Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Чем новая концепция российской внешней политики отличается от старой


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Ян Рунов.



Андрей Шарый : Прокомментировать внешнеполитический курс, намеченный Медведевым, наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов попросил американского эксперта.



Ян Рунов : Председатель Центра по терроризму и антитерроризму при филадельфийском Институте внешнеполитических исследований Майкл Раду сначала высказал своё мнение по поводу утверждений, что со снижением влияния США повышается влияние России в мире.



Майкл Раду : Совершенно ясно, что Россия, по крайней мере, ведёт себя сейчас так, как будто уже вернула себе прежнее влияние, каким обладал Советский Союз. Это выражается в высокомерии по отношению к своим ближайшим соседям, в попытках запугать Европу, в использовании права вето в Совете Безопасности скорее в пику Соединённым Штатам, чем исходя из реальных проблем. Это видно на примере позиции России при обсуждении проблем таких государств как Зимбабве и Мьянма. Но надо понимать, что кремлёвское ощущение своей значимости и силы базируется на высоких доходах от нефти. Для такой огромной страны как Россия это очень серьёзная проблема, которая толкает Россию назад к временам Брежнева, когда страна была колоссом на глиняных ногах.



Ян Рунов : Отличается ли провозглашённый Медведевым внешнеполитический курс от курса Путина?



Майкл Раду : Я не думаю, что очень отличается. Но посмотрим, на то, что делается, а не на то, что говорится. То, как себя ведёт Россия сейчас на Кавказе, особенно по отношению к Грузии, вызывает очень серьёзное беспокойство. В этом районе агрессивность Кремля становится при Медведеве ещё больше, чем была при Путине. Я сильно сомневаюсь в том, что Медведев способен проводить собственный внешнеполитический курс, не зависящий от взглядов его нынешнего премьер-министра. Хотя говорят, что его фразеология мягче путинской, я вижу, что всё зависит от аудитории, перед которой Медведев выступает. Конечно, на саммите «большой восьмёрки» он говорит совсем не так, как в Москве, адресуясь к силовикам. Важна не риторика, и даже не угрозы применения жёстких мер, а именно их применение на Кавказе, политика запугивания и открытого или тайного препятствования международному сотрудничеству. Вот что демонстрирует преемственность путинской внешнеполитической доктрины Медведевым, а не риторика, которую президент Медведев использует.



Ян Рунов : Это было мнения Майкла Раду, американского политолога из филадельфийского Института внешнеполитических исследований.



XS
SM
MD
LG