Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему житель Сочи Гиви Тамаришвили не может попасть на сочинский пляж? Кому был выгоден пожар дома в центре Ростова? Городок в Калужской области ищет себе начальство. Россия с точки зрения мотоциклиста-путешественника. Почему Оксана Красильникова из Пятигорска никак не может уйти в декретный отпуск? Челябинск: Как вытащить дом из болота? Псков: Жизнь в аварийном доме. Туапсе: Кто защитит семьи, выселяемые из общежития? Самара: Какой город более грязный – Самара или Нью-Йорк? Ленинградская область: Мир лоскутного искусства


В эфире Сочи, Геннадий Шляхов:



Гиви Тамаришвили : Практически колясочник один в город никак не сможет попасть. Очень тяжело. Преграды со всех сторон.



Геннадий Шляхов : В городе Сочи – столице зимних Олимпийских и Паралимпийских игр 2014 года - всё, как и во многих других городах России - человеку с ограниченными возможностями здоровья из дома лучше не выходить. Передвигаться по городским улицам на инвалидной коляске без посторонней помощи невозможно.



Гиви Тамаришвили : У нас получается, что инвалид с ограниченными возможностями - это всё, люди второго сорта. Хотя мы также хотим общаться, так же выезжать в город, так же на море ходить.



Геннадий Шляхов : На море, продолжает свой рассказ Гиви Тамаришвили, сочинцам с ограниченными возможностями здоровья не попасть – съездов и спусков для колясок к береговой полосе нигде не предусмотрено.



Гиви Тамаришвили : Если бы не было таких препятствий для людей с ограниченными возможностями, все мы собирались бы почаще. Встречались как обычные люди, также и в кафе, на море, куда на пляж невозможно попасть. Очень обидно. Мы живем в таком прекрасном городе, но на пляж невозможно попасть. В парки без чужой помощи тоже невозможно попасть. Транспорта ноль. Туалетов для инвалидов ни одного в городе нет.



Геннадий Шляхов : Вот и выбираются сочинские «колясочники» за пределы своих квартир от случая к случаю. Как правило, все вместе. Рассказывает Александр Решетило, председатель общества инвалидов-колясочников «Возрождение».



Александр Решетило : Мы заказывает транспорт. Приглашаем военнослужащих из местных военных частей. На каждую машину, как минимум, два человека, чтобы они по ступенькам поднимали наших людей. Только таким образом, иначе никак не получится. В одиночку в город выбраться очень сложно.



Геннадий Шляхов : Сказать, что в Сочи для людей с ограниченными возможностями здоровья ничего не делается - было бы несправедливо. Новые строящиеся здания, как и магазины на первых этажах жилых домов оборудуются пандусами. Но это, как правило, инициатива не муниципальных властей, а частников. Говорит Александр Собко.



Александр Собко : Частники, не будем скрывать, это коммерческий интерес. Они хотят, чтобы к ним в магазин попал любой – и на коляске, и без коляски. Государств, если не может этими вопросами заниматься – значит должно привлекать заинтересованных людей. Мне кажется, самое простое по всем вопросам, связанным с пандусом - привлекать людей, которые непосредственно в этом нуждаются. И если где-то необходимо оборудовать пандус, то лучше нас никто не сможет этого сделать.



Геннадий Шляхов : Совсем недавно в Сочи в самом центре города были сданы в эксплуатацию два подземных пешеходных перехода. Их строительство предусмотрено в федеральной программе развития курорта и подготовке города к Зимней Олимпиаде 2014 года. Один из них обустроен пандусами и поручнями и даже оборудован электроподъёмником. Попасть в этот переход инвалидам-колясочникам можно, а выбраться без посторонней помощи – уже нельзя. Рассказывает Александр Собко.



Александр Собко : Замечательный переход, красивый, много денег потрачено. Со стороны оборудован дорогостоящий электрический подъёмник, а с другой стороны идёт наклонный тротуар, периодически перемежающийся ступенькой в 15-20 сантиметров. А почему? Потому что переход федеральный. Они говорят – это наше. А только мы из перехода вышли – это уже городские. Город этим не занимался.



Геннадий Шляхов : С другим подземным переходом и вовсе казус получился. Первыми прямо на торжественной церемонии открытия возмутились мамы с маленькими детьми. С одной стороны перехода к нему не подойдёшь – кругом крутые ступеньки. С другой стороны, даже попав в него, с детской или на инвалидной коляске – не выберешься. Нигде нет ни одного пандуса. Рассказывает Ирина Ерохина.



Ирина Ерохина : Посмотрите сколько вокруг мам с колясками. Это я не говорю про людей с ограниченными способностями. Как возможно подняться на все эти лестницы. Лестницы широкие отличные. А пандусы?! Простите! Хотелось бы выразить пожелание, чтобы всё-таки вспомнили о мамах.



Геннадий Шляхов : Это пожелание было услышано. Подрядная организация, объяснив, что в предъявленном заказчиком проекте вовсе не были предусмотрены пандусы, решила исправиться за свой счёт. Пандусы из блестящей нержавеющей стали появились с обеих сторон перехода. Вот только не сильно обрадовало это обстоятельство ни родителей с детьми.



Жительница : Тяжело. В переходе по той стороне очень тяжело подняться.



Геннадий Шляхов : …ни инвалидов-колясочников.



Житель : Даже на электроколяске колёса будут буксовать.



Геннадий Шляхов : С одной стороны подземного перехода слишком крутым и скользким получился пандус. Да и поручни почему-то оказались на противоположной стене. На другой стороне – поручней и вовсе нет.



Гиви Тамаришвили : С этого пандуса потенциальный убийца только может спуститься. Если мне надоест жить – я приеду сюда и попробую спуститься.



Геннадий Шляхов : Гиви Тамаришвили так и не рискнул ни спуститься, ни подняться по уложенным в новом переходе пандусам. Попросил прохожих и с их помощью съехал по ступенькам.



Гиви Тамаришвили : У нас есть несколько колясок инвалидных. Можем предоставить администрации 2-3 коляски, пусть они сами садятся на эти коляски, попробуют подняться по этому переходу, попробуют попасть в какой-нибудь кинотеатр, магазин. Я думаю, они поймут наши проблемы. Потому что мы тоже люди.



Геннадий Шляхов : Сочи активно готовится к проведению Зимних Олимпийских и Паралимпийских игр 2014 года. Колоссальные денежные средства выделены на благоустройство города и строительство спортивных сооружений. А тем временем на лестнице, ведущих в администрацию Сочи, а также к сочинскому офису Государственной корпорации «Олимпстрой» пандусов как не было, так и нет.



В эфире Ростов-на-Дону, Григорий Бочкарев:



Крупнейший за последние годы пожар в историческом центре города заставил погорельцев надеяться только на свои силы. При пожаре погибли три человека, причём личности двоих из них до сих пор не установлены. В ту роковую ночь они были в квартире номер 17 — именно там и находился очаг пожара. Ещё до конца не было ясно, что же случилось там, но мэр города подписал постановление, в котором строение признавалось аварийным, и подлежащим сносу. Сразу же возникли разговоры о поджоге — земля в этом месте самая дорогая в городе, рядом строится международный бизнес-центр. Эту версию не исключает и прокуратура, которая тут же начала своё расследование.


Чрезвычайное происшествие по количеству пострадавших приобрело масштаб областного — без крыши над головой остались более 100 человек. По данным администрации Кировского района, в 35 квартирах дома проживала 51 семья. Но некоторые квартиры были коммунальными, поэтому фактически в каждой из них проживало сразу по 2-3 семьи. 10 квартир находились в муниципальной собственности, 25 квартир были приватизированы, 16 — приобретены по договорам купли-продажи уже после приватизации.


У каждой семьи погорельцев теперь свой путь. И хотя власти обещают, что до начала отопительного сезона жильцы дома будут обеспечены кровом, вопрос с их расселением всё же остаётся пока открытым. Сейчас около пятидесяти пострадавших размещены в гостиницах и муниципальных общежитиях. Две малообеспеченные семьи вне очереди уже получили крышу над головой. Остальные ютятся на съёмных квартирах, у знакомых и родственников, и размышляют - как бы они справлялись с бедой, случись пожар не в мае, а в январе.


О мытарствах своей семьи, в общем, и своих личных, в частности, рассказывает Елена Бомбина из квартиры номер 7:



Елена Бомбина : Мы живём на съёмной квартире, на Западном - папа, мама и я. Нам предложили однокомнатную квартиру, в районе Темерника, на 6-м этаже, общей площадью 35 квадратных метров. Но я не могу жить по закону с папой в одной комнате, ну, не могу - я уже взрослый человек, мне придётся идти жить на улицу. Поэтому мы отказались от этой квартиры.



Григорий Бочкарёв : Внакладе, кроме жильцов, остались и представители нескольких организаций, чьи офисы располагались в сгоревшем доме. Они сразу же обвинили власти в поспешности при вынесении вердикта по поводу сноса дома, считая, что здание можно восстановить.


«Мы не согласны с постановлением мэра об аварийности дома, и его сносе, - настаивают и оставшиеся без крова люди. - Дом можно восстановить — фасад уцелел, лестничные проёмы — тоже, квартиры со стороны проспекта Крепостного мало пострадали. Этот дом — памятник архитектуры, мы готовы сами принять участие в его восстановлении». Но власти, похоже, уже всё решили и заинтересованы лишь в том, чтобы поскорее освободился земельный участок. «Мы хотели бы посмотреть в глаза тем инвесторам, которые, наверняка, уже выстроились за нашей землей в очередь!» — говорят жильцы.


По словам проживавшего в квартире номер пять Александра Нетёсова:



Александр Нетесов : Нас просто «выдавливают» с этого места, самым таким элементарным «мягким» способом — посредством реприватизации, чтобы люди, не дай бог, не зацепились за это место, это всё видно. Мне специалисты, которые занимаются и строительным бизнесом, и строительной экспертизой, они говорят - даже навскидку можно сказать, что земля под этим зданием стоит один миллион долларов за одну сотку. У нас по документации — 1420 метров . Поэтому эти акулы и уцепились за такой куш, а между ними, как сор в проруби. У нас же, к сожалению, какие законы? Кто пишет эти законы? Вот эти же, которые это всё это дело и делают. Естественно, они законы специально так пишут, чтобы можно было поступить и вот так, и вот этак.



Григорий Бочкарёв : Люди не перестают задаваться вопросом, почему пожар тушили так долго. Они видят в случившемся чей-то злой умысел, уверены, что это просто кто-то «положил глаз» на желанный участок в центре города. Продолжает Александр Нетёсов:



Александр Нетесов : Мы написали коллективную жалобув пять инстанций по поводу возбуждённого Кировской прокуратурой дела о пожаре и гибели людей сказано. Там сказано, что по поводу этого будет проведена пожарно-техническая экспертиза, в ходе которой будут опрошены жильцы на предмет действий пожарных расчётов, и наблюдающих структур. Помимо этого было сказано, что Кировской прокуратурой было возбуждено уголовное дело по факту халатности. Областная прокуратура вернула им обратно это дело, сказав, чтобы его отменили, это постановление, и опять возобновили по делу халатности. Помимо этого ею было сделано дисциплинарное представление в органы госпожарного надзора по факту действий их сотрудников. Власти как-то особенно сильно рвения не проявляли. Мы девять часов простояли под домом. Какая-то парализованная бабушка пролежала несколько часов пока «скорая» приехала.



Григорий Бочкарёв : Исполняющий обязанности мэра города Сергей Манаков заявил, что у жильцов есть два варианта, как распорядиться своей собственностью. Во-первых, граждане имеют право объединить свои усилия, и создать компанию, которая займётся сносом здания. Если жильцы откажутся от этого варианта, то будет подготовлен проект постановления мэра города об изъятии земельного участка для муниципальных нужд. Но частная трагедия потерявших квартиры ростовчан неожиданно — прежде всего, для городских властей — получила широкий общественный резонанс. Вот что рассказывает корреспондент областной газеты «Наше время» Елена Слепцова:



Елена Слепцова : Постановление о том, что дом можно и нужно сносить, оно вызывает удивление, мягко говоря, хотя бы уже потому, что этот дом — памятник гражданской архитектуры. И сейчас, по мнению специалистов, здание можно реконструировать, то есть сделать другую начинку, сохранив внешние стены.



Григорий Бочкарёв : Судя по последним событиям, окончательное решение пока ещё не принято.



В эфире Калужская область, Алексей Собачкин:



Недалеко от деревни Воробьи, всего в девяноста километрах от Москвы – неприметный дорожный указатель, на котором написано «Городов». Но никакого городка на карте, даже самой подробной, не обозначено. Как, впрочем, нет его и в списках населенных пунктов Калужской области. С шоссе туда ведет разбитый проселок. Въезжую через распахнутые решетчатые ворота с пятиконечными звездами – здесь когда-то была воинская часть. Вокруг – заброшенные постройки – окон нет, рамы выломаны, на крышах растут молодые березки. Долго петляю по лабиринту проселка, пока он не выводит к небольшому жилому кварталу – вот они, крашенные в желтый цвет пять небольших двухподъездных домов. Посреди двора – глубокая яма. Из нее торчит внушительная бетонная плита. Рядом покореженные металлические конструкции детской площадки. Меня, чужака, заметно сразу. Народ подтягивается поговорить. Отставной офицер Владимир Коротин рассказывает:



Владимир Коротин : Вот уже в течение больше года как здесь ничего не делается. Всю зиму мы отапливали улицу, трубы отопления все вскрыты, они и сейчас вскрыты. У нас в безобразном состоянии несколько домов – там обваливаются потолки. Никто нам в этом деле помочь не хочет.



Алексей Собачкин : В начале 50-х годов здесь расквартировали ракетную воинскую часть. Для офицеров построили комфортное по тем временам жилье со всеми удобствами. В середине 90-х часть расформировали за ненужностью, а люди, 115 человек, остались. Дома передали на баланс одной из подмосковных воинских частей. Грех жаловаться – Минобороны обслуживало коммунальное хозяйство бывшего военного городка как могло. Но в прошлом году совершенно неожиданно для людей от «непрофильного актива» избавились, передав его гражданским властям.


Администрация Жуковского района Калужской области к такому повороту дел была абсолютно не готова – денег на содержание внезапно появившегося населенного пункта не было. Тем не менее, прошлую зиму как-то перезимовали. Люди сами подготовили котельную к запуску. Работали бесплатно – для себя и соседей. Сами, как могли, латали крышу. Сами прочищали канализационные трубы. Никакой управляющей компании так и не появилось. Практически ни за какие коммунальные услуги жители городка не платят. Говорит Владимир Коротин:



Владимир Коротин : Мы не знаем, кому платить. Жители возмущаются уже полгода. Мы единственное за что платим, это за газ. У нас заключен договор с белоусовским газовым хозяйством, приходят квитанции, мы оплачиваем газ. Свет, квартплату и прочие коммунальные услуги – мы не знаем к кому обратиться.



Алексей Собачкин : Удивительно, но факт – электричество в городке есть, но за него целый год никто не требует денег. Людей это не устраивает. А вдруг им теперь насчитают огромные платежи в десятки тысяч рублей – как расплачиваться? Боятся и того, что отключат свет. Говорит Анна Красникова:



Анна Красникова : Страх сейчас идет перед тем, что ни отопления может не быть, ни света, ничего. Надежды вообще никакой…и власти никакой нет.



Алексей Собачкин : Выбранный людьми комендантом Сергей Демиденко главной проблемой городка считает то, что власти его фактически не замечают:



Сергей Демиденко : Самая главная беда – нет начальства никакого. Живем мы здесь брошенные. Как будем дальше жить, не знаю. Люди квартплату не могут никому заплатить. Канализация плывет, забита. Рабочих нет, кто будет пробивать? Финансирования нету.



Алексей Собачкин : Борис Беспалов приехал в этот городок из Азербайджана. Обосновался здесь потому, что денег на более качественное жилье не было. И оценка человека со стороны бьет не в бровь, а в глаз:



Борис Беспалов : Я с Азербайджана, я думал здесь цивилизация, центр России, а здесь такое, вообще.



Алексей Собачкин : Власти, правда, заявляют о своей обеспокоенности. В городок приезжали даже депутаты областного Законодательного Собрания – решили, что бывшему военному городку надо дать официальный статус населенного пункта. А в районной администрации мне сказали, что найдут силы и средства для ремонта коммуникаций и запуска тепла. Только жители брошенного городка, помня о том, как прошлой осенью они сами решали эти проблемы, верят представителям власти с трудом.



В эфире Благовещенск, Антон Лузгин:



25-летний волгоградец Михаил Бычков уже почти год не был в родном городе. В августе 2007 он решил, что называется, прохватить на советском мотоцикле марки «Днепр» до самого Владивостока. По пути пришлось встать на зимовку в Иркутске – переждать холода, а заодно и денег заработать на дальнейший путь. По мнению Михаила, жить в России и не проехать самому хотя бы раз по стране – самое настоящее преступление. Надо не думать о сложностях пути, а просто спокойно настроиться на дорогу.



Михаил Бычков : Самое главное – это выехать из того места, где ты долго был. Существует некая привязанность к месту, где ты живешь. Живешь ты в городе, тебя опутывает нитями этот город. Тебе очень сложно вырваться. Это чисто психологически… взять и уехать. Главное это преодолеть, сделать это, проехать первый километр и дальше как по накатанной пойдет.



Антон Лузгин : Нашему герою плохих людей в пути не повстречалось. Трудности готовили дороги, особенно за Байкалом, где который год идет строительство федеральной трассы Чита – Хабаровск. Облака пыли, пробитые колеса и подвески – испытание для техники и человека. Несмотря на громкие заявления чиновников Росавтодора о скором завершении строительства дороги, у путешественника возникли сомнения на этот счет.



Михаил Бычков : Я остановился на день в кафе. А рядом с кафе располагалась строительная бригада подрядчиков. Я с ними пообщался. Они целый месяц вообще ничего не делают. И непонятно, что делать. Забили шесть столбиков и все. Каждый вечер они бухают, никакой организации. Помню, у меня отвалилась фара по пути, я ее на дороге привязал проволокой. У меня канистра с бензином тоже отцепилась, размолотило повортники и стоп-сигналы на крыле, глушители разболтались. Под конец я еще проколол колесо, наехав на саморез. Саморезы там прямо горстями можно собирать с обшивки автомобилей.



Антон Лузгин : Картинки, которые показывают ведущие телеканалы, существенно отличаются от тех, которые видишь воочию, проезжая километр за километров на открытом виде транспорта по огромной стране. Продолжает байкер из Волгограда Михаил Бычков.



Михаил Бычков : После уральских гор ни о каком возрождении не может быть и речи. Крупные города типа Новосибирска, где сходятся магистрали, там – да, а остальное в очень плачевном состоянии. Села, маленькие городки находятся в полуразваленном, разграбленном состоянии. Бывшие колхозы – все это снесено, растащено.



Антон Лузгин : Интересно, что по российским просторам ездят, в основном, иностранные мото- и автотуристы. К слову, Михаил Бычков так и не смог никого из своих земляков сагитировать в попутчики. Но в дальней дороге на трассах с минимальным уровнем комфорта и придорожного сервиса все водители друг другу братья. Мотоциклисту из Волгограда пришлось помогать коллегам из Чехии, которые попали в аварию на севере Амурской области.



Михаил Бычков : Они стояли на обочине. Когда я остановился и с ними пообщался, то узнал, что один из них пережал тормоз, скувыркнулся вместе с мотоциклом и сломал себе ключицу. Я решил помочь ребятам. Съездил до ближайшего кафе, пострадавшего отвезли в больницу, а второй человек тоже с ним уехал. На следующий день (я остался в кафе), когда он вернулся, он попросил меня помочь ему с мотоциклами, потому что его товарища уже отправили на самолете в Москву. Я согласился помочь ему перегнать мотоциклы до Читы, чтобы отправить их обратно контейнером. Они вообще отправлялись в кругосветку. Затем я сел на поезд, доехал до 426 километра, где оставил свой мотоцикл, и уже продолжил свой путь дальше на восток.



Антон Лузгин : Конечная цель маршрута – Владивосток. Хорошо бы там устроиться на работу, подкопить денег и продолжить путь. Новый маршрут Михаил не загадывает. Если есть мотоцикл и немного средств, значит настала пора отправляться в дорогу.



В эфире Пятигорск, Лада Леденева:



Мама 3-летнего Егора пятигорчанка Оксана Красильникова снова ждет прибавления в семействе. Буквально на днях у нее должна появиться на свет двойня – две девочки, как говорят врачи. Еще в конце марта Оксана обратилась в одну из местных газет, где до декрета проработала около двух лет, с просьбой выдать необходимую ей справку. Там ей ответили, что компанию собираются ликвидировать.



Оксана Красильникова : Я пришла еще в феврале месяце. Мне справка нужна была о том, что я никаких пособий не получаю на работе, никаких выплат. Я пришла в организацию. Когда я сказала, что опять собираюсь в декрет, на что мне бухгалтер сказала, что будет реорганизация, собираются ликвидировать эту организацию, ждите письма. Мне она сказала, что мне ничего не положено – никаких декретных и, вообще, мне ничего не дадут по закону. Я прождала до начала марта. Соответственно, никакого письма не пришло.



Лада Леденева : Тогда женщина обратилась в прокуратуру, где выяснили, что работодатель Оксаны, директор ООО «Периодика-Пятигорск» Михаил Касрадзе, сам себя уволил, несмотря на то, что московский работодатель, которому принадлежит компания, его не увольнял. Кроме того, из «Периодики-Пятигорск» к тому времени были уволены все сотрудники, кроме директора и Оксаны, которая находилась в декретном отпуске.


В прокуратуре женщине сообщили, что ее заявление рассмотрено и удовлетворено, первым заместителем прокурора Пятигорска Валерием Косых вынесено представление «об устранении нарушений законодательства о труде» в течение одного месяца. Однако с момента вынесения представления прошло уже два с половиной месяца, а ситуация только усугубилась.



Оксана Красильникова : На данный момент просто-напросто у меня нет полюса элементарно, медицинского полюса. А за это все платить надо. Я даже последний раз лежала на сохранении, нам врач озвучил цифры – за 5 дней 6 тысяч. Это только за койку!



Лада Леденева : В результате сложившейся ситуации Оксана, по самым примерным подсчетам, может потерять более 100 тысяч рублей. Деньги для ее семьи немалые, с учетом того, что их скоро станет не трое, а пятеро, а зарплата мужа Оксаны, лейтенанта милиции, составляет 2,5 тысячи в месяц, а со всеми надбавками – не больше 10.



Оксана Красильникова : Я не могу получить декретные. Полтора месяца мне некому сдать больничный, чтобы получить по тем же декретным. В дальнейшем я не смогу получить единовременное пособие на детей. А муж не может получить, потому что я не смогу предоставить ему на работу справку о том, что я их не получаю. Я не смогу уйти. Мне надо где-то написать кому-то отпуск по уходу за детьми до 1,5 лет, а потом до 3 лет. И уволиться я не могу, потому что мне некому написать заявление, хотя трудовую книжку мне никто не отдает.



Лада Леденева : Между тем, в прокуратуре Пятигорска представлять интересы беременной женщины в суде отказались, пояснив, что делают это только от имени несовершеннолетних и инвалидов. И это тогда, когда 2008 год был объявлен в России годом семьи, а мэр Пятигорска Лев Травнев в поддержку демографической политики государства пообещал впредь дарить по коляске каждой мамочке в городе, родившей двойню.



Оксана Красильникова : Просто не представляю, как с ними ездить в суд, ездить на все заседания. Я не представляю, как мне просто без посторонней помощи в поликлинику с ними съездить, не говоря уже о дальнейшем.



Лада Леденева : Ситуацию комментирует юрист, правозащитник Виктор Лукашонок.



Виктор Лукашонок : Если ее кладут на сохранение через неделю по несколько дней, то после родов уже действительно по уважительным причинам она не сможет отстаивать свои гарантированные Конституцией права. Поэтому позиция первого заместителя прокурора города Пятигорска, скорее всего, позиция чиновника, не желающего ничего знать за пределами своего кабинета.



Лада Леденева : Как считает начальник управления общего надзора за соблюдением законодательства следственного управления при прокуратуре Ставропольского края Эдуард Конопля, следующим этапом в деле молодой женщины должно стать обращение в прокуратуру края.



Эдуард Конопля : Если действия прокуратуры Пятигорска ее не устраивают в чем-то, то, конечно, она вправе обжаловать либо действия, либо бездействие прокурора у прокурора Ставропольского края.



Лада Леденева : А пока суд да дело единственной сотрудницы ООО «Периодика-Пятигорск», 2 июня учредители организации приняли решение о ее ликвидации. «Ликвидатором назначить Михаила Касрадзе»- значится в протоколе собрания акционеров. Как разрешится ситуация Оксаны Красильниковой - пока неизвестно. Сейчас она со дня на день ждет появления на свет своих двойняшек и вместе с мужем придумывает им имена.



Оксана Красильникова : До конца мы с мужем не сходимся во мнениях. Хотелось бы Полина и Настя, а мужу хочется Настя и Александра.



В эфире Челябинск, Александр Валиев:



Дом 43б по улице Дербентской в Челябинске стоит недалеко от озера. Когда-то в нем располагалось общежитие, потом здание разбили на коммунальные квартиры. С 1991 года, когда рядом началось строительство, и изменился ландшафт местности, жильцы не знают, где просить помощи. Их двухэтажный старый дом стоит посреди зловонного болота, канализация заливает подпол и двор, горячее водоснабжение отсутствует в половине квартир. Впрочем, всего не перечислишь. Говорит жительница дома Маргарита Ефимкина.



Маргарита Ефимкина : У нас двухэтажный дом, рядом еще такие же дома двухэтажные. Но наш дом 43б находится в низине. Этот дом 1941 года. Он находится рядом со стадионом, который был лет 10-15 поднят. Наш дом оказался в низине. Где-то на метра на 2-3 первый подъезд ниже второго подъезда, то есть он скошенный. Канализация стоит метра на 2-3 выше первого этажа. Поэтому все стоки с канализационных колодцев, все стоки с колодцев, которые находятся рядом с Дворцом спорта, рядом со стадионом «Сигнал» (там их 6 или 7 колодцев), все стоки идут под наш дом. Поэтому наш дом всегда находится в воде.



Александр Валиев : Правду жильцы искали во многих инстанциях, в том числе и прокуратуре.



Маргарита Ефимкина : В прокуратуре сказали – знаем мы ваши дома, что ваши дома вообще подлежат сносу.



Александр Валиев : Некоторое время назад в Челябинске шли сильные дожди. Вся вода с окрестной территории стекала в низину, где стоит дом 43б по Дербентской. Выбираться из подъезда жильцам приходилось самыми нестандартными методами.



Маргарита Ефимкина : В последнее время, когда идут сильные проливные дожди, неделю мы не могли выйти из подъезда. У нас была очередь. Нас один сосед вытаскивал в охотничьих сапогах. Потому что в простых сапогах нельзя было пройти, в охотничьи сапоги выше колен. Он перетаскивал нас на руках, а те, кто не мог, они поднимались и переходили из первого подъезда во второй через чердак. Там из подъезда можно было выйти. Я обращалась с заявлениями в ПУВВ генеральному директору Ковальчуку по электронному адресу, обращалась в «Южуралсервис», к замглавы администрации Ленинского района города Челябинска, в администрацию города, в государственную жилищную инспекцию.



Александр Валиев : Болото и затопленный нечистотами подпол – далеко не все прелести жизни, которыми приходится наслаждаться жителям этого дома. За 70 лет своего существования он накопил массу проблем. Рассказывает Маргарита Ефимкина.



Маргарита Ефимкина : Также у нас течет крыша, также у нас в подъезде никакого ремонта нет, ничего не делается. Залатали какими-то фанерками разноцветными, видимо, где-то подобранными. И это, наверное, будет у них называться «ремонт дома». В подъезде гниль. Это надо видеть! Все трубы в подъезде, можно открыть пару досок, - там целая гниль! Все канализационные воды из квартир все идут в подъезд открытые, вонючие! Неоднократно нас затапливало даже первые этажи, поднимались паласы. У нас заявление по нашему дому с 1991 года.



Александр Валиев : Ванн в квартирах нет, душ можно ставить только на первом этаже, на втором уже нельзя. Впрочем, и с горячей водой в квартирах второго этажа большие проблемы. Куда бы жильцы не обращались, толку нет. Управляющая компания «Южуралстройсервис» считает, что в целом оснований для паники нет. А то, что дом не признан до сих пор ветхо-аварийным – не их вина, а лишь жилищной комиссии. Правда, обращаться в эту комиссию для того, чтобы дом поставили на расселение, должна именно управляющая компания. Как заявили в «Южуралстройсервисе», у них в районе уже около 20 домов 10 лет стоят в очереди на снос, но когда их будут расселять – никому не известно.



В эфире Псков, Анна Липина:



Эдуард Егоров : Состояние конструкции дома достигло предельного физического износа и находится в предаварийном, отдельное в аварийном состоянии. Капитальный ремонт нецелесообразен. Это заключение межведомственной комиссии пятилетней давности, то есть сейчас износ его естественно усилился.



Анна Липина : Эдуард Егоров живет в так называемом историческом центре Пскова. С первого взгляда кажется, что дом просто нежилой. Перекосившиеся окна, просевшие стены – внутрь зайти страшно. Дом датируется 1876 годом. Настоящий архитектурный памятник. В нем живут шесть семей. Неподалеку от этого жилого памятника архитектуры археологи проводят раскопки – скоро на том участке будет построен новый жилой дом. Впрочем, Эдуард только вздыхает. Стать дольщиком при строительстве нового дома ему не по карману. Но и жить с семьей в старом доме уже не просто невозможно, но и опасно.



Жительница : Невозможно в таких условиях жить. Живут здесь дети, и люди все в таких условиях, что и крысы здесь и потолок обвалиться может в любой момент, и проводка загореться. Вы знаете, даже цветы не хотят расти в этом доме.



Анна Липина : Псковичка Лидия Тихомирова тоже живет в ветхом доме. Трещины на стенах, горелая проводка, запах сырости, обвалившиеся с потолка куски штукатурки.



Лидия Тихомирова : Вот герметиком заклеиваем полы, здесь все рушится с каждым днем.



Анна Липина : Женщина демонстрирует нехитрые уловки, чтобы хоть как-то обезопасить свою жизнь. Ее соседка на первом этаже беспокоится за детей.



Жительница : Потолки очень сильно шевелятся, даже когда ходят на втором этаже люди – качается люстра, страшно, что обвалятся потолки. Вот у меня тут двое внучек маленькие ,боюсь ,что их задавит.



Анна Липина : Сегодня в Пскове ветхими признаны 79 домов. В прошлом году городские власти расселили 41 семью, сколько в этом - неизвестно, говорит Марина Мусаева, сотрудник комитета по управлению жилфондом.



Марина Мусаева : Плана как такого пока нет, поскольку не знаем объем средства, которые поступят из Россстроя. Возможно, получим деньги по программе реформирования ЖКХ, но это, как правило, случается осенью.



Анна Липина : Между тем, контрольно-счетная палата псковской городской думы при проверке управления и распределения муниципального жилья мэрией выявила серьезные нарушения, говорит городской парламентарий Николай Соболь.



Николай Соболь : Задокументирован факт, когда один из заместителей мэра получил трехкомнатную квартиру в кирпичном доме по договору социального найма. Человек этот не стоял ни на очереди на получения жилья. Прокуратура Пскова установила по результатам проверки, что заместитель получил эту квартиру в нарушении нескольких статей Жилищного кодекса Российской Федерации. Во-первых, он не стоял на очереди на получение жилья. Жилищный кодекс не предусматривает предоставление жилья на основании трудовых договоров. Практически в подавляющем большинстве случаев, когда проводились мены муниципальными квартирами на помещения, которые принадлежат гражданам, стоимость одного квадратного метра общей площади на несколько тысяч, иногда и на 7 тысяч дешевле, чем стоимость, которая находится у частных лиц и эти квартиры в более старых домах.



Анна Липина : На сегодняшний день в Пскове около 400 семей живут в бараках и полуразвалившихся домах в ожидании расселения. Еще тысяча стоят на городской очереди в ожидании муниципального жилья.



В эфире Туапсе, Евгений Титов:



Три семьи должны быть выселены из общежития. Решение принял Туапсинский городской суд. Выселить жильцов требует руководство Кубанского технологического университета. Однако другого жилья у людей нет. Среди них семья Ханикирян, родом из Абхазии. В Краснодарский край они бежали от грузино-абхазского конфликта 10 лет назад. Тогда и поселились в туапсинском общежитии. Сусанна Ханикирян с дочерью формально уже выселены, а сына Ашота должны выставить за дверь со дня на день. Говорит Сусанна:



Сусанна Ханикирян : Мне некуда идти с детьми. Я все сделала своими силами – и санузел, и раковина, и ванна. Если бы 10 лет назад я знала, что со мной будет, я бы на эти деньги, наверное, купила землю, вагончик поставила, а не то, чтобы угрохала свою жизнь на эту общагу.



Евгений Титов : Муж Сусанны погиб, официальной работы у нее нет. А снять комнату в Туапсе стоит 10 тысяч рублей ежемесячно. Похожая ситуация в семье Бородкиных, у которых трое несовершеннолетних детей. В общежитие вселились 9 лет назад, объединили две комнаты и восстановили их фактически с нуля. Сейчас это вполне приличная квартира, но и ее, согласно судебному решению, должны отобрать. Поясняет глава семейства Игорь Бородкин.



Игорь Бородкин : У нас такое ощущение, что кого первых выселяют, их квартиры уже кому-то продали. Потому что так срочно вдруг начали выселять. Нам, во-первых, некуда уходить. Если как бы уже все – взяли и вынесли, выбросили, только тогда, наверное, только квартиру снимать.



Евгений Титов : До 2000 года корпус общежития на улице Звездной, 25 относился к местному профтехучилищу. В здании была разруха. Тогдашний мэр Туапсе вместе с руководством училища разрешил строительным организациям отремонтировать здание, за что сотрудники этих организаций получали в общежитии комнаты. Однако в начале 2000-х ПТУ стало туапсинским филиалом Кубанского технологического университета. Новое руководство вместе с мэрией разделило всех жильцов на несколько категорий. В первую попали те, кого администрация Туапсе посчитала нужным оставить, во вторую – все остальные. Говорит проректор университета Владимир Артемьев.



Владимир Артемьев : Есть категория жильцов (это работники социальной сферы, это преподаватели и сотрудники нашего филиала в городе Туапсе), которые на законных основаниях проживают в соответствии с заключенными договорами. А есть категория людей, которые проживают без этих договоров, которые не оплачивают никакие коммунальные услуги. Есть категория жильцов, которая вселена была без каких-либо документов еще до передачи этого общежития в ведение Кубанского государственного технологического университета.



Евгений Титов : Однако в разряд выселенцев попадают и те, у кого документы есть. 17 марта судебные приставы выселили супругов Малышевых, имевших в общежитие прописку. Бывший адвокат жильцов Людмила Александрова подозревает, что Кубанский технологический университет вообще не имеете права подавать судебные иски о выселении. Здание общежития находится в федеральной собственности и принадлежит Росимуществу. Университет утверждает, что Росимущество передало ему здание на праве оперативного управления. Однако документы, подтверждающее это право, КубГТУ не предоставляет, говорит Людмила Александрова.



Людмила Александрова : У меня сложилось мнение, что подлинника свидетельства о праве оперативного управления не существует вовсе. Поскольку даже по судебному запросу КубГТУ этот подлинник не предоставил. Нет договора между федеральным имуществом и КубГТУ о передаче этого здания в оперативное управление Кубанскому технологическому университету.



Евгений Титов : Предоставить подлинники документов в Кубанском технологическом университете не смогли и корреспонденту. Оспорить право ВУЗа управлять зданием жильцы пытаются в суде, но городской суд Туапсе не принимает иски к рассмотрению.


Между тем, сейчас в Туапсе летний сезон. Жильцы общежитий рассказывают, что часть комнат сдана отдыхающим. Гостиничный бизнес на побережье – дело весьма доходное.



В эфире Самара, Сергей Хазов:



Самара стала городом открытий для американской аспирантки Кейт Брайт из университета Вастербильд. В Самару Кейт приехала, чтобы собрать материал для своей диссертации по социальной экологии. Самарский регион давно стал модельным регионом для экологов всего мира. Кейт Брайт намерена сравнить Самару с родным штатом Тенесси. «Самарцы не соблюдают экологическую культуру», - рассказала Кейт Брайт.



Кейт Брайт : Самара далеко не идеальный в экологическом плане город. Самара отличается от европейских городов, тем, что люди здесь часто мусорят прямо на улицах. Но есть и совершенно замечательные места – например, национальный парк «Самарская Лука». По всему миру, в том числе, и в Соединенных Штатах, люди волнуются о такой экологической проблеме, как глобальное потепление, чего нельзя сказать о самарцах, которым эта проблема совершенно не интересна.



Сергей Хазов : Как эколог, Кейт Брайт занимается в Самаре волонтерской деятельностью – общается с учеными из местного экологического общества, студентами и простыми самарцами. Главная миссия Кейт – узнать об отношении самарцев к проблемам экологии и научить людей любить природу.



Кейт Брайт : Я специально приехала в Россию, чтобы научить россиян и рассказать россиянам о защите окружающей среды. Естественно, я тоже буду учиться у русских, и какие-то знания привезу с собой из России в Соединенные Штаты.



Сергей Хазов : Далеко не все самарцы считают свой город грязным. Порой даже экологи вступают в научную полемику, говоря, что Самара – самый чистый город России. Говорит эколог Алексей Цветков.



Алексей Цветков : Я думаю, что это американская политика взглядов, потому что у них тоже мусора много именно в своих городах – и в Нью-Йорке, и в Вашингтоне, где угодно. Поэтому акцентировать чисто на Самаре нельзя, потому что чисто в городе. Вы найдите где-нибудь бутылку, просто валяющуюся, пачку сигарет. По большому счету нет, на улицах это нигде не валяется. Вы зайдите в Нью-Йорк! Я был в Нью-Йорке. В Нью-Йорке посмотрите сколько свалок. Любой крупный город без свалок не может.



Сергей Хазов : Впрочем, у большинства самарских экологов и простых горожан более пессимистичные оценки насчет чистоты Самары и состояния окружающей среды. Преподаватель биологии Василий Рыжиков рассказывает, что возмущен тем, что в людях еще сильны советские привычки мусорить, где попало, совершенно не заботясь о чистоте.



Василий Рыжиков : У немцев или японцев бросил не в ту урну не тот мусор, пожалуйста, штраф. Также и у нас надо. По-другому никак.



Сергей Хазов : Продолжает самарчанка Ольга Котова.



Ольга Котова : Сами люди не очень аккуратные. Все бросают окурки, бумажки, пачки от сигарет, банки. Очень грязно. Даже чуть-чуть непогода, здесь такая грязь! Перейти невозможно. Особенно там, где я живу, 11 микрорайон, у нас вообще невозможная грязь – и в подъездах, и во дворах, и в управлении ЖУ. Ходишь жаловаться, вообще, не реагируют на это.



Сергей Хазов : Говорит эколог Татьяна Самойлова.



Татьяна Самойлова : Выезжаю за город, вижу, как после массовок, что остается. Мусор. Поели, попили и домой.



Сергей Хазов : Побывав не только в Самаре, но и в городах-спутниках, таких, как Чапаевск, Новокуйбышевск и Тольятти, аспирант-эколог из Соединенных Штатов Кейт Брайт попыталась ответить на вопрос - что нужно, чтобы жители России бережнее относились к природе?



Кейт Брайт : Россиянам необходимо экологическое образование, которое в России очень хорошее. Второе – нужны правительственные инвестиции в инфраструктуры, охраняющие природу, это прямая обязанность государства, и оно должно их выполнять. В-третьих – необходимы информационные кампании, рассказывающие об экологии в различных средствах массовой информации.



Сергей Хазов : Аспирантку-эколога из Америки очень удивило, что в Самаре на телевидении нет ни одной программы, в научно-популярном стиле рассказывающей об экологии. Также Кейт Брайт удивило, как люди мусорят во время отдыха на самарском пляже, где очень мало урн для мусора. Самым радостным впечатлением для Кейт стало путешествие в Жигулевский заповедник, где по ее словам, экосистема сохранилась в первозданном виде. После Самары аспирантка-эколог отправится в Сибирь, где продолжит изучать экологические проблемы России.



В эфире Суйда, Татьяна Вольтская:



Первый областной фестиваль лоскутного шитья «Лукоморье» прошел в поселке Суйда Гатчинского района Ленинградской области, в музее-усадьбе «Суйда». Феерическая выставка лоскутных чудес расположилась в бывших хозяйственных постройках рядом со старой ганнибаловской усадьбой. Самые эффектные покрывала, которые на самом деле, конечно, никакие не покрывала, а настоящие панно, являли собой импровизированный задник сцены. Мне удалось поговорить со многими участниками фестиваля – а их со всех концов России приехало больше 100. Вот как начала заниматься этим Неля Андреевна Петрова.



Неля Петрова : Я 13 лет занимаюсь лоскутным творчеством. Я ездила на фестивали на все российские. Восемь персональных выставок у меня, лауреат я. ( Смеется ) В общем, большая и сильно заслуженная. Я очень люблю это творчество лоскутное. Это доставляет мне большое удовлетворение. Это моя жизнь. Я пришла к этому, когда вышла на пенсию. Года четыре прошло, я услышала, что в Этнографическом музее выставка лоскутного шитья маленького клубика. Я туда пошла, познакомилась. Мне понравилось. Я как-то вошла. Потом поняла, что мне это очень нравится. Без этого я жить не могу, тем более я творю только руками, не машиной.



Татьяна Вольтская : Клуб «Отрада существует уже 8 лет», и Алла чувствует себя там очень хорошо.



Алла : Мы собираемся, осваиваем новые технологии, методики, участвуем в выставках. В прошлом году мы были во Владимире. Сейчас мы здесь в «Лукоморье» участвуем. У меня и мама, и бабушка, и сестра все время занимались рукоделием. Мне это очень знакомо. Я выросла в такой семье. Сестра занимается одним творчеством, а мне вот ближе занятие лоскутной техники.



Татьяна Вольтская : Как все сошлись в один клуб, объясняет Елена Кузнецова.



Елена Кузнецова : Каждый занимался понемножечку сам. Это такая техника, это такое рукоделие, когда очень хочется, во-первых, свои работы показать, а потом посмотреть, а что же делают другие. И невольно ищешь какие-то контакты. Мы объединились 8 лет назад. Как-то так случайно. Видимо, что-то там наверху есть, что нас соединило.



Татьяна Вольтская : В клубе «Отрада» состоит и Людмила Ракша. Как вы пришли к вашему увлечению?



Людмила Ракша : У меня в детстве было лоскутное одеяло, сделанное бабушкой треугольничками. Почему-то мне всегда так хотелось самой это сделать. В конце концов, я сначала в Москве училась, небольшой курс прошла, а потом в Петербурге тоже на 10 занятий походила. В 1993 году познакомились с Аллой мы уже. Тоже два раза во Владимире была и вот здесь.



Татьяна Вольтская : Приехал и клуб «Новоторжские мастера» из Торжка, его руководитель Неля Казимировна Савельева.



Неля Савельева : Вообще, лоскутом лично я занимаюсь очень давно, лоскутным шитьем. Я очень рада, что наконец-то я нашла в нашем городе, который у нас славится большими видами рукоделия – это, прежде всего, визалотное шитье, вышивка, бисер, но вот как-то лоскутного не было. Поэтому я очень рада, что наш клуб развивается. У нас есть девочкам, которым и 20 лет, и бабушки, которым уже за 70. Мало того, есть еще люди-инвалиды. Им нужно какое-то отвлечение. Это помогает.



Татьяна Вольтская : Пиджак сами шили?



Неля Савельева : Обязательно – и пиджак, и бусы. Все мы делаем – и носильную одежду, и панно, и всевозможные украшения.



Татьяна Вольтская : Честно говоря, именно эти невероятные пиджаки и платья, в которых приехали в Суйду искусницы из разных городов, впечатлили меня больше всего. Да, конечно, на выставке глаза разбегаются от лоскутных картин – кстати, там масса литературных тем – встречаются лоскутные Набоков, Ахматова, Гумилев, не говоря о пушкинских сюжетах, популярных, наверное, не менее чем птица Алконост и Сирин и всевозможные деревенские пейзажи поразительной красоты. Есть даже лоскутные ширмы и лампы. Но именно то, что женщины приехали показать себя издалека, даже с Камчатки, в своей рукотворной одежде, говорит о том, что это искусство живое. Кстати, такие фестивали уже традиционно проводятся в некоторых российских городах, но здесь, на гатчинской земле лоскутное «Лукоморье» раскинулось впервые.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG