Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Госдума может ужесточить Закон "О борьбе с экстремизмом"


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Олег Кусов.



Александр Гостев : Государственная Дума может ужесточить Закон "О борьбе с экстремизмом". Как утверждает «Независимая газета», в Думу поступил проект поправок от депутатов законодательного собрания Курской области. Если эти поправки будут приняты, неправительственные организации и СМИ будут закрывать после второго нарекания независимо от того, когда сделано первое. Рассказывает наш корреспондент Олег Кусов.



Олег Кусов : В Комитете Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи ещё ничего не знают о данной инициативе курских депутатов. Анализировать предложенные поправки приходится по публикациям в средствах массовой информации. Согласно этим публикациям, у обвинения в экстремизме не должно быть срока давности. Курские депутаты предлагают закрывать общественные, религиозные организации и средства массовой информации после второго предупреждения, когда бы прокуратура ни вынесла первое. В ныне действующем варианте закон предусматривает такое наказание за двукратные в течение года обвинения в экстремизме. Член думского Комитета по информационной политике, информационным технологиям и связи Роберт Шлегель полагает, что подобные инициативы надо подвергать тщательному анализу.



Роберт Шлегель : Нужно сказать сразу, что я пока еще не успел ознакомиться с данным законопроектом, но хотелось бы отметить, что та информация, которую вы мне дали, она говорит о том, что к этим вещам нужно достаточно осторожно относиться, аккуратно. Такая есть фраза - сын за отца не отвечает. Предположим, было вынесено предупреждение, а издание перешло в руки к другому человеку. После этого вновь какое-то выступление, которое было расценено, как экстремистское. Вопрос - можно ли закрывать, если прошло 7 лет после первого? Это может превратиться в поиск блох на шкуре у всех, кого ни попадя. В целом-то проблему публикаций экстремистских материалов - это решает. А что делать с распространением экстремизма в интернете? Он просто кишит экстремистскими сайтами. И никто никакой ответственности за это не несет, за редким исключением, когда уже это переходит всякие границы, как, например, видеозапись с убийством дагестанца и таджика. А что делать со всеми другими этими вещами?


Сейчас будет широкая дискуссия по реформированию Закона "О средствах массовой информации", внесение дополнений по сопутствующим законам. Конечно, я думаю, что этот голос должен быть услышан. Потому что я не думаю, что целью законотворцев сделать так, чтобы обязательно всех закрывать. Я думаю, что их цель несколько иная - оградить общество от экстремизма. Нужно искать механизмы, которые были бы максимально конструктивны в этом смысле.



Олег Кусов : Говорил депутат Госдумы Роберт Шлегель.


Федеральный Закон «О противодействии экстремистской деятельности» был принят летом 2002 года. Через четыре года депутаты кардинально его переработали, ещё через год - прямо перед началом думской избирательной кампании - в него были вновь внесены поправки. На частое внесение поправок в закон обращает внимание кандидат юридических наук Илья Рассолов.



Илья Рассолов : Складывается впечатление о том, что этот закон является экспериментальным законом, что, на мой взгляд, недопустимо в отношении такого рода правонарушения, как экстремизм. Закон, во-первых, смешивает понятия экстремизма и терроризма и даже клеветы, хотя, на мой взгляд, терроризм является более общественно опасным деянием. В соответствии с 205 статьей там наказание начинается уже с 8 лет лишения свободы. Кроме того, приведенная в первой статье закона легальное определение экстремистской деятельности тоже не выдерживает критики, потому что любое определение экстремизм не через перечисление видов деятельности, было бы удачным и логичным. Потому что все виды такой экстремистской деятельности просто перечислить невозможно. А первая статья не является резиновой статьей.



Олег Кусов : Ответственность средств массовой информации должна носить экономический характер, полагает Илья Рассолов.



Илья Рассолов : Снятие сроков истечения действия предупреждения, а так это называется, сильно ударит по СМИ в России, и не создаст благоприятный климат для развития СМИ. Любое СМИ имеет право на ошибку. Поэтому в любом случае мне представляется, что не дубинка, которая бы так или иначе воздействовала на СМИ, а экономические санкции здесь будут более благоприятные. Кроме того, ведь это сильно ударит по независимости небольших СМИ, потому что они не имеют ни службы, ни собственных экспертов, которые могут отследить, так или иначе, тот или иной материал. Если человек или редакция совершает ошибки, то пусть он за это и расплачивается экономически.


Кроме того, мне представляется, что можно было бы, так как качество саморегуляции в журналистском сообществе слишком велико, обязать главных редакторов, в частности, государственных СМИ, во всяком случае, включать в типовые контракты с журналистами специальное условие, согласно которому, если журналист берет интервью, либо сам разжигает ту или иную ненависть или вражду, то такой журналист не будет больше работать в этом СМИ.



Олег Кусов : Говорил кандидат юридических наук Илья Рассолов.


Какие проблемы на самом деле пытается решить региональная власть, предлагая подобные поправки в закон? Об этом рассуждает политолог Александр Кынев. С ним беседовала моя коллега Евгения Назарец.



Александр Кынев: Мне кажется, что это просто рефлекс чиновников, которые стремятся по-максимому ограничить самостоятельность тех или иных субъектов, где каждый является потенциальным нарушителем и наступает на права граждан до того момента, пока граждане не оказывают сопротивление. И то, что такой появился законопроект в Курской области, это, в общем, показатель, это говорит о том, что никакого реального отпора, видимо, наши чиновники не чувствуют, поэтому появляются подобные инициативы. В некотором смысле индикатор слабости нашего гражданского общества, по смыслу, конечно, это ничто иное, как просто вообще запрет на критику.


Не так давно были инициативы господина Шлегеля по поводу возможности закрытия средств массовой информации за клевету. Идет процесс в Республике Коми над блоггером Саввой Терентьевым за то, что предположительно он оставил запись критическую против сотрудников милиции в блоге одного из региональных журналистов.


В то же время, я думаю, что эта инициатива все-таки останется маргинальной, потому что сам тот факт, что предыдущая инициатива депутата Шлегеля по поводу поправок в Закон "О СМИ" встретила очень критическое внимание со стороны администрации президента, в Думу пришел ответ на появление данного законопроекта, который не оставил от него камня на камне. Я думаю, что это в некотором смысле знак и сигнал о том, что подобные инициативы вряд ли могут быть в настоящее время реализованы.


Ведь, что такое недовольство, которое высказывается, допустим, в средствах массовой информации? Это элемент политической конкуренции. Почему-то никто не спорит с тем, что конкуренция приносит пользу в экономике. То же самое касается практически любой сферы. Но почему-то в политике у нас совершенно другой подход, и нам пытаются объяснять, что наоборот, что чем меньше конкуренция, тем лучше. Но совершенно очевидно, что никакого другого механизма заставить того же чиновника работать эффективно, как конкуренция, как критика, в том числе, просто не существует. Потому что, если запретить вообще высказывать свою точку зрения, то с какой стати тогда чиновники вообще будут работать хорошо. То есть в этом смысле совершенно очевидно, что данная инициатива является по смыслу просто вредной и для власти, и в случае ее реализации, что маловероятно, просто будет вести к тому, что ситуация будет превращаться в некотором смысле в театр абсурда.



Олег Кусов : Так считает политолог Александр Кынев.


Российские правозащитники уже провели параллели между законом о противодействии экстремизму и такими нормами старого Уголовного кодекса, как "антисоветская деятельность" и "клевета на социалистический строй".



XS
SM
MD
LG