Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Кинообозрение» Андрея Загданского. Гийом Кане «Никому не говори».





Александр Генис: О том, что лето кончилось, говорит не только календарь, но и нью-йоркский кинопрокат, который, медленно приходя в себя после каникулярного ажиотажа, предлагает зрителям более взрослые фильмы. Этой осенью, как с радостью говорят критики, до Америки добралась целая волна новых французских фильмов, которые предлагают любителям кино интеллигентное и увлекательное зрелище. Об одной такой картине слушателям «Американского часа» рассказывает ведущий нашего «Кинообозрения» Андрей Загданский. Прошу вас, Андрей!





«Никому не говори», Гийом Кане


« Tell No One », Guillaume Canet



Андрей Загданский: «Никому не говори» - французский триллер, экранизация романа американского автора Харлана Кобена с тем же названием. Во французском кино есть замечательная традиция – триллер. Недавно на экраны в Нью-Йорке вышел повтор «Лифта на эшафот», сделанный давно очень молодым Луи Малем с музыкой Майлса Дэвиса. И картина заново очаровала целое поколение новых любителей кино в Нью-Йорке. «Никому не говори» - работа тоже еще очень молодого режиссера Гийома Кане. Кане хорошо знают во Франции и Европе как актера, в первую очередь, хотя он уже сделал несколько картин. Этот фильм, с моей точки зрения, безупречно выполненное кружево. Фильм начинается тревожной идиллией. Главные герои - Алекс и его жена Марго - приезжают ночью на озеро. Абсолютная тишина, ни души, маленький пирс. Марго раздевается догола и прыгает в воду. Алекс стоит на берегу, потом тоже раздевается и прыгает. Идиллия. Ночь. Тишина. И все мы прекрасно понимаем, что сейчас произойдет что-то ужасное, что-то такое, из-за чего мы и пришли в кинотеатр. Алекс и Марго лежат на этом маленьком пирсе посередине озера, и после каких-то второстепенных реплик Марго прыгает в воду и выходит на другом берегу озера. Тишина. И тут раздается душераздирающий женский крик. Алекс вскакивает и плывет к берегу. Когда он, голый и беззащитный, выскакивает на берег, он получает удар бейсбольной битой по лицу и падает в воду. Надпись: «Прошло 8 лет». В следующем эпизоде Алекс приезжает на работу, в госпиталь, все в том же автомобиле, синем «Вольво». На лице Алекса большой шрам. Мы понимаем, что сегодня годовщина того самого события, годовщина смерти Марго. Алекс собирается навестить ее родителей. Алекс – педиатр, обычный день в офисе… Точнее, не совсем обычный: один из пациентов, мускулистый грубиян Бруно с массивной золотой цепью на груди и в майке без рукавов, не хочет отдавать в руки врачей своего сына гемофилика, которому нужно делать операцию. Алекс как-то разрешает конфликт и завоевывает признательность Бруно. Потом Алекс подходит к своему компьютеру и видит необычное письмо, обозначенное «М+А». Он открывает сообщение и видит видео. На видео - его жена Марго, живая, поднимается по эскалатору, где-то, смотрит в камеру, долго, внимательно, чтобы ее можно было узнать. Вот, собственно говоря, завязка фильма. Тайна исчезновения Марго, ее убийство или инсценировка ее убийства становятся с каждым эпизодом все сложнее и еще закрученнее. Подозрения, конечно же, падают на самого Алекса, и в определенный момент он бежит от полиции, в то время как его преследуют другие страшные люди, которые хотят найти его жену. Как вы понимаете, в действие приходит Бруно, с которым мы познакомились в начале фильма. Вообще, все в этом элегантном фильме работает, все концы сходятся, все точки замыкаются. Все это сделано изобретательно и очень убедительно на двух уровнях – и сценарном, и актерском. Знаете, все триллеры на самом деле похожи на тот самый сеанс черной магии с разоблачением. Как вы помните, конферансье в варьете настаивал именно на разоблачении, и Воланд не зря отказывался. Разоблачение - дело сложное. В триллере самое сложное – собрать интригу в обратном порядке, объяснить в самой главной, финальной сцене все подвешенные зацепки, все поступки и мотивировки. Одна ошибка, одна лишняя деталь и – провал, ничего не работает. Черная магия не удалась. Гийом Кене избегает этой самой страшной опасности. Ему удается объяснить все. Все дикие и страшные поступки в конце фильм складываются в четкую и ясную картину. Все работает, ни одна деталь не остается без внимания.



Александр Генис: Знаете, Андрей, что поражает в истории культуры? Это непредсказуемость ее путей. Дело в том, что второстепенные американские романы, детективы, триллеры и фильмы, конечно, становятся постоянно, из года в год, из десятилетия в десятилетие, материалом для прекрасных французских фильмов. Почему это работает только в одном направлении - я понять не могу.




Андрей Загданский: Да, начиная с фильмов, которые оказали принципиальное влияние на французскую Новую волну, все время существует движение этого нижнего культурного американского слоя во Францию, где его поднимают до уровня произведения искусства. Почему это происходит, никто не знает.



Александр Генис: Формалисты русские говорили, что искусство передается не от отца к сыну, а от дяди к племяннику. Может быть, это сейчас и происходит. От чудаковатого дяди американца, к толковому, молодому и интересному французскому племяннику.



Андрей Загданский: Я вам признаюсь так, Саша, что если я смотрел картину с большим удовольствием, она сделана действительно безупречно, то у меня не возникло никакого желания пойти в книжный магазин и купить книгу «Никому не говори». Я думаю, что вполне могу обойтись без нее.



XS
SM
MD
LG