Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Что такое политическая философия». Нелюбовь к ссылкам и сноскам


Александр Пятигорский «Что такое политическая философия», «Европа», М. 2007 год

Александр Пятигорский «Что такое политическая философия», «Европа», М. 2007 год

Книга Александра Пятигорского «Что такое политическая философия» посвящена понятиям, которые, по мнению автора, мистифицируют политическое мышление, засоряют поры восприятия реальности. Анализ тех или иных сюжетов политического мышления автор строит, используя замечания о работе экспертов, о политической воле и множестве исторических персонажей.


Нельзя объять необъятно, и волей-неволей мы вынуждены полагаться на авторитеты. Если принято считать, что такой-то — гениальный музыкант или математик, то профессионалам видней. Я, как и все вокруг, свыкся с представлением о крупном современном философе по имени Александр Пятигорский.


И вот захожу я в книжный магазин и вижу его «спецкурс» (3) «Что такое политическая философия», издательство «Европа», нам уже знакомое с наилучшей стороны, и в новой книге высказана такая мысль, неожиданная для философа, но лестная для историков: «надо… читать не Шпенглера, не Гегеля, а надо читать историю, конкретную историю конкретных стран в конкретные эпохи» (33).


Покупаю книгу и читаю про конкретные страны.


«Историки-марксисты… уверяли меня…, что у Спартака не было ясно выраженной политической программы. Между прочим, дамы и господа, мы все смеемся, слыша этот бред, но в этом бреде есть и доля правды. У него не было политической программы, да и у Красса, который разгромил его, ее тоже не было. Но потом из ниоткуда появляется новый страшный человек, Люций Корнелий Сулла, вместе со своим врагом Марием, который устраивает маленькую славную гражданскую войну» (82).


Чувствуете, что-то не так? Во-первых, если программы таки не было, то почему утверждение, что ее не было — это «бред», и над чем «дамы и господа» так заразительно смеются? Ну, бог с ними, это их господские дела. Далее. Почему «новый страшный человек» появился «ниоткуда», если «патрицианская фамилия Сулл блистала на политическом небосклоне Рима» (Короленков А.В, Смыков Е.В. Сулла. Молодая гвардия, 2007, с. 36). И наконец самое интересное. Сулла стал консулом в 88 году ДО нашей эры. Диктатором в 82-м. В 78-ом умер. Счёт в обратную сторону, понимаете? Восстание Спартака датируется 73 (74-м) — 71 годами до нашей эры.


Чтобы восстановить последовательность событий, не нужно даже в учебник для 5 класса заглядывать. Книжку в детстве читали: Джованьоли «Спартак»? С кем там у главного героя роман?


На следующей странице «политической философии» тема Суллы продолжается: «была там ещё одна страшная вещь, которая при сталинизме буквально повторилась — знаменитые проскрипции. Почти всегда, когда убивали патриция, убивали всех его рабов. Это значит — не только прикончить старого идиота –большевика, наркома здравоохранения, скажем, но и всех секретарей и секретарш и даже, как мне рассказывал один человек, который чудом остался жив, охранников в министерстве тоже» (83). Не знаю, кто подразумевался под «старым идиотом». Может быть, Григорий Наумович Каминский заплативший жизнью за открытое выступление против Сталина.


А в Древнем Риме было так, цитирую биографию Суллы, которую мы с вами недавно обсуждали: диктатор «даровал права римского гражданства десяти тысячам рабов, принадлежавших проскриптам (то есть жертвам проскрипций). Они стали называться в честь своего освободителя Корнелиями и, очевидно, должны были поддерживать его в комициях» (то есть в народном собрании (Сулла, с. 320).


Тут-то начинаешь понимать, что имел в виду философ, когда написал: «я не любитель ссылок и сносок» (9). Какая же «конкретная история» без ссылки на источник? А вот такая.


Альенде — «коммунист» (91), Инесса Арманд «с двумя сподвижницами втроем голыми вышли на Красную площадь» (107), «Робеспьер проводит экстренные процессы Эбера, Камилла Демулена, бедного парня, и гильотинирует всех леваков» (133) — то есть Демулен был именно «левак», вместе с Эбером, а не правый с Дантоном. «Че Гевара, так вовремя убитый своими» (103). Тут особенно «конкретно», ведь недавно исполнилось 40 лет, как в Боливии погиб Че, и в мельчайших подробностях обсуждалось, как его захватили раненого в плен, имена убийц, дальнейшая их судьба. Интересно знать, кто из них был для Че Гевары «своим»? Но тут уж не до деталей, ведь если бы Че Гевара «захватил власть…, была бы новая Камбоджа» (91).


Ладно, Камбоджа далеко. Картинка из отечественной истории: «26—27 октября 1917 года, холодина страшная, на ветру плещется плакат «Вся власть Учредительному собранию!» (это потом матросики стали делать коррективы — и правильно совершенно — «Вся власть Советам!» (41)


Вообще-то «Вся власть советам!» — лозунг массовых манифестаций в Петербурге во время «июньского кризиса» 1917 года, а июнь, вроде бы, раньше октября, а не «потом».


С высоты такой «конкретной» учености автор раздает характеристики деятелям истории и культуры: «культурный идиот» Луначарский (32), просто «идиот» (видимо, некультурный) Альенде (138) «кретин Мао Цзэдун» (102), «несчастный кретин» Эйзенштейн (65), «урод» Сукарно (91)— президент Индонезии. «Старик» Блок тоже что-то делал «идиотски» (135). Очередной вопрос для ЕГЭ по философии. Помните, во сколько лет этот «старик» умер?


Но о некоторых совсем в другом тоне написано. «Ту огромного значения революцию…, которая произошла в Германии, отрефлектировал один человек — Адольф Гитлер. И отрефлектировал ее с идеальной точностью, не допускающей разночтений» (35) «Гитлеровская Германия тоталитарным государством не была. Тоталитарным в терминологическом смысле, а не в писаниях бездарных историков» (129). Гитлер был прежде всего вождём народа… (130). Гитлер любил народ, но ненавидел посредников между собой и народом… Почему убивал Гитлер? Потому что эти люди мешали его прямой связи с народом (89) Гитлер, скажем, говорил, что надо уничтожить всех евреев, в скобках — цыган тоже обязательно. Но, в конце концов, это максимализм в известных рамках» (136)


Далее Гитлеру противопоставляется дурной пример — максимализма без рамок. Максим Горький.


А «гитлеровский режим, при всех концлагерях и гестапо… не был тоталитарным. Гитлер этого не хотел» (89). А чего хотел? Профессор за него формулирует: «чтобы архитектура была хорошей, чтобы всегда хорошую рыбу и колбасу можно было в магазине купить» (34)


Я здесь не обсуждаю саму концепцию тоталитаризма, насколько она научная. Важно другое. Её популяризировали в годы Холодной войны, чтобы показать, какой плохая наша страна через сопоставление с гитлеровской Германией. А теперь — следующий ход. Первую карту, с которой начинался фокус, вынимаем и выбрасываем. «Аномалии, каковой является тоталитаризм» (33) имеют отношение к России, Китаю, к Че Геваре, но прежде всего, конечно, к России. А Гитлер уже не при чем. Так, мимо проходил. В магазин за колбасой.


Конечно, в ответ можно услышать, что цитаты выдернуты из контекста, не отражают общей позиции. Но вот ещё высказывание, как раз самого общего характера:


«Нельзя требовать или желать этики, морали, от человека умственно дефективного, какими, по мнению великолепного психолога Уильяма Джеймса, являются примерно от 85 до 95 процентов всех людей. А другой философ, эмпирист замечательный, английский психолог Мак — Таггарт говорил: «Нет, Джеймс сильно преувеличивает, я считаю, что недефективных только 1 — 2 процента» (23, выделено И.С.)


Предоставляю уважаемым слушателям определить, как называется подобная «политическая философия». «Великолепная» и «замечательная». И ещё, что интересно. Выходные данные книги: «главный редактор Г. Павловский». Что-то знакомое. А серия называется «Политучеба» — надо понимать, вот такое отношение к людям должно быть сформировано у подрастающего поколения.


Александр Пятигорский «Что такое политическая философия», «Европа», М. 2007 год


XS
SM
MD
LG