Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Отношения с Россией – приоритет, но абхазская независимость важнее. Интервью с министром иностранных дел Абхазии Сергеем Шамбой


Ирина Лагунина: В понедельник министр иностранных дел Абхазии Сергей Шамба заявил, что Абхазия готова рассмотреть вопрос о возвращении грузинских вынужденных переселенцев в Абхазию. Встреча между грузинской и абхазской делегациями должна была состояться в Берлине 30-31 июля, но была отложена по просьбе абхазской стороны. Вообще Абхазия, сначала категорически отвергнув план мирного урегулирования, предложенный международным сообществом, затем отнеслась к нему – по крайней мере, на официальном уровне – более снисходительно. Но все равно пытается задать свою повестку дня. Сергей Шамба отвечает на вопросы нашего специального корреспондента в Абхазии Андрея Бабицкого.



Андрей Бабицкий: Сергей Миронович, последние три месяца Абхазия стала центром внимания переговорщиков разных уровней, каждый день сюда приезжают представители международных организаций, западные послы. Это реакция на действия России на отмену санкций или какие-то другие интересы есть у запада в этом регионе?



Сергей Шамба: Последнее время интенсивнее визиты стали. Это связано с общей ситуацией, особенно после Косово, когда уже совершенно очевидным стало, что совершенно невозможно игнорировать проблему нашу, она становится актуальнее после Косово, как было отмечено фактически на европейском пространстве, это следующая проблема, которая вслед за Косово сразу возникает. И тут целый ряд обстоятельств. И напряжение ситуации, которое стало здесь возникать, потому что и Грузия, и Абхазия стали заинтересованы в том, чтобы вывести из замороженного состояния этот процесс. Мы заинтересованы в размораживании его, потому что считаем, что нужно решать. После Косово создаются все объективные обстоятельства для этого. Грузия тоже считает, что надо разморозить, потому что тоже считает, что нужно решать, потому что всякое затягивание, с их точки зрения, играет не в их пользу. Обострение ситуации беспокоит многих, в частности, европейцы, Европейский союз активизировался, потому что хочет усадить стороны за стол переговоров, опять заморозить ситуацию на долгие годы. Что, собственно, предлагает план, разработанный господином Штайнмайером, предусматривающий поэтапное решение проблемы. Это фактически растягивание проблемы на долгие годы. Это желание избежать конфронтации и успокоить ситуацию хотя бы за счет такого тягучего бесперспективного процесса.


Конечно, если нас не будут признавать, это означает, что перспективы в том, что мы обостряем и фокусируем внимание на проблеме, надежды на это иллюзорные становятся. Те шаги, которые делает Россия в этой ситуации, вызывают беспокойство. Потому что на самом деле, не признав Абхазию, Россия сделала существенные шаги по сближению. Можно сказать, что до признания остался один маленький шаг. Это тоже беспокоит европейцев, которые поддерживают территориальную целостность Грузии и, видимо, им невыгодно, чтобы Россия в одностороннем порядке могла менять сложившуюся картину определенную. Россия совершенно очевидно сделала шаги, уже картину нельзя рассматривать в прежнем ракурсе, как замороженную. Она все больше и больше демонстрирует свое развитие. Потому что указ, который сделал, будучи президентом, Владимир Владимирович, который определяет стратегию взаимоотношений России и Абхазии. То, что написано в этом указе, фактически дает возможность развивать отношения в сторону признания. Потому что там записано о признании документов, которые в Абхазии издаются, а значит и паспортов, говорится об открытии представительств, которые на начальном этапе имеют характер не дипломатический, но развитие будет вести все равно к этому, и многое другое, экономические взаимоотношения, гарантии безопасности, о которых идет речь.



Ирина Лагунина: На вопросы нашего корреспондента в Абхазии Андрея Бабицкого отвечает министр иностранных дел республики Сергей Шамба. Вероятно, стоит здесь вспомнить о том, что включает в себя план министра иностранных дел Германии Франка Вальтера Штайнмайера, на который Россия сначала отреагировала категорически отрицательно, а потом в целом приняла. Вот слова российского министра иностранных дел Сергея Лаврова после встречи с немецким коллегой:



Сергей Лавров: Обсуждается предложенный германской стороной Франком Вальтером Штайнмайером план, трехэтапный план урегулирования ситуации. И мы считаем, что концептуальный подход абсолютно верен.



Ирина Лагунина: Лавров также заметил, что полностью согласен с немецким коллегой: надо интенсифицировать работу так называемой Группы друзей Генерального Секретаря ООН по решению абхазского конфликта, в которую входят Британия, Франция, Германия, Россия и Соединенные Штаты. Председателем группы является Германия.


Напомню также, что представляет собой план, предложенный Штайнмайером. Он состоит из трех фаз. В ходе первой Грузия и Абхазия обязываются не применять против друг друга и не угрожать другу с помощью военной силы. Одновременно с этим в Абхазию возвращаются грузинские беженцы, покинувшие район в ходе вооруженного конфликта в 1992-1993 годах. Вторая фаза, которая может начаться приблизительно в 2010 году, - это фаза восстановления. И только на третьей и финальной стадии стороны начнут обсуждать статус Абхазии в составе Грузии. Абхазия и Россия настаивают на том, чтобы Грузия подписала обязательство не прибегать к военной силе еще до начала переговоров и вывела части Министерства внутренних дел из Кодорского ущелья. Заместитель госсекретаря США Мэтью Брайза, отвечающий за евразийское пространство, назвал в интервью Радио Свобода это требование неприемлемым.



Мэтью Брайза: Это неприемлемо для любой стороны - отдать противоположной стороне основную разменную монету еще до начала переговоров. Это плохое условие для начала диалога. Грузинская сторона ясно заявила: Мы готовы предложить гарантии неприменения силы в качестве разменной монеты в ходе более широкого диалога.



Ирина Лагунина: Полностью интервью с Мэтью Брайза далее в этом выпуске. А сейчас вернемся к беседе с министром иностранных дел Абхазии Сергеем Шамбой, которую записал наш специальный корреспондент в республике Андрей Бабицкий.



Андрей Бабицкий: Ваша внешняя политика определена вашим президентом как многовекторная. Насколько я понимаю, это означает, что Россия в этом контексте не может рассматриваться как единственный гарант независимости Абхазии, то есть Абхазия готова на сотрудничество с любым партнером, который ей поможет продвинуться в этом направлении.



Сергей Шамба: Да, на самом деле это наша внешнеполитическая линия был провозглашена президентом, мы ее стараемся реализовывать. Мы видим, где реально можно выстраивать отношения, даже в перспективе надеяться на договор о гарантиях безопасности. Кстати говоря, новые отношения с Россией открывают возможность для заключения такого договора тоже. Вместе с тем мы хотим участвовать в диалоге со всеми нашими соседями. Нашими соседями являются Европейский союз, нашим соседом является Турция, нашим соседом является Грузия. С Грузией мы должны вести диалог, потому что много проблем существует. На первоначальном этапе, когда мало знали реальную ситуацию в Абхазии, мировое сообщество, европейское сообщество было под воздействием грузинской пропаганды, которая больше возможностей имела донести свою позицию. Здесь складывалось впечатление, что Абхазия не имеет собственных интересов, что Абхазия просто марионетка в руках России, которая не хочет допустить развития грузинской государственности, независимого демократического грузинского государства и использует в этих целях Абхазию и Южную Осетию. При этом никто не знал, что у нас есть давние собственные коренные интересы, мы всю историю боремся за утверждение своей идентичности, за сохранение государственности. Потом создавали впечатление, что абхазы фундаменталисты исламские, дикие горские племена и прочее. На самом деле, чем больше интерес к Абхазии проявляется, а он, очевидно, имеет массовый интерес, к нам постоянно приезжают эксперты, журналисты европейские, со всего мира картина меняется. Понимание того, что здесь происходит.



Андрей Бабицкий: Представители НПО высказывают такие опасения, что идет процесс интеграции Россия - Абхазия и что он может зайти так далеко, что Россия попытается экспортировать сюда свою политическую систему, а в общем представителям гражданского общества перспектива не очень улыбается, потому что все-таки в России сложилась такая мягкая, жесткая, по-разному оценивают, авторитарная система. И при том, что здесь достигнут уровень демократических свобод, менять это все дело на параметры российского режима людям, которые привыкли к демократии, не очень хочется. Еще говорят, что многие чиновники вполне благожелательно относятся к этому влиянию, готовы его поддерживать.



Сергей Шамба: Как я сказал, угроз много для маленького государства. Наша задача найти такую золотую середину, как пройти по лезвию, чтобы не свалиться ни в одну пропасть, ни в другую. Мы заинтересованы и в самых хороших взаимоотношениях с Россией, потому что гарант нашей безопасности, и в то же время мы должны сохранять наши завоевания. Мы пока что стараемся балансировать. Мы и в дальнейшем будем делать. Конечно, разные существуют мнения, и в руководстве есть разные мнения. Кто-то считает, что присоединение к России большее благо для Абхазии. Но нужно сказать, что референдум, который проходил в 99 году, показал, что более 90% населения за независимую Абхазию, и этим определяется все наше будущее.



Андрей Бабицкий: Все-таки относительно России, она кажется отсюда каким-то не стабильным партнером, хотя отношения становятся лучше, она все больше степени старается поддерживать Абхазию. Вместе с тем можно представить себе: улучшаются отношения России с Западом, и Абхазия вполне может стать жертвой улучшения этих отношений. Ухудшаются отношения, Абхазия может стать линией фронта. В этом нет чувства дискомфорта для людей, которые здесь живут, для тех, кто понимает ситуацию?



Сергей Шамба: Это наша постоянная проблема – наше географическое положение. Наш регион в геостратегическом плане вызывает большой интерес, исторически всегда вызывал, поэтому всегда внешние силы боролись за виляние. Конечно, мы всегда были жертвами этой борьбы. И от того, насколько удачно вписывались, выбирали правильно вектор, зависели взлеты нашего государства и падения. Разные были периоды в нашей истории. Поэтому все это существует, это будет существовать и это происходит вне зависимости от наших желаний. Мы были ориентированы на Россию в наше постсоветское время, даже в то время, когда российское руководство действовало против наших интересов. Но были значительные сил и особенно массы людей, которые нас поддерживали. И это не дало возможности переориентироваться общественному мнению. Сегодня мы видим, что меняется картина, и влияние России растет в этом регионе, по крайней мере, совершенно очевидно. Мы оцениваем все, что происходит в мире, и считаем, что мы правильный путь выбрали. Мы считаем, что Россия идет по дальнейшему развитию и укреплению своего влияния. И она будет успешно конкурировать и в большей степени вытеснять других. С учетом внешних факторов такая линия выстроена, мы о ней говорила, что наша политика многовекторная, но с однозначным приоритетом, ориентированным на Россию.



Ирина Лагунина: С министром иностранных дел Абхазии Сергеем Шамбой беседовал наш специальный корреспондент Андрей Бабицкий.


XS
SM
MD
LG