Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему в Россию приходит меньше денег, чем уходит?


Ирина Лагунина: В Россию за первое полугодие поступило почти на четверть меньше иностранных инвестиций, чем годом ранее. Зато российские инвестиции за рубежом увеличились на 40%.


Акции российских компаний в целом подешевели на четверть только за два последних месяца. Почему из России сегодня уходит больше инвестиций, чем в неё поступает? Об этом – в материале Сергея Сенинского...



Сергей Сенинский: ... В первом полугодии в Россию, по данным, представленным на днях Росстатом, поступило 46 миллиардов долларов иностранных инвестиций – это на 23% меньше, чем за первые шесть месяцев 2007 года. При этом обратный поток оказался большим: инвестиции российских компаний за рубежом составили 52 миллиарда долларов – сразу на 42% больше, чем годом ранее. Главный экономист «Альфа-Банка» Наталия Орлова:



Наталия Орлова: Что касается снижающегося притока иностранных инвестиций, это, безусловно, отражение более тяжелых ситуаций на мировых рынках и, в частности, того, что заемные средства становятся более дорогими, менее доступными, более жесткие ограничения на кредитные рейтинги, иностранные компании не так охотно устанавливают лимиты на российские компании. Поэтому это просто сигнал того, что мировые финансовые рынки не готовы вкладывать столько денег, сколько вкладывали раньше. Действительно очень интересная динамика по оттоку инвестиций из России. Это в общем-то означает, что российские компании не снизили своих аппетитов по инвестициям за рубеж и по-прежнему рассматривают нынешнюю возможность как интересный период для экспансии. Безусловно это отражает тот факт, что Россия, благодаря высоким ценам на нефть, сейчас получает приток ликвидности в экономику и, собственно, российские компании-импортеры, не только в нефтяном секторе и в металлургическом так же, они могут пользоваться этим притоком для расширения своих зарубежных активов.



Сергей Сенинский: На российском фондовом рынке, то есть рынке акций российских компаний, один из главных сводных индексов – РТС – снизился только за последние 2-2,5 месяца более чем на четверть... Заместитель начальника аналитического управления инвестиционной компании «Антанта-Пиоглобал» Александр Потавин:



Александр Потавин: Чтобы оценить подобную динамику снижения российского фондового индекса, нужно посмотреть как вели себя в это же время другие рынки развивающихся стран. Тот рост котировок, который мы наблюдали в мае, многие сочли за президентское ралли, когда инвесторы стали активно покупать бумаги на российском рынке акций с учетом того, что в России прошли президентские выборы. Если мы посмотрим на динамику схожего с Россией индекса бразильского, то там тоже было майское ралли, там не было выборов президента, но там тоже было майское ралли, то есть существенный рост биржевых индексов. И как раз со второй половины мая, что в России, что в Бразилии, как и по другим фондовым рынкам можно было видеть планомерное сползание котировок биржевых индексов. И Бразилия, и Мексика, и Китай, и Индия, все практически, начиная с середины – конца мая, в июне наблюдался нисходящий тренд по биржевым индикаторам.



Сергей Сенинский: Но 2/3 общей капитализации российского фондового рынка приходится на акции нефтегазовых компаний. И они начали дешеветь задолго и до истории с компанией «Мечел», и до принуждения кого-либо к миру на Кавказе. Да и сама нефть стала резко дешеветь в мире после исторического пика 17 июля, а российские акции – значительно раньше...



Александр Потавин: Совершенно с вами согласен. Дело в том, что если посмотреть за динамикой портфеля известного на весь мир миллиардера Уоррена Баффета, отчетливо видно, что если весной в структуре его портфеля было около 17,5 миллионов акций американской компании «Коника Филипс», то после того, как год перевалил за половину, эти бумаги уже были проданы. То есть крупные западные долгосрочные инвесторы, видя, что цены на нефть близки к своим потолочным значениям и дальнейшее укрепление приведет только к коллапсу мировой экономики, они стали избавляться от акций сырьевых компаний, поскольку тренд в них, вероятно, себя начинал исчерпывать.



Сергей Сенинский: Из Нью-Йорка – аналитик инвестиционной компании Oppenheimer Дэн Каценберг:



Дэн Каценберг: В последние две недели мы видим, что цены на нефть идут резко вниз. И это - отрадный факт после нескольких лет их постоянного роста. Да, инвесторы продолжают выводить свои капиталы из нефтяных активов. Потому что сегодня цены на нефть продолжают снижаться, даже независимо от многих политических событий. В том числе от того, что происходит в Грузии и в России. На наш взгляд, это – устойчивая тенденция на снижение.



Сергей Сенинский: Но еще недавно многие эксперты полагали, что один из главных факторов роста мировых цен на нефть – продолжающийся стремительный рост экономик двух крупнейших развивающихся стран мира – Китая и Индии...



Дэн Каценберг: Да, это так. Но были и другие оценки. Например, мы всегда полагали, хотя многие с нами и не соглашались, что фактор растущих экономик Индии и Китая сильно преувеличен. Конечно, эти страны развиваются стремительно, причем - не первый год. А цены на нефть особенно резко подскочили в конце прошлого и в начале нынешнего года. По нашим оценкам, именно спекулянты на нефтяном рынке сознательно раздували значимость фактора Индии и Китая, чтобы еще больше взвинтить цены. В итоге они так сильно выросли, что уже сам спрос на нефть стал сокращаться...



Сергей Сенинский: Тем не менее, темпы экономического роста как в Индии, так и в Китае, хотя и снизились в последние месяцы, остаются высокими...



Дэн Каценберг: Темпы экономического роста в этих странах все еще очень высоки. Но некоторые эксперты полагают, что, например, в Китае они - с окончанием Олимпиады в Пекине - замедлятся. Дело в том, что, по крайней мере, отчасти такой рост объясняется масштабным олимпийским строительством. Два года подряд китайцы особенно интенсивно возводили спортивные объекты и создавали необходимую инфраструктуру: строили стадионы и бассейны, дома и дороги. Теперь все это закончилось, и темпы развития экономики Китая снижаются примерно на один процентный пункт в месяц: еще три месяца назад рост ВВП составлял почти 12% в год, а теперь - 8-9%...



Сергей Сенинский: В России почти две трети всего экспорта приходится на нефть и газ. Еще 16% - на долю черной и цветной металлургии, это вторая после ТЭК экспортная отрасль. Падение акций российских металлургических компаний началось отнюдь не на фоне истории с компанией «Мечел». В чем причина?


Может быть, рост спроса и на металлы в мире замедлился или вот-вот замедлится? И, стало быть, металлургические активы уже не будут столь же привлекательными для инвесторов, как прежде... Из Москвы – директор аналитического управления инвестиционной компании «Проспект» Дмитрий Парфенов:



Дмитрий Парфенов: Да, в этой ситуации сложилось сразу несколько факторов. Прежде всего они имеют отношение к кризису ипотечного кредитования и, собственно, к самому кризису банковской ликвидности в Америке, которая уже плавно перетекает в Европу. Естественно, там сокращаются объемы производства. Поэтому все ожидают сокращения спроса, в том числе на базовые продукты, такие как продукция металлургии. И здесь еще один момент в следующем, что все сырьевые материалы, в которые, безусловно, входят и металлы и уголь, они в последние два года сильно росли и, по мнению аналитиков, в настоящем уровне цен находятся на предельном уровне и, соответственно, дальнейший прогноз у всех понижательный. Поэтому инвесторы не видят таких перспектив у этой отрасли и начинают выходить из нее.



Сергей Сенинский: В 52 миллиардах долларов российских инвестиций за рубежом в первом полугодии значительная часть пришлась именно на металлургов, которые в последнее время активно скупают активы и в Европе, и особенно в США.


В целом – чем такие инвестиции выгоднее для российских металлургических компаний, чем вложения в модернизацию и расширение производства на месте, в самой России? Ведь покупка металлургического завода в США еще не означает, что через него российская компания сможет продвинуть на американский рынок свою «домашнюю» продукцию...



Дмитрий Парфенов: Наверное, в мотивации российских покупок предприятий за рубежом присутствуют практически все факторы, которые в вопросе прозвучали. И в частности, стоит отметить следующее. Во-первых, за последние годы с хорошей конъюнктурой российские металлурги достаточно активно модернизировали свои собственные мощности и практически на сегодня эта отрасль является одной из передовых в плане используемых технологий. И соответственно, больше инвестировать сюда смысла, наверное, нет. Плюс еще та причина, что российская сталь, которую производят все наши металлурги, она потребляется внутри страны только лишь на 50%. Соответственно, 50% - это экспорт. И еще больше расширять внутреннюю производственную базу для металлургов смысла нет, поэтому они активно ищут вариант экспансии за рубежом. А случившийся кризис привел тому, что в целом доллар ослабевает, и завод в США становится дешевле и доступнее для покупок. Поэтому металлурги активно покупают эти заводы. Безусловно, они не думают, что будут в основном поставлять домашнюю продукцию, все, что они покупают на американском рынке, они строят новую логистику, ищут новых поставщиков сырья. То есть это практически новый бизнес и развивается он как самостоятельное производство.



Сергей Сенинский: До 60% всей стали в России производится доменным способом, то есть выплавляется в гигантских домнах, а, скажем, не в электроконверторах – обычных для западных стран. Но при этом вы говорите, что необходимые инвестиции в модернизацию отрасли в самой России компании уже сделали...



Дмитрий Парфенов: Когда говорят использование доменных технологий – это по сути просто двухэтапное производство из руды чугун, из чугуна сталь. То есть это та технология, которая используется в конверторах. И поэтому вот эти технологии для нас наиболее привлекательны в том числе потому, что у нас огромный запас своей руды и своего угля. То есть нет смысла развивать электросталеплавильное производство, а сосредоточиться на развитии конверторного или доменного процесса, который, кстати, в Китае сейчас достаточно активно строятся домны, они может быть не такие эффективные как традиционные конверторы, но весьма далеко ушли от традиционных в плане экологичности и безопасности. То есть это такое же современное производство и так же активно используется сейчас.



Сергей Сенинский: Если вернуться к данным по инвестициям в Россию и из России за первое полугодие, представленным на днях Росстатом, то объем зарубежных инвестиций, поступивших в российский ТЭК, оказался в 3 раза меньше, чем в торговлю или отрасли обрабатывающей промышленности? На ваш взгляд, это в большей степени связано с общей потерей интереса крупных зарубежных инвесторов к сырьевым активам во всем мире или какими-то иными факторами? Александр Потавин, компания «Антанта-Пиоглобал»:



Александр Потавин: Вся проблема состоит здесь в том, что инвестиции в российский топливно-энергетический комплекс могут плодотворно использовать лишь российские нефтегазовые компании. Так как доступ западных инвесторов на российскую сырьевую базу сейчас сильно ограничен и затруднен и возможен лишь через создание совместных предприятий или через небольшие доли владений в акционерном капитале уже существующих нефтегазовых компаний. С учетом того, что в последнее время не резидентов в структуре компании ТЭКа особо сильно не жалуют, и мало того, пытаются подвинуть долю их участия в сторону уменьшения или же вообще выдавить из структуры акционерного капитала, это, естественно, ограничивает желание не резидентов вкладывать крупные деньги в российский топливно-энергетический комплекс. Напротив, такие отрасли, как торговля, имеют широкие возможности для привлечения внешних инвестиций, особенно с учетом того, что за последние 5-7 лет в разы вырос платежеспособный спрос со стороны россиян.



Сергей Сенинский: Наталия Орлова, «Альфа-Банк»:



Наталия Орлова: Мне кажется, что касается торговли и обрабатывающей промышленности, то скорее всего это отражение того, что иностранные компании рассматривают российский рынок как очень перспективный и по-прежнему готовы вкладывать сюда средства, как в рамках прямых проектов, так и в виде заемных средств, которые они предоставляют российским компаниям. Поэтому в целом, я думаю, это отражает тот факт, что российский экономический рост в значительной степени базируется на этих секторах торговли и обрабатывающей промышленности. По поводу ТЭКа могу сказать, что в рамках прямых иностранных инвестиций было достаточно существенное замедление в первом полугодии. Оно связано с тем, что ряд нефтяных компаний ранее заимствовали на свои иностранные дочки и потом эти средства перечислялись в Россию и рассчитывались с Росстатом как иностранные инвестиции, хотя по сути это был заем российских компаний. Сейчас в связи с ситуацией на мировых рынках мы видим снижение этого притока и это, безусловно, сказывается на объем иностранных инвестиций в ТЭК. Не надо также забывать, что нефтяные компании все-таки гораздо больше обременены внешними займами, чем другие сектора российской экономики и, по всей видимости, это тоже дает о себе знать.



Сергей Сенинский: Если не иметь в виду прогнозы в отношении факторов, определяющих динамику мировых цен на нефть в ближайшее время, то какие другие факторы могут в большей степени, на ваш взгляд, определять интерес зарубежных инвесторов к российским активам?



Александр Потавин: На фоне переоценки рисков развитых экономик инвесторы пока через укрепление доллара поверили в экономику США. Доллар сейчас имеет достаточно серьезную поддержку и, вероятно, будет иметь тенденцию к укреплению в ближайшие может быть полгода-год. Инвестиции в американскую промышленность в ближайшем будущем вполне возможно на этом фоне возрастут и американской экономике удастся повысить темпы роста и, соответственно, избежать рецессии. Российская же экономика на этом фоне может оказаться в несколько неуверенном положении. Поскольку цены на нефть падают, доходы госбюджета снижаются, вполне возможно за счет этого мы увидим ослабление курса рубля. Любое ослабление курса национальной валюты приводит к оттоку инвестиционного капитала из страны, поскольку такие инвестиции зачастую становятся просто невыгодными.



Сергей Сенинский: По данным Росстата, если общий объем всех иностранных инвестиций в Россию сократился в первом полугодии на 23% по сравнению с прошлогодним, то объем прямых иностранных инвестиций сократился на 30%...


XS
SM
MD
LG