Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Насколько обращены к детям российские музеи?


Ирина Лагунина: Одно из самых ярких воспоминаний от моих журналистских поездок в Вашингтон – музеи. И не только впечатления от коллекций и выставок. Помню, первой мыслью было – почему у меня в детстве не было таких музеев. Это настоящий, захватывающий детский мир. Сейчас некоторые российские музеи тоже стали поворачиваться лицом к детям. Например, в Петербурге школьники могут узнать, как учились их сверстники 100 лет назад. Прогулку по музеям города совершила Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: Петербургский музей политической истории, расположенный в бывшем особняке балерины Матильды Кшесинской, работает удивительно интересно. Ни намека на застывшую музейную атмосферу, все кипит, выставка за выставкой, причем каждая - это вдумчивый и смелый взгляд в прошлое - будь то времена большого террора или совсем недавние события. И рядом со всем этим вот уже 10 лет действует программа для детей, детский музей в музее, где воссозданы исторические интерьеры сельской земской школы и городской классической гимназии эпохи Александра II. Сначала я захожу в сельскую школу, где, сидя на лавках за двумя длинными грубыми столами, под иконами с одной стороны и портретом государя императора с другой, дети учатся правилам старинной грамматики - написанию твердого знака в конце слова после согласных.


(Фрагмент урока)

Татьяна Вольтская: Урок ведет руководитель отдела детской педагогики и культурно-досуговых программ Наталия Баранова. Теперь старинная аспидная доска на
ножках уступает месту другому предмету, по поводу которого детям предлагается загадка.


(Фрагмент урока)


Татьяна Вольтская: Потом вызванный к доске мальчик откладывал на счетах число 1864 - год отмены крепостного права. А потом была задача - естественно, про крестьянина, который везет часть урожая продавать в другую деревню.

(Фрагмент урока)

Татьяна Вольтская: Крестьянин путешествовал еще довольно долго, и на лодке, и на поезде, потом детям дали старинные деревянные игрушки - телегу с лошадью и поезд с паровозом. А потом я спросила детей, какой урок им больше понравился - словесности или математики.

Дети: Словесности.



Татьяна Вольтская: Почему?



Дети: Потому что там странные буквы и их надо учить.



Дети: Мне математики, потому что надо считать.



Дети: Мне тоже понравилась математика, потому что на ней нам давали всякие игрушки.



Дети: Мне понравились оба урока. На каждом уроке все интересно по-своему.

Татьяна Вольтская: Сотрудник музея Александр Проклов одет в мундир учителя гимназии, но он может дать объяснения и по сельской школе.

Александр Проклов: Три урока у них – это Закон Божий, урок русской словесности и уроки арифметики. Вот детские деревянные игрушки.



Татьяна Вольтская: А игрушки, как они использовались? Тут и солдатики.



Александр Проклов: Дети, когда устают, тогда начинают играть. Дети приносили свои игрушки, никогда не выкидывали, поэтому всегда инсценируем, что у нас появился музей детской игрушки. Разные загадки загадываем.

Татьяна Вольтская: Что вызывает особый интерес у детей?


Александр Проклов: Чем писали в старину. Мы показываем письменные принадлежности, как они готовятся, детей не оторвать, они очень долго пишут. То есть они верят, что можно писать гусиным пером.



Татьяна Вольтская: То есть у вас есть чернила?



Александр Проклов: Все абсолютно. У каждого ребенка есть гусиное перо.


Татьяна Вольтская: В классической гимназии все достаточно условно - класс один, а обучение было раздельное, но сейчас пришедших детей просто сажают отдельно - девочек, допустим, за левый ряд парт, а мальчиков за правый. Урок ведет другая сотрудница музея - Евдокия Тимофеева. Здесь ребята постарше, и это, в общем, не урок, а объяснение того, как именно учились - с самого начала, с того, как себя вели, как здоровались с учителем. Девочки и мальчики стоят двумя рядами у своих парт.

Евдокия Тимофеева: Вот, я думаю, что сегодня вы здороваетесь как мальчики. Как вы думаете, как здоровались раньше? Надо взять юбочку, которой у вас нет, правую ножку в сторону, спина прямая, левая ножка прямо, голову прямо. Вы скромные, глазки опустили и присели. Теперь скажите мне, пожалуйста, давайте с вами посчитаем, сколько одних языков нужно было выучить в классической гимназии? Какой самый главный язык? Русский. Для вас сейчас это обычно, все мы говорим по-русски, в школе учим. В старших классах вы познакомитесь с героиней пушкинской Татьяной, которая «по-русски плохо знала, журналов наших не читала и выражалася с трудом на языке своем родном». Дворяне говорили на французском языке.

Татьяна Вольтская: В общем, языков получилось целых шесть - три современных и три древних. Все это общим и для мальчиков, и для девочек, у мальчиков были еще столярное дело и гимнастика. А вот чтобы сосчитать предметы по домоводству для девочек, пальцев на двух руках не хватило.

Евдокия Тимофеева: Вот это что такое у меня в руках? Вышивание. Давайте считать: девочки должны были уметь вышивать, вязать, шить, уметь красиво одеваться, уметь готовить, уметь принимать гостей, уметь вести хозяйство. Этому всему учили в гимназии. Уметь играть на фортепиано, уметь петь, танцевать, рисовать.

Татьяна Вольтская: Ведет свои гимназические уроки и Александр Проклов.

Александр Проклов: Первое знакомство с детьми происходит в классической гимназии, здесь я представляюсь, что я учитель гимназии – господин учитель. Повторяю и говорю: я вас тоже буду называть с любовью и уважением господа гимназисты. Самый удивительный восторг вызывает чернильница-непроливайка. Когда у детей спрашиваешь: посмотрите, господа гимназисты, чернила есть? Да, господин учитель. А теперь давайте, господин гимназист, я вам вылью чернила на руку. Они с удовольствием. Я переворачиваю, а они смотрят, почему не вытекает. Вот это для них просто какое-то волшебство.

Татьяна Вольтская: Мама Светлана с дочкой Аленой казалась очарованной обеими школами.

Светлана: Учитель гимназии настолько нас впечатлил. Все мамы стояли: откуда они его взяли?



Татьяна Вольтская: Какие вам вопросы задавали?



Алена: По поводу азбуки задавали вопросы. Все не перечислить.



Светлана: Потом переходим в атмосферу несколько другую гимназического класса.



Татьяна Вольтская: Вас поразила, наверное, какая-то строгость?



Светлана: Да, конечно, я наблюдала, мне кажется, что они сидели по струнке, часто робели и не могли ответить на вопросы, потому что была просто атмосфера абсолютно другая. С сегодняшней раскрепощенностью попали в совершенно другую среду.

Татьяна Вольтская: О принципах работы обеих школ говорит Наталия Баранова.

Наталия Баранова: К нам приходят дети самого разного возраста. Приходится проводить не только образовательные, воспитательные программы, но и игровые.



Татьяна Вольтская: Кто разрабатывает эти программы?



Наталия Баранова: Научные сотрудники, музейные педагоги. Конечно, создавался детский музей с участием опытных сотрудников. Но прежде всего работают те, кто знает детскую аудиторию, особенности восприятия. Прежде всего здесь учтены психологические особенности ребенка. У нас во всех помещениях могут сидеть, не устают во время занятия. Все занятие построено на том, что они постоянно в чем-то участвуют. Поэтому у них проходят занятия в течение часа, они спрашивают: а почему так мало? У нас время равнозначное гимназическому уроку 19 века – 60 минут. Они не замечают, потому что для них это некая новизна. Посещение музея и специально выбранные старые школы для воссоздания исторических интерьеров музея, им это понятно. Могут сравнить свой мир с миром своих ровесников, которые жили сто лет назад.

Татьяна Вольтская: Музейные программы для детей уже давно развиты на западе. Говорит наш корреспондент из Берлина Юрий Векслер.

Юрий Векслер: Согласно опросам, более 76% музеев в Германии считают школы и школьников самой важной для себя частью публики. Сами немецкие школьники нынешнего поколения демонстрируют новый повышенный интерес к музеям вообще и к изобразительному искусству, в частности. В Германии вообще чрезвычайно развита так называемая музейная педагогика, которая помимо задачи дать пришедшему в музей ощущение путешествия во времени, пребывание в другом времени, ставит своей целью и привлечение внимания к объектам, которые не говорят сами за себя, то есть нуждаются в объяснениях. Но эта работа как таковая не всегда приветствуется со стороны публики, в том числе со стороны школьников. И это значит, что в задачи музейных педагогов входит еще и агитация, и убеждения. В отношении детей эта работа в последние годы активизирована в нескольких направлениях. Это и непосредственное наблюдение детей за художественными акциями, вплоть до участия их в развертывающихся на их глазах перфоменсах. Новым направлением работы в музеях с детьми стала инициатива начинавшаяся как попытка заинтересовать детей в создании фильмов о музейных объектах. Интерес современных школьников к видео и компьютерам оказался замечательной платформой для новых отношений детей и музейных экспонатов. В таких кино и интернет-проектах дети сами выступают в роли объясняющих искусство. Некоторые музеи теперь уже создают детские страницы на своих сайтах в интернете. Из этих опытов возникла идея всегерманского конкурса школьников в интернете под названием, похожим на адрес электронной почты – «Школа @ музей». Конкурс еще называется «Тысячу раз родина». Детям предлагалось выбрать музейный объект, с которым они лично бы олицетворяли понятие «родина» и объяснить, почему. Отобранные работы немецких детей составили в интернете виртуальную выставку или, точнее, виртуальный музей их родины Германии.

XS
SM
MD
LG