Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Историк разведки Борис Володарский о роли российских спецслужб в грузино-югоосетинском конфликте


Программу ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие историк разведки Борис Володарский.



Дмитрий Волчек: Мы много говорили о военном и дипломатическом измерениях войны на Кавказе и почти позабыли о роли спецслужб. Это упущение я попытался восполнить в беседе с Борисом Володарским, живущим в Лондоне историком разведки.


Господин Володарский, в новостях, связанных с войной на Кавказе, много сюжетов о деятельности спецслужб. Глава ФСБ Александр Бортников докладывал президенту о поимке грузинских шпионов: сначала девять человек, вчера появился десятый, офицер, который якобы по заданию из Тбилиси собирал данные о российской армии, были показаны эффектные кадры задержания грузинских агентов. Ну, конечно, это все сюжеты пропагандистской войны, декоративные, нельзя принимать их на веру. На ваш взгляд, на что следует обратить внимание тому, кто хочет понять подлинную роль спецслужб в нынешнем конфликте?



Борис Володарский: Это сложный вопрос. Я думаю, что роль спецслужб в нынешнем конфликте такая же, как она обычно во всех других конфликтах, а тем более в военных конфликтах. Естественно, перед началом конфликта происходит серия разведывательных мероприятий для установки точных данных по позициям противника, потом разведка участвует уже после самого военного конфликта в постконфликтной операции. То, что задерживали в Грузии и в 2005 году, и в 2006-м, и в 2007 году российских разведчиков, особенно военных разведчиков, говорит о том, что операция с российской стороны была достаточно давно и хорошо подготовлена. То, что сейчас задерживают так называемых "грузинских шпионов" или тех, кто работает на официальную службу внешней разведки Грузии, я думаю, что это не неправда, и думаю, что это говорит о том, что Грузия очень обеспокоена нынешней ситуацией, обеспокоена тем, что Россия практически не выполняет соглашения о выводе войск и поэтому занимается мониторингом ситуации.



Дмитрий Волчек: Вы говорите, что операция была подготовлена. Вы имеете в виду, российское вторжение в Грузию?



Борис Володарский: Да, конечно, это совершенно очевидно. Очень многие факты об этом говорят. Кроме того, очень многие факты недостаточно известны. Сейчас проникает информация о том, что за 20 минут до начала атаки на Цхинвали российские войска уже вошли через Рокский тоннель. То есть в 23 часа 30 минут российские танки уже появились на территории Грузии или, скажем так, Южной Осетии. Очень многие факты возникают. Появляется информация о том, что с северной стороны, то есть со стороны России, как раз велся обстрел Цхинвали установками "Град" и так далее. Многие факты и известны. Известно о том, что с 1-го по 7-е шла активная атака Грузии. Известно, что с российской стороны, с абхазской стороны, с югоосетинской стороны давно велись разговоры о том, что в такой-то срок начнется война. Были подготовлены люди, были введены войск, были введены спецвойска. Так что это не секрет, в общем-то.



Дмитрий Волчек: Каков, на ваш взгляд, был разведывательный план, разработанный в Москве?



Борис Володарский: Разведывательный план, естественно, был такой же, как и при любом военном конфликте. То есть нужно было проверить, насколько готовы психологически и с военной точки зрения грузинские войска для нанесения ответного удара против российских провокаций, против обстрелов тяжелой, кстати говоря, артиллерией, которой запрещено было быть вообще на территории конфликта, насколько они готовы нанести ответный удар, насколько хорошо подготовлены грузинские войска, как они с военной точки зрения оснащены. Конфликт готовился давно. Оценивалось, какой тип провокаций способен спровоцировать грузинскую сторону на ответную реакцию и так далее. И что мне интересно в этом конфликте, мне интересно, что с моей точки зрения, у России как не было, так и нет окончательного плана, что же делать на самой территории Грузии. То есть, возможно, что на это повлияла как-то принципиально нынешняя необычная информационная ситуация, когда, в отличие от других конфликтов, даже в отличие от конфликтов в Чечне, информация проникает немедленно: мобильные телефоны, цифровые съемочные приборы и так далее фиксируют все и немедленно передают в эфир. Поэтому информация имеется в огромном объеме. То, на что, я думаю, Россия не рассчитывала в принципе.



Дмитрий Волчек: Если конфликт готовился давно, понимали ли это в Тбилиси и какова роль российской агентуры в Тбилиси?



Борис Володарский: Конечно, понимали, давно информировал президент Саакашвили западные правительства, представителей Евросоюза, американцев, естественно, о том, что Россия действует против Грузии, готовится к военному конфликту, выступал неоднократно. Кроме того, не надо забывать, что и на территории Азербайджана, особенно на территории Азербайджана находятся представители западных спецслужб - и в американском посольстве, и в британском посольстве, которые занимаются подробным мониторингом ситуации в связи с тем, что в странах, таких как Азербайджан и Грузия, присутствуют и американские, и британские интересы: нефтепроводы, газопроводы проходят, четыре линии, через территорию Грузию, территорию Азербайджана, в обход России. Поэтому был достаточно подробный мониторинг. Безусловно, западные службы и грузинские правительство хорошо знали обо всем. Кроме того, как известно, есть спутники американские, которые 24 часа в сутки наблюдают за ситуацией и очень подробно информируют. Поэтому вся ситуация, которая предшествовала войне, была очень хорошо известна службам. Что же касается действий российских разведчиков на грузинской территории, то, понятно, собиралась политическая, военная информация, психологическая информация. Мы знаем, что был так называемый российский "крот" внедрен в окружение президента Саакашвили. Безусловно, и в спецслужбах Грузии, и в военной разведке, и в J - 2 , и в службе специальной внешней разведки есть российские агенты, которые докладывали очень подробно о ситуации.


XS
SM
MD
LG