Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Эксперты считают, что визит Дмитрия Медведева в Казахстан носит ритуальный характер


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Андрей Шарый.



Кирилл Кобрин: Большинство экспертов сходятся во мнении, что визит Дмитрия Медведева в Казахстан, начавшийся сегодня, в первую очередь имеет ритуальный характер, эта поездка призвана выстроить внешнеполитические приоритеты России и стать примером того, как Москва относится к партнерам, от которых никогда не слышит критики в свой адрес. На Кахастан приходится самый высокий объем российской внешней торговли в Центрально-азиатском регионе - 18 миллиардов долларов в год.


О перспективах отношений Москвы и Астаны мой коллега Андрей Шарый побеседовал с известным в Казахстане внешнеполитическим экспертов, директором Центра группы рисков из Алма-Аты Дастыном Сатпаевым.



Дастын Сатпаев: Это, конечно, чуть ритуальный характер носит первый визит. Хотя между Казахстаном и Россией есть очень много совместных проектов в разных сферах, возьмем хотя бы не так давно подписанное соглашение о создании единого таможенного пространства между Казахстаном, Россией и Белоруссией. Есть совместные проекты в энергетической сфере. Для Медведева это больше ознакомительный визит в Казахстан, потому что более тесное личное знакомство с президентом Назарбаевым, подписаны определенные документы, которые должны еще больше усилить партнерские связи двух стран в некоторых сферах, в частности, может быть, в атомной энергетике, в сфере космического сотрудничества, в энергетической сфере. Но я думаю, что Медведев, конечно, будет реализовывать уже траектории и те программы, которые были заложены его предшественником в лице Путина, здесь ничего нового, я думаю, ожидать не стоит.



Андрей Шарый: В Казахстане воспринимают Россию как главного, лучшего политического и экономического партнера или нет, или это все-таки один из многих?



Дастын Сатпаев: Знаете, в Казахстане, учитывая то, что это единственная из стран Центральной Азии, которая имеет такую протяженную общую границу с Россией, понятно, что исторически в любом случае у очень многих в Казахстане отношение к России позитивное, давайте исходить из того, что с точки зрения внешней политики Казахстана Россия - это один из партнеров. Пускай и самых близких наших и тесных, но лишь один из партнеров. Потому что Казахстан в лице Назарбаева не менее активно сотрудничает с другими геополитическими игроками в лице США, Китая и Европейского союза. Что касается в целом общественного мнения в Казахстане, то, конечно, оно по отношению к России очень позитивное. Серьезных конфликтных ситуаций между двумя государствами не было. Есть трения, есть определенные проблемы и несогласие по некоторым вопросам, но они вполне решаемые.



Андрей Шарый: Например, какие трения? Вы имеете в виду космодром Байконур?



Дастын Сатпаев: Космодром Байконур - это только одна из, скажем так, таких сложных точек. Есть еще проблемы, связанные с Каспийским трубопроводным консорциумом, потому что Казахстан и его партнеры из числа иностранных инвесторов давно хотят увеличить мощности транспортировки до 67 миллионов тонн в год, но Россия препятствовала этому, тоже пытаясь выторговать выгодные для себя условия. То есть получаются здесь тоже определенные разногласия. Некоторые моменты, скажем так, недопонимания есть между Казахстаном и Россией, особенно касательно последних мер, которые были приняты в наших государствах, связанных с ограничением экспорта зерна и ГСМ. Это немножко не согласуется с нашей попыткой создать единое таможенное пространство. Но еще раз повторю, это все вопросы спорного характера, которые вполне решаемы. Между двумя государствами нет эмоциональных антиказахстанских и антироссийских ноток, что, кстати, характеризует другие постсоветские государства.



Андрей Шарый: Россия умудрилась испортить отношения со многими соседями, а с Казахстаном нет. Это чем объясняется, на ваш взгляд?



Дастын Сатпаев: Я думаю, это объясняется субъективными факторами. В частности, если брать Казахстан, то это личность Назарбаева. Если он во внутренней политике авторитарный руководитель, то во внешней политике он более гибок. Даже в самые тяжелые 90-е годы Казахстан не занимался антироссийской риторикой и не пытался порвать связи с Россией. Сейчас ситуация полностью поменялась, при Путине политика стала более конкретной по отношению к регионе. То есть очень большую роль играют и личные президентские связи, между Путиным и Назарбаевым они были довольно дружеские, это тоже нужно учитывать. И Казахстан, и Россия заинтересованы в интеграционных проектах. И Казахстан, и Россия являются ядром евразийского экономического сообщества, и это тоже в какой-то степени объединяло эти государства.



Андрей Шарый: Вы рискнете предположить, как сложатся личные отношения Медведева и Назарбаева? Назарбаев - тяжеловес политики на постсоветском пространстве, один из старейших по срокам пребывания у власти из президентом. Медведев годится ему в сыновья, с одной стороны, с другой стороны, он все-таки наследник Путина. Смогу они выстроить доверительные личные отношения, как вы считаете?



Дастын Сатпаев: Давайте исходить хотя бы из того, что Назарбаев установил нормальные, вполне партнерские отношения с Саакашвили или с Бакиевым, или с Ющенко. Даже несмотря на то, что смена власти на Украине, в Киргизстане или в Грузии не вызвала одобрения в Астане. То же самое Саакашвили довольно часто был в Казахстане, и, по крайней мере, отношения между Назарбаевым и Саакашвили партнерские, и это сказывается и на активности казахстанского бизнеса в Грузии. Я не думаю, что Медведев здесь будет исключением, тем более что Медведев с Назарбаевым уже встречались, и для Назарбаева, по сути, Медведев - это реальный преемник Путина, в том числе и в плане реализации внешнеполитических задач. То есть я думаю, что они могут, два этих президента, найти общий язык. Медведев тоже довольно дипломатичен и будет понимать, что с Назарбаевым нужно считаться по определенным моментам, потому что, как вы правильно заметили, он один из старожилов постсоветских глав государств, и все-таки один из главных сторонников более активных интеграционных процессов, что, кстати, поддерживает и Россия.


XS
SM
MD
LG