Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему все больше осетин не хотят быть россиянами


Ирина Лагунина: Посол по особым поручениям российского министерства иностранных дел Юрий Попов заявил, что Москва готова защищать российских граждан, живущих в Южной Осетии. Начиная со 2 августа, почти каждый день происходят взаимные обстрелы южноосетинской и грузинской сторон. Между тем среди жителей Северной и Южной Осетии по-прежнему остаётся популярной идея объединения республик. Более того, в последнее время представители осетинской общественности стали обосновывать возможное объединение сепаратистскими взглядами. После бесланской трагедии, как отмечают наблюдатели, заметно увеличилось число осетин, допускающих выход республики из состава России. Со сторонниками и противниками этой идеи побеседовал наш корреспондент Олег Кусов.



Олег Кусов: Северную Осетию с давних пор называют российским форпостом на Северном Кавказе. После развала Советского Союза сепаратистские тенденции в регионе значительно усилились – антироссийские лозунги стали звучать не только в Чечне, но и в Ингушетии, Кабардино-Балкарии. С Северной Осетией, напротив, у Москвы отношения в постсоветский период оставались стабильными. Даже несмотря на вооружённый конфликт в Пригородном районе октября 1992 года, который, по мнению многих общественных деятелей республики, Кремль имел возможность предотвратить, но по каким-то соображениям этого не сделал.


Несмотря на ровные отношения между Москвой и Владикавказом, с недавних пор местные политики и эксперты стали замечать появление сепаратистских настроений и в североосетинском обществе. Например, не так давно в республиканской прессе появился манифест общественного деятеля, инициатора создания движения под названием «Против Путина» Виссариона Асеева. В манифесте он поставил вопрос об образовании независимого осетинского государства на территориях Северной и Южной Осетии. Виссарион Асеев утверждает, что многие его соотечественники эту идею поддержали, но сотрудники местного Управления ФСБ и прокуратуры республики попытались обвинить его в экстремизме. Говорит Виссарион Асеев.



Вассарион Асеев: Цель осетинского политика – создание суверенного процветающего демократического осетинского государства любыми средствами. И вот вокруг этого эпилога развернулась дискуссия и действия репрессивных органов ФСБ, прокуратуры. Они усмотрели в этом признаки экстремизма, в частности, сепаратные действия, призывы к отделению насильственному от России, то, чего не было. То, что я объяснял прокурорам, в следственном комитете, что насилие я не приемлю, как не просто форму решения всех проблем, насилие мне неприемлемо. Говорить в правовом поле, там четкое определение об экстремизме, что подразумевается под этим понятием, то есть это призывы к насильственному изменению государственного строя, этого у меня в манифесте, конечно, нет. Русский политик думает о создании русского государства, российский политик о российском государстве, осетинский политик должен думать об осетинском государстве. Государство не возникает за один день или по желанию одного человека. Мы выражаем мнение окружающих нас людей. Вот это нас отличает от тех, кто на сегодняшний день представлен в парламенте в республике Осетия.



Олег Кусов: Среди единомышленников Виссариона Асеева – общественные активисты, представители научной и творческой интеллигенции Северной и Южной Осетии. Бывший первый заместитель председателя Верховного Совета Южной Осетии, доктор исторических наук Алан Чочиев согласен с Асеевым в главном, но всё же он не верит, что в обозримом будущем какой-либо республике удастся выйти из состава России.



Алан Чочиев: Саму идею я воспринимаю спокойно. Когда-то было время, когда Осетия не была в составе России, это было очень давно. Когда-то она туда вступила и когда-то, наверное, будет возможно, что ее не будет в России. С другой стороны, если оценивать реально ситуацию, реальной возможности выйти из состава России, я так думаю, на Северном Кавказе пока ни у кого нет.



Олег Кусов: И в Грузии опасаются идеи объединения двух Осетии и создания на их основе независимого государства. Ещё в годы правления Звиада Гамсахурдиа южные осетины противостояли грузинским формированиям под лозунгом образования «Единой Алании». Именно это обстоятельство, по мнению тбилисского политолога Арчила Гегешидзе, сдерживало в те годы и Москву от масштабной помощи осетинам.



Арчил Гегешидзе: Заинтересованность или же поведение, характер отношения России к осетинскому конфликту в Грузии отличен от характера отношения к абхазскому конфликту. Потому что все-таки там осетинские идеи независимости и объединение Алании логически ведет к идее независимости Алании, то есть выделения из состава России. Поэтому объединение двух Аланий, двух Осетий Россия не поддерживала. Поэтому помощь осетинским сепаратистам не была такой очевидной и такой масштабной, как абхазским сепаратистам, это чувствовалось в 90-х годах. А после чеченских событий, видимо, националистические идеи затухли в Северной Осетии и на какое-то время ситуация в этом отношении успокоились.



Олег Кусов: Сепаратистские идеи вновь появились в Северной Осетии после трагедии в Беслане, так считает первый заместитель председателя Верховного Совета Южной Осетии, доктор исторических наук Алан Чочиев.



Алан Чочиев: Людей в Беслане убили по вине Путина, то есть Путин принял решение окончательное, связанное со штурмом школы. В итоге это привело к потере этих детей, их смерти. Я так думаю, не я один, сейчас многие аналитические вещи и экспериментальные вычисления были сделаны по взрывам и прочее и добавлено, что да, дети погибли в основном не от террористов, а от освободителей. Я могу сказать, что среди молодежи. Которая очень аполитична была в Северной Осетии, поразительно аполитична была всегда, после бесланских событий я уже слышу такие вещи, которые меня заставляют делать другие оценки. То есть я начинаю понимать, что среди молодежи Северной Осетии есть весьма антироссийские настроения, не антирусские в национальном смысле, а антироссийские настроения, антикремлевские. Потому что они не против России вообще говорят, а они говорят против конкретных персон, которые в Кремле.



Олег Кусов: К тому же в Северной Осетии убеждены, что Кремль препятствует расследованию обстоятельств теракта в бесланской школе. Это только убеждает жителей республики в том, что тогдашние российские руководители виновны в трагедии, полагает Алан Чочиев.



Алан Чочиев: Это как раз подтверждает, что эта их апелляция с обвинением Кремля правильная, а потому они никого не наказывают, что исполнители выполняли приказ.



Олег Кусов: Сторонники выхода северокавказских республик из состава России не учитывают экономического фактора, замечает бывший председатель Верховного Совета России профессор Руслан Хасбулатов.



Руслан Хасбулатов: Я сейчас рассуждаю не с точки зрения политика, а как профессионального экономиста. Сейчас мир глобализирован, мир интегрируется. Посмотрите, Европейский союз, скоро уже будет 30 государств. Все хотят объединяться, все хотят интегрироваться. Прежде всего из экономических соображений, прежде всего из соображений того, чтобы улучшить положение людей. И естественно, что сообща решать экономические задачи всегда выгоднее, лучше, эффективнее решать эти задачи. А тут, когда рассуждают – вот, нам надо уйти. Знаете, экономически, во-первых, нецелесообразные рассуждения, непроверенные, несерьезные. Конечно, они направлены в политическом, социальном смысле не на пользу народу. Я даже говорю не с каких-то геополитических позиций, не со стороны интересов безопасности. Как многие говорят: ах, это нам неинтересно, кто-то станет базой военной и прочей. Я даже не с этих позиций, я имею в виду с позиций простых людей.



Олег Кусов: Это было мнение Руслана Хасбулатова.


Современные российские руководители не способны решить проблему сепаратизма на Северном Кавказе, более того, своими необдуманными действиями они эту проблему только усугубляют, несмотря на традиционные факторы сближения между русским народом и северокавказскими этносами. Так считает Виссарион Асеев.



Виссарион Асеев: На сегодняшний день даже те элементарные признаки федерализма, которые были заложены в принцип образования российского государства, после Беслана они перестали существовать. Один из элементов государственности – самостоятельность, суверенность, способность выбирать самостоятельно власть. Мы были лишены этого моментально. На самом высшем уровне этой правящей касты сегодня такая идея вызывает опасения. В принципе федерализм в России невозможен. Федерализм ведет в любом случае к тому, что мы имеем на сегодняшний момент. На территории России в любом случае вырождается в унитаризм, по другому не умеют территориями управлять, не привыкли, не научились.



Олег Кусов: Говорил североосетинский общественный деятель, инициатор создания движения под названием «Против Путина» Виссарион Асеев.


Не так давно глава Северной Осетии Таймураз Мамсуров заявил на встрече с депутатами Государственной думы России, что «определённые силы» по-прежнему вынашивают идею объединения двух Осетий. Глава республики в резкой форме эту идею осудил. Но ещё в марте 2006 года о намерении объединить две осетинские республики говорил во Владикавказе помощник премьер-министра России Геннадий Букаев. Это заявление было сделано на совместном заседании правительств Северной и Южной Осетии. Члены республиканских правительств встретили заявление Геннадия Букаева аплодисментами.


XS
SM
MD
LG