Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему испанское общество возвращается к церкви


Ирина Лагунина: В Испании в последние годы возрождается интерес населения к церкви и католической вере вообще. По мнению социологов, это связано с разочарованностью испанцев в современной политике, в частности, в реформах левого правительства страны. Ну а церковь отстаивает традиционные для католической страны жизненные устои и мораль. Рассказывает наш корреспондент в Мадриде Виктор Черецкий.



Виктор Черецкий: Отношение испанцев к церкви менялось в зависимости от исторических обстоятельств. Когда-то в Средние века вера и церковь сплотила нацию на борьбу с арабскими захватчиками. Испанские рыцари и простые воины с нашитыми крестами на груди и спине семь веков отвоевывали у иноверцев родные земли. Потом настали века Инквизиции, которая дыбой и кострами пыталась сохранить и упрочить влияние церкви в обществе. Ее ненавидели и боялись – престижу святым отцам она не прибавляла. Подъем католицизма наступил в начале 19 столетия – в годы национально-освободительной войны против наполеоновских захватчиков. Отцы испанской церкви с крестом в одной руке и с ружьем в другой поднимали патриотов на борьбу с «безбожными» французами. В тридцатые годы прошлого столетия пришедшие к власти в стране испанские левые видели в церкви своего злейшего врага. Как реакционеры и пособники контрреволюции, священники и монахи подлежали расстрелу без суда и следствия, ну а церкви, монастыри и даже школы и приюты для бедных, которые опекала церковь, – разрушению. Говорит историк священник Анхель Гарральда.



Анхель Гарральда: Есть один момент в вопросе о преследовании церкви со стороны испанских левых, на который не просто ответить. Почему они с особой жестокостью расправлялись со священниками, которые опекали бедных? Думается, что они просто не хотели, чтобы у церкви были друзья среди маргинальных слоев населения.



Виктор Черецкий: А испанский политолог Исмаэль Медина полагает, что преследование церкви левыми режимами в любые времена и в любых странах имеет и другие, более важные задачи.



Исмаэль Медина: Что больше всего раздражает в церкви левых политиков и понуждает их действовать для ее уничтожения? Это влияние священников на людей. Считается, что если народ отлучить от церкви и от веры, его будет легче подчинить. Отсюда поджоги монастырей, осквернение храмов, профанация святынь, уничтожение монастырских библиотек.



Виктор Черецкий: Восставший в 1936 году против произвола левых генерал Франсиско Франко называл свою борьбу освободительным «крестовым походом». Церковь стала на время союзницей его власти в деле восстановления страны. Впрочем, в конце диктаторского правления – начиная с 60-ых годов и на протяжении 70-ых - многие отцы церкви, во главе с выдающимся испанским ученым и общественным деятелем, академиком и кардиналом Висенте Энрике-и-Таранконом, стали открыто выступать за демократизацию режима и внесли немалый вклад в мирный переход испанского общества от тоталитаризма к демократическим формам правления. Впрочем, левые в лице Испанской социалистической рабочей партии, пришедшие к власти в 2004 году, этих заслуг не помнят. Для них церковь – это опять опора реакции, которую необходимо всячески ущемлять, хотя сегодня, разумеется, до расстрелов священников и поджогов храмов дело не доходит. Социалисты, в надежде лишить церковь влияния, лишили ее государственных дотаций, которые она получала на протяжении последних веков. Не помогло – церковь стали материально поддерживать верующие. Так что она ничего не потеряла и даже выиграла - полностью освободилась от опеки правительства. Говорит епископ города Малага монсеньор Антонио Дорадо Сото:



Антонио Дорадо Сото: Отныне церковь зависит только от граждан – верующих и неверующих, которые поддерживают ее материально. Эти деньги идут на богоугодные дела. В первую очередь, это конечно, содержание храмов, где наши верующие собираются на молитву. И, во-вторых, это социальное направление нашей деятельности, как в самой Испании, так и за ее пределами.



Виктор Черецкий: Оклады священников в Испании в два раза меньше средней зарплаты по стране. Ну а расходы по содержанию храмов действительно велики. Ведь церкви принадлежат сотни храмов, построенных еще в Средние века. Эти памятники истории и культуры страны, за некоторым исключением, она поддерживает в хорошем состоянии за свой счет. Средства церкви идут и на воспитание и обучение подрастающего поколения. Ей принадлежит примерно треть всех учебных заведений Испании, в частности, самые престижные университеты страны. Сотни тысяч нелегальных иммигрантов из Африки, которые ежегодно проникают в Испанию, также содержатся за счет церковной благотворительности - живут в ночлежках и питаются в бесплатных церковных столовых. Церковь содержит лечебницы для больных, в том числе наркоманов, и приюты для престарелых. К этому следует прибавить миссионерскую деятельность – в слаборазвитых странах находится порядка 30 тысяч испанских священников и монахов. Рассказывает профессор мадридского Католического университета Святого Павла доктор теологии Рафаэль Ортега.



Рафаэль Ортега: Миссионеры делятся на две группы. Это так называемые «епархиальные миссионеры», священники, отобранные для зарубежных миссий епископами. И миссионеры, направляемые для служения различными монашескими орденами и конгрегациями. Больше всего миссий принадлежит монахам Святой Троицы, иезуитам, францисканцам, доминиканцам, а также августинцам. Основная задача миссий – деятельность в районах земного шара, где слабы или вообще не существуют традиции христианства. Их цель - приобщение людей к христианскому вероучению. Как правило, речь идет об удаленных от цивилизации и крайне бедных районах. Движением всех миссионеров католической церкви руководит Конгрегация евангелизации народов, штаб-квартира которой находится в Риме на площади Испании.



Виктор Черецкий: Впрочем, современные миссионеры никогда не ограничивали свою деятельность лишь распространением вероучения. Сегодня они работают в медицинских учреждениях, а также в приютах для бездомных, инвалидов, стариков и сирот, разбросанных по всему свету. Под патронажем испанских миссионеров находится, кроме всего прочего, 12 тысяч учебных заведений во всем мире. Считается, что своим трудом они показывают окружающим пример подлинно христианского отношения к жизни и тем самым побуждают местное население приобщаться к вере. Профессор Рафаэль Ортега:



Рафаэль Ортега: Один из видов деятельности миссионеров – образование. Они живут, как правило, среди людей, не умеющих ни писать, ни читать. Причем, в ряде районов миссионерам принадлежит решающая роль в деле обучения грамоте, поэтому правительства многих государств не только не препятствуют, но и поощряют их деятельность. Мне недавно довелось целый месяц прожить среди миссионеров Святой Троицы, работающих на Мадагаскаре. Они занимаются обучением, а также кормят сотни местных детей, которые у себя дома голодают. Благодаря миссионерам, дети не только учатся, но и получают в день 200 граммов риса. Ну а миссионер - отец Педро Пека помогает людям, живущим, чтобы прокормиться, на свалке Антананариву. Он переселяет их в так называемый «Город Радости», строительство которого начал 15 лет назад. Священник обеспечивает людей работой и учит достойно жить и трудиться.



Виктор Черецкий: Почему все же при такой подвижнической деятельности тысяч отцов церкви, последняя считается «орудием реакции» и всячески унижается нынешней испанской властью? Послушаем, к примеру, что говорит о церкви один из идеологов испанского социализма, ветеран партии Альфонсо Герра:



Альфонсо Герра: Огромной заслугой великой французской революции было то, что она, под влиянием энциклопедистов, освободила сознание граждан от тлетворного влияния церковников. Испания в этом плане отстала от остальной Европы, потому что во время фашистской диктатуры Франко церковь возвеличивалась. Наши епископы, подобно иранским аятоллам, пытаются грубо вмешиваться в жизнь общества и диктовать ему свои средневековые нормы. Наши католические «аятоллы» – копия иранских.



Виктор Черецкий: По мнению наблюдателей, испанские левые раздражены не только ростом влияния церкви в обществе, но и критикой с ее стороны своих реформ. Первое, что не приемлет церковь – это официальная пропаганда моральной распущенности, особенно в среде незрелой молодежи. Социалисты без конца твердят в контролируемых ими СМИ, что женщины и мужчины вольны распоряжаться своим телом, что традиционная форма семьи, ограничивающая половую свободу, давно устарела, что радость жизни – в полигамии, что проституция – это уважаемая профессия и так далее. Уже в начальной школе 10-летних детей обучают, с помощью муляжей, как пользоваться противозачаточными средствами, чтобы избежать заражения СПИДом на детских вечеринках. Ну а если малолеткам-акселератам надоедают с устаревшей моралью «предки-ретрограды», то на них следует смело жаловаться в суд, к примеру, за подзатыльник. Свои так называемые «прогрессивные» взгляды правительство изложило в специальном курсе обществоведения, обязательном даже для школ, находящихся в ведении церкви. Этот курс, утверждающий «новую мораль» социалистов как единую для всего общества, был раскритикован епископами, но не за изложенные в нем взгляды, а за отсутствие какой-либо альтернативы подобным взглядам. Представитель Испанской епископальной конференции, органа управления церковью, монсеньор Хуан Антонио Мартинес Камино:



Х.А.Мартинес Камино: Правительство, навязывая этот курс всем школьникам, поступает вопреки нормам правового демократического государства. Подобная ситуация противоречит идеалам свободы, справедливости и прав человека. Если мы попираем свободу совести и свободу выбора, в частности, предметов для обучения, мы скатываемся к тоталитаризму.



Виктор Черецкий: В курсе обществоведения открыто популяризируется явление, называемое отцами церкви «садомией». То есть детям внушается, что однополые браки, разрешенные в Испании правительством социалистов, – это вполне нормально и современно. Здесь же фактически популяризируются аборты и введенная социалистами система экспресс-разводов по Интернету, как «неотъемлемый атрибут испанской демократии». Ну а церковь, исходя из христианской доктрины, хотя и возражает против абортов, разводов и узаконенных садомистских связей, вовсе не требует запретить обществоведение. Она лишь настаивает, чтобы те дети, которые воспитываются в духе традиционной христианской морали, были бы освобождены от подобного курса. Упреки в недемократизме буквально разъярили испанских левых. Заместитель председателя соцпартии Хосе Бланко.



Хосе Бланко: Я требую от католической церкви и от ее иерархов извинений в связи с их заявлением о нарушении прав человека в нашей стране. Это грубые, клеветнические заявления. Как и высказывания о том, что мы разрушаем традиционную испанскую семью. Я, между прочим, тоже христианин, но считаю, что единственно, кто нам мешает жить, кто пытается разрушить нашу жизнь, - это иерархи католической церкви.



Виктор Черецкий: Между тем, протест церкви против тоталитарных явлений в сфере испанского образования поддержали многие общественные организации, в частности, испанская Ассоциация родителей, которая провела в последние годы в Мадриде несколько манифестаций. По числу участников – около двух миллиона человек – они превосходили все массовые акции, собираемые левыми. Было бы наивно думать, что речь шла лишь о школьной программе. На манифестации со всей страны съезжались люди, недовольные политикой соцпартии, ее реформами, типа легализации гомосексуальных связей, ее нападками на церковь и полным забвением экономики при огромных бюджетных расходах. Последнее привело Испанию, в условиях неурядиц в международных финансах и экономике, к тяжелейшему кризису, безудержному росту инфляции и безработицы. Еще одна проблема Испании – рост сепаратизма в национальных окраинах, усиливающегося в условиях кризиса. Сепаратисты тоже нападают на церковь, учитывая, что она всегда являлась символом единства государства. Политолог Луис Ройбал:



Луис Ройбал: В Испании есть силы, стремящиеся развалить страну. Эти силы занимают, как правило, радикальные антиклерикальные позиции, поскольку для них испанская католическая церковь всегда отождествлялась с единым централизованным государством.



Виктор Черецкий: Любопытно, что нынешние испанские власти, убедившись, что ни финансовые ограничения, ни травля в прессе не только не уменьшили влияния церкви, но и, наоборот, повысили ее авторитет среди испанцев, поменяли тактику и заговорили о своем уважении к служителям культа. Заместитель председателя правительства Мария Тереса Фернандес де ла Вега:



М.Т.Фернандес де ла Вега: У нас сердечные отношения, мы поддерживаем постоянный диалог. Так что нельзя говорить об изменении нашего отношения к церкви. Ну а возникающие проблемы мы стараемся решить в духе взаимного уважения.



Виктор Черецкий: Правительство ничего не получило от конфронтации с церковью, ну а церковь укрепила свой статус хранительницы веры и устоев, на которую в тяжелую минуту кризиса и разброда в обществе можно опереться.
XS
SM
MD
LG