Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Правозащитники в Челябинске рассказывают свою версию гибели заключенных в копейской колонии


Программу ведет Александр Гостев. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Марьяна Торочешникова, Александр Валиев.



Александр Гостев: Прокурор Челябинской области Александр Войтович привел данные, в соответствии с которыми во время недавнего инцидента в копейской колонии пострадало больше заключенных, чем заявлялось ранее. По официальной версии, 31 мая четверо заключенных исправительной колонии на прогулке напали на сотрудников администрации. Против нарушителей были использованы резиновые палки. Их поместили в разные камеры. Заключенных осмотрели медики, но к вечеру их состояние ухудшилось, и все четверо умерли. Правозащитники ведут собственное расследование этого инцидента.



Марьяна Торочешникова: В колонии № 1 города Копейска Челябинской области, где погибли четверо заключенных, не было бунта - к такому выводу пришли челябинские правозащитники, занимающиеся самостоятельным независимым расследованием инцидента. На пресс-конференции с их участием побывал корреспондент Радио Свобода Александр Валиев.



Александр Валиев: Со дня гибели осужденных прошло уже почти три недели. Но что же случилось там на самом деле, и по какой причине четыре человека оказались избиты до смерти - до сих пор неизвестно. В пресс-конференции, состоявшейся во вторник в Челябинске, участвовали руководитель свердловской областной общественной организации "Правовая основа", эксперт общероссийского общественного движения "За права человека" Алексей Соколов и бывший заключенный Юрий Скогарев. Они продемонстрировали видеозапись, снятую в одной из копейских колоний и предназначенную для служебного пользования. На ней наглядно демонстрируется процесс приемки новых заключенных. Весь он направлен на психологическое подавление вновь прибывших: их раздевают догола, ставят в унизительные позы, заставляют тут же мыть унитазы, надевают красные повязки, которые носят лишь члены секции дисциплины и порядка, сотрудничающие с администрацией. По рассказам участников пресс-конференции, тех, кто сопротивляется этому процессу, жестоко бьют.


В соответствии с версией правозащитников, это и произошло в копейской колонии № 1 30 мая. Говорит Алексей Соколов.



Алексей Соколов: Я не побоюсь этого слова, это было реальное убийство. Сотрудники колонии на самом деле забили их. Били они их очень хорошо, жестоко, я вам скажу, потому что я был в морге и видел трупы этих убиенных, все синяки были с задней стороны, там не было живого места, там даже кожа отслаивалась.



Александр Валиев: А вот как Соколов прокомментировал версию, которую озвучивают некоторые чиновники из ГУФСИН - согласно ей, заключенные устроили бунт по приказу неких криминальных авторитетов.



Алексей Соколов: Я считаю, что это самая натуральная ложь, которая всегда озвучивается сотрудниками ГУФСИН для сокрытия тех преступлений, которые они там совершают. Вы даже посмотрите лица, которые прибыли на этот ИК-1, это лица, которые осуждены впервые, они молодые все. Когда они успели стать преступными авторитетами?



Александр Валиев: Участвовавший в пресс-конференции Юрий Скогарев в марте освободился из копейской колонии № 1, в которой провел 8 лет. Он подробно рассказал журналистам о том, как сотрудники издеваются там над осужденными. По его словам, официальным путем из колонии невозможно отправить жалобу в вышестоящую инстанцию, и надо искать подпольные способы. Ему приходилось отправлять письма в адрес депутатов и правозащитников, написанные собственной кровью. Кроме избиений, в адрес тех, кто не желает подчиняться незаконным требованиям администрации, применяют угрозы сексуального насилия со стороны других осужденных. Волну избиений и насилия Юрий Скогарев связывает со сменой руководства в областном Управлении исполнения наказаний.



Юрий Скогарев: В связи с приходом в наше управление Владимира Семеновича Жидкова во всех колониях Челябинской области начали проводиться под видом оперативно-режимных мероприятий избиения осужденных, то есть гнали дубинками. В два ряда выстраиваются сотрудники учреждений, сводные отряды, они так назывались, эти сотрудники приезжали из разных колоний и как бы отрабатывали варианты, например, захватов, на случай захватов и так далее. Вот это все у них отрабатывалось на живых людях, то есть на самих осужденных.



Александр Валиев: Участники пресс-конференции назвали фальсификацией сообщения о том, что в ходе инцидента 30 мая пострадали сотрудники колонии. Они считают, что истинную информацию общественность вряд ли узнает от официального следствия.



Марьяна Торочешникова: Директор Центра содействия реформе уголовного правосудия Валерий Абрамкин разделяет мнение о том, что уровень напряженности в колониях во многом зависит от политики конкретных начальников исправительных учреждений или Службы исполнения наказаний.



Валерий Абрамкин: Ситуация, к счастью, не везде одинаковая. Дело в том, что после 1998 года произошла некоторая децентрализация управления, и больше стало зависеть от людей на местах. Скажем, в Красноярском крае, там просто другую политику проводят, это генерал Саешников. Если там где-то возникает недовольство, акции протеста, он сам лично выезжает на место, разбирается. Ведь людям это важно, что разбирается, забирает все заявления, если кто-то виноват, наказывает, если сами арестанты виноваты, он тоже об этом прямо говорит. Протесты происходят не потому, что условия содержания плохие. Вот у нас главная причина - это то, что над людьми демонстративно издеваются, заставляют их унижаться.



Марьяна Торочешникова: Вы сказали, что во многом ситуация зависит от людей, работающих на местах. Получается, что в последнее время работать в колонии приходят люди, склонные к насилию, если они готовы подавлять заключенных, унижать заключенных, унижать их достоинство?



Валерий Абрамкин: Нет, конечно, и такое бывает, но это бывает во всех странах. Специальные тесты проходят сотрудники для того, чтобы выявить их наклонности, не садисты ли они. У нас тоже такие тесты разрабатывались, но пока не вполне работают. Причин много и одна из главных причин - это судебная практика. Вы помните, почему захватили заложников в Чагинском СИЗО? Они же не протестовали против условий содержания. Они были против приговора, против несправедливого суда. Им дали безумные сроки наказания и при этом никакой надежды на то, что может быть какое-то смягчение. Нужна судебная реформа - это первое, что надо сделать. Пока у нас не будет нормальных судов, никакие иные проблемы решаться не будут.



Марьяна Торочешникова: Сегодняшние интернет-издания цитируют прокурора Челябинской области Александра Войтовича. Комментируя ситуацию вокруг инцидента в копейской колонии, он, в частности, заявил, что во время беспорядков, помимо названных четырех человек, пострадали еще восемь заключенных, которые в настоящее время находятся в следственном изоляторе Управления Федеральной службы безопасности по региону. С ними проводятся следственные действия, в том числе и очные ставки.


Войтович сообщил так же, что помимо 11 сотрудников колонии, уволенных после инцидента, были наказаны еще около 30 сотрудников службы исполнения наказаний, включая начальника и первого заместителя УФСИН по Челябинской области. В отношении прокурора Челябинска и его старшего помощника было вынесено представление о неполном служебном соответствии. По мнению сопредседателя фонда Защиты прав заключенных Льва Пономарева, такую реакцию прокуратуры на происшествие в колонии можно назвать уникальной.



Лев Пономарев: Первый раз так оперативно работает прокуратура именно региональная. Как правило, случаи, когда массово избивали людей, даже с трупами иногда, они замалчивались, в том числе прокуратурой и прокуратура нам давала обычные ответы, что спецсредства были применены законным образом, ваши факты не подтвердились. Поэтому я приветствую действия челябинской прокуратуры. Надеюсь, что это будет не уникальный случай и в дальнейшем так же прокуратура перестанет замалчивать эти преступления, которые, к сожалению, регулярно совершаются за решеткой.


XS
SM
MD
LG