Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Олег Панфилов: "Журналисты, оказавшиеся в эпицентре, просто не могли предпринимать никаких мер безопасности"


Программу ведет Михаил Саленков. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Елена Фанайлова.



Сергей Тарасов: В зоне военного конфликта в Южной Осетии погибли два журналиста, еще восемь ранены. Это подтвержденная информация, но, как подчеркивают наши коллеги, работающие в зоне конфликта, точных данных пока нет. Война в Южной Осетии и российская операция по принуждению Грузии к миру, по оценкам экспертов, оказались для военных журналистов более непростыми и опасными событиями даже в сравнении с первой чеченской кампанией.



Елена Фанайлова: Погибшие – граждане Грузии, это известный фотограф Александр Климчук, владелец единственного в Грузии независимого фотоинформационного агентства Caucasus Press Images , работавший по договору с ИТАР-ТАСС, и Григорий Чихладзе, репортер журнала «Русский Newsweek ». Среди раненых - съемочная группа программы «Вести», продюсер НТВ, турецкий и американский репортеры. Телекомпания «Рустави-2» сообщает о гибели в Гори во вторник голландского журналиста и ранении грузинского водителя греческой съемочной группы. А «Интерфакс» пишет о раненых греческих и голландском журналистах.


Съемочная группа программы «Вести», попавшая под обстрел с российской колонной, которую возглавлял командующий 58-й армией генерал Анатолий Хрулев, сейчас находится во владикавказском госпитале. Нам удалось связаться с руководителем группы, военным журналистом Александром Сладковым.



Александр Сладков: Сейчас вся съемочная группа находится в госпитале во Владикавказе, мы лежим в одной палате. Звукооператор, который получил тяжелую контузию, с нами здесь, но его поднимают на процедуры в кардиологию. А здесь, в травме, лежим я и оператор Леня Лосев, который получил две сквозные пули в руку в районе бицепса, ему сделали операцию прошлой ночью. Была повреждена артерия, и кусочек артерии достали из другой части тела и пришили. А я лежу здесь, пуля попала в ступню, в районе пальцев она вошла, раздробила гость и осталась внутри. Врачи здесь очень квалифицированные, они оказали помощь, быстро эвакуировали, обработали, и вот сейчас процесс реабилитации идет успешно. Меня оперировали сразу же там, в районе Джавы. 9-го числа мы попали в засаду, в 15 часов, и через три часа, мы три часа прорывались на одной БМП из города в сторону Джавы, и там сразу в госпитале военном мне сделали операцию, а ребятам – первую обработку и первую помощь оказали.


Мы попали в самую точку конфликта, там где горячее всего. И я благодарен судьбе и Богу, что остался жив. Увидел самое горячее и остался жив, тем более снял это, выполнил свой профессиональный долг. Я считаю это своей удачей больше, чем неудачей.



Елена Фанайлова: Как вы думаете, люди, которые в вас стреляли, понимали, что вы журналисты?



Александр Сладков: Я ни в коем случае сейчас не хочу обелять или очернять противника. Нет, это бой, в бою идет огонь и поражаются цели. И если человек приехал на бронеколонне, он – цель. У нас не было в руках оружия, мы не были радиофицированы, мы не отдавали команды, не руководили. Это выдает просто непрофессионализм. Я был ранен с камерой в руках. Я не собираюсь делать из грузинских солдат охотников за журналистами, ни в коем случае. Я, как профессионал, настаиваю на мысли, что в этом скоротечном бою идет противоборство на расстоянии двух, трех, пяти метров друг от друга, когда кто быстрее нажмет курок, и не важно, кто и как перед тобой стоит, с камерой или без камеры. Блик камеры похож на наведение какой-то оптики. Мы снимали, мы были там как репортеры, и в нас стреляли как в репортеров.



Елена Фанайлова: Так считает Александр Сладков, специальный корреспондент программы «Вести», который после ранения и операции находится во владикавказском госпитале.


В Тбилиси сейчас работает глава центра экстремальной журналистики Олег Панфилов.


Чем можно объяснить такое количество жертв среди журналистов? И русские, и западные журналисты погибают, пропадают, ранены.



Олег Панфилов: Это, скорее всего, связано с тем, что это военное столкновение, такая скоротечная война была настолько ожесточенной, что журналисты, оказавшиеся в эпицентре, просто не могли предпринимать никаких мер безопасности. Потому что война произошла на очень маленькой территории, и ориентироваться на эту территорию довольно сложно. Но вот я только что фотографировал бронированный джип агентства «Ройтерс», который попал под обстрел российского вертолета, который намеренно расстрелял эту машину. В Южной Осетии в морге лежат тела двух грузинских журналистов – Григория Чихладзе и Александра Климчука, очень известного фотографа, которого любили и уважали в Грузии. У нас есть сведения, что они были расстреляны осетинскими ополченцами. Под обстрел попали журналисты российские – Александр Сладков и Александр Коц, когда находились в расположении российских войск и были обстреляны грузинской стороной. То есть это военный конфликт, у которого никогда не было и не будет никаких правил, и журналисты, как свидетели, всегда оказываются в числе жертв этих войн.



Елена Фанайлова: Что меня еще поражает, что стрелявшие прекрасно понимают, что перед ними журналисты. Почему военные стреляют в журналистов, зная, что это журналисты?



Олег Панфилов: Ну, во-первых, я не могу сказать, в каком состоянии находился тот человек, который стрелял в журналистов. Не могу подтвердить и те предположения, которые уже читал в интернете, о том, что был какой-то специальный приказ расстреливать именно журналистов. Хотя по опыту чеченской войны, где было очень много погибших журналистов, могу сказать, что военные действительно иногда делают это намеренно, для того чтобы избавиться от свидетелей. Но в этом случае я все-таки полагаю, что это слишком локальный конфликт на очень небольшой территории, очень скоротечный, и поэтому журналисты ненароком оказывались в числе погибших.



Елена Фанайлова: Олег, как Тбилиси реагирует на гибель своих журналистов?



Олег Панфилов: Во-первых, город небольшой и страна небольшая, и все очень любили этих ребят, Гига Чихладзе вообще был автором нашего сайта, российско-грузинского сайта «Панкиси.инфо», а Александр Климчук размещал свои фотографии тоже на наших сайтах, и он был одним из очень известных и уважаемых фотографов. Но как можно относиться к гибели людей, не важно, носили ли они военную форму или были журналистами? Я полагаю, что на самом деле оценка этих событий произойдет не сейчас, потому что вся страна в шоке, а произойдет через какое-то время. И мы еще узнаем, что на самом деле произошло, в том числе и в отношении журналистов.


Но я должен сказать одну очень важную вещь. Есть журналисты, которые действительно оказываются в гуще событий, те журналисты, которые рискуют жизнью, погибают или их ранят, но есть, к сожалению, журналисты, которые по-прежнему и как всегда распространяют информацию, которая этот конфликт как бы вводит не только в физическую войну, но и информационную. То есть огромное количество дезинформации, которую журналисты распространяют, в том числе и те, которые находятся в Грузии.



Елена Фанайлова: Олег Панфилов, глава Центра экстремальной журналистики, о долге и гибели журналистов на войне.


XS
SM
MD
LG