Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Взгляд на ядерную программу Ирана глазами израильтянина


Ирина Лагунина: В минувшие выходные посланник Европейского Союза опять вернулся из Тегерана ни с чем. Хавьер Солана привез иранскому руководству новый пакет весьма привлекательных наград, если только Иран откажется от обогащения урана и закроет свою ядерную программу. Пакет был выработан пятью постоянными членами Совета Безопасности ООН и Германией. Официальный ответ Тегерана еще не пришел, но неофициально было заявлено, что и это приглашение к экономическому, политическому и технологическому сотрудничеству будет отвергнуто режимом Исламской революции. В понедельник премьер-министр Великобритании Гордон Браун заявил, что его страна замораживает счета самого большого иранского банка и что Европейский Союз затем будет рассматривать возможность наказания иранского газового и нефтяного сектора.



Гордон Браун: Если Иран продолжит игнорировать резолюции ООН и наши предложения сотрудничества, то у нас не останется выбора, кроме как расширять санкции. И сейчас Великобритания призывает Европу, и Европа согласится с нами, ввести новые санкции против Ирана. Прежде всего, мы заморозим активы крупнейшего банка Ирана – банка Милли – а во вторых, начнем подготовку новых санкций по нети и газу.



Ирина Лагунина: Кристина Галлах, представитель Хавьера Соланы, однако, не знала, что имел в виду Гордон Браун, но признала в понедельник, что ЕС готов пойти на более жесткие меры, чтобы остановить Иран. Но у многих политиков и экспертов настроение в отношении ядерной программы Ирана весьма пессимистичное. И страна, у которой это чувствуется больше всего – это Израиль, который иранский президент Махмуд Ахмадинеджад предлагает стереть с лица Земли. Об этих призывах главы государства мы поговорим в одной из следующих программ, а сегодня – о том, как Израиль видит то, что происходит в Исламской республике. В Иерусалиме мы говорили на эту тему с бывшим послом Израиля в ООН Доре Гольдом, ныне директором исследовательского центра, в Тель-Авиве – с бывшим главой «Моссада», израильской разведки, Узи Арадом. Доре Гольд:



Доре Гольд: По-моему, израильское руководство ясно показало, что создание Ираном ядерного оружия для Израиля абсолютно неприемлемо. Израиль рассматривает Иран как революционный режим, стремящийся экспортировать свои экстремистские доктрины по всему Ближнему Востоку. Он активно поддерживает ячейки организации «Хезболлах», причем не только в Ливане, но и в районе Персидского залива, в таких странах, как Бахрейн и Саудовская Аравия, в Восточной провинции Саудовского королевства. Ну и заметнее всего активность Ирана проявляется сейчас, конечно, в Ираке. Так что с точки зрения Израиля, Иран активно развивает свою деятельность га Ближнем Востоке и подрывает безопасность и мирную жизнь людей в регионе.



Ирина Лагунина: Из того, что вы только что сказали, следует, что Иран поддерживает шиитское меньшинство в Саудовской Аравии и в Бахрейне и шиитское большинство в Ираке. Насколько эта деятельность при всем при том угрожает правительствам региона и Израилю?



Доре Гольд: Иран, действительно, поддерживает шиитские меньшинства в регионе. Но его интересуют отнюдь не права шиитского меньшинства. Они пытаются распространить через эти группы людей свою власть. «Хезболлах» была создана иранским правительством. И различные подразделения этого движения в районе Персидского залива подчиняются непосредственно иранскому правительству, его разведывательному аппарату. Иранская революционная идеология, которую проповедует этот режим, состоит в том, чтобы противостоять США на Ближнем Востоке. А Израиль рассматривается иранским режимом как американский пособник. А в результате во время военных парадов в Тегеране можно видеть плакаты «Смерть Израилю, смерть Америке!». И не забывайте, что президент этой страны Махмуд Ахмадинеджад неоднократно заявлял о том, что Израиль должен быть стерт с лица Земли. Может быть, он опирается на заявления духовного лидера революции аятолы Хомейни, но его высказывания сейчас подхвачены и Революционной гвардией, и президентским окружением. Если вы зайдете в Интернет, вы увидите плакаты иранской добровольческой милиции – Басижа, которые тоже призывают уничтожить Израиль. Государству, которое угрожает другому государству, причем члену ООН, да еще при этом пытается обзавестись ядерным оружием, не приходится ожидать, что возможная жертва, в данном случае Израиль, будет спокойно сидеть и ждать, пока Иран завершит ядерную программу.



Ирина Лагунина: Но Израиль может сделать?



Доре Гольд: Израиль очень активно работал все это время по дипломатическим каналам. Мы пытались уговорить страны Западного союза усилить экономические санкции против этого режима. Но невозможно повлиять на поведение Европы или США, если это не отвечает их национальным интересам. Но и в США, и в Европе политики все больше понимают, что Иран – это угроза не только Израилю, это так же и угроза им. Если бы Иран хотел уничтожить только Израиль, он бы создал ракеты «Шихаб-3» с радиусом действия в 1300 километров и на том успокоился. Он бы не тратил доллары на создание стратегического оружия большего радиуса действия. Но мы знаем, что Иран уже создал ракеты «Шихаб-4», которые могут нести баллистическое оружие и поражать юго-восток Европы. Он купил 3 тысячи крылатых ракет у Украины и приобрел северокорейские ракеты «БМ-25», созданные в двух модификациях – с дальностью в 2500 километров и с дальностью 3500 километров. Не надо покупать все это оружие, если вы хотите всего-навсего уничтожить Израиль.



Ирина Лагунина: Вы упомянули активную дипломатию. Но каждый раз, когда вопрос отдается на рассмотрение Совета Безопасности ООН, встает вопрос о том, что Россия и Китай никаких жестких мер против Ирана не допустят. С Россией вообще ситуация выглядит более чем странно и нелогично. С одной стороны, Россия в силу своих собственных экономических и финансовых интересов, в том числе интересов военно-промышленного комплекса, блокирует жесткие санкции, с другой стороны, выступает в качестве сторонника Запада и предлагает всякие заманчивые варианты, типа вывоза отработанной на иранской атомной станции в Бушере тяжелой воды на территорию России и так далее.



Доре Гольд: И страны Европейского Союза, и Россия имеют очень обширные экономические интересы в Иране. И конечно, когда они принимают новые санкции, это ударяет напрямую по кошельку. И многие здесь это понимают. Но попытайтесь поставить на чаши весов интересы бизнеса и угрозу безопасности, которая будет исходить от ядерного Ирана. Европейцы это поняли и начали тесно сотрудничать с Соединенными Штатами. Это в первую очередь касается финансовых институтов, банков, таких, как банк Малли и банк Садрат. И мы уже видим, как один за другим крупнейшие европейские банки отказываются вести бизнес с Ираном. Это то, что касается Европы. А что касается России, то мне кажется, она делает серьезнейшую стратегическую ошибку. Да, конечно, Россия прошла через суннитскую угрозу безопасности на Северном Кавказе – в Чечне и в Дагестане. И возможно, кто-то в российской политической элите полагает, что шииты такой опасности не представляют и не могут представлять. Но Иран в последние десятилетия доказал, что готов предоставлять убежище и поддержку суннитским моджахедам, будь то талибы, которые сегодня воюют против коалиции в Афганистане, или «Аль-Каида», когда ее боевики вынуждены были покидать Афганистан после вторжения в 2001 году после терактов 11 сентября. И Иран, обладающий ядерным оружием, предоставит стратегический зонтик всему движению джихада против Запада и в будущем – против России.



Ирина Лагунина: Доре Гольд, бывший посол Израиля в ООН. Что будет означать для Израиля ядерный Иран. Тот же вопрос бывшему директору израильской разведки «Моссада» Узи Араду.



Узи Арад: Что будет означать для Израиля ядерный Иран? Конечно же, и даже лишнее повторять это, - серьезную угрозу безопасности. Но кстати, не только для Израиля. Правда, я не думаю, что это автоматически будет означать черный и беспросветный сценарий для Израиля. У Израиля есть оборонительные и наступательные средства, чтобы обеспечить мощное и твердое сдерживание, такое сдерживание, которое заставит разумных иранцев сомневаться в необходимости нападать на Израиль. И это должно стать приоритетом нашей безопасности. Так что нам придется приспособить свою стратегию так, чтобы эффективно сдерживать Иран. Это сложно, но это возможно сделать. Проблема состоит в том, что ядерный Иран дестабилизирует весь регион. Он приведет к гонке вооружений на всем Ближнем Востоке, к более открытой и более воинственной политике Ирана в районе Персидского залива, он может подстегнуть активность террористических группировок, которые не преминут воспользоваться иранским ядерным зонтиком, он может породить кризис, который в любой момент перейдет границы из-за чьи-то просчетов. Так что процессы, которые начнутся в результате того, что Иран получит ядерное оружие, в потенциале исключительно опасны для Ближнего Востока и для стран, которые зависят от ближневосточной стабильности. Так что в какой-то степени это глобальная угроза.



Ирина Лагунина: А страны Персидского Залива, по вашему мнению, не будут противостоять ядерному Ирану?



Узи Арад: Я сказал, что мы можем справиться с прямой стратегической угрозой Израилю. Но захочет ли мир брать на себя ответственность за безопасность Ближнего Востока? Я не знаю. Может быть, некоторые арабские страны попытаются умиротворить растущую мощь Ирана. Как я уже сказал, может быть, поднимут активность террористические организации. Я также не исключают гонки вооружений. Более того, для кого-то может показать весьма привлекательным упредительный удар. Словом, все будут испытывать сильное чувство нервозности, держать палец на спусковом крючке. Это не тот Ближний Восток, который мы хотели бы видеть. И именно поэтому политики, как Джон Маккейн, например, говорят, что цена предотвращения этого сценария, цена сдерживания Ирана от обладания ядерным оружием, даже если это сдерживание будет осуществляться военными методами, несравненно меньше, нежели то, что придется заплатить после. И по-моему, это точная оценка.



Ирина Лагунина: Но что вы имеете в виду под военными мерами. Уже подсчитано, что ядерные объекты Ирана настолько разбросаны по стране, что простыми точечными ударами с ними не справиться. В 1981 году Израиль разбомбил иракский ядерный реактор в Асираке. И хотя действия Израиля тогда подвергли формальной критике, результат того стоил. По крайней мере, благодаря этому и благодаря инспекциям ООН ядерная программа Саддама Хусейна была закрыта. С Ираном, по всем оценкам этого не произойдет. Так какие методы может предпринять Израиль?



Узи Арад: У Израиля есть выбор возможностей. Но мы также должны оценивать наши действия в контексте международной политики. Мы – союзники с США и европейскими странами. У нас установлены связи со странами Ближнего Востока. И на все эти стороны международного процесса может повлиять как ядерный Иран, так и наши действия в отношении Ирана. Так что мы считаем, что это – международная проблема, которую надо международными средствами и решать. И то, что у нас есть односторонние средства воздействия на Иран, не означает, что мы будем действовать односторонне.



Ирина Лагунина: Узи Арад, в прошлом глава израильской разведки, «Моссада». Специалисты по Ирану уже давно подсчитали, что самым эффективным было бы экономическое давление на режим в Тегеране. Но не финансовое, которое сейчас развивает Европа и США, а именно нефтяное и газовое. Иран даже больше, чем Россия, зависит от энергетической отрасли. Все его представление о себе, как о региональной державе, зиждется именно на природных ресурсах. Впрочем, Россия тоже движется в этом направлении. Конечно, когда цена на нефть колеблется от 130 до 140 долларов за баррель, политикам сложно убедить себя и граждан своих стран, что надо еще туже затянуть пояс. Но именно это было бы эффективным. Кстати, и военные уже подсчитали, что у Ирана – пусть 500 ядерных центров, которые нереально разбомбить, зато всего два портовых терминала, через которые вся иранская нефть вывозится для переработки. Своих нефтеперерабатывающих заводов у страны нет.
XS
SM
MD
LG