Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Феномен Сары Пейлин перекраивает предвыборные шансы кандидатов в президенты. Музей Метрополитен на пороге новой эпохи.


Сегодня в Америке



Юрий Жигалкин : Феномен Сары Пейлин перекраивает предвыборные шансы кандидатов в президенты. Музей Метрополитен на пороге новой эпохи. Таковы темы уик-энда в рубрике «Сегодня в Америке».


Вторая неделя знакомства американцев с кандидатом в вице-президенты от республиканцев Сарой Пейлин завершилась на сенсационной ноте. Через неделю после съезда Республиканской партии, где губернатор Аляски впервые выступила с речью в качестве кандидата в вице-президенты, моментально превратившую ее в политическую звезду, опросы общественного мнения твердо указывают на лидерство Джона МакКейна в предвыборной конкуренции. Он оторвался от своего соперника Барака Обамы на четыре-пять пунктов. Этот незначительный разрыв вызвал, казалось бы, несоразмерные панические эмоции в руководстве Демократической партии, твердо рассчитывавшей на победу. Что могло стать причиной этого феноменальной перемены настроений избирателей? Слово - Яну Рунову.



Ян Рунов : Большинство политических обозревателей считают, что причина в очень удачном решении МакКейна взять кандидатом в вице-президенты Сару Пейлин. Не случайно самый большой сдвиг в пользу МакКейна (на 20 процентов) произошёл среди белых женщин.


Но неужели один человек, претендующий на роль второго плана, вчера ещё неизвестный никому, кроме жителей Аляски, может изменить мнение большинства американцев, которые ещё недавно готовы были голосовать за кого угодно, только не за республиканцев, последователей президента Буша? В чём феномен Сары Пейлин? Вот что думает об этом аналитик Института общественных интересов в Маунт-Плезенте, штат Айова, Джон Хендерсон:



Джон Хендерсон : Мы видели, как республиканский тандем МакКейн-Пейлин поднялся в глазах общественного мнения сразу после съезда Республиканской партии. И продолжает набирать очки. Дело не в том, что Сара Пейлин - женщина, а в том, что у неё ясные позиции по многим жизненно важным вопросам. Во-первых, её консервативные взгляды уравновесили скептицизм консервативного крыла Республиканской партии по отношению к МакКейну. Во-вторых, её отрицательное мнение о вашингтонской политической элите, как демократической, так и республиканской, её имидж человека реально мыслящего и говорящего на языке большинства американцев привлекает на её сторону, и, следовательно, на сторону МакКейна всё больше независимых, непартийных избирателей. Они поверили, что она принесёт с собой в Вашингтон свежий ветер с Аляски, и что она, хотя и консервативна, но не столь радикальна. Растут опасения, что перемены, предлагаемые Обамой, могут быть слишком революционными. Избирателей пугает связь Обамы с его крайне радикальным духовным наставником Джеремией Райтом, пугают ранние высказывания самого Обамы и слова его жены о том, что только после избрания её мужа кандидатом в президенты она перестала стыдиться Америки. Сара Пейлин противопоставила этому веру в здравый смысл, в семью, труд, традиционные американские ценности. Она предложила американцам перемены более благоразумные, чем предлагают Барак Обама и Джо Байден.



Ян Рунов : Джон Хендерсон назвал Пэйлин политиком из народа.



Юрий Жигалкин : Итак, удачный выбор Джоном МакКейном кандидатуры своего вице-президента может определить исход президентских выборов? Этот вопрос я обсудил с профессором Мичиганского университета Владимиром Шляпентохом.



Владимир Шляпентох : Прежде всего, мы можем говорить только о части американского общества. Значительная часть американцев продолжает рассматривать Обаму как своего кандидата в президенты. Идет речь, по всей вероятности, о той части американского общества, которая еще не окончательно сформировала свои взгляды, которая поддерживала Обаму с известными ограничениями. И вот именно на эту группу людей Сара Пейлин оказала огромное влияние. И вот почему. Это не секрет, что значительная часть американцев готова была голосовать за Обаму в значительной степени, потому что они видели в избрании черного президента большой прогрессивный шаг в Америке. С чем, между прочим, я и готов согласиться. Но теперь возникла возможность продемонстрировать лояльность к этой идеологии по-другому параметру - в отношении женщины. К тому же женщины, обладающей теми качествами, которых нет у Обамы - человечностью, близостью к жизни простых людей. Все это освободило в известном смысле часть американского населения (какую часть - нам сказать это очень трудно) от известного, если угодно, террора Обамы как кандидата прогрессивных сил.



Юрий Жигалкин : Но очень интересно, что в предвыборной кампании идет не противостояние программ или, скажем, идей, как справится с экономическими проблемами, что ожидали политологи, идет, скорее противостояние личностей.



Владимир Шляпентох : Вы правы в том смысле, что идет речь о конфликте образов людей, которые способны вести Америку вперед, которые способны улучшить жизнь американцев, - МакКейн и Обама. Теперь появилась еще третья фигура - фигура Сары Пейлин, которая является абсолютно свежей, интересной, яркой, которая, в общем, как говорится, завоевала воображение значительной части американцев.



Юрий Жигалкин : Как вы считаете, смогут ли республиканцы, так сказать, растянуть этот волнующий заряд свежести до президентских выборов?



Владимир Шляпентох : Вы понимаете, сказать с уверенностью абсолютно невозможно, но ясно, как мне кажется, что значительная часть американцев устала от Обамы. Это совпадение, очень полезное для МакКейна. Американцы устали от Обамы, устали от его ораторского искусства, устали от того, что он непрерывно повторяет в своих выступлениях буквально одно и тоже. Все это притупило, как мне кажется, у значительной части американцев прежнее свежее восприятие Обамы, которое имело место в начале праймериз.



Юрий Жигалкин : Причины феноменального перелома настроений избирателей в пользу республиканского кандидата в президенты мы обсуждали с профессором Мичиганского университета Владимиром Шляпентохом.


На прошлой неделе крупнейший американский музей изобразительных искусств Метрополитен объявил о назначении нового директора. Им стал куратор отдела гобеленов 46-летний Томас Кэмпбелл. Он заменит на этом посту Филиппа Монтебелло, который за тридцать лет руководства крупнейшим и лучшим музеем страны во многом определял его приоритеты. Это известие стало первополосной новостью в стране в неделю решительной политической борьбы и ураганов. Его мы обсудили с Александром Генисом.


Александр, почему, как вы считаете, это назначение получило такой резонанс?



Александр Генис : Директор Метрополитен - самая важная фигура во всей культурной жизни города. Впрочем, не только культурной. Нью-Йорк - мировая столица туризма. И Метрополитен - один из сильных магнитов, привлекающих сюда приезжих. Согласитесь, что посетить Нью-Йорк и не побывать в Метрополитен так же нелепо, как обойти стороной Эрмитаж, приехав в Петербург. Метрополитен создает огромный приток капитала в городскую экономику, переживающую сейчас нелегкий период.



Юрий Жигалкин : Но Метрополитен - всего лишь один из той сотни музеев, которым может похвастаться Нью-Йорк.



Александр Генис : Нет, Метрополитен нельзя даже сравнивать. Это - уникальная институция: энциклопедический музей! Он сразу обо всем, это - сумма нашей цивилизации, не западной, не восточной, не старой и не новой, а именно что всей. Машина просвещения несравнимой мощи. Рядом с Метом можно поставить разве что тот же Эрмитаж или Британский музей. Знаете, Юра, иногда мне кажется, что сокровищница Метрополитен, как библиотека Борхеса - замкнута, но бесконечна. Сколько бы раз я сюда ни ходил, всегда находится что-то новое. Недавно, например, набрел на коллекцию музыкальных инструментов. Там был клавесин такой красоты, что на нем мог бы играть Моцарт или ангел.



Юрий Жигалкин : Какова роль директора в музее?



Александр Генис : Когда нынешний глава музея Филипп де Монтебелло объявил, что с первого января уходит в отставку, в Нью-Йорке воцарилось уныние. За 31 год его работы в Метрополитен наступил золотой век. Я тому свидетель. Монтебелло стал директором в 1977, как раз когда я приехал в Нью-Йорк. С тех пор мы не расставались. Я посетил все до единой выставки, которые устраивал Мет, и о многих из них рассказал нашим слушателям. В музейном деле Монтебелло считается лучшим в мире. Он сумел создать баланс между спросом и предложением на своих условиях.



Юрий Жигалкин : Звучит туманно. Что это, собственно, значит?



Александр Генис : Об успехе выставки судят по числу зрителей. Этот статистический подход привел к тому, что все музеи, включая теперь и российские, гонятся за блокбастерами. Секрет их в том, чтобы заманить толпу популярным именем. На импрессионистов или Пикассо всегда соберутся сотни тысячи зрителей.



Юрий Жигалкин : Что ж тут плохого?



Александр Генис : Ничего, кроме того, что нельзя без конца эксплуатировать знакомое и любимое. Задача музея - расширять и углублять наши знания, утончать вкусы, цивилизовать эстетические взгляды и привычки. Именно этим и занимался треть века Монтебелло. Будучи демократом, он считал, что искусство принадлежит народу, который часто бывает умнее критиков. Метрополитен не раз устраивал выставки, которые считались интересными только узким специалистам. Но Монтебелло верил в свою публику и всегда оказывался прав.



Юрий Жигалкин : Да, я вспоминаю выставку «Византия», которая прошла с неожиданным и оглушительным успехом.



Александр Генис : Еще показательнее выставка гобеленов. Помните Нью-Йорк сразу после 11 сентября? Невеселое зрелище. И тут музей устраивает безумно дорогую выставку гобеленов эпохи Ренессанса, о которых никто ничего не знает. Даже друзья Метрополитен тогда считали затею авантюрой. Но Монтебелло знал, что делал. Некоторые шпалеры были такой ширины, что пришлось заказать специальные автоплатформы и остановить движение на Пятой авеню. Увидав снимок гобеленного кортежа в газетах, нью-йоркцы ринулись на выставку. В результате она стала как бы символом нью-йоркской выдержки - в городе еще дымятся руины, а его жители рассматривают эзотерические экспонаты в своем любимом музее.



Юрий Жигалкин : Однако, Александр, не пора ли нам перейти от старого директора Метрополитен к новому?



Александр Генис : А мы уже перешли. Куратором той самой выставки был Томас Кэмпбел, которого только что назначили директором взамен Монтебелло. Ему - 46, он вырос в Кембридже, учился в Оксфорде и путешествовал по музеям всего мира, подрабатывая официантом. В Метон с 1995. Тут его прозвали «гобеленным Томом» - по его узкой специальности. Теперь на нем будет весь музей.



Юрий Жигалкин : Чего зрителям ждать от нового директора нам, посетителям?



Александр Генис : Сегодня многие музеи, включая даже такой роскошный, как Гуггенхайм, упрекают в том, что их директора идут на поводу у попечителей, коллекционеров, спонсоров или невзыскательной аудитории, которую легко развлечь, скажем, выставкой «Армани», но трудно научить чему-то сложному, интересному и высокому. Зато именно такую миссию - развлекать просвещая - выполняет уже второй век музей Метрополитен. Поэтому у его нового директора Томаса Кэмпбела есть только одна задача - не опустить планки.



Юрий Жигалкин : С Александром Генисом мы обсуждали назначение нового директора музея Метрополитен. На этом мы завершим очередной выпуск рубрики «Сегодня в Америке».



XS
SM
MD
LG