в Ставропольском крае всех, про него даже на выборах, просто до выборов за «Справедливую Россию» голосовали. Разгромили оппозицию губернатору Черногорову, отрешили одного, посадили другого, после этого снимают Черногорова. То есть такой очень интересный месседж, который дают власти. Если в крае или области или республике заводится оппозиция, правитель всех достал, то сначала надо достать оппозицию, а потом в крайнем случае можно снимать и правителя. Рецепт, который не действует в отношении республики Ингушетия, то есть понятно, почему не снимают Зязикова. Никогда не снимут Зязикова, потому что это требует половина республики Ингушетия или сколько там. Половину я говорю, потому что уже половина тейпов составила альтернативный парламент, избрала туда своих членов. Мы знаем, что еще больше народу, чуть ли не 80% избирателей подписали бюллетени о том, что они не голосовали. Весь этот народ не пересажаешь, не разгонишь, значит Зязикова не снимут никогда.



Владимир Кара-Мурза: Не секрет, что некоторые губернаторы пересидели четвертого президента. Как вы считаете, можно ли связывать с именем Дмитрия Медведева грядущую смену региональных элит?



Юлия Латынина: Вы знаете, пока это очень сложный вопрос, потому что мы не знаем, в какой мере эти отставки, назначения были решениями Медведева, в какой степени решениями Путина. Ясно, что некоторые из них, особосадистские типа назначения Виктора Петровича Иванова на кресло главы Госнаркоконтроля, которое принадлежало раньше его злейшему врагу или назначение господина Сечина руководителем промышленности, в частности, будущей судостроительной компании, которая теоретически по прогнозам должна занять к 20 году 20% мирового рынка в военном судостроения - это как на провальное сельское хозяйство человека бросить. Ясно, что эти назначения были путинские. Мы не знаем, какая часть назначений была медведевской, хотя судя по всему, это была существенная часть.



Владимир Кара-Мурза: Внушают ли вам доверие перемены в составе правительства силового блока, его социально-экономического блока.



Юлия Латынина: Социально-экономический блок не сильно, как можно заметить, изменился. Но у нас же, понимаете, какая интересная вещь случилась с правительством. У нас в правительстве остался один президиум. Реально произошла некая девальвация правительства, вернее деноминация, которая связана с тем, что сначала всех друзей Путина забрали в правительство, а поскольку это вещь неуправляемая, то грубо говоря, управлять правительством будет президиум, а министры будут техническими людьми. И вторая вещь, которая замечательная случилась, которую мало кто заметил, поскольку она будет происходить - это то, что у нас прежние комитеты и агентства будут либо расформированы, либо станут госкорпорациями. Это вещь вообще замечательная, потому что раньше считалось, что госкорпорации - это то, что должно бы приносить прибыль, хотя бы формально. А теперь у нас, видимо, строительством будет заниматься дорожная корпорация. То есть у нас бывшие госорганы смогут совершенно легально оказывать услуги за деньги. Великая вещь.



Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, будут ли аннулированы итоги выборов мэра Владивостока воскресные в случае, если они будут неугодны Кремлю?



Юлия Латынина: Извините, сначала давайте посмотрим, кого выберут. Может быть губернатор Дарькин все поймет. Владивосток далеко, а вдруг приморцы не все поймут. В конце концов, замечу, что в свое время губернатор Дарькин пришел к власти, хотя должен быть придти федеральный директор Опанасенко, назначенный в кандидаты губернатором тогдашним полпредом Пуликовским. И Опанасенко пролетел на том, что он заклеил весь город своей рекламой на счет того, что он человек из Кремля и снял совершенно гениальные ролики, один из этих роликов, например, был такой: он со своей семей на военном вертолете прилетает на рыбалку. Опанасенко, естественно, с погонами человек, прилетает на рыбалку и, видимо, владивостокцы должны понять, как он любит природу.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG