Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Венецианский кинофестиваль




Дмитрий Волчек: Этот выпуск радиожурнала посвящен двум фестивалям. В городе Нови Сад в Сербии прошел международный литературный фестиваль - репортаж Елены Фанайловой вы услышите во второй части выпуска, а сейчас поговорим о кинофестивале в Венеции, который уже движется к финалу. Кажется, надежды не особо оправдались. Некоторые критики даже называют фестиваль худшим за много лет. Вероятно, это преувеличение. Ну, об этом судить кинокритику Андрею Плахову, который находится в Венеции. Андрей, то, что все называют лучшей картиной фестиваля мультфильм «Рыбка Поньо» это свидетельство того, что Хаяо Миядзаки снял бесспорный шедевр или его рыбка так привлекательно выглядит на безрыбье?



Андрей Плахов: Я бы сказал, что, скорее, второе. Это очень хороший фильм, это чудесная детская сказка, но не более того. Миядзаки, на мой взгляд, замечательный режиссер, но ничего нового этим фильмом он не открывает, а на фоне конкурсной программы действительно эта картина смотрится как нечто чрезвычайно привлекательное, потому что, в основном, конкурс не радует. И, может быть, если бы не было столь завышенных ожиданий, которые предшествовали фестивалю, к конкурсу журналисты и публика отнеслись бы более терпимо. Но поскольку часто говорилось о том, что в этом году был очень строгий отбор, что практически было невозможно попасть в конкурсную программу режиссеру без очень крупного имени, а, в результате, мы видим очень большое количество фильмов совершенно средних и ничем не выдающихся, может быть, любопытных, с какой-то точки зрения, но все-таки фестиваль себя, в этом смысле, пока не оправдывает.



Дмитрий Волчек: Ваш репортаж газете «Коммерсант» называется «Бумажный солдат против золотой рыбки». Действительно ли фильм Алексея Германа-младшего сможет, в какой-то степени, конкурировать за награды или за внимание публики с мультфильмом Миядзаки?



Андрей Плахов: Я не думаю, что «Бумажный солдат» способен конкурировать за главный приз фестиваля, хотя, конечно, всякое бывает, и мы очень бы хотели, чтобы этот фильм прозвучал, он и так прозвучал хотя бы от того, что попал в конкурс престижного фестиваля. С другой стороны, его показ прошел достаточно успешно и показал заинтересованность публики и журналистов в этой картине. Сейчас я подхожу к стенду, где выложены журналы «Чарт», где даются оценки критиков различным фильмам. Мы сейчас посмотрим, какой фильм лидирует в этом рейтинге. По-прежнему лидирует картина Миядзаки, правда, у критиков к ней присоединился фильм «Тезис». Это эфиопская картина, рассказывающая о трудностях жизни интеллектуалов при марксистском режиме в Эфиопии, и этот фильм получил практически такие же высокие оценки как картина Миядзаки, хотя в зрительском рейтинге лидирует фильм Миядзаки, то есть «Золотая рыбка». Что касается «Бумажного солдата», то у него очень приличные оценки, отнюдь не в нижней части рейтинга, а, может быть, даже выше, чем посередине. Особенно у критиков. Есть и высокие баллы - 4, разные есть оценки, не все сходятся в отношении к этому фильму, но, в любом случае, он прошел достойно, это было видно по реакции зала. И, например, такой крупный французский критик как Мишель Семан - главный редактор журнала «Позитиф», очень высоко оценил эту картину и сказал, что сын Алексея Германа старшего не так же, но, во всяком случае, тоже талантлив, как и его отец.



Дмитрий Волчек: Андрей, а ваш персональный топ-3, как на сегодняшний день выглядит?



Андрей Плахов: На мой взгляд, фильм Такеши Китано «Ахиллес и черепаха» оказался наиболее гармоничным и сильным в программе. Он меня и эмоционально затронул, и объективно это очень сильная и интересная картина яркого японского мастера. Но были и два других интересных фильма. Это «Вегас», построенный на реальных фактах, история простой семьи, которая оказывается жертвой соблазнов больших денег Лас-Вегаса, а также интересная картина «Наблюдатели за птицами». Это итальянский фильм, действие которого происходит в Южной Америке, и рассказывает он о противостоянии коренных жителей этого края, индейцев, и тех, кто представляет европейскую цивилизацию. Вот эти фильмы, по-моему, были очень любопытны. И включаю также «Бумажного солдата» в этот список, потому что это тоже важный и интересный фильм.



Дмитрий Волчек: Зачастую и, как правило, за пределами основного конкурса, в Венеции бывают, не скажу революционные, но, скажем так, нестандартные или, вот лучшее слово, хулиганские фильмы. После Миядзаки и Германа хочется поговорить о чем-то не таком однозначном. Есть ли что-то подобное, хулиганское в программе этого года?



Андрей Плахов: Да, вот говорят о картине «Парк», я еще не успел ее посмотреть, это картина французского режиссера Арно де Пальера, в котором есть достаточно откровенные эротические сцены. В общем, это действительно несколько хулиганская картина. Потом интерес представляет также фильм «Деревенский учитель» Богдана Сламы, режиссера из Чехии, который уже получал за свой фильм «Счастье» множество призов на разных фестивалях, в частности, главный приз в Сан-Себастьяне. Его картину не взяли в конкурс в Венеции, а показывают в программе «Венецианские дни». Возможно, потому что достаточно противоречивая эта тема, сама тема этой картины - учитель гомосексуалист и отношение к нему в обществе. К этому фильму разное отношение и среди тех, кто смотрит его на Венецианском фестивале, но, тем не менее, многие считают, что фильм был бы достоин того, чтобы принять участие в главной конкурсной программе.



Дмитрий Волчек: Да, эта картина с большим успехом прошла в Чехии. Спасибо, я благодарю кинокритика Андрея Плахова.


Один из российских кинокритиков написал на днях, что самым любопытным и неожиданным фильмом Венецианского кинофестиваля обещает стать новая работа Филиппа Гранрийе «Озеро». Меня тоже очень интересует этот фильм, поскольку я уже много лет слежу за этим режиссером, после выхода его второй картины «Новая жизнь» делал передачу о нем, а первая лента Гранрийе « Sombre » («Тьма» или «Темный» - по разному переводят название) – фильм, который уже много лет возглавляет список моих предпочтений в кино. Он, кстати, был снят ровно 10 лет назад, и я в ту пору написал, что это первый фильм 21-го века, и до сих пор придерживаюсь этого мнения. Еще цитата из статьи кинокритика Николь Брене: «Фильмы Гранрийе сочетают в себе самую прогрессивную точку кинематографических исканий, представляя для сегодняшнего дня то, чем были фильмы Жана Эйнштейна для 20-х и 30-х годов, или работы Филиппа Гарреля для 70-х и 80-х». И вот третий полнометражный фильм Гранрийе «Озеро» - в программе Венецианского фестиваля «Горизонт». Это тоже конкурс, его жюри возглавляет замечательный режиссер Шанталь Акерман. Помимо всего прочего, интересно, что этот фильм - с русским акцентом, в нем снимались российские актеры и кастингом занимался продюсер из России, гость нашей программы Виталий Еренков. Виталий, почему Гранрийе искал именно русских актеров, ведь фильм не о России и в сюжете нет ничего, насколько я знаю, специфически русского?



Виталий Еренков: Да, это так, но, как ни странно, в нем нет ничего и специфически французского. Филипп как раз хотел снять фильм, который не был бы национален ни по каким признакам. Поэтому он и не искал французских актеров. Кроме того, съемки должны были проходить в очень сложных условиях, в снегах, в тех самых горах, в Альпах, где в свое время бродили армии Суворова и Наполеона, и Филипп был абсолютно уверен, что ни один французский актер не согласится ходить в течение месяца по колено в снегу. Поэтому он искал актеров из Северной и Центральной Европы. Это было проще, потому что эти страны являются частью Европейского сообщества. И он нашел двух актрис из Чешской республики и мальчика-актера из Бельгии. Но на две главные роли он никак не мог найти актеров. Дело в том, что Филипп - такой режиссер, который может работать только тогда, когда он чувствует абсолютную внутреннюю связь на каком-то мистическом, энергетическом уровне с людьми, причем не только с актерами, а со всеми, кто находится вокруг него, со всей съемочной группой - с актерами, конечно, в первую очередь. Поэтому он никак не мог начать съемки фильма пока не нашел самых идеальных актеров. Он говорил, что у него всегда была мысль, что эти актеры могут оказаться либо американцами, либо русскими, поскольку он считает, что в этих двух актерских школах есть какая-то особая энергия, которой нет в Европе, какая-то внутренняя мощь. Поскольку ему нужны были северные типы, он решил приехать в Москву, но это уже шаг был отчаянный, потому что деньги у продюсеров кончались, и это был последний шанс найти актеров. Кстати, вы меня представили как продюсера из России, но я больше продюсер из Лондона. Но в тот момент я действительно работал на одном из фильмов в России, и мне позвонил мой знакомый продюсер из Лондона и сказал: «Спасай, одному знакомому режиссеру нужно найти актеров». В двух словах описал мне содержание сценария. Поскольку я был вторым режиссером на площадке, мне было довольно сложно этим заниматься, но те съемки уже подходили к концу, и я взялся за эту работу. Я подобрал несколько фотографий вместе со своим ассистентом и направил их Филиппу. Через несколько дней из Парижа поступает звонок. Звонит мне Александр Назарян, который занимался кастингом во Франции. Он сказал, что Филипп просто в восторге от фотографий, что он ничего себе подобного не представлял и удивлен, что я даже не читал сценария. Они тут же решили ехать в Москву, уломали продюсеров, которые отказывались давать деньги, и это были потрясающие приключения. Потому что как только Филипп увидел первых актеров, которые пришли на кастинг к нему в гостиницу, его глаза загорелись, и было совершенно ясно, что он уедет отсюда с актерами. Проблема тут была, в отличие от других европейских стран, у него был слишком большой выбор, он не знал, из кого выбирать. Мне трудно объяснить, почему он так влюбился именно в русских актеров, но он утверждает, что в них есть какая-то особая внутренняя мощь, которая утеряна уже в Европе.



Дмитрий Волчек: Виталий, давайте назовем их имена.



Виталий Еренков: За день до отъезда были отобраны два актера, за которыми Филипп приехал. Это были Дмитрий Кубасов и Алексей Солончев. Кстати, интересно, что на этой неделе, когда состоятся премьера фильма «Озеро» на Венецианском кинофестивале, в России будет другая премьера и выход в прокат фильма «ССД» Вадима Шмелева с Дмитрием Кубасовым в главной роли. Второй актер это Алексей Солончев, он играет роль пришельца. А третий - российский актер, который играл в этом фильме, это Виталий Кищенко. Но за ним Филипп не приезжал. Так получилось, что как только он отобрал этих двух актеров, из Парижа поступило сообщение, которое Филиппу было сложно донести, потому что это было бы, и было, для него большим ударом, что его любимый актер, с которым он работал на двух первых фильмах, Марк Барбе, не будет сниматься в этом фильме, и это окончательное решение. Марк для Филиппа приблизительно то же самое, что Кински для Херцога, я имею в виду не отношения, а это некое альтер эго - человек, который обязательно должен быть на площадке, актер, без которого режиссер не может снимать. Для Филиппа это было большим ударом узнать, что Марк не будет у него сниматься. У нас оставалось всего несколько часов до их отъезда, и я сказал, что по описанию я знаю одного актера, с которым я только что работал на площадке, это Виталий Кищенко. Вообще-то он не из Москвы, в Москве бывает редко, но давайте попробуем. Я позвонил ему, он оказался в Москве, он тут же приехал. Мы встретили его в вестибюле, и когда мы ехали в лифте, была такая очень напряженная тишина. Я понимал, что либо все очень плохо, либо все очень хорошо. Потом был небольшой тест, а когда Виталий вышел из гостиничного номера, началось что-то просто невероятное. Филипп и Александр прыгали, кричали восторженно, они были как дети. Они сказали, что этот визит просто является каким-то чудом. За несколько часов была решена вот эта проблема с одним из любимых актеров Филиппа.



Дмитрий Волчек: Вот вы рассказали о том, как режиссер нашел актеров, а как актеры нашли режиссера? Ведь фильмы Филиппа Гранрийе почти не знают в России, во всяком случае, их не было в прокате. Но, наверное, актеры, которых он и вы выбирали, посмотрели его картины. Какое впечатление они произвели на них?



Виталий Еренков: Да, актеры посмотрели его картины уже после того, как они были отобраны, поскольку не было возможности, не было времени показывать эти фильмы им до того. Более того, я не исключаю, что была определенная опасность, что некоторые из этих актеров могли быть и не готовы к этим фильмам. Даже уже после того, как актеры были отобраны, мы обсуждали, стоит ли показывать им оба фильма или один. Я говорю о совершенно молодых ребятах Дмитрии Кубасове и Алексее Солончеве.



Дмитрий Волчек: Я хочу просто пояснить для наших слушателей. Первая картина Филиппа была о серийном убийце, вторая - о торговле людьми, так что не каждому зрителю они предназначены.



Виталий Еренков: И не каждый человек будет к ним готов. Я могу несколько отступить в сторону, но когда я посмотрел эти фильмы, это тоже произошло после того, как я встретился с Филиппом на этом кастинге, я был абсолютно убежден, что я имею дело с каким-то маньяком. То есть этот маньяк был, по законам жанра, очаровательным, я в него влюбился, но я бы абсолютно уверен, что этот человек одинок, что у него нет семьи и что, может быть, иногда, по ночам, он бродит по темным улицам Парижа в поисках приключений. Потом, когда я уже работал на фильме, на площадке появилась очаровательная дама, Карин, которая снимала фильм о фильме. Я узнал, что она является женой режиссера. Совершенно очевидно было, что они романтически влюблены друг в друга, они прожили вместе много лет, у них уже почти взрослые дети, в общем, это замечательная, идеальная семья. Кстати, фильм «Озеро» отличается от первых фильмов «Тьма» и «Новая жизнь» и, в общем-то, ставит определенную точку в изгнании демонов. «Озеро» - очень спокойный, медитативный фильм, все происходит в заснеженных горах и на льду озера. Съемки проходили в Швейцарии, но в картине место сознательно не обозначено, национальность главных героев сознательного не обозначена, и даже язык, на котором они говорят, а диалога там очень мало, по идее, должен напоминать некий новый, неизвестный язык в чем-то, может быть, близкий к французскому. То есть французский зритель должен разобрать то, что говорят актеры, но такое впечатление должно создаваться, что это какие-то и инопланетные французы. В отличие от «Новой жизни», где звук давит на вас так же сильно, как и изображение, в «Озере» звук это дыхание, это падающий снег, это шаги на снегу, это движение глаз, это совершенно новый Филипп Гранрийе, которого мы еще не видели. Я уже говорил, что с Филиппом работают только люди совершенно преданные. Это была небольшая съемочная группа. Филипп сам снимает, он практически никогда не выпускает камеру из рук. Я уже не первый раз в жизни был на съемочной площадке, но такого режиссера и такого метода работы я еще не видел. Когда мы появились на первой съемочной площадке, в первый съемочный день, съемки начались через 5 минут, причем они заключались в том, что главный герой Алексис рубил огромное дерево на вершине горы, а Филипп и вся съемочная группа вместе с ним, как какая-то армия, взбирались на эту гору, почти отвесную, падая, помогая друг другу, неся Филиппа буквально на руках, который таким образом начал этот съемочный день. И так было практически до конца. Я имею в виду эту энергию и ощущение того, что мы занимаемся чем-то очень важным, и мы представляем собой единый организм. На съемочных площадках такое бывает очень редко.



Дмитрий Волчек: Мне очень нравится, что Филипп в свое время сказал, как на показе фильма Жана Эпштейна началось землетрясение - и экран, и зрительный зал вибрировали, и ему хотелось добиться такого же эффекта своими фильмами. Я помню, как я выходил 10 лет назад после фильма «Тьма», и у меня буквально подгибались ноги, такой был эффект этой картины. Вот интересно, «Озеро» обладает таким магическим воздействием на зрителя?



Виталий Еренков: Да, я думаю, что несмотря на то, что фильм стилистически очень отличается, эффект землетрясения в нем будет присутствовать. В общем-то, это один из приемов работы Филиппа Гранрийе. Он практически прирастает к камере, когда он работает, и является с ней единым организмом. И один из приемов его съемок это камера, трясущаяся мелкой дрожью. Естественно, это делается в определенные моменты. Скажем, главный герой «Озера» Алексис страдает эпилептическими припадками и его внутреннее состояние Филипп очень часто предавал, особенно, при приближении к этим припадкам, именно вот этой дрожащей, сбивающей с толку, сбивающей с ног камерой.



Дмитрий Волчек: Виталий, «русский кинопродюсер в Лондоне», даже в 2008 году есть какой-то манящий экзотизм в этом сочетании слов. Расскажите, пожалуйста, о вашей работе, о вашей компании.



Виталий Еренков: Действительно, я живу в Лондоне и работаю, в основном, с российскими и европейскими компаниями. И я очень много сейчас организую съемок для российских компаний, которые приезжают в Лондон. Естественно, появились деньги, появилась возможность, если в этом есть необходимость, снимать не на студии, а снимать там, где действие фильма действительно происходит, и сейчас стало нормой, когда съемочные группы приезжают, скажем, в Лондон из России. Причем приезжают целые съемочные группы, на что нужны немалые деньги, и эпизоды этих фильмов снимают здесь. Например, я помогал организовывать съемки эпизодов для фильма «Обратный отсчет» Вадима Шмелева, также для фильма «Слушая тишину», а недавно приезжал Иван Вырыпаев со своим фильмом «Кислород». Кроме того, я помогаю российским компаниям найти английских или западных актеров в Англии и в Европе. Скажем, я помогал найти английскую актрису Джастин Уодделл для фильма Александра Зигдовича «Мишень», съемки которого заканчиваются сейчас в России. Помогал найти некоторых английских актеров, играющих членов Антанты для фильма «Адмирал», который тоже выходит в скором времени в России.



Дмитрий Волчек: Наверное, фильм Филиппа Гранрийе занимает особое место?



Виталий Еренков: Фильм Филиппа Гранрийе занимает особое место и, честно сказать, на меня и на актеров, с которыми я работал, Филипп произвел такое впечатление, что когда съемки подходили к концу все они спрашивали, сможем ли мы работать на следующем фильме Филиппа. Причем они готовы работать практически бесплатно, лишь бы работать на фильмах Филиппа. Вообще вся группа, которая была, работала на этом фильме потому, что они хотели работать с Филиппом. Съемки были очень сложные, но я никогда в жизни не видел такой слаженной, такой дружной группы, которая все время преисполнена энергии и находит в себе силы преодолеть практически любые препятствия. Я уверен, что большинство из нас, если нас разбудят посреди ночи и скажут, что Филипп сейчас снимает фильм на каком-нибудь вулкане или в Антарктиде, и надо туда срочно ехать, сейчас, в течение 24 часов быть там, то, я думаю, большинство из нас просто встанут с постели и окажутся там, где нужно. Мы все действительно страдаем, и я знаю, что у Филиппа есть план работать с теми российскими актерами, с которыми он работал. Более того, я могу выдать небольшой секрет. Он очень хотел бы снять фильм в Москве и про Москву. А когда мы были в Москве он сказал, что потрясен этим городом, что не понимает, почему про него нет фильмов и очень хочет снять фильм про Москву, потому что энергия этого города сравнима, пожалуй, только с Нью-Йорком.


XS
SM
MD
LG