Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Караджич предстал перед Гаагским трибуналом


Перед судьями международного трибунала бывший лидер боснийских сербов предстал в более традиционном виде

Перед судьями международного трибунала бывший лидер боснийских сербов предстал в более традиционном виде

Бывший лидер боснийских сербов Радован Караджич в четверг предстал перед Гаагским трибуналом. Ему зачитаны выдвигаемые против него обвинения. Дать ответ, признает ли он себя виновным, он должен на следующем заседании суда, назначенным на 29 августа.


Только что вернувшийся из Белграда журналист Драган Штавльянин рассказал РС о том, как воспринимают происходящее жители Сербии.


- Почему процесс над Караджичем не проводится в самой Сербии?


- Сербия сама не может судить Караджича, поскольку связана договоренностью с Гаагским трибуналом о выдаче лиц, которые разыскиваются международным правосудием. От выполнения этих обязательств зависят отношения Белграда c Европейским Союзом, членства в котором добивается Сербия. Караджич – один из главных обвиняемых трибуналом, и никогда не было никаких оснований полагать, что из Гааги передали бы его дело на рассмотрение суду в Боснии или Сербии, как это происходило в некоторых других случаях. Как раз многолетние уверения Белграда о том, что власти Сербии не имеют понятия о том, где скрываются Караджич и Младич (Ратко Младич, ранее командовавший военными формированиями боснийских сербов – РС), вызвали кризис в отношениях страны с западным миром.


- Стал ли арест Караджича стечением обстоятельств, заслугой спецслужб или следствием того, что возникли политические предпосылки для принятия соответствующего решения?


- На эту тему можно сколь угодно долго спекулировать. Думаю, и то, и другое, и третье – вопрос в том, какие обстоятельства оказались решающими. В жизни бывают случайности, однако не думаю, что в столь деликатной политической ситуации речь шла о простом стечении обстоятельств. Годами Белград твердил, что не располагает информацией о местонахождении Караджича и Младича, и никто ему не верил. На мой взгляд, огромное значение сыграла кадровая чистка, которую президент Борис Тадич предпринял в службах безопасности, прежде всего в военной разведке. Старые кадры (я имею в виду не столько людей, работавших еще при Милошевиче, сколько офицеров и чиновников с националистическими взглядами) – наверняка не только знали, где скрываются беглецы, но и оказывали им поддержку. Ставки в этой игре для Тадича оказались чрезвычайно высоки – это даже не судьба обвиняемых, а судьба Сербии, ее европейское будущее. Что же касается конкретных обстоятельств операции, то, вероятно, до конца всю правду никто никогда не узнает. Пока премьер-министром Сербии был Воислав Коштуница, политической готовности сотрудничать с трибуналом не существовало. После смены власти такая готовность появилась.


- Если Тадичу удалось взять под контроль ситуацию в службах безопасности, почему генерал Младич до сих пор на свободе?


- Потому что чистка еще не закончилась. Тадич поставил во главе спецслужб лояльных идеям демократии людей, однако нельзя гарантировать, что в этих организациях и сейчас не работают лица, симпатизирующие Караджичу и Младичу. В конце концов, сеть поддержки обвиняемых могут формировать и отставные сотрудники спецслужб или армейские офицеры с большим опытом, профессионалы. Арест Караджича может парадоксальным образом осложнить арест Младича: генерал станет еще более осторожным. Не забывайте: Младич у многих офицеров пользовался большой популярностью. Не думаю, что у него остались иллюзии насчет того, что он вот так просто может превратиться в доктора альтернативной медицины. Он другой тип человека, военного человека, решительный, может быть, готовый идти до конца.


- При всей серьезности ситуации – не нужно забывать, что Караджича обвиняют в тяжких преступлениях – вокруг его ареста и ставших достоянием гласности обстоятельств его жизни в последние годы развернулся настоящий цирк…


- Ситуация действительно очень многослойная. Тем, кто пытается оценить ситуацию непредвзято, ясно: сербы в Боснии совершали преступления, и кто-то за эти злодейства должен быть наказан. Однако в деталях обвинение против Караджича можно и оспорить: сколько именно мусульман убито в Сребренице, какую роль в освещении конфликта сыграла пресса, почему в трибунале не вспоминают о сотнях или даже тысячах сербов, которые были убиты в Сребренице, ну и так далее. В последние месяцы в Гааге вынесено по крайней мере два приговора, которые в Сербии встречены, мягко говоря, с непониманием – освобождены боснийский командир Насер Орич и один из албанских военных лидеров Рамуш Харадинай. Детальных разъяснений, почему они признаны невиновными, в местной прессе нет. Отсюда разговоры о пристрастности трибунала, о том, что там строго судят только сербов. Многие в Сербии вообще так устали от политики, что их не волнует ни Караджич, ни трибунал. Однако чем больше времени проходит со времени войны, тем больше становится людей, которые отдают себе отчет в том, что Сербии все-таки придется рассчитаться по самым неприятным счетам.


Показать комментарии

XS
SM
MD
LG