Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Студия театрального искусства» начинает свой второй сезон


Сергей Женовач: «Сегодня мне интереснее <…> ставить именно прозу, не переделывать ее в инсценировки»

Сергей Женовач: «Сегодня мне интереснее <…> ставить именно прозу, не переделывать ее в инсценировки»

В прошлом году на Малой Коммунистической улице в помещении бывшей золотоканительной фабрики купцов Алексеевых (а к ним принадлежал и один из основоположников современного театра Константин Сергеевич Станиславский) открылся новый театр «Студия театрального искусства». 9 сентября он начнет свой второй сезон, а Малая Коммунистическая переименована в улицу Станиславского.


Здание бывшей фабрики — талантом художника Александра Боровского — превращено в изумительный театр. Ничего лучше в этой области в Москве придумано и сделано не было. Новый театр ничем не напоминает ни традиционную русскую театральную архитектуру, ни нынешнюю европейскую. Здесь все современно, но в то же время хранит аромат прошлого. Собственно этим отличается и сама «Студия театрального искусства», ведомая Сергеем Женовачем. В афише сохраняются прежние, прославившие театр, постановки: «Захудалый род» по роману Николая Лескова, «Мальчики» — по главам романа Достоевского «Братья Карамазовы», «Игроки» по пьесе Николая Гоголя. Ближайшей премьерой будет «Река Потудань» по Андрею Платонову, она даст жизнь малой сцене театра. А на большой Сергей Женовач поставит повесть Чехова «Три года». Должно быть, вы обратили внимание на то, что репертуар, в первую очередь, основывается на прозе, а не на драматургии. Сергей Женовач объясняет: «Сегодня мне интереснее заниматься и думать, и размышлять, и продолжать опыты, ставить именно прозу, не переделывать ее в инсценировки, а выдумывать некие композиции, вычитывать театр из прозы. Не поработав, не поразмышляв над Андреем Платоновым, в этой жизни чего-то мы не поймем. Я думаю, что работа по Лескову и по Гоголю, и по Диккенсу тоже что-то у ребят поменяла. И встреча с Платоновым и Чеховым важна. А пьесы Чехова потрясающие, но, мне кажется, зрители уже немножечко притомились от "Трех сестер", от "Чайки", и ты уже смотришь не на пьесу, а смотришь, какой режиссер, какие артисты, что неожиданного, нового выдумают. А не хочется ничего выдумывать. А "Три года" — это то произведение, которое никто не читал, и оно одно из самых личных, сокровенных для Чехова и, мне кажется, одно из самых глубоких. А что касается "Реки Потудань", вообще кажется, что Платонов — это, может быть, после наших классических писателей, я имею в виду Толстого, Достоевского… Булгаков, Платонов — это те величины, без которых жить и заниматься театром и профессией невозможно. Тем более это авторы театральные. И есть потрясающая драматургия у Андрея Платонова, но как-то интереснее все-таки почувствовать дух, дыхание прозы. Так складывается жизнь, хочется какой-то сделать один большой интересный роман. Очень много всего хочется именно почему-то с прозой. Вот так складывается».


У театра две премьеры, да еще три поездки на фестивали: в Таллинн и Марсель с «Игроками», в Орел — на родину Лескова — с «Захудалым родом».


«Разъезды у нас есть, — говорит Сергей Женовач, — и гастроли у нас есть, помещение у нас есть. Остается только трудиться, работать, дорожить тем, что есть. Потому что время такое быстротечное, не знаешь, что со всеми нами будет завтра, поэтому так хочется чего-то такого радостного, потому что все зависит только от нас».


Новых актеров в труппу не зачислено, хочется сказать, все — старые, только все они молодые. Их не поздравишь с 40-летием творческой деятельности, только — с днем рождения, с замужеством, с рождением ребенка. Так оно на сборе труппы и было сделано.


XS
SM
MD
LG