Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ракетный фейерверк в Иране – до Москвы еще не дотянут, но над Курском уже пролетят


Роберт Гейтс: Думаю, что проведенные испытания дают ответ на сомнения российской стороны, что Иран в ближайшие 10-20 лет не способен создать ракеты дальнего радиуса действия в ближайшие 10-20 лет. Фактом является то, что иранцы уже испытали ракеты, радиус действия которых весьма велик. Поэтому когда мы говорим о противоракетной обороне в Европе, то мы говорим об угрозе, которая становится еще более явной в связи с проведенными испытаниями.



Ирина Лагунина: Действительно, Иран в среду провел испытания ракет, радиус действия которых покрывает не только Турцию, Грецию, Болгарию, Румынию, часть Сербии, Молдову, Украину и часть Белоруссии, Грузию, Армению, Узбекистан, Туркменистан, Азербайджан, Киргизстан, Таджикистан и часть Казахстана. Ракеты «Шахаб-3» способны поразить весь юг России и лишь чуть-чуть не дотягивают до Москвы. И можно, конечно, не сообщать, что обломки северокорейских ракет падают чуть ли не в территориальные воды России, но в случае с Ираном достаточно просто посмотреть на карту мира, чтобы понять, почему так били тревогу западные страны. Тегеран провел испытания ракет с радиусом действия в 2 тысячи километров. А параллельно с ними испытывались торпеды «Хут» или по-русски Кит, незаметные для звукового локатора, как Иран говорит, самые быстрые в мире. Это тоже не самое приятное известие, если учесть, что Иран грозит перекрыть Ормузский пролив, по которому проходит 40 процентов мирового морского экспорта нефти. И все это было частью маневров, которые по иронии, носили кодовое название «Великий пророк-3».


О том, что представляют собой ракеты «Шахаб-3» мой коллега Джереми Бранстен беседовал с редактором « Jane ’ s Missiles and Rockets » британской издательской группы Jane ’ s Дагом Ричардсоном.



Даг Ричардсон: «Шахаб-3» существует – насколько нам известно – в трех вариациях. Базовая ракета имеет радиус действия в приблизительно 1300 километров. Затем была создана ракета с более дальним радиусом в 1500 – 1800 километров, которую назвали «Шахаб-3А». А потом уже пришли сообщения о ракете «Шахаб-3Б». Информация о ней довольно скудна. Но, насколько мы понимаем, ее радиус действия составляет 2000-2500 километров. Похоже, что сейчас испытывалась именно эта ракета – «Шахаб-3Б».



Ирина Лагунина: Эта ракета может нести боеголовку весом в тонну – если речь идет об обычном оружии. Каков может быть ущерб от этой ракеты?



Даг Ричардсон: Очевидно, что она произведет серьезные разрушения вокруг того места, где она взорвется. Но проблема состоит в том, что это очень неточная ракета. Ракетные инженеры используют термин «круговая возможность ошибки». Представьте себе круг на земле, в центр которого нацелены ракеты. В случае с ракетами «Шахаб» радиус этого круга 2500 метров. То есть два с половиной километра. То есть фактически этим оружием лучше стрелять по городам, а не по какой-то конкретной цели. Оно просто не достаточно точное, насколько мы знаем, чтобы поражать отдельные цели.



Ирина Лагунина: То есть угрозы Тегерана расстрелять в случае военной кампании США против Ирана американский флот в Персидском заливе – это только угрозы. Использовать свои ракеты против кораблей они не смогут.



Даг Ричардсон: Такие ракеты вряд ли целесообразно использовать по движущейся цели, как флот. Но если у флота есть база, верфи, например, то можно, конечно, ударить по этому объекту. А если говорить о Тель-Авиве, например, то самая большая прикидка, которую можно сделать, - что они поразят центр Тель-Авива. Нельзя сказать: «Мы собираемся ударить по зданию министерства обороны в Тель-Авиве». Для этого у ракеты не хватает точности.



Ирина Лагунина: Если сравнивать иранский арсенал в 30-50 ракет с соседними странами: он больше, меньше, современнее?



Даг Ричардсон: Они, возможно, задают в регионе тон. Единственная страна, у которой есть оружие такой же мощи, это Пакистан. Проект по созданию «Шахаба» начался приблизительно в 1993 году, когда Иран подписал соглашение с Северной Кореей (и возможно, Пакистан также подключился к этому соглашению). Было решено взять всем известную ракету СКАД и укрупнить ее. То есть, используя те же технологии, создать б ольшую по размеру ракету с большим радиусом действия. Так что когда речь идет об этом классе ракет, то это касается Ирана, Северной Кореи и Пакистана.



Ирина Лагунина: С редактором « Jane ’ s Missiles and Rockets » британской издательской группы Jane ’ s Дагом Ричардсоном беседовал мой коллега Джереми Бранстен. Иран заявил, что девять ракет «Шахаб-3» были испытаны в ответ на угрозу со стороны США и Израиля. Но странным образом для поражения США они слишком слабы, а для поражения Израиля – слишком мощны. Их радиус действия покрывает часть Европы. Именно этот факт и вызвал вполне однозначную оценку западных военных. Генерал-лейтенант Генри Оберлинг возглавляет Агентство по противоракетной обороне США.



Генри Оберлинг: Есть указания на то, что они попытаются достичь еще более дальнего радиуса действия. На самом деле, я уверен, что через 2-3 года они смогут поразить всю Европу. Всю Европу! И, спрашивается, зачем? Зачем они это делают? Если их беспокоит только региональный конфликт с Израилем, то зачем им Европа?



Ирина Лагунина: Но ракеты «Шахаб», как только что сказал британский эксперт Даг Ричардсон, весьма неточные и способны нести не такую уж большую боеголовку. На самом деле они сравнимы с немецкими ракетами времен второй мировой войны V -2, которыми нацистская Германия обстреливала Лондон.



Генри Оберлинг: Иран явно инвестирует огромные деньги в развитие более и более мощных ракет с большим и большим радиусом действия. На мой взгляд, эти инвестиции лишены смысла, если только они не хотят установить на них боеголовки с оружием массового поражения. Только это оправдает затраты. Без этого запуски обычных боеголовок, пусть даже весом в тонну, просто не имеют смысла.



Ирина Лагунина: Генерал-лейтенант Генри Оберлинг, Словом, если многие в Европе были недовольны тем, что во вторник США и Чехия подписали договор о строительстве на территории Чехии радара для системы противоракетной обороны, то действия Ирана недовольных поубавили. И тем не менее, собираются ли США или Израиль нанести удар по иранским ядерным объектам? Этот вопрос мы задали Госсекретарю США Кондолизе Райс, когда она во вторник посетила штаб-квартиру Радио Свобода.



Кондолиза Райс: Мы твердо верим, - и президент Буш ясно сказал об этом, - что проблема с иранскими ядерным технологиями может быть решена дипломатически. Над этим мы и работаем. Мы бы очень хотели, чтобы у иранского народа были хорошие отношения с Соединенными Штатами. Нет никаких причин, чтобы эта великая цивилизация, с ее великой историей и культурой, была изолирована от международной политики. И есть возможность сделать это через дипломатию. Именно поэтому Соединенные Штаты совместно с группой стран, в которую входят Германия, Франция, Великобритания, Россия и Китай, сделали иранскому правительству предложение, которое, мы надеемся, оно примет.



Ирина Лагунина: Иран настаивает на том, что его программа носит мирный характер и вопреки резолюциям ООН продолжает обогащение урана. Однако прекращение обогащения урана – условие, при котором США готовы пойти на двусторонние переговоры по снятию санкций. Вы можете представить себе переговоры в будущем без предварительных условий?



Кондолиза Райс: Иран должен прекратить обогащение и переработку урана и затем прийти к столу переговоров, поскольку мы не можем говорить с ним в то время, когда он продолжает развивать те технологии, которые могут привести к созданию ядерного оружия. Но если Иран хочет развивать мирную ядерную программу, он может это делать. У России есть реактор в Бушере. Соединенные Штаты поддерживают то, что Россия там делает. Мы предложили в рамках группы 5+1 помочь Ирану с гражданскими ядерными технологиями – предложили на самом высоком уровне. Но когда вы обогащаете и перерабатываете уран, вы развиваете те технологии, которые ведут к созданию ядерного оружия. А поскольку у иранского режима есть история лжи Международному агентству по атомной энергии, то ему нельзя верить, когда речь идет об обогащении. Он может иметь мирную ядерную энергетику. Так что когда иранский режим говорит своему народу, что Запад пытается не дать ему возможность обладать современными технологиями, это очень далеко от правды.



Ирина Лагунина: В американских средствах информации появились сообщения, подхваченные иранской прессой, что Вашингтон тратит 400 миллионов долларов на подрывную деятельность в Иране. Утверждается, что США, или агенты ЦРУ уже в Иране или в соседних странах и работают над тем, чтобы спровоцировать этнические беспорядки. Как вы на это ответите?



Кондолиза Райс: США ясно заявили о том, что мы готовы иметь дело с иранским режимом, если он готов изменить свою политику. Я не раз говорила, что готова встретиться с моим иранским коллегой в любое время, в любом месте и обсуждать с ним любые проблемы. Только Иран должен прекратить обогащение и переработку урана. Я знаю, что время от времени иранцы говорят: «США думают о смене режима». Мы же говорим, что мы хотим, чтобы режим изменил свое поведение. Вот о чем идет речь, так что Иран знает, что у него есть масса возможностей установить лучшие отношения с США. Американское правительство представляет великий народ, американский народ, и у американцев нет постоянных врагов. Мы не верим в существование постоянных врагов. Мы верим в то, что можно найти способ сотрудничать. Мы сделали это с Ливией, с которой у нас в какой-то момент были ужасные отношения. А сейчас мы их улучшили. Вот в этом и состоит цель американской политики.



Ирина Лагунина: Из этого вытекает мой следующий вопрос. Несмотря на враждебные замечания со стороны иранского руководства, многое указывает на то, что большинство иранцев хотели бы дружественных отношений с Соединенными Штатами. Ходят сообщения о том, что в отсутствии дипломатических отношений открывают секцию, представляющую интересы Америки. Что могут сделать Вашингтон и Тегеран для того, чтобы отношения между двумя странами улучшились? Что выглядит реалистично?



Кондолиза Райс: Мы, конечно же, надеемся, что мы найдем способы, даже при отсутствии нормальных отношений между нашими странами, расширить контакты между иранским и американским народами. США принимали у себя группу молодых иранских художников до 40 лет. Это было замечательное представление великой культуры. Американская команда по спортивной борьбе побывала в Иране, и я знаю, что их везде очень хорошо принимали. Гуманитарные работники приезжали к нам и работали вместе с нашими ведомствами по чрезвычайным ситуациям. Так что есть много возможностей улучшить контакты. Мы пока не приняли решения об открытии секции, но мы пытаемся найти пути, чтобы иранцы могли посещать США. Я знаю, что сейчас получить визу в США сложно. Но мы хотели бы, чтобы иранцы могли приезжать в Соединенные Штаты. Мы не против иранского народа. Это иранский режим изолирует иранский народ от остального мира.



Ирина Лагунина: Сказала Кондолиза Райс во время поседения штаб-квартиры Радио Свобода в Праге.


XS
SM
MD
LG