Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

МИД России предложил США заключить соглашение, регламентирующее порядок усыновления детей


Программу ведет Евгения Назарец. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Томске Мелани Бачина.



Евгения Назарец: МИД России предложил США заключить соглашение, которое бы регламентировало порядок усыновления российских детей американцами. С таким заявлением представители российского внешнеполитического ведомства выступили вскоре после того, как средства массовой информации извлекли на свет очередную историю о гибели усыновленного ребенка в США: двухлетний мальчик, в прошлом россиянин, умер от жары в салоне машины, где его забыл американский отец. Но усердие российских дипломатов, предлагающих США особые соглашения по усыновлению, по меньшей мере нерационально, дал понять в интервью Радио Свобода руководитель общественной организации «Право ребенка» Борис Альтшулер.



Борис Альтшулер: Когда случаются такие ЧП страшные, естественно, начинаешь думать, как это улучшить. Так вот, есть один способ улучшить – ратифицировать Гаагскую конвенцию, которая предполагает комплекс мер по взаимоконтролю в этих вопросах. Именно эту Гаагскую конвенцию президент России Владимир Владимирович Путин подписал в сентябре 2000 года, и все эти годы, вот уже почти 8 лет, Госдумы это не ратифицирует. Двустороннее соглашение с США невозможно на эту тему, потому что в США усыновление международное, из-за рубежа, не является ответственностью федерального центра, это штаты. Такая ситуация существует для трех стран: США, Канады и Германии. Поэтому то, что предлагает МИД, это повторение того безобразия, которое много раз предлагала Госдума, с одной только целью: просто убить международное усыновление. Сейчас очередной предлог. Надо ратифицировать Гаагскую конвенцию.


Такова же позиция руководителя Комитета Госдумы по делам женщин, семьи и детей Елены Борисовны Мизулиной, и это очень здравая позиция. Там предполагается создание единого органа в государстве, в том же США, который бы отвечал за эти вещи. Сейчас такой орган создаться не может. Кстати, насколько мне известно, в США ее уже ратифицировали, но Россия-то не ратифицировала. Просто это придаст всему делу более системный характер и создаст, что называется, международное правовое поле. Двусторонние соглашения там, где они заключались, межгосударственные, Вьетнам с кем-то заключал, еще кто-то, они не решают ни одной проблемы.



Евгения Назарец: То, что Россия не ратифицирует Гаагскую конвенцию, косвенно свидетельствует о том, что она не хочет международного усыновления и хочет прекратить этот процесс. Правильно я понимаю?



Борис Альтшулер: Это позиция так называемых лжепатриотов, псевдопатриотов, их формула простая: российские дети должны лежать в русской земле. Пусть он здесь гниют, больные или какие, в учреждениях, но только не отдадим их проклятым иностранцам. Вот это психология «железного занавеса. Но на этом делается грязная политика, именно эти политики, которые так поступают, в первую очередь это была Екатерина Лахова, она встала стеной против ратификации Гаагской конвенции. И есть один только способ сократить международное усыновление, есть только один способ: сделать детям здесь хорошо.



Евгения Назарец: Есть ли у общественных организаций действенные механизмы повлиять на ситуацию?



Борис Альтшулер: Я надеюсь, что Общественная палата в этом вопросе займет вменяемую, здравую позицию, что называется, нормальные, здравые люди без грязной политики, которые хотят, чтобы в России и в семье детям было хорошо. Поэтому они не объявляют войну международному усыновлению, а просто стараются сделать здесь хорошо детям. И тогда усыновление сойдет на нет в значительной степени.



Евгения Назарец: Это было мнение Бориса Альтшулера, руководителя общественной организации «Право ребенка».


Российский МИД в своем заявлении обращает внимание, что случаи, когда в американских семьях страдают дети из России, не единичны. Подборка страшных историй об американских приемных родителях в российской прессе сформировалась неслучайно, уверены те, кто на практике занимается зарубежным усыновлением российских детей. Правда о российском усыновлении бывает не менее страшна, но она не вписывается в рамки государственного курса на семейное устройство российских сирот у себя в стране. Американский отец, забывший приемного ребенка на жаре в машине, получит минимум 10 лет тюрьмы. А вот российская семья из Томской области, забывшая присмотреть за приемышем, возможно, получит взамен погибшего Сережи Макеева нового ребенка.


«Где родился, там и пригодился» - так говорили чиновники опеки закрытого города Северск в Томской области, когда принимали решение не отдавать воспитанника детского дома на усыновление иностранцам. Вместе с томской журналисткой Ольгой Юрьевой, которая много лет занималась этой темой, трагическую историю Сережи Макеева напомнит моя коллега Мелани Бачина.



Мелани Бачина: В трагической истории жизни маленького Сережи Макеева так и не поставлена точка. Мальчик погиб, но как и почему это произошло – до сих пор не известно. И вряд ли когда-нибудь станет известно. За гибель ребенка никто не понес ответственности. Томск узнал о мальчике Сереже Макееве в 2000 году. Испанская семья решила усыновить Сережу после того, как мальчик гостил у них летом. За три месяца Сережа полюбил испанцев и начал называть их мамой и папой. Потом вернулся на родину. А спустя полгода в Томск приехали Эстер и Андрео Родригес, чтобы забрать Сережу к себе насовсем. Все документы были оформлены, но на пути этого международного усыновления оказалась вся местная бюрократия. Татьяна Акулова из органов опеки города Северск тогда говорила: «Где родился, там и пригодился». Журналист Ольга Юрьева, которая занималась этой темой, и несколько лет следила за судьбой ребенка, сегодня так объясняет, почему чиновники сделали все для того, чтобы Сережа остался в России.



Ольга Юрьева: Я думаю, что там есть какие-то скрытые причины, о которых мы не знаем. Внешне это все выглядит, с моей точки зрения, такой, простите за грубое выражение, совковой отрыжкой. Но ведь суть в том, чтобы чиновник, который исполняет закон, думал прежде всего об интересах ребенка. Не будем говорить обо всех, но есть такие чиновники, которые даже если и думают не о финансовой выгоде, то они думают о своей карьере, о своей успешности, о том, как это будет выглядеть на каком-то фоне.



Мелани Бачина: Сережа любил испанцев, они любили его. Во время первой встречи после долгой разлуки мальчик бежал им навстречу с распростертыми объятиями. Папа Андреа упал перед ребенком на колени, чтобы обнять и расцеловать. Эти кадры снимала местная телекомпания ТВ-2. Но в суде пленку смотреть не стали. Вся госмашина закрытого города Северск тогда работала только с одной целью: не отдать Сережу испанцам. Мэр Северска Николай Кузьменко распорядился передать мальчика местным усыновителям еще до решения суда. И суд, в конце концов, испанцам отказал. Эстер и Андрео Родригес уезжали из Томска с болью и со слезами. Сам Сережа, который с нетерпением ждал своих испанских родителей, российских так и не полюбил.



Ольга Юрьева: Тогда мы постарались передать это зрителям и дали кусочек их встречи без всяких комментариев и без малейшего текста журналистов. И каждый, кто это посмотрел, мог составить собственное мнение. И это, кстати, очень хорошо видно, потому что во время той передачи, где это показали, шло интерактивное голосование, за или против международного усыновления, и сначала превалировало отрицание международного усыновления, а к концу передачи за международное усыновление было больше томичей, чем против.



Мелани Бачина: Сережа Макеев погиб в апреле 2002 года, его тело обнаружили в канале. Ему было всего 10 лет. И за его гибель никто так и не ответил.


XS
SM
MD
LG