Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Будет ли понижено здание биржи в Санкт-Петербурге


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.



Александр Гостев : Заседание градостроительного совета Петербурга, прошедшее в четверг вечером, многие эксперты и архитекторы называют историческим. Почти ни у кого из них не было сомнений в том, что надо понижать здание новой биржи, изуродовавшее вид на стрелку Васильевского острова. Но как это сделать, и насколько радикально к единому мнению придти не удалось. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: Вердикт главного архитектора города Александра Викторова был однозначным - высотное здание, грубо вторгшееся в лучшую панораму города, понижать необходимо. Уходить от решения вопроса не допустимо. Зато в вопросе, как это сделать, никакой однозначности не было. Градосовет разделился на умеренных, которые предложили исправить новую биржу по минимуму, сделав остекление прозрачным и убрав дугу крыши, и тех, кто требовал спасти Васильевских остров любой ценой, укоротив здание на 15-18 метров. Как вообще могло получиться, что здания настолько превысили существующий временный высотный регламент. Дело в том, что здание биржи согласовывалось еще в 1991 году, говорит генеральный проектировщик здания Дмитрий Ловкачев, институт Торгопроект.



Дмитрий Ловкачев : На сегодняшний день это работа на регламент высотный. В то время, естественно, их не было. Это определенная ошибка. Мы работаем по определенному количеству так называемых исходных данных, которые нам дают в процессе. Когда мы подходим к определенному моменту, зачастую мы даже некоторые вещи просто не улавливаем. Мы делаем, естественно, развертки, но зачастую некоторые вещи просто, естественно, могут, с точки зрения длин, высот, каким-то образом сокращаться. Это можно выявить только при помощи реальных каких-то вещей. Некоторые пользуются подвешиванием воздушных шаров.



Татьяна Вольтская: Именно этот способ экспертизы - подвешивание красного шара, примененный в мастерской Татьяны Славиной, - был раскритикован на градсовете, как архаичный.



Дмитрий Ловкачев : К сожалению, да. Россия развивается семимильными шагами. Я думаю, что в ближайшее время появятся вот эти все методики, которые будут прилагаться к зданиям и сооружениям, будут являться неким табу, законом. Такой контраст, который получился на сегодня, он, конечно, чрезмерен. Поэтому то, что было заявлено в градсовете, я думаю, что мы будем с этим работать.



Татьяна Вольтская: А работа будет непростая, объясняет Дмитрий Ловкачев, потому что в здании биржи на крышу вынесены все инженерные коммуникации - самые тяжелые и сложные конструкции. И каким образом демонтировать всю инженерную инфраструктуру и скорректировать проект - пока непонятно. Почему произошло то, что произошло, говорит председатель Союза архитекторов Петербурга, главный архитектор института Ленпроект Владимир Попов.



Владимир Попов : Это произошло, потому что порядок получения оформления, вернее, разрешения на проектирование строительства и согласование был нарушен. Без должных оснований был сделан анализ и изменен высотный регламент, против утвержденного высотного временного регламента. Никто из широкой архитектурной общественности не знал об этом, не видел никаких проектов и никакой документации. Все это было согласовано в рабочем порядке.



Татьяна Вольтская: Можно ли так втихаря, без обсуждения, строить в таком городе как Петербург?



Владимир Попов : С моей точки зрения - нельзя. Я думаю, что достаточно хороший урок сейчас преподан для того, чтобы в будущем такого уже не было.



Татьяна Вольтская: Когда только разразился скандал, заговорили о том, что решением градсовета пора придать силу закона. Не получится ли так, что опять поговорят, пошумят и все останется на своих местах? Во всяком случае, пока Владимир Попов даже не считает, что решение о понижении зданий принято окончательно.



Владимир Попов : Нигде это не записано. Это говорится, но никакого документа на этот счет, по-моему, нет. Те материалы, которые представлены, они, во-первых, были лукавыми в достаточной мере. Самые критические точки не были сделаны, с Английской набережной не было никакого фотомонтажа. Во-вторых, не было никаких серьезных предложений. Принято решение потребовать представление качественных материалов, которые позволят градостроительному совету принять окончательное решение.



Татьяна Вольтская: Есть ведь еще одна сторона - заказчики, владельцы зданий. Генеральный директор Товарно-сырьевой биржи Виктор Николаев вообще никакой проблемы не видит, и понижать здание не собирается.



Виктор Николаев : Видите, кто с какого балкона или с какой крыши смотрит. У нас проект согласован, но, к сожалению, биржа - это, как храм или как церковь, строиться на народные деньги. За всю свою 17-летнюю историю я 486 акционерам ни разу не выплатил дивиденды. Поэтому мы все вкладывали в строительство и в технологии. На каждом очередном собрании я убеждал акционеров - ту прибыль, которую мы зарабатывали, мы тратили на развитие. Сносить - это не строить. Чтобы снести, нужно сносить минимум, наверное, 20 или 30 зданий по Санкт-Петербургу, которые более наглядно и более скандально в центре города стоят и здравствуют. И никто на это не обращает внимания - ни градостроительный совет, ни те чиновники, которые отвечают за это дело. Ведь губернатор не следит, наверное, не выдают разрешения, а выдают чиновники. Поэтому, я думаю, что они между собой должны разобраться, кто прав или кто виноват.



Татьяна Вольтская: В том, что новая биржа видна со стороны стрелки Васильевского острова, Виктор Николаев ничего ужасного не усматривает.



Виктор Николаев : Видно здание. Ну и что? Чем оно плохое? Кто сказал, что оно не должно быть? Это находится в 3 километрах от старой биржи - ровно 3 километра 100 метров. Кому оно, что портит? А разве не портят сегодня на Дворцовой набережной и дальше дома, которые сегодня построили? Разве не портит? А почему сегодня пристали к бирже? Потому что мы перешли кому-то дорогу, потому что это сырьевой заказ, чтобы у нас не проводить торговлю нефтепродуктами. Это понятно. Это теперь уже всем понятно. Все это понимают, что это специальный заказ для того, чтобы сорвать торги и не выполнить решение президента, правда, бывшего. Не знаю, как сейчас этот, новый президент отнесется к такому безобразию, которое устроили вокруг биржи. Биржа должна чем-то выделяться. Биржа - это лицо города. Журналисты, я не знаю какой канал, поднялись на наш 16 этаж и посмотрели отсюда на центр города. Спросить бы их, что же видно с этой стороны, если смотреть в ту сторону.



Татьяна Вольтская: Виктор Николаев резонно спрашивает - почему никто раньше не видел, что такие здания поднимаются над островом? А о сносе этажей и слышать не хочет.



Владимир Николаев : Никто сносить не будет. У нас есть согласованные документы, перечень документов, которые прошли экспертизу. Почему мы должны сносить? Выполнить чью-то волю, чей-то заказ? Нет. Сорвать торги? Нет.



Татьяна Вольтская: А как же решение градостроительного совета?



Владимир Николаев : Совет - это совет, он не решает, он советует. Кто давал разрешение, пусть тот и примет другое решение. Давал разрешение главный архитектор города, согласовывал. Пусть заплатит деньги и сносит. Нанимает организацию, платит деньги и сносит.



Татьяна Вольтская: Тем не менее, на выработку конструктивного решения по понижению биржи проектировщику дано 4 недели. Остается еще жилой комплекс "Финансист", который пока не обсуждался, а также, самое главное, - градостроительная политика в целом. Владимир Попов:



Владимир Попов : Вообще, надо просмотреть вот эту приморскую часть и высотный регламент, который там сегодня предлагается. Градостроительный совет не знает, вообще, что ведется в проработках по морскому фасаду. Есть опасность, что там появится еще такие же объемы, какие будут мешать восприятию этого ансамбля.



Татьяна Вольтская: А бороться с молохом, пожирающим город, заключил Владимир Попов, должны не одни архитекторы, а все горожане, все граждане.



XS
SM
MD
LG