Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Зона-22»: история английского брокера в русской тюрьме


В Англии вышла книга о злоключениях британского подданного в камерах российской исправительной системы

В Англии вышла книга о злоключениях британского подданного в камерах российской исправительной системы

В Лондоне широкий резонанс получила книга молодого английского бизнесмена Тига Хейга «Зона 22». Прилетев пять лет назад на несколько дней в Москву в командировку, Хейг был арестован в аэропорту и провел в лагере для иностранцев в Мордовии почти два года.


Когда в июле 2003 года самолет авиакомпании British Airways приземлился в московском аэропорту Шереметьево, находившийся на его борту тридцатилетний английский брокер Тиг Хейг не предполагал, что вместо трех дней задержится в России почти на два года. Хейг работал в крупной брокерской фирме Garban Icap в лондонском Сити и время от времени встречался с ее русскими клиентами. Это был четвертый визит Тига в Москву, где у него уже были налаженные деловые связи. Пройдя паспортный контроль, он направился в зеленый таможенный коридор, откуда прямиком попал сначала в московскую тюрьму, а оттуда в мордовский лагерь для иностранцев (колония ИТК-22 в поселке Леплей). В интервью Радио Свобода Тиг Хейг рассказал о том, что случилось в московском аэропорту:


- Всё началось с того, что меня остановил таможенник для досмотра багажа. Думаю, что в тот день в аэропорту был объявлен повышенный уровень безопасности. Перед этим в Москве были задержаны две чеченки-шахидки, пытавшиеся проникнуть на рок-концерт. Таможенник начал вымогать у меня взятку, но я, как и любой не привыкший к этому англичанин, отказался платить. Уверен, что дальнейший досмотр стал результатом этого моего отказа. Таможенник явно хотел подольше меня задержать. Если бы я знал, что у меня в чемодане есть наркотик, если бы я был контрабандистом, то без разговоров дал бы взятку. К несчастью я взял с собой пару джинсов, в которых находился крошечный комочек гашиша, о чем я забыл. Как я объясняю в своей книге, наркотик оказался у меня во время вечеринки, на которой я отобрал его у своего приятеля, чтобы не дать ему его выкурить. В этом и была ирония судьбы и главная моя ошибка. Я никогда не был наркоманом.


В Англии в аналогичном случае – об этом мне говорили многие – если бы полицейский обнаружил у меня такое же количество гашиша – два-три грамма - которое я ввез в Москву, он бы меня не арестовал. Если бы это произошло на улице, он просто отобрал бы наркотик и позволил мне продолжить идти своей дорогой. Я, конечно, понимаю, что юридические установления в других странах отличаются от британских, но хочу обратить внимание на то, что, когда меня задержали в аэропорту, то заставили подписать написанные по-русски протокол и другие документы, содержание которых я не понимал. При этом меня заставили это сделать, не позволив связаться с британским посольством и адвокатом, не предоставив переводчика. На мой взгляд, со мной грубо обращались и не дали возможности объясниться. При этом, как выяснилось впоследствии, меня заставили подписать документ, в котором значилось, что у меня было обнаружено намного большее количества гашиша, чем было на самом деле, и что я якобы намеренно ввез его в Москву, что было ложью. В протоколе было сказано, что я полностью согласен с полагающимся за это наказанием по российским законам, что также было ложью.


- Каковы были условия в московской тюрьме и лагере в Мордовии?


- Условия были ужасные. В ИТК-22 ежегодно умирали пять-шесть человек. Я был свидетелем чудовищных болезней, о которых прежде никогда не подозревал. Никто в Англии не мог поверить, когда я рассказал об этом в своей книге, в существование в 21-м веке таких условий содержания заключенных – даже в исправительных колониях. Поразило, что надзиратели в лагере могли безнаказанно бить заключенных и забирать из посылок еду, сигареты и всё, что им захочется. В лагере начальство постоянно заставляло моих родителей поставлять им разного рода подарки, чтобы, как они говорили, «обеспечить мое условно-досрочное освобождение». Англичанину вся эта тюремная система может показаться почти средневековой.


- Кто сидел в лагере для иностранцев?


- Один европеец, голландец, который прибыл уже после меня. Был один русский парень с американским паспортом. Он родился в России, но гражданство у него было американское. Остальные были в основном африканцы, китайцы, вьетнамцы, афганцы, курды. Всего в лагере в разное время (кто-то освобождался, кого-то привозили) сидело от 250 до 500 человек.


- Собираетесь ли вы когда-нибудь вновь посетить Россию?


- Нет, никогда. Вы знаете, меня все еще не покидает ощущение постоянной опасности, которая меня подстерегает в России. Мне все время кажется, что там меня может остановить любой милиционер на улице, а мой опыт подсказывает мне, что меня могут арестовать и затем вымогать деньги у моей семьи за мое освобождение. Я знаю, что полиция в Москве часто так поступает. Я не имею ничего против русских людей. Мои претензии только к российской юридической и тюремной системам.


Хейг покинул Россию весной 2005 г. после условно-досрочного освобождения, пробыв в мордовском лагере полтора года. Сейчас он вновь работает в Сити брокером. Находясь в лагере, Тиг женился на своей английской подруге Люси.


XS
SM
MD
LG