Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кризис финансовых рынков. На какие нужды правительство США просит 700 миллиардов долларов


Ирина Лагунина: Звук колокольчика, извещающего о закрытии торгов на Нью-йоркской бирже в понедельник, на практике определил то, что экономисты назвали 11 сентября в экономике. Индекс Доу Джонса упал на 777 пунктов, то есть семь процентов, рекорд с отрицательным знаком. И уже через 9 часов падение американского рынка полным ходом отдавалось в Азии и начало сказываться в Европе. Причина – отказ Конгресса США утвердить 700-миллиардный план помощи банкам и финансовым компаниям страны. Лидеры стран – от Европы до Австралии – подвергли это решение американских законодателей, принятое перевесом в 23 голоса, довольно недипломатичной критике. Премьер-министр Великобритании Гордон Браун:



Гордон Браун: Результаты голосования в Америке весьма печальны. В последнее время мы в Великобритании приняли решительные меры, чтобы поддержать стабильность нашей системы, и я могу сказать, что управляющий Банком Великобритании, министр финансов и я примем все необходимые меры, чтобы поддержать стабильность системы во благо семей и бизнеса и их безопасности по всей стране.



Ирина Лагунина: Действительно, британские власти до этого объявили о национализации ипотечного банка Bradford&Bingley, последовав, таким образом, примеру большинства европейских правительств, вливших солидные бюджетные средства в коммерческую финансовую систему или проведших национализацию институтов, оказавшихся под угрозой. И хотя единой политики ЕС в этой области нет, Европа действовала большее или менее по одному образцу поведения. В Азии, напротив, правительства пока не спешат на выручку частным вкладчикам, но и там ждут от Конгресса США какого-то решения. Еще более жестко, чем Гордон Браун, высказался премьер-министр Австралии Кевин Радд:



Кевин Радд: Мы все пришли к мнению, и я думаю, что другие друзья и союзники Соединенных Штатов его разделяют, что мы призываем Конгресс Соединенных Штатов принять эти или аналогичные меры, когда они будут представлены в конгресс позже на этой неделе. Это необходимо для стабилизации американского финансового рынка. Это необходимо для стабилизации мирового финансового рынка.



Ирина Лагунина: О том, что же это за пакет в 700 миллиардов долларов из государственного бюджета США, мы рассказывали на прошлой неделе. В центре американского национального рынка ипотеки находятся федеральные ипотечные агентства Fannie Mae (Фэнни Мэй) и Freddie Mac (Фрэдди Мэк), которые в начале сентября перешли под полный контроль правительства США. Напомним рассказ нашего экономического обозревателя Сергея Сенинского.



Сергей Сенинский: Хотя оба федеральных агентства, по форме собственности, являются сегодня исключительно частными компаниями, мало кто из участников финансовых рынков сомневался и до сих пор, что, возникни кризисная ситуация, государство в стороне не останется. Что, собственно, и произошло. Из Лос-Анджелеса – вице-президент инвестиционной компании TCW, специализирующейся на ипотечных облигациях, Джеффри Гандлак:



Джеффри Гандлак: Fannie Mae и Freddie Mac являются гарантами ипотечного кредитования. Одна из таких гарантий заключается в том, что эти агентства выкупают у коммерческих банков закладные по ипотечным кредитам. Благодаря этому банки получают дополнительные средства и могут направить их на выдачу новых ипотечных кредитов.


Кроме того, агентства Fannie Mae и Freddie Maс выпускают на основе этих закладных специальные ценные бумаги, которые продаются на финансовых рынках. В этих ценных бумагах отмечается, что Fannie Mae и Freddie Maс обязуются их гарантировать. И если завтра эти два агентства вдруг перестали бы существовать, то вместе с ними исчезнут и гарантии.


В результате цена недвижимости может просто обвалиться, так как резко сузится круг потенциальных покупателей жилья: ведь у банков исчезнут нынешние фонды, которые и помогают людям совершить столь дорогостоящую покупку.



Сергей Сенинский: В воскресенье, 7 сентября, правительство США объявило, что берет оба агентства под свой контроль. А на следующий день их акции на фондовой бирже рухнули сразу на 75-80%...



Николас Ретсинас: Правительство было обеспокоено судьбой этих двух компаний, так как они жизненно важны для нормальной деятельности рынка жилья. Именно благодаря им, люди могли получать в банке кредиты на покупку жилья под умеренные проценты.


Чтобы такая возможность сохранялась в США и впредь, правительство и взяло под свой контроль 80% акций Fannie Mae и Freddie Mac. Взамен компании получают экстренную финансовую помощь. А цена их акций рухнула, так напуганные держатели акций стали их массово продавать.


Все решения руководителей этих агентств должны теперь одобряться директором нового федерального агентства - Federal Housing Finance Agency, которое было специально создано Конгрессом США еще в начале этого года...



Сергей Сенинский: Агентства Fannie Mae и Freddie Mac выпускали огромное количество собственных облигаций. Их общий объем на сегодня – 5 триллионов долларов. Для сравнения: это – текущий объем ВВП России сразу за три года.


Облигации американских ипотечных агентств имеют наивысшие кредитные рейтинги и всегда считались на мировых рынках одними из самых надежных: их участники понимали, что за ними фактически стоят обязательства правительства США. И потому облигации эти скупали на сотни миллиардов долларов зарубежные инвесторы, в том числе – центральные банки и правительства других стран, включая Россию, фактически дополнительно кредитуя тем самым экономику Соединенных Штатов.



Николас Ретсинас: Одной из причин экстренного вмешательства правительства и было намерение предотвратить сокращение потока зарубежных капиталов, идущих в США. Чтобы зарубежные инвесторы продолжали покупать облигации Fannie Mae и Freddie Mac, правительство и заявило: мы гарантируем эти ценные бумаги.



Сергей Сенинский: На сегодня самыми крупными держателями облигаций Fannie Mae и Freddie Mac являются национальные банки Японии и Китая – объем их вложений исчисляется сотнями миллиардов долларов.


Центральный банк России в прошлом году оценивал свои вложения в эти облигации в 100 миллиардов долларов, то есть пятую часть своих валютных резервов. Теперь, по разным оценкам, объем этих вложений составляет 30-40 миллиардов долларов.


В Соединенных Штатах сегодня разворачивается, ставшая уже частью нынешней предвыборной кампании, широкая дискуссия о путях дальнейшего реформирования агентств Fannie Mae и Freddie Mac. Речь идет и о полной их национализации, и о полной, наоборот, приватизации, а также разделении обоих агентств на части, хотя с непонятной пока будущей структурой собственности.


Но все понимают, что окончательных решений вряд ли стоит ожидать до завершения президентских выборов, которые пройдут в ноябре. Из Вашингтона – содиректор Центра экономических и политических исследований Дин Бейкер:



Дин Бейкер: Мне лично представляется, что больше смысла имела бы национализация. К частному сектору чаще обращаются, когда нужны новаторские, порой рискованные решения.


Но в случае ипотечного рынка нужны не новации и риск, а стабильность и надежность. На мой взгляд, нынешние проблемы ипотечных агентств Fannie Mae и Freddie Mac потому и возникли, что они рисковали на рынке...



Сергей Сенинский: В целом - какое влияние оказал разразившийся в прошлом году в США ипотечный кризис на рынок жилой недвижимости в стране? Намного ли сократилась доля американских семей, живущих в собственных домах, которая еще недавно составляла почти 70% от всех? И стало ли на этом рынке больше относительно дешевого жилья?



Дин Бейкер: С 2004 года количество американских семей, живущих в собственных домах, сократилось на 2%. И похоже, оно продолжает сокращаться дальше.


Значительно меньше стало и потенциальных покупателей, потому что теперь труднее получить в банке кредит на покупку дома.


Да, в результате ипотечного кризиса на рынке недвижимости в США появилось гораздо больше дешевых домов. Это хорошо для покупателей. Раньше цены на жилье были явно завышены, и они должны были снизиться.


Но, к сожалению, все это - довольно болезненный процесс. Даже если дома и подешевели, станут ли их больше покупать?.. Не знаю. Пока общее количество домовладельцев продолжает сокращаться. С одной стороны, теперь купить дом могут люди, которые еще 2-3 года назад просто не могли себе этого позволить. Но, с другой стороны, за долги лишаются своих домов некоторые из тех, кто купил их 2-3 года назад.



Сергей Сенинский: Из Лос-Анджелеса - Джеффри Гандлак, инвестиционная компания TCW:



Джеффри Гандлак: Падение цен на недвижимость в США в последние два года привело к тому, что многие домовладельцы просто перестали выплачивать банкам свои долги по взятым ранее кредитам. Ведь до этого почти все кредиты исправно погашались. И не только потому, что у клиентов были достаточные доходы, чтобы их возвращать.


Теперь же рыночная цена того же дома значительно снизилась, а нередко оказывается и меньше суммы оставшегося долга. И все больше домовладельцев стали приходить к выводу, что долг возвращать и вовсе не стоит. Пусть, мол, банк забирает дом, и сам с ним возится – ведь все убытки он примет на себя.


Отделавшись, таким образом, от дома, люди могут или снимать жилье, или попробовать купить себе другое - подешевле. В итоге все невозвращенные долги легли тяжким бременем и на банки, и на ипотечные агентства Fannie Mae и Freddie Maс. В этом и заключается сегодня главная проблема американского рынка недвижимости...



Ирина Лагунина: Предысторию нынешнего финансового кризиса рассказал Сергей Сенинский. По сути, часть именно этих долгов собирается теперь выкупать у банков и финансовых компаний правительство США. Именно на это и планируется потратить 700 миллиардов долларов, которые Министерство финансов дополнительно запросило у Конгресса. Идея состояла в том, что если снять с банков бремя плохих долгов, то они, то есть банки, восстановят нормальную систему кредитования и финансовый рынок возродится. И аналогичная ситуация складывается и в Европе. И не только потому, что европейские банки вложили немало средств в Америку. Объясняет Николя Верон, сотрудник брюссельского Центра Брюгеля:



Николя Верон: Общее чувство недоверия в межбанковских отношениях имеет огромное значение. То есть фактически кредитный рынок сейчас заморожен, и произошло это одновременно в Европе и в Соединенных Штатах. Есть ощущение, что система глубоко взаимозависима, и в какой-то степени Европа разделяет ту же финансовую судьбу, что и США.



Ирина Лагунина: Сейчас это относится в большей мере к Старой Европе от Исландии и Ирландии, где премьер-министр заявил, что правительство обеспечивает все банковские вклады без исключения, до Германии Франции. Но эксперты не исключают, что кризис может распространиться дальше на Восток. Аналитик Danske Bank в Копенгагене Ларс Кристенсен.



Ларс Кристенсен: Банковский сектор в стрессе в большинстве стран мира, трудно получить наличность, наличные деньги оцениваются очень высоко, процентные ставки идут вверх. Конечно, это исключительно плохо сказывается на странах, испытывающих большую потребность в финансировании. Если посмотреть на Центральную Европу, то в таких странах, как Болгария, Румыния и в государствах Балтии образовался большой финансовый дефицит. Этот дефицит должен быть заполнен кредитами, в основном западноевропейских банков, которые сейчас установили очень жесткую политику кредитования, потому что им самим трудно получать кредиты. Так что получается замкнутый круг – они устанавливают жесткую кредитную политику, и это приводит к еще большим проблемам в тех странах, которые накопили дефицит по текущим счетам. А это в основном Центральная Европа, Турция, Африка, Украина – все они из-за этого находятся под жестким давлением.



Ирина Лагунина: И все-таки, что же произошло, если оценивать с точки зрения политики, а не экономики? Законодатели в одной стране мира не приняла пакет мер, предложенный правительством. И – бросьте разговоры о многополярном мире – мир просит эту одну страну предпринять что-то, чтобы свободный рынок не превратился в свободно падающий рынок.


XS
SM
MD
LG