Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

1955: Советская «практика режима в прописке» и милиционер Семенов




Владимир Тольц: В одной из прошлых передач мы уже рассказывали о том, как начальник Одесского паспортного стола капитан милиции Семенов прислал осенью 1947 года в Москву, начальству, обширную записку о несовершенстве паспортной системы в СССР. Семенов указывал на то, как легко человеку, прежде судимому, обойти ограничения, избавиться от пометок о судимости в документах, получить чистый паспорт.



Ольга Эдельман: В центральном аппарате МВД его записку прочли - это по ней видно. Читавший реагировал эмоционально и во многом, видимо, с Семеновым соглашался. Мы об этом можем судить по тому, что во многих местах куски текста подчеркнуты цветным карандашом, иногда густо, с чувством, отчеркнуты на полях, на полях поставлены восклицательные и вопросительные знаки.



Владимир Тольц: Трудно сказать, какую роль записка Семенова сыграла в постепенном реформировании советской паспортной системы. Во всяком случае, в октябре 1953 г. Советом Министров СССР было принято новое положение о паспортах.



Ольга Эдельман: А тем временем капитан милиции Семенов служил дальше, к 1955 году стал подполковником и начальником паспортно-регистрационного отдела Управления милиции МВД г. Одессы.



Владимир Тольц: Так вот, в 1955 году Семенов составил еще одну солидную докладную записку. Как и предыдущая, она была аккуратно перепечатана на машинке, на хорошей плотной бумаге, переплетена и старательно надписана. На этот раз она называлась "Практика режима в прописке. Одесса, 1955 г."



Диктор:


Согласно статьи 40 Положения о паспортах, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 21 октября 1953 года, не подлежат прописке в режимных местностях, если судимость с этих лиц не снята в установленном законом порядке, судимые за: а) контрреволюционные преступления, б) бандитизм, в) хулиганство, при наличии 2-х судимостей за это преступление, г) умышленное убийство, д) за кражи, совершенные воровской шайкой или повторно, хищения, е) за разбой.


Однако в виде исключения в режимных городах и районах по разрешениям начальников Управлений Министерств внутренних дел, разрешено прописывать судимых за перечисленные выше преступления, несовершеннолетних детей - на площадь родителей и страдающих тяжелыми неизлечимыми болезнями - на площадь родственников. ... Кроме того, в порядке разъяснения было получено письмо Главного управления Милиции МВД СССР от 27 октября 1954 года ... о том, что при рассмотрении вопросов по прописке к семье освобожденных из мест заключения по помилованию, следует решать положительно.




Ольга Эдельман: Вопрос об освобожденных из мест заключения в середине 50-х годов приобретал особенную актуальность: шло реформирование сталинского ГУЛАГа, к тому времени уже появилось несколько указов о досрочном освобождении. Эти люди возвращались к прежним домам, и там начинали болеть головы у милиционеров: как к ним относиться, как с ними поступать.



Владимир Тольц: А Одесса к тому же относилась к числу так называемоых «режимных местностей», из-за своего пограничного положения.



Диктор :


В городе Одессе было прописано за 2 последних года в порядке исключения к семье - 927 чел. Из них:


а) судимых за контрреволюционные преступления - 343 чел.


б) за кражи и хищения - 522


в) другие - 62


Из числа указанных выше лиц, прописанных в порядке исключения к семье, основными причинами послужило следующее:


1. Престарелого возраста, больных и помилованных - 58%


2. Лиц, которым во время совершения преступления не было 18 лет - 15%


3. В которых по ходатайству предприятий была необходимость как в специалистах и кроме того, все эти лица имеют семьи в г. Одессе - 11%


4. Возвратившихся к семьям и не имеющих возможности выехать из города Одессы, т.к. необходима их материальная помощь семье - несовершеннолетним детям, престарелым родителям. На две семьи жить не могут, а перевести семью куда-либо в другую местность нет возможности из-за отсутствия там жилплощади, детям пришлось бы бросать учебу, членам семьи работу и т.д. - 11%


5. По оперативным соображениям и другим обстоятельствам - 5%




Ольга Эдельман: Семенов приводил все эти цифры не просто так. Он задался вопросом: если меры по ограничениям в прописке основаны на идее, что прежде судимый может в будущем снова совершить преступление, и цель ограничений состоит в том, чтобы предупредить повторные преступления, убрать этих людей из режимных местностей, чтобы сократить там уровень преступности, то насколько все это подтверждается статистическими данными?



Диктор:


Анализируя по городу Одессе данные за последние 5 лет в отношении судимых и подпадающих под паспортные ограничения лиц и прописанных в г. Одессе в порядке исключения ... и только лишь к семьям, видно, что только 0,9% встало вновь на путь преступления из числа этих лиц.


Следовательно, если из тысячи человек прописанных ранее судимых подпадающих под паспортные ограничения, - вновь совершило преступлений только 9 чел., то это свидетельствует о том, что цель наказания, исправления - перевоспитания этих лиц в основном достигнута. ...


На территории Одесского Пригородного района прописано за два последних года более 600 человек из числа лиц, судимых и подпадающих под паспортное ограничение, которым в г. Одессе в прописке было отказано. За этот период времени вновь совершило преступлений 5 человек, т.е. почти такой же процент, как и прописанными в г. Одессе.


Этот анализ также свидетельствует о том, что недопущение проживания-прописки в режимной местности, тем более в условиях города Одессы, к семьям не только не вызывается необходимостью, но и нецелесообразно.



Владимир Тольц: Прежде чем переходить к резонам подполковника Семенова, объяснявшего московскому начальству по пунктам, почему именно эта мера нецелесообразна, давайте, обратим внимание на один упомянутый им момент. Семенов среди мотивов, по которым прописку можно разрешить "в порядке исключения", называет не только семейные нужды освобожденных из лагерей, но и также "оперативные соображения". Всем ли нашим слушателям понятно, что он имел в виду?



Ольга Эдельман: Он этот пункт пояснил, он вообще для высокого начальства все растолковывал очень подробно и даже по нескольку раз.



Диктор:


Оперативные соображения


Опыт работы показывает, что те лица ранее судимые, скомпрометировавшие себя, которые желают скрыть свою судимость, стремятся не только не возвращаться к месту прежнего жительства, но получить паспорт, в котором бы не значилась справка об освобождении из заключения и тем более запись "и положение о паспортах". ... О совершенном ранее преступлении возвратившегося к месту прежнего жительства, где он был судим, знают не только все проживающие в данной местности родственники, жильцы дома, работавшие с ним лица, но и другие граждане. Следовательно, для работников милиции, МВД и КГБ в оперативном отношении легче изучить намерение освободившегося из заключения лица. ...


Освобожденный из заключения, зная о том, что он возвратился в местность, где его судили, многие знают о его прошлом ... где проживают его близкие родственники, такая обстановка воздействует на освобожденного из заключения психологически и способствует недопущению совершения им вновь преступления.



Владимир Тольц: Ну, знаете, ни за что не поверю, что этим все «оперативные соображения» и исчерпывались!. А что же насчет, агентурной работы, например?



Ольга Эдельман: Вот об этом Семенов не говорит ровным счетом ничего. Здесь вот что еще настораживает. На записке Семенова на полях рядом с тем местом, где он рассуждает о том, что ограничения в прописке прежде судимых в режимных местностях направлены на предупреждение повторных преступлений, неизвестный нам читатель из московского центрального аппарата МВД сделал пометку в том смысле, что одесский коллега понимает цель этой меры не совсем верно. Я хочу обратиться к нашему эксперту, специалисту по истории советской паспортной системы Виктору Александровичу Иванову. Насколько, так сказать, глубоко одесский начальник паспортной службы понимал смысл и ограничений в прописке, и особого статуса режимных местностей, и вообще намерения творцов этих установлений? Может, он не видел каких-то аспектов?



Виктор Иванов : Семенов – это такой типичный сотрудник паспортно-визовой службы, который, как мне представляется, в соответствии с теми ведомственно-нормативными требованиями тех лет конечно, обязан был следить за их выполнением. Поэтому он рассуждает как исполнитель этих нормативно-правовых актов. Между тем, мне так представляется, что смысл ограничений в прописке граждан, особый статус этих режимных местностей на территории Союза, он ведь проистекал из двух важных обстоятельств. Во-первых, внешне-политические, как следствие присоединения к СССР в 39-ом, в начале 40-го года огромных, фактически неучтенных территорий. Поэтому неслучайно статья 37-аяполжения о паспортах 40-го года впервые четко разделяет и ограничивает по категориям эти местности, первая и вторая. Кстати, по настоятельному требованию военных, настолько торопились «зарежимить» новые и старые территории, что даже забыли осуществить формальные юридические процедуры. Ни положения о режимных местностях, ни соответствующих правительственных инструкций. Во-вторых, нельзя было не заметить, и Семенов должен был это понимать все же была и внутриэкономическая причина в ограничении и прописки, и установления особого статуса режимных территорий. Обратите внимание, к 39-мо года внутренняя миграция достигла невиданных ранее размеров. Произошло нарушение внутренней динамики в эволюции трудовых ресурсов страны. Люди стали попросту прятаться.



Ольга Эдельман: В 1955 году Семенов рассуждал: какой смысл вводить ограничения на прописку в Одессе (режимной местности) прежде судимых ее жителей? И по пунктам перечислял причины, по которым мера эта неэффективна и нецелесообразна (любимое, так сказать, "политкорректное" словцо советских функционеров).



Диктор:


Отказ в прописке освобожденных из мест заключения к семьям приводит:


во-первых:


К формализму в работе по следующим причинам: лица, которым отказано в прописке в городе к семье, прописываются на законном основании в непосредственной близости к черте города, например в Одесском Пригородном районе, который является не режимным и примыкает к городу местами на расстоянии всего до 300 метров.


Учитывая постоянное автобусное, трамвайное и железнодорожное сообщение, лица, проживающие в Одесском Пригородном и других ближайших районах, а также поселке Ильичевск - в течение от 20 мин. до 1 часа добираются до центра города Одессы. ... Появляются эти лица в городе Одессе, заходят на свидание к родственникам, бывают на улицах, рынках и других местах города. Не допустить этого невозможно, так как город не отделен от ближайших районов Одесской области и не может быть отделен каким-либо заграждением.



Ольга Эдельман: Свои рассуждения Семенов сопровождал случаями из практики. Например, гражданин Шевцов, 32 года рождения, в 1950 судим в Одессе по знаменитому указу от 4 июня 47 за хищение государственного и общественного имущества, освободился в ноябре 54 года по отбытию срока с зачетом рабочих дней.



Диктор:


В городе Одессе гр. Шевцова не прописали, как подпадающего под паспортное ограничение. Однако ввиду того, что в г. Одессе проживает его 60-летняя мать и сестра, работающая на теплоходе "Грузия", он прописался в непосредственной близости к г. Одессе в с. Котовка, Одесского пригородного района (расстояние до 3 км от черты города Одессы). Шевцов устроился на работу там же, в селе в машинно-дорожную станцию, где работает в качестве токаря. Шевцову неоднократно делали замечания о том, чтобы он не появлялся в г. Одессе, однако он заявляет, что иногда после работы или в выходной день приходит к матери сменить одежду, оказать матери помощь по дому и уходит ночевать в с. Котовка по месту своего жительства и работы. Поскольку Шевцов действительно не проживает в г. Одессе, то привлечь его к ответственности нельзя. ...


Следовательно, если отказом в прописке и в том числе к семье лицам, подпадающим под паспортные ограничения, преследуется цель недопущения совершения ими преступления в городе Одессе, - то это не достигает цели и является формальным, так как прописка не в городе Одессе, а в непосредственной его близости не может являться препятствием для совершения преступлений в городе Одессе.



Ольга Эдельман: Здесь занятно, что напротив того места в тексте, где Семенов пишет, что Шевцову делали замечания, чтобы он не появлялся в городе, высокопоставленный московский читатель на полях написал вопрос: "А законно ли это?"



Владимир Тольц: Этот вопрос весьма показателен для уровня массового правосознания. – Он и в голову не пришел одесским правоохранителям! Однако, давайте присмотримся к другим резонам подполковника Семенова. Напомню, что про формализм и невозможность отгородить Одессу от ближайших пригородов - это у него было "во-первых".



Диктор:


Во-вторых:


К возникновению большого числа жалоб и в связи с этим излишнему отвлечению значительного числа работников государственного аппарата на их разбор.


Так например:


Гр-н Водовозов С.А., 1927 года рождения, судимый 16.8.1949 года по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета ССР от 4.6.1947 года (за хищение государственного и общественного имущества) к 12 годам лишения свободы и к 3 годам поражения в правах. Водовозов был освобожден 25.12.1953 года по отбытию срока наказания с зачетом рабочих дней. В связи с законным отказом ему в прописке в г. Одессе, как подпадающему под паспортное ограничение, его заявления разбирались в ряде инстанций:


1. В 6-м отделении милиции города Одессы,


2. В Управлении милиции города Одессы,


3. В УМВД Одесской области,


4. Обращался он с заявлением в Исполком Одесского горсовета депутатов трудящихся.


5. Обращался в Управление милиции Одесской области.


6. Обращался с заявлением в Совет Министров Союза СССР.


7. Заявление Водовозова поступило и в Главное управление милиции МВД СССР.


8. Разбиралось заявление и Президиумом Верховного Совета СССР.


В результате Водовозов, если первоначально был прописан в порядке исключения, то в дальнейшем он добился этой прописки на постоянное жительство путем снятия судимости. Гр-н Водовозов возбудил вопрос о снятии судимости только для того, чтобы иметь право на прописку. ...


Вывод:


Если бы органы милиции имели законное право прописать Водовозова в городе Одессе к семье, он не отнимал бы столько времени у работников государственного аппарата на рассмотрение жалоб по вопросу прописки и снятия судимости .



Ольга Эдельман: Ну действительно, при таком вот взгляде на государственные установления не из московских министерских и партийных окон, а на местности - мероприятия советской выглядят довольно глупо.



Диктор:


Отказ в прописке освобожденным из заключения к семьям приводит ... к осложнению воспитания детей и разрыву семьи (хотя бы временно), так как член семьи, освобожденный из заключения, не имеет права проживать в режимной местности, если он подпадает под паспортное ограничение, а следовательно должен выезжать в другую местность. Переехать же вся семья в другую местность не имеет возможности, так как там нет жилплощади. Кроме того, в этом случае пришлось бы членам семьи, проживающим в г. Одессе, бросать работу, учебу и возникли бы другие трудности. ...


Отказ в прописке освобожденным из заключения к семьям приводит ... к созданию подозрения на якобы несправедливое решение вопроса, так как одни подлежат прописке в порядке исключения, а на других это исключение не распространяется. ...


Если была бы возможность прописывать в порядке исключения освобожденных из заключения лиц к семьям, то не было бы так много необоснованных и нежелательных разговоров как в стенах органов милиции, так же и вне, подрывающих авторитет работников милиции и государственных органов.



Владимир Тольц: Ну, а дальше Семенов затронул еще одну весьма занимательную тему. О трудоустройстве бывших осужденных и возникающих в связи с этим у милиции сложностях.



Диктор:


В ст. 40 Положения о паспортах указано: "Лица, которым запрещено проживание в местностях, перечисленных в настоящей статье, не могут быть приняты на работу в предприятия и учреждения, расположенные на территории этих местностей".


Следовательно, в городе Одессе как режимном городе подпадающие под паспортные ограничения лица не имеют право не только быть прописанными, но и работать. ... Для того, чтобы осуществлять строгий контроль при приеме на работу и не допускать одних и разрешать другим из одних и тех же районов на работу, необходимо ознакомить с условной записью в графе 8 паспорта и Положения о паспортах. Конечно, если иметь в виду начальников отделов кадров предприятий и учреждений, то это еще можно. В большинстве же небольших и мелких учреждений и артелей не имеется специальных работников по кадрам, эта работа поручена секретарям, машинисткам, делопроизводителям и др. второстепенным работникам. Таких мелких организаций, артелей и других насчитывается в городе Одессе несколько тысяч единиц. Если всех знакомить с этой условной записью в паспорте и по этой причине не будут принимать на работу, то приведет к нежелательным последствиям. А если не знакомить с этой условной записью, то невозможно ограничить устройство на работу этой категории лиц.



Владимир Тольц: Понятное дело, "нежелательные последствия" состоят в том, что мера, которую власти использовали исподтишка, станет всем известной. Я надеюсь, гость нашей перелачи Виктор Александрович Иванов пояснит, что это за условные ограничительные отметки в паспортах? Что это такое вообще – «условная запись в графе 8 паспорта и Положения о паспортах»?



Виктор Иванов : Особенно подробно о содержании таких условных записей говорит «Положение о паспортах» 53-го года. Хотя впервые решение о такого рода клеймении личности советского человека было опубликовано в секретной инструкции по применению «Положения о паспортах», изданных в исполнении постановления Совнаркома от 10-го сентября 1940-го года. В пунктах 13 и 14 говорилось: «лицам, не имеющим права проживать в режимных местностях первой, так и второй категории, записывается «и на основании статьи 38-ой положения о паспортах». Это для тех, кому было запрещено проживать в режимной местности первой категории. И следующее: «и на основании статьи 39-ой положения о паспортах». Это для тех, кому запрещено было в режимных местностях второй категории. В новом «Положении о паспортах» 53-го года. Где категорийность, режимность территорий формальная уступила криминологической составляющей, т.е. тяжести преступлений, гражданину, желающему жить в данной местности, особенно после отбытия заключения, ждало немало трудностей. Увеличилось количество уголовных статей, судимость по которым свидетельство наступлений паспортных ограничений. В соответствии с 20 пунктом « C секретной инструкции о порядке применения положения о паспортах» 53-го года, в графе 8-ой паспорта, на основании каких документов выдан паспорт, после перечисления документов записывалось: «и положения о паспортах». Если эта запись была в паспорте, или те записи которые были еще ранее в положении 40-го года, эта запись означала, что такие лица попадали под паспортное ограничение, и не подлежали прописке в режимных местностях. А количество режимных территорий еще больше увеличилось.



Ольга Эдельман: А как долго, до какого времени существовали эти условные пометки?



Виктор Иванов : Формально такие условные пометки отменялись после опубликования Постановления Совета министров СССР от 28-го августа 1974-го года. Об утверждении положений о паспортной системе в СССР. Положение было продублировано приказом министра. Приказ был отменен только в октябре 1990-го года. Вот теперь в паспортах не стали делать никаких отметок. Но специальные учеты паспортно-визовой службы продолжали накапливать материал о владельце паспорта, ранее имевшего конфликт с законом. Теперь об ограничениях, которые испытывает отдельных гражданин знает не первый попавшийся и не всякий встречный управдом, а знают специалисты, сотрудники уголовного розыска, суда прокуратуры и т.д.



Владимир Тольц: Подполковник милиции Семенов может показаться большим либералом. Думаю, на самом деле никаким либералом он не был; просто-напросто он был опытным практиком и прекрасно видел, в какой абсурд при конкретном воплощении в жизнь превращаются руководящие идеи партии и правительства. Предложения он формулировал очень умеренные, половинчатые, не лишенные внутренней противоречивости.


У меня снова вопрос к нашему гостю Виктору Александровичу Иванову: как те меры, о которых писал Семенов - прописка, ограничения для режимных местностей, паспортная система - менялись в последующие годы?



Виктор Иванов : Вообще, эффект паспортизации в том виде, в каком вся эта паспортная операция 30-50-е годы проходила, 60-70-е кстати, эффект был минимальным от этих паспортных ограничений. Вот, «Положение» 40-го года запрещает принимать на работу на предприятия, расположенные в режимных местностях, лиц, которые удалены из этих режимных местностей. А их ведь принимают. И не только принимают, но так выстраивают схему отношений с органами власти, в том числе и с местными структурами милицейскими, что те получают и временную прописку. А если этого не получается, что этих рабочих на предприятиях прячут. Поэтому директорский корпус вынужден был отвечать на вызовы экономических проблем, которых было вполне достаточно в 30-е, 40-е и т.д. годы. Вот это было такое лицемерие с одной стороны, которое фактически сводило на нет все усилия милицейские. Вообще, это был один из элементов порядка .но когда это превращается в механизм властвования, вы понимаете, к чему это все быстро приходит. Далее. Надо сказать, что и структуры милицейские, ведь они же захлебнулись от этой информации. Пустой и неэффективной.



Владимир Тольц: Я только что прочел рассуждение одной ученой дамы-историка, сводящееся к тому, что советский режим буквально во всем желал казаться не тем, чем был. Заявлял о демократических свободах в СССР - а понятно, какие там свободы... Декларировал верховенство закона, но закон был еще тот… А коли вчитаться в соображения опытного паспортного начальника Семенова, то и строгий советский милицейский порядок оказывается не столь уж был монолитен, и изворотливость граждан даже при нем (и в обход его) позволяла им устраиваться так, как хотелось, и таким образом обретать некие новые степени свободы. Специфически советской, разумеется…



XS
SM
MD
LG