Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему западная пресса поддалась на российскую пропаганду о причинах войны


Ирина Лагунина: Один из вашингтонских мозговых центров – Американский институт предпринимательства – провел на днях дискуссию, посвященную кризису на Кавказе. Ее участники подвели предварительные итоги вооруженного конфликта и попробовали спрогнозировать дальнейшее развитие событий. Рассказывает Владимир Абаринов.



Владимир Абаринов: Дискуссию открыл эксперт Американского института предпринимательства, автор фундаментальных трудов по военной истории Фредерик Кэган.



Фредерик Кэган: Я бы сказал, что русские начали с новой энергией воспламенять регион в ответ на Декларацию независимости Косова, принятую в феврале, которую Соединенные Штаты и многие, хотя и не все наши европейские союзники немедленно признали. Из Содружества независимых государств независимость Косова не признал почти никто. Не признал Иран. А русские сразу же сконцентрировались на этом регионе. Но по-настоящему провокации там начались после того, как НАТО отказалась рассматривать вопрос о приглашении Грузии вступить в организацию. Практически немедленно Россия объявила об установлении отношений с Абхазией и Южной Осетией, в которых не было лишь официального признания их независимости. Да, разумеется, у этой палки два конца, и пресса совершенно права, когда говорит о том, что Грузия тоже подливает масла в огонь. И все-таки в самой последней фазе главной движущей силой конфликта была Россия.



Владимир Абаринов: Добилась ли Москва решения поставленных задач и чего следует ожидать от нее в ближайшем будущем?



Фредерик Кэган: Чего стремились достичь русские, если говорить кратко? Полагаю, их целью было принудительное отстранение Саакашвили от власти. Полагаю, они не собирались брать Тбилиси. Думаю, они намерены добиться своей цели посредством широкого набора политико-дипломатических средств, в том числе постоянных заявлений о том, что они не будут вести переговоры с Саакашвили. Возможно, вскоре к этим заявлениям добавятся обвинения в совершении военных преступлений и даже вынесение заочного приговора. Коль скоро переговоры не начинаются, у них есть основание не выводить войска – и так далее. Я бы сказал, что в известном смысле это попытка повторить игру Милошевича.


Разумеется, они ясно заявили, что Абхазия и Южная Осетия не собираются возвращаться в состав Грузии. Они недвусмысленно объясняют каждому, что инвестировать в кавказские трубопроводы – гиблое дело, лучше пусть энергоносители идут через Россию, потому что только она способна обеспечить их безопасность. Они также работают над тем, чтобы посеять рознь между США и Западной Европой, и в результате Саркози делает вид, будто предлагает компромисс, хотя это не что иное как наглый российский ультиматум, и просит Саакашвили подписать эти требования. Я бы сказал, Саркози тоже способствует отчуждению Европы от Соединенных Штатов.



Владимир Абаринов: Генерал-лейтенант в отставке Ральф Петерс хорошо знаком с Россией и кавказским регионом. Генерал внимательно следил за событиями в зоне боевых действий и дал самую высокую оценку Владимиру Путину как неформальному командующему операцией.



Ральф Петерс: Как показывает эта блестяще спланированная и осуществленная операция, на сегодняшний день он является самым эффективным лидером в мире. Ни один другой лидер близко к нему не стоит. Разумеется, этому способствует его беспощадность. Его просто не интересуют международное право, прецеденты и тому подобное. Для России в настоящий момент это отличный лидер. В долгосрочном плане он может быть негативным фактором, но сегодня он – победитель. Сравните его с президентом Бушем, который поразительно напоминает Джимми Картера времен советского вторжения в Афганистан – ведь это трагично. Россия совершает просчитанный, ничем не спровоцированный акт агрессии против союзника США, а президент отправляется смотреть баскетбол. Дамы и господа, это не есть надлежащий дипломатический ответ.



Владимир Абаринов: Генерал Петерс считает несостоятельными утверждения о том, что Михаил Саакашвили выигрывает информационную войну у Владимира Путина.



Ральф Петерс: Меня поражает также, что западная пресса, любое издание в Соединенных Штатах постоянно покупаются на утверждения России, что Грузия начала первая, вторглась на территорию Южной Осетии и потому она и есть агрессор. Россия подбросила словечко «геноцид» - якобы грузины занимаются геноцидом осетин. Я не знаю ни одного случая, чтобы кто-то оспорил это утверждение. А сегодня утром по дороге сюда я слушал в машине BBC, и в этой программе говорили о том, что у Грузии такая могучая пропагандистская машина, что бедная Россия прямо уж и не знает, как ее одолеть.


Нет, серьезно. Путинская Россия унаследовала от Советского Союза громадный аппарат, технологии, специалистов по пропаганде. Он возродил все это, и теперь работа кипит и в киберпространстве. Русские чрезвычайно быстро распространяют свою версию. Все каналы и кабельные новостные программы говорят об ответе России на действия Грузии. Дамы и господа, это совершеннейшая нелепица.



Владимир Абаринов: Ральф Петерс заключил горькими сетованиями по поводу совершенно неадекватной, с его точки зрения, реакции правительства США на действия России.



Ральф Петерс: Мне редко бывает стыдно за мою страну. Но мне было стыдно за наш вялый ответ. Не думаю, конечно, что нам следует искать ядерной конфронтации с Россией, однако опять-таки у меня в памяти навсегда останется президент, отправляющийся на баскетбольный матч и флиртующий с членами женской команды по пляжному волейболу. С нами такое уже бывало. И теперь мы опять сказали нашим будущим союзникам: Америка не придет вам на помощь, особенно если у вас нет ни нефти, ни газа.


Мы сделали это с венграми в 56-м. Подбили их на восстание, они восстали, но мы не сделали ничего. В 1991 году, когда завершалась операция «Буря в пустыне», мы поощрили иракских шиитов к восстанию, и они восстали, и мы позволили войскам Саддама утопить их в крови. Мы столкнулись с возрождающейся великой державой, охваченной имперской манией величия, которой руководит самый эффективный и, по моему мнению, самый блестящий лидер нашего времени, далеко превосходящий всех вокруг. Дамы и господа, мне все это зловеще напоминает 30-е годы прошлого века.



Владимир Абаринов: По мнению эксперта института, видного специалиста по России Леона Арона, события на Кавказе положили конец спорам о конфигурации власти в России и о возможности либерализации режима.



Леон Арон: Все мы подозревали, некоторые сильнее других, что он отдает приказы, но до сих пор было ощущение, что это серый кардинал; наши подозрения нуждались в подтверждении. Теперь мы не только получили такое подтверждение, но и произошло это самым вызывающим образом. События освещались российской прессой так, что не осталось никаких сомнений в том, что Медведев – подставное лицо, а Путин совмещает функции премьер-министра и президента во всех случаях жизни. <…> Это означает, что Конституция – это бутафория, выборы – бутафория, и теперь мы видим, как слабое дуновение либерализации, которое многие из нас ощутили в речах Медведева, власть закона, свобода прессы, антикоррупционные планы, которые у него как будто были – все это погребено под руинами Гори, если мне позволено так выразиться.



Владимир Абаринов: По прогнозу Леона Арона, российский авторитаризм будет воинственным.



Леон Арон: Это была война по заказу, война, которую Россия решила развязать, неважно с чего она началась; ее не вынудили воевать, она сама захотела повоевать. И это возвращает специалистов по России к вопросу о том, какого сорта режим мы имеем. Я думаю, сомнений не осталось: Россия сегодня – это в полной мере авторитарное государство. Но бывают разные виды авторитарных государств. Некоторые сидят тихо и занимаются внутренними делами. Российское государство с самого своего возникновения в середине 16-го века никогда таким не было. Российский авторитаризм всегда был тесно переплетен с воинственностью. Ричард Пайпс однажды подсчитал, что Россия победила в двухстах войнах и только в 30 потерпела поражение. Так что это беспокойный авторитаризм, авторитаризм, торгующий войной. Он никогда не будет сидеть смирно в пределах своих границ.



Владимир Абаринов: Что намерена предпринять Россия в ближайшем будущем? Леон Арон уверен, что следующим объектом экспансии будет Крым.



Леон Арон: Так что же дальше? Это теперь совершенно очевидно. Если Россия заплатит малую цену или не заплатит никакой – а так оно, похоже, и будет – следующей перспективной целью станет Украина. Разумеется, не вся, а только Крымский полуостров. Территория, населенная русскими и русскоговорящими людьми, место базирования Черноморского Флота. В 1997 году Борис Ельцин уступил Крым, это была прекрасная жертва с целью сохранить мир на постсоветском пространстве. Но, как и всему прочему, этому решению дан обратный ход. Уже звучит настойчивый барабанный бой в государственной российской прессе и в Думе о том, что не только не следует освобождать Севастополь после истечения срока аренды в 2017 году, но и весь Крым целиком следует вернуть и присоединить к России.



Владимир Абаринов: Неужели международное сообщество не в состоянии воспрепятствовать этим планам? Генерал Петерс полон самых мрачных предчувствий.



Ральф Петерс: Думаю, превалирующее настроение в Европе – это «Стоит ли умирать за Данциг?» Я хотел бы приятно ошибиться, но я думаю, что Германия, Италия, другие займут более жесткую позицию в отношении Украины, Грузии. Не стоит забывать, что «старая Европа» - неплохое выражение, кстати, быть может, единственное, что удалось Рамсфелду – так вот, «старой Европе» уже надоела назойливость Восточной Европы, новых членов НАТО из числа стран Центральной и Восточной Европы. Они настроены чересчур проамерикански, они слишком крикливы, у них своя голова на плечах.


Ну и потом не забывайте, что бóльшая часть Европы – газовый вассал России. Бывший федеральный канцлер Германии, одиозный Герхард Шредер, когда истек его срок, пошел работать в российский энергетический картель. Хотел бы ошибиться, но, Бог мой, европейцы уже сдались. А сделать можно было бы многое: выгнать Россию из восьмерки, осложнить ей вступление в ВТО, запретить Олимпийские Игры в Сочи, заключить различные оборонные пакты с Украиной и Грузией. Устройте проверку российским банкам, их международным трансакциям, поставьте под особый контроль российские корпорации – много чего можно сделать. Но я не думаю, что Европа сделает хоть что-то.



Владимир Абаринов: «Умирать за Данциг?» - это знаменитый заголовок статьи французского публициста Марселя Деа, опубликованной в мае 1939 года, в которой он выступил против предоставления военных гарантий Польше в случае нападения на нее Германии.


XS
SM
MD
LG