Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Передел земли в Подмосковье продолжается. Электронные проездные билеты – это хорошо или плохо? Мнение самарцев. Саранск: Как продать выращенное своими руками? Жители Благовещенска и китайского города Хейхэ ездят друг к другу в гости уже 20 лет. Ростов-на-Дону: За что уволили выдающегося онколога? Псков: Придорожная торговля запрещена, но процветает. Челябинск: Почему застройщикам наплевать на интересы граждан? Прибытково: Кто защитить библиотеку? Саратов: Ной, не ной, а ковчег строить надо


В эфире Подмосковье, Вера Володина:



Николай Дижур : Сегодня 80-летний старик не будет эффективным собственником - цель земельной реформы. Не станет. Ушел поезд. Все. Де-факто сегодня не изменить ситуацию. Я еще раз говорю, в 3, в 5, в 10 раз уже перепродано все это дело. Невозможно найти и вернуть… И многих людей уже нет – их убили, посадили, уехали они.



Вера Володина : Николай Дижур, известный правозащитник по земельным вопросам. Лидер межрегионального общественного движения "Дачная Амнистия" высказывает свое отношение к проходящей на этой неделе голодовке 20 пайщиков колхозов «Ленинский Луч» и «Заветы Ильича» Красногорского района. Одна из участниц голодовки Вера Карпикова объясняет - к акции она присоединилась, не добившись ничего в суде .



Вера Карпикова : Мы уже устали ходить. Нам везде отказывают, все суды. Поэтому мы решили объявить голодовку. Мы, лично я, никаких документов не подписывали, и также, кто здесь находится. Мы никаких документов не подписывали. У нас нет на руках никаких договоров, ничего нет, что мы якобы продали эту землю или что-то подобное. У нас единственное, что есть на руках – это справка из землеустройства по Красногорскому району. Я числюсь в списках пайщиков колхоза «Заветы Ильича». Свидетельство на земельную долю Карпикова в Красногорском райкомземе не получала. У нас есть, но свидетельство нам никто не выдал, хотя в других хозяйствах выдали свидетельства. С ними расплачивались за эту землю – кому землей давали, кому деньгами компенсировали. А нам никак.



Вера Володина : Николай Дижур в свое время тоже участвовал в голодовке, протестуя против обмана земельных пайщиков. Было это несколько лет назад в Серпуховском районе, но голодовку в Красногорском районе, поддержанную общественным движением «Крестьянский фронт», осуждает.



Николай Дижур : Я голодал сам, а не мои старики и пенсионеры. Я здоровый молодой мужик 21 день не ел. Да, а этот здоровый молодой мужик толкает людей, стариков 60-летних. На последнем совете по земельным отношениям решение вынесено, когда собиралось руководство области, когда собирались представители региональных различных структур и ведомств. Принята именно резолюция, чтобы согласительными процедурами, мирными решить проблемы, призывая, прежде всего, собственников к социальной ответственности перед пенсионерами. Под председательством Игоря Олеговича Пархоменко проходил совет, первый заместитель губернатора. Это понимание у областного руководства есть. Нужно, прежде всего, апеллировать к тем, кто выплачивает компенсации. Выплатив 20 миллионов, допустим, условно говоря, на 3 рубля не доплатив, создали проблему. Пытаясь решить проблему, они только ее усилили.



Вера Володина : Своих коллег-земельных правозащитников Дижур называет земельными рейдерами .



Николай Дижур : Вы видели когда-нибудь, чтобы общественная организация выходила с иском в суд против общественной организации? Вот я вышел. И сколько бы они не трещали, это же юристы все профессиональные, паразитируют на крестьянском горе. Я это доказал в судебном порядке. Первый иск о защите чести, деловой репутации в адрес себя выиграл 100 тысяч рубликов. Они мне перевели на расчетный счет. Сельхозпроизводство кооператив «Сеничено», который подвергся рейдерской атаке этих правдозащитников. Почему? Потому что они пять лет митингуют, но ни одному гражданину ни рубля не вернули. На этих паях как бы или на паевых землях… Почему я говорю «как бы»? Потому что сегодня, и они это прекрасно знают, невозможно вернуть собственника. Собственники уже живут в Австралии, в Америке, по пять раз перепродано это все. Невозможно по действующему законодательству сегодня вернуть и восстановить права этих людей. Но они выбрали именно те земли, на которых расположен правительственный комплекс (правительства Московской области) и здания Московского областного суда.



Вера Володина : Впрочем, участники голодовки и сами понимают, что земельные паи от них ушли, но они требуют обещанной компенсации за них. В голодовке участвует и жительница деревни Ивановское Лидия Серебрякова. В отличие от пайщиков с многолетней историей борьбы за землю, то, что происходит с Лидией Ивановной - это свежий пример. В нем воспроизводятся всё те же реалии времен «земельной реформы».



Лидия Серебрякова : У нас в 2006 году землю, которой мы владели под огороды, частично в собственности, отняла так называемая «Серебряная подкова» на основании решений координационного совета, который, в общем-то, не решающий орган, а как бы только советующий. Землю у нас забрали силовым путем – охранное предприятие и плюс тяжелая техника. И на все наши протесты никто не обращал внимания. На все наши обращения, вплоть до Путина, Медведева, Зубкова, ответы лживые и одни и те же, которые фабрикует московское областное правительство.



Вера Володина : Так и живут жители Ивановского со свидетельствами на право собственности да без земли, с конюшнями в полусотне метров при защитной норме от скотоводческих хозяйств в 300 метр . В предвыборный период районный глава пообещал им компенсацию за огороды, а после выборов заявил, что не получается. В самом начале, как законопослушный человек, Лидия Серебрякова со своим свидетельством на право собственности и постановлением от 1993 года обращалась в Регистрационную палату .



Лидия Серебрякова : Как только мы их стали оформлять – геодезию сделали, все, так явилась «Серебряная подкова». Земля была отнята. Нам посоветовали идти в суд. Нас судила судья Пучкова. Я ей предъявляю квитанции об оплате налогов – все квитанции за все годы. Она мне говорит: «Вы знаете, у вас неудачно сняты ксерокопии, принесите в другом виде». Хорошо. На следующее заседание я приношу в другом виде. Она говорит: «Вы знаете, сейчас это пока мне не актуально, уберите свои ксерокопии. Потом мне их дадите». На третий раз она так же сказала – не актуально. А потом выносит решение – налогов они не платили. Это что за судья?



Вера Володина : В голодовке, начатой 20 сентября, участвуют наследники уже скончавшихся пайщиков. Они утверждают, что имеют право на пай почти в 80 соток и говорят, что из 1400 владельцев земель бывшего колхоза 1300 получили ту или иную компенсацию за свои паи, а они не получили, и поэтому участвуют в бессрочной голодовке.



В эфире Самара, Сергей Хазов:



В сентябре самарцы провели несколько акций протеста, протестуя против новых электронных проездных карт, введенных мэрией с июля этого года для оплаты поездок на общественном транспорте. По мнению чиновников мэрии, электронные проездные карты очень удобны, поскольку их не нужно приобретать ежемесячно, как обычную сезонку. Достаточно купить электронную карту один раз и пополнять ее баланс, как у обычной банковской пластиковой карты - по мере расходования денег на счете. Если транспортная карта потеряется, деньги, оставшиеся на ней, можно будет восстановить. Единой электронной транспортной картой в Самаре можно оплачивать проезд во всех видах общественного транспорта - в метро, автобусах, троллейбусах, трамваях. Кондуктор с помощью специального электронного терминала за пару секунд сможет снять плату за поездку с электронного проездного.


Однако простые самарцы не вняли рассказам чиновников мэрии об удобствах единой электронной транспортной карты. Люди говорят, что минусов у новой системы оплаты проезда больше, чем плюсов. «При покупке электронной транспортной карты самарцам надо оплатить стоимость подключения к системе в сумме ста рублей, хотя сама карта выдается бесплатно. Школьникам надо заплатить за карту 50 рублей, а студентам – 75 рублей. Это очень невыгодно», - рассказывает самарчанка Настя Ефимова.



Настя Ефимова : Я считаю, что это не нужно. Потому что пенсионерам и так маленькую пенсию платят, а тут еще и за проезд надо платить, отменяют льготы. Это неправильно. Пенсия маленькая, чтобы они хотя бы на проезде экономили деньги.



Сергей Хазов : Среди других недостатков самарской электронной транспортной карты то, что два человека не смогут оплатить проезд по одной карте. По словам создателей карты, это сделано для защиты денежных средств от недобропорядочных кондукторов или от случайной ошибки. Бесплатно заменить можно будет только электронный проездной, у которого не истек срок годности в один год. Для замены карты у самарца должен быть чек, подтверждающий покупку карты, а также результаты экспертизы, о том, что поломка карты произошла не по вине владельца. В противном случае с самарцев возьмут повторную плату за подключение. Как рассказал председатель правозащитной организации «Общественный транспорт Самары» Павел Пилецкий, власти, реализуя проект «Электронная транспортная карта» отменили привычные сезонки на проезд в городском транспорте, что является нарушением прав потребителей.



Павел Пилецкий : Это, конечно, прогрессивное явление. Во многих городах такие карточки уже введены и в России, и за рубежом. Это действительно удобно, но именно тарифные планы, которые установлены в Самаре, мы считаем на редкость неудобными для пассажиров и невыгодными.



Сергей Хазов : Перевод общественного транспорта на систему электронных проездных повысил и стоимость проезда, и в то же время, привел к отмене льгот на проезд самарцев. При покупке проездной карты с самарцев берут ее залоговую стоимость, при этом приобрести электронную сезонку могут только местные жители. Также чиновники мэрии приняли решение с сентября месяца дифференцировать оплату за проезд в общественном транспорте. В ближайшее время стоимость проезда в городском транспорте должна повыситься до 15 рублей, тогда как для обладателей электронных проездных карт она по-прежнему будет составлять 10 рублей за одну поездку. «Это – нарушение прав потребителей», - считает председатель правозащитной организации «Общественный транспорт Самары» Павел Пилецкий.



Павел Пилецкий : Наша основная претензия – это отмена существовавших сезонок. В Праге для постоянных жителей города билет на неограниченное число поездок стоит на год 5,5 тысяч, на месяц это получается менее 500 рублей. Безлимитный тариф на год стоит порядка 6 тысяч на общественный транспорт Москвы. Есть такие предложения. Они только для постоянных жителей, например, и только на год, но все равно получается достаточно выгодно. А в Самаре ничего этого нет. Оплачивается каждая поездка. Больше того, нет даже никаких накопительных льгот.



Сергей Хазов : Самарчанка Светлана Габринец рассказала, что повышение стоимости проезда никак не сказалось на качестве работы городского транспорта.



Светлана Габринец : Можно стоять 40 минут, можно стоять 50 минут на остановке и ждать. Увеличивают и увеличивают цены, не хватает денег на топливо. Частенько наблюдается такая картина – муниципальный автобус стоит, а рядом стоит частник-автобус. С муниципального автобуса, причем, не стесняясь пассажиров, вливают топливо в канистры. Тут же передают из рук в руки деньги, а люди стоят на остановке.



Сергей Хазов : «Поездка на общественном транспорте всё чаще становится не по карману простым людям», - рассказал Борис Коневский.



Борис Коневский : Это очень плохо. Мне приходится ездить, Мне нужно минимум на проезд 700-800 рублей. Мне нужно несколько рейсов сделать – за лекарствами, за продуктами.



Сергей Хазов : Сейчас инициативная группа самарцев вместе с правозащитниками и членами организации «Общественный транспорт Самары» направила обращение в суд, требуя отменить систему электронных проездных карт на городском общественном транспорте, как нарушающих Закон «О правах потребителей». В самарской мэрии ситуацию с электронными транспортными картами комментировать отказались.



В эфире Саранск, Игорь Телин:



Сентябрь – традиционное время сбора урожая с дач и огородов. Сотни горожан копают картошку, морковь, собирают яблоки. Для себя – на хранение, излишки – продают всем желающим. Для многих жителей столицы Мордовии, в первую очередь, пенсионеров, дачные участки и огороды, точнее, выращенный там урожай – серьезное подспорье подправить личный и семейный бюджет.



Жительница : Добавка к пенсии. Пенсии немножечко остается, а это не хлеб, на молоко.



Жительница : Много-то не заработаешь.



Игорь Телин : Но с недавних пор на продаже излишков урожая можно не только заработать, но и как в любом бизнесе – прогореть. Городские власти установили систему штрафов за организацию несанкционированной торговли на улицах Саранска, а милиция стала проявлять бОльшую активность в выявлении и наказании тех, кто продает овощи и фрукты не на рынках, а прямо на улице, обычно около крупных магазинов столицы Мордовии. Меры эти обусловлены тем, что после такой вот стихийной торговли, на асфальте остается много грязи, разорванные коробки и переломанные ящики, которые используются в качестве импровизированных прилавков.


Так что, теперь ведро картошки, выставленное на продажу в неположенном месте, может не только принести продавцу 100 рублей дохода, но даже лишить его суммы в пять раз больше. Пятьсот рублей – именно такова сумма штрафа в данном случае. Каждый день сотрудники службы участковых милиции отправляются в рейды по закрепленным за ними территориям. Точки несанкционированных продаж хорошо известны, известно и время, когда здесь собирается бОльшее количество продавцов.



Милиционер : Здесь не установленное место, грязь, пыль, а вы людям продаете огурцы. Для вас же сейчас администрация сделала мини-рынки. Пожалуйста, идите на них.



Игорь Телин : Действительно, власти Саранска выделили несколько площадок в городе в дополнение к существующим рынкам, где под навесами, на прилавках, а не, что называется с земли, можно торговать и картошкой, и яблоками, и морковью, и ягодами. Однако саранские пенсионеры торговать на этих мини-базарчиках особо и не хотят. Причина этого – нежелание, а порой и невозможность ехать куда-то далеко от своего дома.


Мария Петровна и Иван Васильевич – пенсионеры, инвалиды, продают сегодня картошку и морковь. Расположились прямо на асфальте у Центрального универмага. Именно с ними первыми и стали разбираться милиционеры, проводящие рейд.



Мария Петровна : Первый раз только пришли.



Игорь Телин : В двух кварталах работает мини-рынок. Вы туда не идете. Нужно площадку здесь организовать, вы считаете?



Иван Васильевич : Здесь обещают вроде сделать, а почему тянут – не знаю.



Игорь Телин : Фраза о том, что в первый раз пришли торговать – помогает избежать штрафа. Также как помогает и поддержка проходящих мимо людей.



Жительница : Здесь удобно. Что вы их гоняете, я не знаю. Нищих гоняете, нищих!



Милиционер : В установленном месте нужно торговать.



Игорь Телин : Собственно, и сами милиционеры стараются дело до штрафных санкций не доводить, понимают проблемы пенсионеров, рассказал старший участковый инспектор Ленинского райотдела внутренних дел Саранска Дмитрий Пугачев.



Дмитрий Пугачев : Кто уже неоднократно попадался, то есть на предупреждения никак не реагирует, то на них составляется административные протоколы. После чего административные протоколы направляются в административную комиссию Ленинского района города Саранска. После чего, если бабушка сама явится на административную комиссию, где ее предупреждают, когда она будет происходит, где именно, указывается адрес в повестке, на нее накладывается штраф.



Игорь Телин : Шесть площадок для торговли сейчас оборудовано в Ленинском районе столицы Мордовии. Причем, городские власти стараются, чтобы располагались они в людных местах, рядом с крупными магазинами и недалеко от остановок общественного транспорта. Первые из них стали появляться три года назад и фактически все время пустовали. Сейчас ситуация меняется и два мини-рынка даже пришлось укрупнять, строить дополнительные прилавки и навесы.



В эфире Благовещенск, Антон Лузгин:



Двадцатилетний юбилей открытия приграничного туризма отмечают близкие соседи. В конце сентября 1988 года Благовещенск и Хэйхэ посетили первые туристы из сопредельных государств. Сегодня для многих амурчан поездка на противоположный берег Амура мало отличается от визита в соседний район. Но впечатления двадцатилетней давности от Китая и китайцев в России сильно разнятся с днем сегодняшним. Говорит директор муниципального предприятия «Гостиничное хозяйство» города Благовещенска Сергей Шимко.



Сергей Шимко : 20 лет назад, когда мы приехали первый раз в Китай, то, действительно, нас поразила нищета, которую мы увидели. На протяжении 20 лет это, конечно, сегодня совсем другой город, другие отношения. Государство Китайское развивается, город растет. Первые туристы, конечно… Мы друг на друга смотрели с интересом. Потому что они были все в одной форме, ходили строем, были более заорганизованные, так скажем.



Антон Лузгин : Вспоминает директор фирмы «Амуртурист» Екатерина Тушминская.



Екатерина Тушминская : 24 сентября, до сих пор перед глазами, мы плывем на теплоходе в город Хейхэ. Я возглавляю делегацию, Геннадий Николаевич встречает китайцев на той стороне, на российской. И вот едешь туда (мы же много проводили экскурсий, много рассказывали о Китае) сам туда в первый раз, конечно, ощущения были и страха какого-то неведомого, и в то же время любопытства. Но мы уже знакомились, с руководством мы уже познакомились до этого. Встречали очень хорошо, радостно, но, тем не менее, настороженно, надо сказать, китайцы сначала нас встречали. Но по истечении кого-то времени познавали друг друга. И сейчас я могу сказать, что в принципе очень много туризм сделал для того, чтобы более такие тесные, нормальные, человеческие отношения стали между нашими городами.



Антон Лузгин : Фирма «Амуртурист» открыла приграничный туризм с Китаем. Она была первой в Советском Союзе на этом направлении. Процесс освоения столь близкой экзотики был далеко не простым, как многим представляется сегодня. Продолжает нынешний директор «Амуртуриста» Екатерина Тушминская.



Екатерина Тушминская : Горбачев как раз в конце декабря 1987 года подписал постановление о том, что разрешается открывать приграничные связи между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой. Мы, прочитав это постановление, в общем-то, сразу же поехали в Москву. Надо сказать, что наш генеральный директор Геннадий Николаевич Трушин и я много ездили туда – помогала правительству, помогала Компартии, то есть работа была грандиозная, потому что ничего не было – ни законов, ни соотношения между юанем и рублем, как и сейчас до сих пор. Вообще, никаких законов! Мы вне закона проработали 1987, 1989, 1990, 1991 годы. И только в 1992 году было издано постановление между двумя государствами о безвизовом туризме, и начали работать уже все другие организации.



Антон Лузгин : 15 – 20 лет назад туризм на китайском направлении сводился в основном к народной торговле и товарообмену. Путевки на противоположный берег Амура распределялись по предприятиям, и для однодневной поездки не требовался загранпаспорт. Тогда в Китае высоко ценились товары советского производства даже бывшие в употреблении, Китайцы с удовольствием предлагали за них свой ширпотреб. Вспоминает журналист Вадим Морозов.



Вадим Морозов : Я помню, брал с собой ручную дрель, какие-то стеклянные и хрустальные вазочки. Помню, обменял свой костюм поношенный – пиджак, брюки, все как положено. Тогда, конечно, костюм считался для китайца очень престижно, прилично. Что говорить. Если раньше меняли драповое пальто на костюмы «Адидас» спортивные. За одно пальто давали 5 или 6 костюмов, по-моему. Был свой курс даже. Это уже не тот город. Тогда – бараки из красного кирпича, много труб было. Все это сносили и строили новые дома.



Антон Лузгин : Сегодня совершенно другой туризм. И народ едет из Благовещенска в Хэйхэ в первую очередь развеется и уж только во вторую очередь за покупками.


В правительстве Амурской области сегодня признают, что китайские соседи намного опередили россиян в деле приграничного туризма. Китайцы находятся в постоянном поиске новых направлений. 4 года назад пекинская киностудия закончила работу над фильмом по роману Бориса Васильева «А зори здесь тихие». Вблизи Хэйхэ специально для съемок была построена копия русской деревни. На ее базе китайцы планируют создать в ближайшее время международный культурный центр с множеством объектов.


Будет открыт уникальный памятник военной архитектуры Второй мировой войны - японский командный пункт в виде крепости, откуда захватчики планировали руководить наступлением на приграничные территории Советского Союза. Сегодня эта крепость – один из символов освобождения Китая советскими войсками в августе 1945 года. Китайцы это всегда особо подчеркивают.



В эфире Ростовская область, Григорий Бакунин:



Куда делись 300 тысяч рублей, которые выделил мэр на выяснение причин массовых заболеваний горожан? Этот вопрос неоднократно звучал на недавно прошедшем митинге в городе Азове. Но начался митинг не с пламенных речей, а с минуты молчания. Его участники вспомнили тех, кого уже нет рядом с ними, кому не оказали во время помощь, возможно, из-за отсутствия лекарств... или совести.


Дело в том, что Азов уже более 40 лет занимает первое место в области по онкозаболеваниям. А городское онкоотделение со странным упорством со стороны областного министерства здравоохранения подвергается постоянной реорганизации, то и дело меняются его руководители. Более того, отделение недавно ликвидировали как самостоятельное лечебное учреждение, и сделали структурным подразделением областного онкодиспансера.


Так случилось, что в редакцию местной газеты «Читай-теленеделя» одно за другим пришли два письма с просьбой помочь восстановить на работе уволенного заведующего отделением Евгения Кувшинова. Что было дальше, рассказывает главный редактор издания Юрий Голубев:



Юрий Голубев : Мы опубликовали эти оба письма, ну, с интервалом небольшим, и в редакцию начали обращаться люди и говорить, что они вот хотят реально жить. Обращались люди, которых когда-то прооперировал этот врач. И таким образом мы начали сбор подписей за сохранение врача Кувшинова на своей работе, ну, собственно, это и произошло. Мы собрали более 7,5 тысяч подписей. На нас никто не реагировал, никакая власть, потом в администрации города стали говорить - ой, да мы не можем сориться с министром здравоохранения, вы что?.. Там же, наверное, всё согласовано.



Григорий Бакунин : В результате абсолютно стихийно, но, как оказалось в дальнейшем, совершенно логично в городе образовался общественный комитет за сохранение онкоотделения. Как рассказывает одна из его основательниц, сама страдающая от тяжелейшей болезни Любовь Сухарева:



Любовь Сухарева : Ростовскую область поделили практически на три части и сделали три онкодиспансера по Ростовской области. Что касается Ростовского онкодиспансера. В него вошли – вот только представьте себе – четырнадцать районов Ростовской области и плюс миллионный город. И это всё – на 300 койкомест. Если только по Азову на учёте стоят 1700 человек – это люди, которым практически ежедневно нужна практическая помощь.


Ведь есть еще институт онкологический. Но ведь там такие безобразия творятся! Для примера. Приезжаю туда. Мне говорят: 5 тысяч – койка. Официально. Ты платишь 5 тысяч. Начинаю разговаривать дальше. Прямо завотделением спрашиваю: «Сколько мне будет стоить операция?» «А это сколько вы договоритесь с врачом», - мне говорят открытым текстом. Спрашиваю: «Сколько это будет стоить?» И перечисляют: операция – 30 тысяч, за то, что тебя отведут в операционную – 500 рублей, 300 рублей нужно на каталку положить – санитаркам заплатить, за уколы заплатить, лекарства купить. И получается порядка 70 тысяч. Но ведь это онкология, которая требует мало того, что операции, но еще и химиолечение. Чтобы только лечь на химию, требуют 5 тысяч. Это онкоинститут. Что же касается онкодиспансера, там чуть дешевле, но та же самая ситуация. Людям идти не к кому, и некуда.



Григорий Бакунин : Продолжает Юрий Голубев:



Юрий Голубев : Но ученика Евгения Константиновича, за которого мы боролись и восстановили на работе, его поставили исполняющим обязанности заведующего онкоотделением. Примерно с июля месяца того года эти два врача они начали делать очень большое количество операций. Были сложнейшие операции, шло реальное спасение людей. И где-то в декабре месяце прошлого 2007 года в азовское онкотделение вдруг перестали поступать лекарства. Получилось так, что вот прошли выборы в Госдуму, и сразу – как обрезало. Сразу после выборов прекратилось всё. И неожиданно Вадима Кузьменко, исполняющего обязанности заведующего онкотделением, освободили от занимаемой должности и приехала Назарова из Ростова. И из онкоотделения ушли пять человек. Причём, два этих ведущих хирурга, анестезиолог, старшая сестра и медицинская сестра.



Григорий Бакунин : На митинг, созванный по инициативе общественного комитета, несколько тысяч жителей города пришли с плакатами: «Азову самостоятельный онкодиспансер!», «Чем мы дышим? Что мы пьем? Видно, скоро мы помрем!», «Похороним коррупцию в городе Азове!». По мнению представителей общественности, именно коррупция является главной причиной всех бед азовского онкоотделения. Начиная с того, что неизвестно куда исчезли выделенные для выяснения причин повышенной заболеваемости в Азове 300 тысяч рублей, и заканчивая более серьёзными вещами. Вот что говорит журналист Юрий Голубев:



Юрий Голубев : Мы получили из официальных органов — Министерства здравоохранения Ростовской области, онкодиспансера — ответы о том, что всё в порядке, онкоотделение не расформировывается. Мы хотели было поверить этим ответам, но когда начали такое небольшое журналистское расследование, то обратили внимание на то, что уже больше года в этом онкоотделении запрещены операции. Что нет лицензии на хирургическую деятельность, нет лицензии вообще на лечебную практику в этом онкоотделении после того, как его присоединили к Ростовскому областному онкодиспансеру. И это несмотря на то, что Азов более 40 лет занимает первое место по онкозаболеваемости и, несмотря на то, что азовское онкоотделение оказывалось самым лучшим в области на протяжении двух десятков лет по реальному спасению людей.


И мы так подумали, подумали, а как это можно – заведующего онкоотделением, который вывел его на лучшие позиции в области, народ пачками валил лечиться у этого доктора. Вот о Кувшинове говорят, что он пальцами видит. И его взяли, и в один момент «прекрасный» взяли и уволили. Просто, как использованный материал, раз и за околицу выбросили.



Григорий Бакунин : Сейчас члены общественного комитета собирают добровольные пожертвования горожан для поездки своих представителей в Москву. Там они собираются требовать от федеральных чиновников сохранения в Азове самостоятельного онкоотделения, и отставки областного министра здравоохранения Татьяны Быковской. И в онкокомитете пока не думают о самороспуске. Дел слишком много. Как говорит Юрий Голубев:



Григорий Бакунин : Потому что постоянно появлялась информация, постоянно нас кто-то теребил, тревожил. Онкокомитет будет продолжать работать, как минимум, ну ещё полгодика. Почему? Потому, что очень много проблем. Я вот удивляюсь, когда онкокомитет собирается, и вдруг мы начинаем обсуждать совершенно разные проблемы. То у детей отняли землю, украли. Потом, бах, приходят и говорят - а тут предприниматель женщинам беременным бесплатно воду давал, а его налоговая инспекция оштрафовала на 500 тысяч рублей. И таким образом, это жизнь города, и мы — дети этого города, мы все дети одного города. И мы, конечно, будем быстро реагировать на всё, что происходит в городе.



В эфире Псков, Анна Липина:



Надежда Антипова : Я вот тут приготовила со своего участка - вот у меня приготовлено - все выращено нашими руками с мужем.



Анна Липина : Надежда Антипова раскладывает на прилавке незатейливый товар. Ярко-оранжевая тыква и несколько кабачков - на двух деревянных ящиках, перевернутых кверху дном. Рядом - ближе к покупательской стороне - ведро с картошкой. Через несколько метров торгует бабушка Зина - у нее на прилавке баночки с медом и миски с яблоками, а еще через несколько метров Людмила - у нее ведра с клюквой и грибы.



Людмила : Я знаю, как с людьми общаться, как выставить товар я знаю - у меня всегда все в порядочке.



Анна Липина : В Псковской области процветает придорожная торговля. Фрукты и овощи, мед и молоко - все это можно купить на трассе, проезжая населенные пункты, то есть маленькие деревеньки. Пусть дороже, чем на рынках в городе, но зато практически мимоходом по дороге. Однако в регионе действует специальный закон - такая торговля с земли нелегальна. Несмотря на проверки, меньше торговцев не становится.



Людмила : Всю жизнь торговали, и никто никакие претензии к нам не предъявлял.



Анна Липина : Говорит продавец Людмила. Торговлей профессионально Людмила занимается торговлей около 15 лет. Сначала торговала в магазине, вышла на пенсию и стала торговать на трассе. Сейчас у нее сезонный товар - клюква. Ее собирает сама и члены семьи, также к Людмиле, как опытному продавцу, обращаются и соседи. За качество своего товара Людмила готова поручиться, говорит, что для реализации отбирает только лучший. Ее соседка Вера торгует молочными продуктами.



Вера : Вот у нас считается молоко нормальное около 4 процентов жирности. А в пакетах - там 2,8 процента жирности.



Анна Липина : На трассе не только случайные покупатели, но есть и постоянные.



Покупательница : Потому что это настоящее молоко. Здесь вкуснее молоко.



Анна Липина : Несмотря на то, что на рынке все эти продукты можно купить дешевле, торговля на трассе живет. А легкий заработок для продавца может обернуться большими неприятностями для покупателя. Грибы могут оказаться ядовитыми, молоко - опасным. К тому же, продавцы не проходят никаких медицинских проверок. После принятия областного закона, запрещающего торговлю с земли, милиция периодически проверяет придорожные прилавки.



Милиционер : Таких людей оправдываем, но в основном там торгуют малоимущие, пожилые женщины. Мы стараемся их так более-менее не наказывать, а предупреждать. Но которые не понимают с первого раза, приходится составлять протокол.



Анна Липина : Подобное административное правонарушение наказывается штрафом. Сумма штрафа может доходить до 2 тысяч рублей. Но торговые работники трассы все равно выходят на работу. Внучат надо растить, и пенсии не хватает, говорит Людмила.



Людмила : Голодные же будут!



Анна Липина : В близлежащих деревнях работать негде - торговля на трассе, порой единственный заработок.



В эфире Челябинск, Александр Валиев:



Такие истории, как эта, в Челябинске и других крупных городах, приключаются довольно часто. Уплотнительная застройка вызвала у жильцов окрестных домов бурю возмущения. На сей раз протест связан не только с самим фактом беззастенчивого захвата дворовой территории, но и с тем, насколько демонстративно беззаконно это делается. Говорит житель дома Рождественского, 7 Николай Часоводов.



Николай Часоводов : Все снесли. Здесь была площадка, были качельки, там была баскетбольная площадочка. Сейчас у нас ничего нет. Я еще счастлив тем, что нам оставили тротуар, а то нам приходилось бы с вертолетов попадать в подъезды.



Александр Валиев : История началась два года назад, когда во дворе дома Рождественского, 7, где стояли две древние двухэтажные жилые постройки, объявились строители. Один домик они снесли, второй расселили, отрезали от коммуникаций и развернули стройплощадку. Выкопали котлован, огородили огромную территорию забором. Жителям дома Рождественского, 7 они оставили узенький тротуар и такой же кусок проезжей части. Рассказывает Ирина Семенова, местная жительница.



Ирина Семенова : Где-то в 2006 году началось все с рубки деревьев, потом завезли блоки, копать начали. Мы постоянно обращались в разные органы – и в администрацию города, в прокуратуру Петрозаводского района, областную прокуратуру, но наши все обращения были отклонены, так как все время отвечали, что все в порядке, документы у застройщика имеются. Он действует в соответствии с законом. Но все-таки наши дальнейшие работы, скажем так, в этом направлении, выявили мы то, что документов у застройщика не было все-таки.



Александр Валиев : Документов действительно нет. Во всяком случае, законных. Вице-мэр Давыдов подписал распоряжение, передающее огромный участок земли в собственность жильцов тех самых домов, которые на момент составления этой бумаги, уже фактически не существовали. Один был снесен, другой расселен и стоял пустым. Оказалось, что в одном из этих домов была квартира, принадлежавшая застройщику - компании "Южуралстройсервис-плюс". По сути, документ не имеет законной силы. Законным же путем - через аукцион и покупку земли - фирма тоже идти не хочет. Поэтому строители пока и не могут зарегистрировать участок в собственность в Регпалате. Но подготовка к строительству продолжается. Говорит Людмила Самонова.



Людмила Самонова : Дети у нас, начиная от нулевого цикла и кончая… даже взрослые выходили, играли в волейбол, в футбол. Все близлежащие дома приходили к нам. У нас не пустовало здесь. Настало время, когда они выкупили первый дом, потом второй и поставили забор. И все!



Александр Валиев : Муж Людмилы Самоновой инвалид. Раньше он, как и многие пожилые люди, живущие в этом дворе, имел возможность выйти, посидеть на скамейке в тени деревьев, пообщаться с соседями. Теперь он выносит стул к подъезду и сидит на узкой полоске асфальта перед снующими туда-сюда по столь же узкому проезду машинами. Слово жильцам.



Людмила Самонова : У меня муж инвалид I группы. Вот он сейчас выходит. Он без наблюдения… Я не могу. Если я дома, я его выпущу, я должна смотреть за ним, присматривать. Ему негде. Он должен вынести сюда стул и сидеть здесь. У нас уже был такой вариант. Дедушка у нас умер уже. Ему некуда было приткнуться. Выносил стульчик, ставил у подъезда.



Муж Людмилы Самоновой : Он покончил жизнь самоубийством. Он повесился у брата, а жил в том, предпоследнем, подъезде. Он садился около подъезда на стульчик, а тут машины, люди. Кончилось тем, что… Очевидно, одной из причин, по которой он покончил со своей жизнью, то, что ему здесь было тяжело.



Александр Валиев : Прокуратура Тракторозаводского района взялась защитить права инвалида Самонова. Но суды всех инстанций отклоняют протест прокуроров. Жильцы уверены - все дело в предвзятости. Ведь учредители компаний застройщиков - не простые бизнесмены, а депутат городской думы Шафигулин и комитет по имуществу и земельным отношениям администрации города Челябинска.



Жительница : Выяснилось в ходе судебных разбирательств, что еще один из компаньонов этого всего предприятия, еще есть вторая компания «Южуралстройсвервис-плюс». Учредителем этого «Южуралстройсервис-плюс» является также Шафигулин и второй учредитель в равных долях идет муниципальное предприятие КУИЗО, то есть Управление комитета по имуществу и земельным отношениям. Фактически комитет здесь участвует… Предпринимательская деятельность – получается так. Конечно же, они сами себе не отменят это распоряжение. Приходится идти такими сложными путями, но пока мы не можем добиться справедливости.



Александр Валиев : Застройщики собираются возводить на этом месте 10-этажный 4-подъездный дом. Если этим планам суждено сбыться, жители дома по улице Рождественского так и останутся ни с чем. Между тем, прокуратура Тракторозаводского района дважды обращалась к главе города с предложением выступить инициатором иска в Арбитражный суд и защитить муниципальную землю от самовольного захвата застройщиков. Но ответа от мэрии так и не дождались.



В эфире Ленинградская область, Татьяна Вольтская :



Прибытково - старинный дачный поселок, в начале века здесь отдыхали многие известные люди. Сохранился и дом, который дал название поселку, - бывшая дача адмирала Прибыткова, прелестный деревянный особняк в стиле модерн, с причудливыми наличниками и даже остатками врубелевских витражей. Сейчас здесь размещается библиотека - гордость поселка. Без преувеличения можно сказать, что она живет бурной жизнью - летом здесь устраиваются детские праздники, тематические выставки сменяют друг друга круглый год. В последние годы, наконец, после длительного перерыва начались и новые книжные поступления, но именно в связи с ними появилась и новая головная боль у библиотекаря Людмилы Александровны Яковлевой.



Людмила Яковлева : Разбили на веранде… Вернее, даже не разбили, а выставили два стекла и залезли через веранду в библиотеку. Но в основное здание библиотеки они не попали, а, может быть, и не старались. Я не знаю, потому что это изолировано было, закрыто. А там лежат книги. Как раз буквально за два дня до этого, привезли дарственные, очень хорошие книги – фантастика, очень яркие, с обложками красивыми, с очень хорошими иллюстрациями. Я их проштамповала и поставила в шкаф. Я так предполагаю, что кто-то все-таки эти книги видел, и глаз положил на них. Потому что взрослый бы эти книги, я думаю, не взял, потому что рядом лежат книги более ценные.



Татьяна Вольтская : А недавно умудрились красть даже личную книгу библиотекаря.



Людмила Яковлева : Да, положила я книгу. Обещала одной читательнице Познер «Критические статьи в адрес Познера». Буквально отошла в читальный зал, подшивку сделала. Вошла, когда сюда, то Познера на столе не оказалось. И все вроде бы ушли, никого уже в библиотеке не было.



Татьяна Вольтская : А скажите, пожалуйста, приходишь в библиотеку, действительно, стаканчики валяются, семечки лежат, бутылки. Библиотека – это, по-моему, какое-то сборное место для подрастающей молодежи.



Людмила Яковлева : Вот вчера, например, так. Я ушла очень-очень поздно отсюда, хотела дождаться эту молодежь. Идут две девочки сюда. Я говорю: «Девочки, смотрите, что вы делаете». А они «Это не мы». «А кто?» Молчат. Я говорю: «Девочки, раз вы молчите, значит это вы. Посмотрите, двери расписаны, кругом семечки, кругом стаканы. Вчера приезжала милиция. Одно дело, когда я спрашиваю, второе дело, когда приедет патруль, вас затащат в машину, и будут с вами разговаривать на другом языке. И вы, не дай бог, засветитесь в компьютере». Вроде бы задумались – типа того, это не мы, мы все-таки стараемся убирать. Одну фамилию мне назвали. Очень приличные родители. Я понимаю милицию, что у нее громаднейший участок. Он говорит: «Я примерно знаю, кто это. Я книги эти вам верну». И еще он мне пообещал, что нам поставят сигнализацию. Он сказал, что будет добиваться этого любыми путями.



Татьяна Вольтская : Сигнализация - это хорошо, хотя уму не постижимо, почему ее до сих пор нет в таком ценном здании. Но никакой сигнализацией не переделаешь атмосферу, царящую вокруг: положила книгу стол - украли, даже во время детского праздника, пока все были на улице, утащили из зала старый коврик. Стекла, только что вставленные, тоже разбили. Почему-то после разговора с Людмилой Александровной вспомнилось мне одно мое путешествие в Англию, в глухие валлийские горы, где одни туманы да овцы, но все равно в затерянной деревушке имеется бар с телевизором и всем необходимым, и все желающие сидят там, на рассыпают бутылки и стаканы под чьими-то стенами и заборами. Уверена - было бы в Прибытково доступное скромное кафе, сидели бы подростки там, а не у стен библиотеки. А что же будет все-таки с домом адмирала Прибыткова - ведь одной сигнализации мало, надо как-то спасать отваливающиеся наличники и остатки витражей. Но денег нет, средства надо привлекать извне, говорит глава администрации Кобринского сельского поселения Михаил Трошагин.



Михаил Трошагин : Сейчас с нами работает активно депутат Врагушин Виктор Анатольевич. Пытается помочь нам развивать именно культуру на территории нашего поселения. Может быть, больший упор он сейчас сделал на комплекс музейный «Земля предков Пушкина», но Прибытковскую библиотеку он точно также видел, смотрел это здание, готов оказывать какую-то помощь, но она не кардинально поддержит. Мы с ним уже говорили, он говорит: «Я вам пришлю письмо, по которому можно подготовить документы и включиться в программу». Мы пытаемся что-то делать, но, скажем, насколько хватает наших сил. Работы очень много. Я надеюсь, что и Прибытковская библиотека не останется без внимания. Скажем так, что мы сейчас делаем? Клуб в Карташевской пытаемся восстановить, Дом культуры здесь в Кобрино. Какое-то маленькое вложение в эту Прибытковскую библиотеку, в музейное дело. Конечно же, это комплекс. У нас в поселении производства практически нет. Эти культурные наши ценности мы, по сути дела, этим живем. Поэтому сейчас дать четкое обещание – все, к завтрашнему дню, в 2009 году я сделаю то-то и то-то – не могу я так пообещать, потому что вы же придете и скажете – а где?



Татьяна Вольтская : Честно говоря, я смотрю на прекрасное здание библиотеки с трепетом - как бы не пришлось потом говорить это "где?" по поводу него самого, не говоря о крошащихся наличниках и разбитых стеклах.



В эфире Саратов, Ольга Бакуткина:



Сотрудники Дома-музея Павла Кузнецова вместе с художниками провели акцию «Дом кит». 20-минутный перформанс обращен к местным властям. Более 10 лет из прилегающего к музею аварийного дома, где должна быть картинна галерея, не отселяют жильцов. Двухэтажный, кирпичный, большой, похожий на гигантскую пойманную рыбину. Его тело немного изогнуто на плавном уличном повороте. Он – кит. И он выпускает фонтан.


11 лет назад началось возрождение Дома художника Павла Кузнецова. Сначала в пустых проемах окон появились занавески и цветы с цветами. Дом делал вид, что он жив. Затем на новеньком заборе, оградившем захламленное пространство будущего сада, стали вывешивать картины местные художники. Так заявил о своем существовании музей. Заведующий Домом-музеем Игорь Сорокин решил, что акция жизнеутверждения действеннее, чем акции протеста. И не ошибся. Средства у местных людей нашлись. Дом художника восстановлен из руин, подрастают в саду яблони. Но у музея нет возможности экспонировать картины Павла Кузнецова, хранящиеся в запасниках радищевского музея. Картинной галерей должен стать соседний дом. Часть жильцов из него отселена. В пустующих помещениях собираются бродяги. Трижды в доме был пожар, а нынешней весной из-за износившейся дренажной системы дом дважды подтапливала вода. Проникала она и в здание музея. Ее уровень на первом этаже достигал 20 сантиметров .


Игорь Сорокин, знающий проблему как бывший заведующий Домом-музеем, в этот раз поддержал коллег как художник. Из протянутого через разрушенный дымоход пожарного брандспойта высоко в небо 21 минуту била струя воды. Спустившись с крыши, художник Игорь Сорокин объяснил суть арт-проекта.



Игорь Сорокин : Поскольку нам грозят, с одной стороны, пожары, а, с другой стороны, потопы, мы решили совместить эти две стихии в одном таком позитиве – в фонтане. Автор Павел Кузнецов, потому что это он писал, начиная с 1908 года фонтаны. Это одна из визитных карточек его творчества. Через 100 лет в 2008 году мы салютуем этим фонтаном в честь того, что картинная галерея будет.



Ольга Бакуткина : Средства на восстановления аварийного дома будут выделены из федерального бюджета. Главное – решить юридическую проблему, говорит заведующая Домом-музеем Ольга Бельская.



Ольга Бельская : Рассчитываем на власти города и на программу «отселение ветхого жилья». Музей Радищевский – федеральный, дом Павла Кузнецова – федеральный, а здание по Валовой, 94 – муниципальное. Поэтому вот этот момент не состыковки и происходит.



Ольга Бакуткина : Акция «Дом-кит» - вторая по счету. Весной сотрудники музея провели акцию молчания с черными повязками на глазах, символизирующими нежелание властей видеть проблемы музея. Впереди третья акция – «Ной, не ной, а ковчег строить надо». Рассказывает автор проекта художник Алексей Трубецков.



Алексей Трубецков : Есть ситуация, когда ты можешь ныть, ты можешь не ныть, вне зависимости оттого, ты великий Ной или простой гражданин, а все равно нужно строить эти самые ковчеги. Сейчас именно та же самая ситуация, которая касается, конечно, и музейщиков, и художников, на мой взгляд, и вообще всех жителей нашего города. У нас есть огромное собрание картин Павла Варфоломеевича Кузнецова, художника, безусловно, мирового уровня. Но так как они не предъявлены городу и миру, то значит, что их практически нет.



Ольга Бакуткина : Дом-музей Павла Кузнецова должен стоять на трех китах – дом, сад, картинная галерея. Дом и сад уже есть. Значит, и обязательно будет картинная галерея.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG