Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Между Азией, Турцией и Россией - направления внешней политики Таджикистана


Ирина Лагунина: Руководство Республики Таджикистан называет Россию своим главным стратегическим союзником. Но не единственным, как в последнее время подчёркивают политики в Душанбе. Таджикистан расширяет отношения с мировыми державами, решая свои многочисленные политические и экономические проблемы. Однако такая позиция Душанбе, как считают политологи, не находит понимания у Москвы. Рассказывает наш корреспондент Олег Кусов.



Олег Кусов: О многовекторной внешней политике заявили уже многие постсоветские государства. С недавних пор заговорил о ней и Таджикистан. Эксперты отмечают три внешнеполитических направления Душанбе.



Давлат Усмон: Первое направление – это Россия и СНГ. Второе направление – это Запад, Евросоюз и США, Китай. Третье направление – это мусульманские страны. Особенно приоритетными сейчас правительство Таджикистана называет экономические отношения.



Олег Кусов: Так считает политолог, старший научный сотрудник Института философии Академии наук Республики Таджикистан Давлат Усмон. По его мнению, к подобной внешнеполитической линии Душанбе подтолкнула ситуация сложившаяся в СНГ.



Давлат Усмон: Взамен союза был создан Союз независимых государств. Но когда создали этот союз, перед началом каждого союза сначала прорабатывают механизм существования и правила, которые в союзе существуют. Он был спонтанно создан на базе развале союза и в течение более 15 лет существования союз не стал полноценным, даже его называют союз разведенных. Поэтому это стало главной причиной. Потому что республики бывшего Советского Союза не могли между собой интегрироваться, не могли полноценно развивать экономики. То есть каждый уже ставил другому проблему, особенно Узбекистан с Таджикистаном. Поэтому и пошло оттуда, что если объявить многовекторность политики, то есть привлекать другие страны в экономику, то это путь решения проблемы.



Олег Кусов: Роль Таджикистана в Центральноазиатском регионе возрастает. Связано это с несколькими факторами, в частности интеграционным региональным проектом, считает генеральный директор Информационно-аналитического Центра МГУ-РГГУ Алексей Власов.



Алексей Власов: Этот проект вновь оказался востребованным после последних выступлений Нурсултана Назарбаева и наоборот открытой критики этого проекта Ислама каримова. Второй фактор – это осложнение геостратегической, геополитической обстановки в Центральноазиатском регионе, которое связано с тем, что подходит к концу президентский срок Буша, меняется администрация, по крайней мере, люди, которые стоят во главе американской администрации. И очевидно идет ожидание того, что Вашингтон предложит новую стратегию в важнейшим для интересов Соединенных Штатов регионе, охватывающем так называемую Большую Центральную Азию в концепции Фредерика Старра, включая Афганистан, Пакистан с проекцией, конечно, на Иран и Ирак. Третий фактор, конечно, то, что Россия постепенно, как мне кажется, начинает воспринимать Таджикистан не только как некий географический придаток своих интересов в этом регионе, а как важнейшего актера. Потому что в условиях обострения борьбы за ресурсы, уран, золото, другие полезные ископаемые – это та кладовая, которую в перспективе могут дать Узбекистан и Таджикистан. А как раз, на мой взгляд, это направление, по этим двум странам было менее очевидное, менее развитое, нежели Казахстан, Туркмения, Киргизия. Вот три фактора, которые сразу же приходят на ум. Из них второй, геополитический фактор поставил бы на первое место.



Олег Кусов: Большой интерес к Центральной Азии, в том числе и к Таджикистану, проявляет Китай, полагает Алексей Власов.



Алексей Власов: Китай во многом опережает Россию. Не скажу по Таджикистану, но с точки зрения в целом центральноазиатской политики китайское руководство, которое мыслит категориями покорения, то есть может выстраивать длительные долгосрочные глобальные проекты и не спеша, постепенно, поэтапно раскручивать их, не дожидаясь получения скорой и всегда полной прибыли, как это, к сожалению, бывает в России, у китайцев этот фундаментальный подход во многом на перспективу даст больше преференций, возможностей. В том числе, как я понимаю, и по Таджикистану.



Олег Кусов: Россия по-прежнему доминирует в отношениях с Таджикистаном, но всё больше Душанбе получает помощь из Китая, подчёркивает политолог, старший научный сотрудник Института философии Академии наук Республики Таджикистан Давлат Усмон.



Давлат Усмон: Увеличение инвестиций Китая как раз чувствуется, что хотя с опаской люди верят, что Китай может экономически помогать Таджикистану, потому что сейчас очень много дорог строится с помощью Китая, Китай уже хочет инвестироваться в металлургию. Очень много месторождений, которые в Таджикистане есть. Поэтому, я думаю, Россия еще не потерял свою доминирующую роль, чтобы держать ее и развивать эти отношения.



Олег Кусов: Сохраняется ли у самой России интерес к Таджикистану? Руководитель проекта Информационно-аналитического центра МГУ-РГГУ Исмаил Агакишиев напоминает, что Москва придаёт большое значение Душанбе, как геополитическому партнёру.



Исмаил Агакишиев: Конечно же, чисто в экономическом плане наиболее интересным для России является Казахстан. Но если мы будем думать о том, что чисто экономически и политически России не очень выгодно вести более активную политику в Таджикистане, то было бы неправильно. Чисто в геополитическом плане я считаю, что Таджикистан имеет именно ключевую роль, потому что Таджикистан граничит с теми странами, с которыми Россия, во-первых, дружит в рамках ШОСа. Здесь уже есть экономические отношения. Во-вторых, безопасность российских границ на юге.



Олег Кусов: Эксперты отмечают, что трудовые мигранты из Таджикистана приносят большую пользу не только своей родине, но и экономике России, считает Исмаил Агакишиев.




Исмаил Агакишиев: Если взять уровень национального дохода Таджикистана 90-91 года и сегодняшний уровень доходов – это даже не составляет половину. При таком экономическом положении население Таджикистана вынуждено эмигрировать. Надо сказать, что таджики всегда вели оседлый образ жизни. Они особо старались не выезжать из республики. И естественно то, что они находят здесь работу и могут благодаря тем деньгам, которые зарабатывали в России, обеспечить свою семью. Отправлять в Таджикистан деньги – это существенная помощь. Но надо сказать и другое. Почему-то всегда мы говорим о тех деньгах, которые отправляются в эти страны, но не говорим о той существенной пользе, которую дают эти мигранты. Потому что живя здесь, они в экономику России приносят миллиарды денег. Таджики, наряду с теми, кто занимает высокие и почетные места в науке, экономике и так далее, очень много мы видим здесь таджиков, которые работают и выполняют ту черную работу, которую не выполнили бы на сегодняшний день многие граждане России. В этом отношении ту пользу, которую приносят таджики в экономическом плане России – это тоже большая помощь. То есть здесь выгода обоюдная.



Олег Кусов: Жертвами проявления ксенофобии за последние годы стали многие выходцы из стран Центральной Азии, в тои числе и Таджикистана. Политолог Давлат Усмон считает, что ответственность за это должны нести и власти центральноазиатской республики.



Давлат Усмон: Есть погибшие на производстве от несчастных случаев, есть во время акций. Поэтому это не только проблема России – это проблема властей Таджикистана. Я думаю, что власти Таджикистана в этом больше виноваты, потому что они больше должны работать с правительством Российской Федерации. Это обоюдная работа.



Олег Кусов: Государственную границу с Афганистаном уже несколько лет охраняют таджикские пограничники. В республике часто звучат заявления о необходимости привлечь к охране границы российских специалистов. Но сотрудничество пограничных служб – это далеко не единственная возможность для расширения отношений между Москвой и Душанбе, считает Алексей Власов.



Алексей Власов: Проблемы наркотрафика остались и напротив, я считаю, что они возросли. Поэтому здесь может быть будет меняться формат и на смену российским пограничникам должны приходить единые антитеррористические, антинаркотические спецподразделения, спецслужбы, которые в взаимодействии с таджикскими госорганами должны решать эту проблему. Другое дело, насколько эта проблема решается эффективно – это большой вопрос. Заявляют об успехах в этой области, но насколько это отражает реальное положение вещей, сказать трудно. Здесь, конечно, надо говорить специалистам в этой сфере. Но я бы не стал драматизировать уход российских пограничников, потому что сейчас ясно, что нужны более тонкие инструменты для сохранения и расширения российского влияния в Таджикистане и в центральноазиатском регионе в целом. Они только-только вырабатываются. У меня сложилось впечатление такое, что при переходе от одного президента к другому наследство передано такое, что Центральная Азия – это регион. Который стабилизирован и сейчас новый президент должен концентрироваться на других направлениях – Южный Кавказ и Украина прежде всего. Даже скорее так – Украина, а потом Южный Кавказ. А по Центральной Азии я не вижу новых каких-то глобальных инициатив в ближайшее время, скорее будет стратегия сохранения достигнутого.



Олег Кусов: Экономика Таджикистана ещё не оправилась после разрушительной гражданской войны, полагает Алексей Власов.



Алексей Власов: Конечно, возможно расширение значения Таджикистана и как транзитной страны. То есть транспортного коридора, который связывает, допустим, в случае развития каких-то трансафганских проектов эту территорию с территорией, допустим, Афганистана.



Олег Кусов: Говорил генеральный директор Информационно-аналитического Центра МГУ-РГГУ Алексей Власов.


В Таджикистане возрастает исламский фактор, но политолог Давлат Усмон не склонен драматизировать этот процесс. В демократическом обществе (а к такому обществу и должен, по его мнению, стремиться Таджикистан) религия не сможет принять радикальные формы.



Давлат Усмон: Недавно по телевидению видели выступление Калужского митрополита, который сказал, что из 100% прихожан 85% составляют молодые люди. Это в христианстве. Такой процесс идет и в исламе. То есть там в основном молодежь обращается в религию. Я думаю, что это нормальный естественный процесс. Люди нуждаются в духовности, от этого не надо бояться развития экстремизма, радикализма. Да, есть проблемы, если власть будет авторитарной, не будет развивать экономику, не будет развиваться гражданское общество, демократические процессы, то почва будет для возрождения экстремизма и терроризма. Если религиозные процессы, которые разрастаются, будут сопровождаться укреплением гражданского общества и демократии, я думаю, здесь никакой угрозы стабильности не будет.



Олег Кусов: Говорил политолог, старший научный сотрудник Института философии Академии наук Республики Таджикистан Давлат Усмон.


И ещё на одно обстоятельство обращают внимание эксперты из Душанбе – попытку выстроить многовекторную внешнюю политику Таджикистана приветствуют многие западные страны, но Россия подобную политику не одобряет.


XS
SM
MD
LG