Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Необыкновенные американцы» Владимира Морозова: Джон Бэйкер из дома престарелых.





Александр Генис: На этот раз Владимир Морозов в своей авторской рубрике «Необыкновенные американцы» знакомит наших слушателей с Джоном Бэйкером из дома престарелых.


Джон Бэйкер: Ехал я по дороге. И вдруг машина, которая шла передо мной, стала раздваиваться. Как будто одна стоит на крыше другой. Я - врач и сразу понял, что надо делать. Закрыл один глаз, и машина перестала двоиться. Так я и доехал до дома, с закрытым глазом.




Владимир Морозов: Джон пошел к специалистам. Подлечим, но прежнего зрения уже не вернуть и работу придется оставить. Врач отоларинголог зарабатывает в Америке меньше хирурга, но Джону хватало, чтобы вырастить и оплатить образование троих детей. Жена при этом сидела дома.



Джон Бэйкер: Когда я простился с работой, пришлось хотя и с потерями, но срочно продавать все мои инструменты, врачебный кабинет и просторный дом.



Владимир Морозов: Они переехали в дом поменьше. Было это аж в 1979 году. Ему только что исполнилось 65 лет. В этом возрасте американские врачи считают, что они еще в полном рассвете сил и по своей воле на пенсию не уходят. Джон, сколько вам сейчас лет?




Джон Бэйкер: Мне 94 года.




Владимир Морозов: Чем он занимался последние 29 лет? Сначала просто вылезал из депрессии. Потом открыл офис, где давал советы, как надо встречать старость, как следить за здоровьем, как считать и тратить деньги. Потом написал книгу, которая называется «Есть ли у врача жизнь после того, как он простился с медициной». Джон, а у вас есть какие-то серьезные жалобы на здоровье?



Джон Бэйкер: Мне 94 года. У меня серьезно ослаблен слух, зато есть отличный слуховой аппарат. Когда я был молодым, то постоянно страдал от болей в спине. Но вот 30 лет упражнений - и теперь моя спина чувствует себя лучше чем, когда я был молодым.




Владимир Морозов: Каждый день он обязательно гуляет по улице. Минут 30. Любит бродить один. Ему есть что вспомнить.




Джон Бэйкер: Вот эта фотография сделана в 1945 году. Я был капитаном медицинской службы. Только что вернулся из Европы. Где я был, когда Америка вступила в войну? Когда японцы напали на Пирл-Харбор? В воскресенье 7 декабря 1941 у меня был выходной. И вдруг звонят и вызывают в больницу. У пациента что-то серьезное с ушами. Я тогда работал в городе Олбани. Осмотрел я больного, а тут приходит другой врач и говорит, что по радио сообщили про Пирл-Харбор.




Владимир Морозов: С войны из Европы он чуть ли не каждый день слал письма своей будущей жене. Часто - стихами. Вы помните какие-нибудь из этих стихов наизусть?




Джон Бэйкер:


Ночь была тихой и мягкой,


Как рука врача.


Он лечит тело,


Но вам становится лучше


Уже от одного его прикосновения.




Владимир Морозов: Сегодня, через 63 года, что вы думаете о решении президента Трумэна сбросить атомную бомбу на Японию?




Джон Бэйкер: Он оказал мне неоценимую услугу. Моя часть как раз готовилась к отправке в Японию. Я знаю, что Трумэна до сих пор ругают за атомные бомбы. Да, конечно, это было негуманно. Знаете ли, война, она, вообще, не гуманна. По подсчетам специалистов, без атомной бомбы мы потеряли бы в войне с Японией до миллиона человек. Я мог оказаться в их числе.





Владимир Морозов: Я знаю, что перед сном вы любите читать. Что читали в этот раз?




Джон Бэйкер: Сейчас я читаю про жизнь Джона Адамса. Каждый вечер. Автор - Дэвид Маккаллоу. Мы будем обсуждать эту вещь в кружке «Великие книги», который работает в нашем доме престарелых. Я там руководитель. За несколько лет мы причитали все - начиная с греческих трагедий, и кончая «Сердцем тьмы» Джозефа Конрада. И Маркеса «Сто лет одиночества». Эту вещь я читал три раза. Первый раз - много лет назад, когда мой сын, тогда еще студент колледжа, вдруг позвонил и сказал: прочти «Сто лет одиночества».




Владимир Морозов: Джон, вам 94 года. Вы помните свой первый сексуальный опыт?




Джон Бэйкер: Да, мне было 19-20 лет, это случилось в публичном доме. Мы, студенты, постоянно говорили о сексе. Он надвигался на нас, как экзамен на зрелость. Как было дело в публичном доме? Не слишком хорошо, потому что я все думал, как бы поскорее оттуда уйти. Я был так перепуган…




Владимир Морозов: В своих мемуарах Джон пишет, что был сексуально активен до смерти жены, а это случилось 18 лет назад. Ему было 76 лет.




Джон Бэйкер: Вы стареете, и ваша сексуальная жизнь меняется. Но в возрасте 70-80 лет 40 процентов мужчин способны испытывать оргазм, вести нормальную половую жизнь. Если есть жена или подруга. Только не ждите, что все будет как тогда, когда вы были юношей.




Владимир Морозов: Он хотел бы прожить подольше. Но в случае серьезной болезни или полной немощи готов ускорить свою смерть. Хотя, смеется, Джон, для этого придется ехать в штат Орегон. Только в этом штате есть закон, по которому в определенных условиях врач имеет право выписать пациенту медикаменты, которые вызывают безболезненную смерть. После введения этого закона, рассказывает Джон, в Орегоне сильно сократилось число смертельно больных людей, которые заявляют врачам, что хотели бы расстаться с жизнью. Но почему это произошло?




Джон Бэйкер: Когда человек знает, что он имеет право и возможность остановить свою жизнь в любой момент, то уже только одно это знание само по себе улучшает настроение пациента, он лучше реагирует на лекарства. Становится веселее. Одно сознание того, что тебе не придется страдать, улучшает эти последние годы или недели жизни. Люди должны иметь возможность принять смерть при помощи врача. Я не называю это самоубийством.




XS
SM
MD
LG