Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Станет ли Конституционный суд демократичнее после переезда из Москвы в Петербург


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Андрей Шарый: Дело бывшей руководительницы фонда "Образованные медиа" Мананы Асламазян, которую правоохранительные органы обвиняют в контрабанде валюты, должно быть пересмотрено. Такое решение в первый день своей работы в Петербурге принял Конституционный суд Российской Федерации. Сразу после вынесения приговора или решения Манана Асламазян заявила, что счастлива. Адвокаты журналистки в ближайшее время подадут ходатайство о прекращении возбужденного против нее уголовного дела. Если считать, что целью следствия было посадить Манану Асламазян в тюрьму, то можно сказать, что все заканчивается, кажется, действительно счастливо. А если считать, что цель властей была закрыть фонд "Образованные медиа", который повышал квалификацию тысяч журналистов России, тогда этой цели власть тоже достигла.


Жалоба Асламазян стала первым делом у Конституционного суда после его переезда в Петербург. Суд сменил прописки в соответствии с указом президента. Его первое заседание должно было состояться 22 мая, но было перенесено в связи с организационными трудностями. Петербургскую прописку получили все 19 судей Конституционного суда, им предоставлено служебное жилье в коттеджном поселке на Крестовском острове. На переезд суда в Петербург потрачено, согласно официально смете, 221 миллион рублей, не считая расходов на реконструкцию зданий Сената и Синода, а общие затраты на перевод суда в Петербург составили примерно 5,5 миллиардов рублей.



Татьяна Вольтская: Внутреннее убранство здания Сената выглядит новым, с иголочки. Перед залом заседаний предусмотрены достаточно вместительные помещения для прессы, правда, мебель расставлена не везде. Чувствуется, что здание еще не обжито. Зал заседаний монументальный, нарядный, конечно с золотым двуглавым орлом и Георгием Победоносцем над головами судей.


Впервые идея перевода Конституционного суда в северную столицу появилась еще при премьер-министре Михаиле Касьянове, затем за ее осуществление взялась губернатор Петербурга Валентина Матвиенко, которой это удалось при поддержке Владимира Путина. Многие до сих пор относятся к переводу Конституционного суда в Петербург скептически, среди них депутат городского Законодательного собрания из фракции КПРФ Юрий Карпенко.



Юрий Карпенко: Было предложено раньше несколько вариантов, в том числе в центре России, в Сибирь их отправить. Было несколько вариантов, и был Петербург. Даже не столько подальше от Москвы, сколько всегда на человека можно немножечко воздействовать, что, во-первых, это все практически москвички там, за исключением двух человек, плюс здесь на сегодняшний момент у них ряд неудобств, отсутствие аппарата фактически. То есть аппарат не переехал, аппарат надо формировать из питерских юристов. Кроме того, возле здания Конституционного суда нет парковки. Опять-таки, начнет строиться парковка, пусть даже подземная, прямо на набережной, трудно себе представить, какие деньги это будет стоить. Плюс опять неудобства. То есть судья как бы в подвешенном немножко состоянии находиться. Плюс постоянные приезды в Москву, семья у кого-то там, у кого-то здесь будет. Они приезжают сюда с семьями, их жены, дети должны быть все устроены. А кто устраивает независимого судью? Устраивает исполнительная власть.



Татьяна Вольтская: Переезд Конституционного суда - это пиар-акция петербургских властей, которая надолго дезорганизует работу этого органа, считает и политолог, член бюро партии "Яблоко" Борис Вишневский. В то же время, по его мнению, первое заседание Конституционного суда, на котором была удовлетворена жалоба известной журналистки Мананы Асламазян, показывает, что Конституционный суд играет положительную роль в российском обществе.



Борис Вишневский: Суд сделал то, что мог сделать. Он признал недопустимым подобное применение закона, признал недопустимой норму Уголовного кодекса, которая позволяет потом, если что, и других людей преследовать так же, по таким же основаниям. Это значит, что хотя бы те, кто может совершить подобное нарушение, уже не смогут стать объектом уголовного преследования. Это необычайно важно.


Я в высшей степени удовлетворен решением Конституционного суда, который подтвердил, что из всех наших органов государственной власти он наиболее соответствует моему представлению о правовом государстве и демократии. У него бывают, конечно, решения, которыми я недоволен и которые я считаю неправильными, хотя я не юрист, они мне не нравятся, но таких решений все-таки мало. А большая часть решений, особенно те, которые выносятся по жалобам от граждан, нарушение их конституционных прав, как правило, заканчиваются тем, что эти конституционные права восстанавливаются.



XS
SM
MD
LG