Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сто дней президента России Дмитрия Медведева


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович.



Александр Гостев: Сегодня сто дней президента России Дмитрия Медведева. Некоторые эксперты отмечают, что у нового главы государства появился свой стиль поведения и даже начал складываться собственный имидж. Итоги первых трех месяцев президентства Медведева вместе с известными политологами подводит мой коллега Данила Гальперович.



Данила Гальперович: Дмитрий Медведев, говорящий о наказании агрессора, раздающий награды, заботящийся о пострадавших и фактически благословляющий вхождение в состав России новых территорий, - чем не настоящий президент? Примерно то же самое делал в 1999 году Владимир Путин, и его политический истеблишмент России признал президентом довольно быстро. Как считает политолог Станислав Белковский, сто дней президентства Дмитрия Медведева убедительно показывают, что лицо, перемещенное на кремлевский трон, постепенно проникается харизмой этого места, наполняется реальной властью и просто вынуждено становиться полноценным правителем.



Станислав Белковский: Первые сто дней Дмитрия Медведева показали две вещи. Первое - неотменимая тенденция, связанная с монархической природой российской власти. Кто бы ни был президентом, в конечном счете элита консолидируется вокруг него, и он становится настоящим правителем России, независимо от того, хочет он этого или нет. Второе, что Дмитрий Медведев не изменил своим подходам и принципам, которые он исповедовал на протяжении все лет пребывания на высоких и средних позициях в бюрократической вертикали. Дмитрий Медведев и прежде действовал по принципу "не ошибается тот, кто ничего не делает", поэтому лучше ничего не делать, чтобы не ошибаться. Это он и пытался сделать в первые сто дней своего пребывания на президентском посту. Однако жизнь заставила его быть президентом, и особенно жестко и ярко заставила во время осетинского кризиса, когда именно Дмитрий Медведев взял за себя ответственность за ввод войск в Осетию, взял на себя ответственность за мир, и сейчас именно он является публичным лицом в ситуации, и именно он, а не Владимир Путин оглашает намеки на то, что Россия может признать Абхазию и Южную Осетию. Это политическое решение такого уровня, на который был не готов даже Борис Ельцин.


Сегодня Дмитрия Медведева чаще показывают по телевизору в основных информационных программах. Те кремлевские холуи, которые всего три месяца назад кричали о том, что Путин будет старшим царем, а Медведев - младшим царем, и употребляли фамилию Путина в пять раз чаще, чем Медведева, сегодня говорят уже преимущественно о Медведеве. Это не следствие его личных заслуг, которых мы практически не увидели, а это следствие того, что монарший престол, позиция президента все равно остается эксклюзивной в политической системе России, и Медведеву пришлось вкусить это в полной мере, даже, может быть, против его личной воли.



Данила Гальперович: Но за Владимиром Путиным в его сто дней уже даже не маячила тень Бориса Ельцина. К своей инаугурации в 2000 году Путин почти пять месяцев исполнял обязанности президента, всеми своими шагами давая понять, что наступила другая эпоха. Впервые с начала 90-х тогда были разработаны новая военная и внешнеполитическая концепции России, отличающиеся от предыдущих, чекисты почувствовали себя в фаворе и прочая, и прочая. Теперь все наоборот: первым о том, что стрельба по Цхинвали не сойдет Грузии с рук, сказал не Дмитрий Медведев, а Владимир Путин, он же присутствовал на ключевых переговорах по урегулированию конфликта с французским президентом Николя Саркози, который, кстати, незадолго до этого принимал его не как премьера, а как главу государства. Путин по нескольким важным вопросам мягко говорил "я бы предложил", а Медведев отвечал "обязательно сделаем". Поэтому эксперт Гудзоновского института Андрей Пионтковский уверен, что, собственно, войной в Грузии попытка президентства Дмитрия Медведева и закончилась.



Андрей Пионтковский: Так называемые сто дней президентства Медведева, я говорю "так называемые", потому что как раз к окончанию этих ста дней стало ясно, что Медведев президентом не стал, и, пожалуй, не будет. Конфликт на Кавказе не только продемонстрировал, что основной фигурой в Кремле является Владимир Путин, но, пожалуй, даже одним из мотивов для российского поведения в этой конструкции была демонстрация того факта, что президентом и главнокомандующим является Путин. В эти дни Путин очевидно чувствовал себя как рыба в воде, не было и тени той некоторой, казалось бы, рассеянности и грусти, которая читалась на его лице, например, в день инаугурации. Он был в своей стихии, в стихии войны, в стихии таких азартных, резких, с оттяжечкой заявлений.


Даже те, кто сомневались, кто в реальном соотношении сил на вершине русской власти, особенно люди, поддерживающие миф о либеральном наследнике, по-моему, они должны сейчас окончательно согласиться с реальностью. Путин де-факто руководитель страны, он играет, и играет достаточно искусно, и его окружение играет для него ту роль национального лидера, которую определила пропагандистская машина во главе с господином Павловским. И я думаю, что это надолго.



Данила Гальперович: А что же говорит сам Глеб Павловский, которого действительно многие эксперты считают автором идеи двуначалия и присутствия национального лидера при живом президенте? Кремлевский политолог считает, что действительно все удалось.



Глеб Павловский: Я считаю, что Медведев предложил очень осторожный и вдумчивый старт для своих реформ, для реформ, которые он объявил, о которых он предупредил, на необходимости которых он основывается постоянно. То есть укрепление институтов, в особенности правовых институтов, господство права, создание более тесного взаимодействия государства и общества в работе над стратегией рывка, если хотите, стратегией европеизации России. Здесь все шло неплохо, хотя и довольно медленно, но быстро здесь ничего не получится.


Важно другое, что тандем Путина и Медведева подтвердил свою работоспособность. Это оказалось, я думаю, для многих новостью, для кого-то приятной, для кого-то неприятной, но это некий факт. Теперь заканчивает эти сто дней Медведев победой к краткосрочной войне. Она хотя и пятидневная, но, тем не менее, совершенно реальная, и военный успех в ней тоже очень реален. Не каждый президент в первые сто дней может этим похвастаться. Дальнейшее будет видно.



Данила Гальперович: Но после маленькой победоносной войны на Россию могут свалиться небывалые по масштабам санкции со стороны Запада. И если Дмитрий Медведев действительно стал реальным правителем, то именно ему придется расхлебывать окончательное решение соседних с Россией стран спасаться от Москвы с помощью НАТО, разрыв стратегического партнерства с Соединенными Штатами и возможное изгнание страны из "большой восьмерки".


XS
SM
MD
LG