Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ольга Маховская: "Россияне настроены очень рано стареть"


Программу ведет Дмитрий Морозов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Вероника Боде.



Дмитрий Морозов: По данным Левада-центра, 27 процентов россиян боятся старости, болезней и беспомощности, связанных с пожилым возрастом. Этот страх стоит на четвертом месте в списке того, чего больше всего боятся люди, - после возможности потери близких, войны и нищеты. Прокомментировать эти цифры сегодня, в День пожилого человека, наш корреспондент Вероника Боде попросила кандидата психологических наук Ольгу Маховскую.



Вероника Боде: Ольга, насколько этот страх старости присущ человеку вообще и в какой степени, по вашим наблюдениям, это российская реалия?



Ольга Маховская: Ну, он в значительной мере присущ, вопрос – с какого возраста мы считаем себя стариками. Мне вспомнились данные американские, 80-летние старики у них показывают более высокий уровень удовлетворенности и счастья, чем 18-летние, и вот это сохраняется всегда. Но американцам легко быть счастливыми, поскольку у них страховки, медицинское обслуживание, и я думаю, что наш страх беспомощности, он как раз функция от того, что у нас социально незащищенные старики. Я не думаю, что старость – это такая фатальная вещь. Скорее всего, мы, россияне, настроены очень рано стареть и на стариков машем рукой довольно рано, когда они нам еще нужны, они могут быть полезными и помогать нам с детьми, помогать в профессии. Старики жалуются на то, что у них не спрашивают совета. Если бы мы это делали, они бы себя чувствовали более востребованными, более спокойными.



Вероника Боде: Как бы вы в целом охарактеризовали отношение россиян к пожилым людям?



Ольга Маховская: Я думаю, если спросить пожилых людей, они будут очень недовольны. Скорее всего, мы пытаемся не замечать старость как нечто неприятное, исключать ее из зоны своего особого внимания и считаем, что по отношению к старикам, к детям нужно выполнять какую-то минимальную норму, следить, чтобы они были сыты, обуты и более-менее здоровы. Конечно, нам всем не хватает внимания. Старикам не хватает социальных связей, и если здесь не организовать свою старость, не готовиться к ней, то можно действительно въехать в такое тяжелое старческое одиночество.


Старость – это не фатальное одиночество и не фатальное несчастье. Международные мониторинги показывают, что есть страны, где старость оказывается самым счастливым временем жизни людей. А Россия всегда была одной из самых несчастных стран, - в принципе, это такой психологический настрой, мы с ним живем. По каким-то многолетним статистическим данным, у нас возраст после 35 лет считается уже таким быстрым приближением к старости, и ничего хорошего мы в этой жизни не ждем, кто не успел, тот проиграл. Всегда неприятно – проводить свою внутреннюю мобилизацию и что-то в этой жизни менять, но если это делать вовремя, постепенно, понимания, что тебе нужно, и поддерживая социально желаемые и психологические близкие контакты, то можно к старости накопить только хороших друзей, хобби, которое может стать профессией в старости, сберечь здоровье и, наконец, заняться тем, что откладывалось просто потому, что не было возможности выехать, оставить какие-то свои занятия, работу.



Вероника Боде: По вашему личному ощущению, что такое достойная старость?



Ольга Маховская: Достойная старость – это высокая востребованность. И мне кажется, что логично накапливать опыт и потом им делиться. Очень важно, чтобы было что сказать своим детям. Достойная старость – это быть интересным, несмотря на возраст, и ощущение, что тебя оценивают не по внешним данным, а по твоему кругозору, по тому, какие интересные суждения ты высказываешь, насколько ты можешь человеку помочь.


XS
SM
MD
LG