Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Доступ к официальной информации как одна из самых серьезных проблем прессы в странах Черноморского региона


Ирина Лагунина: Европейская комиссия провела в Кишиневе семинар для журналистов, сотрудников журналистских неправительственных организаций и представителей министерств юстиции и иностранных дел стран Черноморского региона – Украины, Болгарии, Молдавии, Турции, Греции, России, Грузии, Армении и Азербайджана. Тема семинара – проблемы развития современных средств информации в странах Черноморского бассейна. На этом семинаре присутствовал мой коллега Олег Панфилов.



Олег Панфилов: Помимо разных проблем, которые обсуждали и о которых часто горячо спорили участники семинара – журналисты и чиновники, наиболее серьезной является доступ к официальной информации. На эту тему выступил с результатами специального исследования советник Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Илья Дохель.



Илья Дохель: Во-первых, мы исследовали сами по себе законы о доступе к общественной информации, которые определяют доступ не только для журналистов, но и для всех граждан. Эти законы приняты в большинстве стран участников ОБСЕ, в 45 из 56, если быть точным. Законы, как правило, хорошие, особенно те, которые были приняты за последние десять лет. В странах Черноморского региона, которые явились предметом рассмотрения на прошедшей конференции, 9 из 10 стран, которые мы рассматривали, за последние 10 лет приняли такие законы, которые, конечно, в большинстве своем отвечают стандартам. Пока мы ожидаем нового закона о доступе к информации в Российской Федерации. До сих пор нет единого документа, который бы определял этот доступ. В прошлом году дума приняла закон в первом чтении о доступе к информации. Мы ждем, что этот закон будет утвержден Советом федерации. Может быть какие-то изменения позитивные в него можно было бы внести. Но думаю, сам факт принятия этого закона позволит журналистам и гражданам получать больше информации.



Олег Панфилов: Как следует из событий последних 16-17 лет, то есть когда появились новые независимые государства, принятие законов и существующее положение журналистов – это совершенно неодинаковое. То есть могут быть приняты очень хорошие законы, как например в Узбекистане, но другое дело их выполнять.



Илья Дохель: Совершенно верно. Это как раз был тот момент, который подчеркнули все делегаты из стран Черноморского региона. И результаты нашего исследования, конечно, это подтверждают. Если взять такие страны как Украина, Грузия, Молдова, здесь приняты великолепные законы. Но даже в этих странах, где произошли демократические изменения в последние несколько лет, мы можем констатировать отсутствие полного доступа к информации, отсутствие выполнения и уважения, главное, к этим законам. Потому что зачастую многие представители властных структур или не хотят отказываться от привычных советских принципов засекречивания информации, утаивания информации. Если взять такие страны как Румыния и Болгария, законы существуют очень хорошие и правоприменительная практика выработана довольно успешная, довольно богатая, которая основана на прецедентах, на которые могут ссылаться журналисты. И в принципе выработанные прецеденты позволяют журналистам ссылаться на них и требовать активно от правительств доступа к информации. В то время как журналисты постсоветских государств просто не приучены или их обескураживают активные утверждения властей о том, что та или иная информация является служебной, та или иная информация является для служебного пользования. И грубо говоря, они просто сложа ручки сидят и не всегда отстаивают свои права.



Олег Панфилов: Илья, точно так же как свобода слова подразумевает не только свободу что-то говорить, так же я полагаю, что и свобода доступа к информации - это не только, когда журналист приходит в пресс-службу или обращается в какое-то учреждение, которое обязано выдавать официальную информацию, но это и свобода присутствовать на каких-то мероприятиях. Как обстоит с этим делом? Потому что мой вопрос основан на фактах особенно в последнее время в России, когда журналистов избивают на публичных акциях протеста, когда их задерживают, когда им просто не дают работать, то есть их лишают права на получение какой-то информации.



Илья Дохель: Вы знаете, я могу охарактеризовать ситуацию в общем на постсоветском пространстве. Во многих государствах освещение публичных демонстраций, получение аккредитации для освещения работы государственных органов представляет по-прежнему большую проблему. Наш офис подготовил, кстати, это тема другого исследования, других нескольких исследований. Мы провели исследование о правилах аккредитации и о возможности журналистов освещать публичные акции протеста, публичные демонстрации. И выводы здесь таковы: нужно работать как с журналистами, так и с правоохранительными органами. Необходимо, чтобы правоохранительные органы представляли и очень хорошо знали о своей ответственности за препятствование законной деятельности журналистов. Аккредитация должна способствовать и помогать работе журналистов, а не ограничивать ее. В то время мы видим, что в некоторых государствах существует такой принцип, что аккредитация – это какой-то дар богов, то есть можно сказать, что аккредитация создана для того, чтобы избранные журналисты могли посещать те или иные государственные органы и сообщать об их деятельности. То есть она носит четко ограничительный характер в то время, как аккредитация нужна для того, чтобы государственный орган гарантировал журналисту соблюдение его прав в первую очередь и помогал осуществлять эту работу, включая предоставление необходимых помещений, материалов и так далее.



Олег Панфилов: Илья, ваш доклад был такой своеобразной констатации фактов, вы изучили ситуацию. Но можно ли на основании этих материалов говорить о том, что необходимы какие-то рекомендации, рекомендации не только власти быть более открытыми, соблюдать собственные законы, но и рекомендации журналистам, что делать в этой ситуации. Потому что часто журналисты просто опускают руки, как вы сказали, и не пытаются никаким образом бороться за право на получение официальной информации. Что делать в этой ситуации?



Илья Дохель: В первую очередь я считаю, что журналистам неплохо было бы, если они не уверены, что они знают очень четко законы своей страны, может быть проконсультироваться с юристами и в первую очередь прочесть сам закон. Потому что, как бы смешно это ни звучало, но многие журналисты не имеют представления до сих пор во многих странах, куда мы ездим, о том, какие права им предоставлены законом в плане элементарного доступа к информации. Они не знают, что государственные орган должен ответить в течение какого-то короткого периода, в течение 3-10 дней, в зависимости от государства, и не пользуются этим правом. В некоторых странах созданы институты омбудсменов или независимые комиссии по рассмотрению жалоб в случае отказа от доступа к информации. И потенциал этих комиссий, этих институтов не исчерпан до конца, ведь они не рассматривают даже достаточное количество жалоб. И вполне могли бы рассматривать больше жалоб, если бы журналисты более активно отстаивали свои права. Вообще, конечно, надо сказать, что условия, которые созданы для работы журналистов, например, в странах, в которых уровень заработка журналиста не так высок, наверное, отчасти влияют на эту ситуацию. Потому что журналист предпочтет сделать больше материалов, написать больше статей, чем заниматься чисто юридическими проблемами. Но более-менее крупным средствам информации, экономически стабильным можно было бы посоветовать иметь юриста или обращаться за помощью к многочисленным неправительственным организациям, занятым в этой сфере, обращаться более активно за помощью и более активно отстаивать свои права.



Олег Панфилов: Когда вы обрабатывали этот материал для доклада, для исследования, вы наверняка составили некую градацию, некую таблицу, в которой видно, где больше соблюдается закон, где меньше, где журналисты более активно отстаивают свои права, где просто молча соглашаются с тем что власти с ними обращаются катким образом. Где на территории бывшего Советского Союза более открытая власть, где больше журналисты имеют возможность получать информацию? Можно ли составить такой рейтинг? Это довольно популярное занятие, многие международные организации неправительственные этим занимаются, но очень интересно было бы услышать, каким образом межгосударственная организация оставляет такой рейтинг.



Илья Дохель: Нашей задачей не было составление рейтинга как такового. Потому что в принципе согласно мандату нашего общества мы изучаем ситуацию, предлагаем рекомендации. Единственное, что я могу сказать, что существует такое понятие, как лучшая практика или передавая практика. И страны с такой передовой практикой мы отметили. Зачастую, конечно, большинство этих стран - это страны, если мы говорим о законах о доступе к информации - это страны западные, демократические государства, старые члены Европейского союза, Соединенные Штаты, но и страны государства региона СНГ. Можно сделать вывод, что во многих из них успешно применяется во всяком случае существует позитивная динамика в применении, точнее в улучшении применения законодательства о доступе к информации. Как, например, в Армении наши партнеры из неправительственных организаций отмечают с каждым годом, что правительство становится более открытым, в том числе и силовые ведомства, которые традиционно являются наиболее закрытыми. То же самое в Грузии, то же самое в Молдове по степенно происходит улучшение. Хотел бы сказать, что я на одном аспекте исследования остановился, но мы изучали правила засекречивания, тот есть законы, которые определяют список секретных тем, являются ли они слишком широкими, эти перечни. А также законы, устанавливающие ответственность журналистов за разглашение государственных секретов, за разглашение тайной информации. В этой связи я хотел бы сказать, что законы на постсоветском пространстве несовершенны, как в принципе и во многих других странах. Почти все государства ОБСЕ засекречивают слишком много сведений. То есть многие типы информации могли вполне бы быть достоянием общественности, если бы эти перечни секретных сведений. И парадокс состоит в том, что даже сами перечни, которые содержат список секретных сведений, зачастую являются недоступными для общественности. И наконец мы изучали важную, но не настолько актуальная дл государств постсоветского пространства тему - это тема защиты конфиденциальных источников информации. Почему она неактуальна? Я считаю, потому что журналистика расследований не развита в этих регионах настолько хорошо, как она развита, скажем, в Соединенных Штатах и в странах Западной Европы. Поэтому об этом можно судить по списку случаев, произошедших с журналистами, когда суды или прокуратура требовали предоставить информацию о конфиденциальных источниках. И как правило, эти случаи происходят в Соединенных Штатах, в странах Западной Европы. Но тем не менее, хотелось бы отметить хорошие законы о защите источников информации, которые существуют на постсоветском пространстве. Хорошие законы о защите конфиденциальных источников информации есть в Армении, в Грузии, в Украине, в других государствах, которые не относятся к Черноморскому региону – это Литва, Мальта, Норвегия и Польша. Лучший закон у нас существует в Бельгии - это один из немногих законов, который является отдельным законом, который обеспечивает защиту конфиденциальным источникам. Наверное, надо отметить, что неразвитость, недоразвитость журналистики расследований этот вопрос оставляет неактуальным пока.


XS
SM
MD
LG