Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Все на борьбу с бомбилами


Елена Рыковцева : У меня нет по этому поводу точных цифр, но создается полное ощущение, что автомобиль в России давно рассматривается как основной источник дохода для огромной группы граждан. Вы поговорите с любым водителем, который согласился подвезти вас от работы до дома. В подавляющем большинстве случаев выяснится, что он не москвич и другой работы у него нет, или он как раз москвич, но временно безработный, или он пенсионер, получающий гроши, а значит без автомобиля ему просто не выжить. Трудно даже представить себе масштабы той социальной катастрофы, которая ждет страну, если она запретит частный извоз. Если все будет как на Западе, когда возле вас, поднимающего руку, не вправе будет остановиться ни одна машина, кроме официального такси. И, тем не менее, мы задаем вам вопрос, уважаемые слушатели: на пользу или во вред экономике страны идет частный извоз? Нужно ли начинать с ним борьбу, или оставить все, как есть? И представляю вам гостей нашей программы. Это ж урналисты сразу двух центральных изданий, которые, не сговариваясь, поработали "извозчиками". Только один предлагал москвичам поездки в своем автомобиле бесплатно, а другой был настоящим "бомбилой". Их публикации одновременно появились в газетах. С нами корреспондент "Комсомольской правды" Андрей Лавров и с нами заместитель главного редактора журнала «Русский репортер», который пока по инерции написал в «Известия», где он раньше работал….



Дмитрий Соколов-Митрич : Не совсем по инерции. Я туда буду писать время от времени.



Елена Рыковцева : То есть вас, видимо, с таким условием отпустили в «Русский репортер» из «Известий»?



Дмитрий Соколов-Митрич : Военная тайна.



Елена Рыковцева : Понятно. С нами Дмитрий Соколов-Митрич.


И мы начинаем с менее распространенного хобби, как я понимаю, Соколов-Митрич по жизни делает это, а не для газеты – он работает бесплатным бомбилой, хотя в самом этом сочетании – совмещение несовместимого. Он работает для себя. Он работает для того, чтобы спастись от депрессии, как я понимаю. Это такой способ успокоиться после ссоры с женой, тещей, после какой-нибудь неприятной телепрограммы. Садится человек за руль и отправляется по Москве бесплатно подвозить людей. Казалось бы, что люди должны радоваться и благодарить. Но на самом деле реакция не такая уж простая, как выяснилось из этой публикации. Давайте послушаем, как люди реагируют.



Диктор: « На бесплатность проезда пассажиры порой реагируют самым неожиданным образом. Все, конечно, удивляются. Многие даже нервничают. Но чаще всего люди раскрываются с самой неожиданной стороны.


Одна бабушка из Зюзина в знак сердечной благодарности подарила мне недовязанный носок, правда, спицы себе оставила. Какой-то пьяный охранник, которого я нечаянно посадил в Марьине (и сразу пожалел об этом), вручил памятный знак "Сто выходов на охрану границы". Худосочный клерк с портфелем, подобранный у "Павелецкой" и высаженный возле Арбата, как-то подозрительно замолчал секунд на пять-шесть и, не говоря ни слова, вышел, а на его сиденье я обнаружил тысячную купюру, которая превышала стоимость проезда как минимум раза в четыре. Еще со мной пытались расплатиться наркотиками, любовью, приглашали на работу личным водителем, оставляли свои телефоны ("Будешь в Свиблове - звони в любое время, куда хочешь подвезу!"), звали на съемки в ток-шоу, предоставляли пожизненный бесплатный проезд до Саранска в купе проводника, уговаривали вместе осваивать нефтяное месторождение в Абхазии, дарили буденовку, тюбетейку, кипу и гектар земли на северном Сахалине, предлагали бесплатно почистить ауру и составить генеалогическое древо таким образом, чтобы среди моих предков были Лермонтов, Нельсон Мандела и Джим Моррисон. Автор последнего предложения был искренне уверен, что это родство всамделишное, потому что все люди братья».



Елена Рыковцева : Дмитрий, я правильно понимаю, что первое, с чем вы столкнулись, что люди просто не понимают, что значит бесплатно. Они просто боятся, что раз бесплатный сыр, значит мышеловка. Вот сейчас вы их ограбите, убьете, что-то с ними такое сделаете.



Дмитрий Соколов-Митрич : Ну, нет, они узнают об этом, когда уже надо выходить из машины. Поэтому они вряд ли боятся, что я их ограблю и убью, просто можно встать и убежать. Но некий культурный шок и непонимание, как на это реагировать, что это нечто такое аномальное и какое-то извращение – есть, в глазах это читается. Если вдруг это выясняется по дороге или заранее, когда говорят, что вот у меня денег или мало, то, да, видно, что человек как-то напряженно сидит, особенно если на дальнее расстояние. Если на ближнее, еще можно подумать, что по пути подвожу. А если на какие-то дальние, то явно, если едет куда-то специально, то чего-то хочет. Это есть, да.



Елена Рыковцева : Вы это чем объясняете, что человек не понимает, что с ним за бесплатно. Это чисто русское, или это вообще людям непонятно, в принципе?



Дмитрий Соколов-Митрич : Я не знаю – русское или не русское, я не пробовал за рубежом таким образом ездить.



Смех в студии



Дмитрий Соколов-Митрич : Мне кажется, что это, наверное, для всех людей, живущих в странах с развитой или неразвитой рыночной экономикой, наверное, характерно такое непонимание. И даже бывает какое-то раздражение – что, я не могу заплатить что ли? Такая реакция тоже бывает.


А вообще как это появилось? Изначально у меня… Часто бывает такая потребность, когда что-то навалилось (депрессия или просто усталость), сесть на машину и просто ездить по городу. Вот я одно время ездил просто так по городу. Потом смотрю, люди останавливают. Я раз подвез, два подвез. Зарабатывать на этом смысла особого нет, поэтому стал делать это бесплатно. И так потихоньку понял, что в этом есть какая-то особая такая радость, что людей бесплатно подвозить, а не просто так по улице ездить. Тем более, поздно вечером или ночью, когда нет пробок – это одно удовольствие. Я заметил, что это, действительно, как-то снимает напряжение, поднимает настроение, самооценку повышает и, вообще, помогает жить.



Елена Рыковцева : Я должна сразу сказать, что, поскольку наша программа будет носить такой прикладной, практический немножко характер, то нужно сразу оговориться. Я как пассажир (вы будете как водители, а я как пассажир, который ловит машину каждый день), считаю, что договариваться о цене надо сразу. Вот как только вы открыли дверь машины, надо сразу договориться. Потому что, бог знает что… У вас «бог знает что» состоит в том, что вы говорите, что вообще не надо денег. А другой скажет 1 тысячу за то расстояние, за которое вы рассчитывали заплатить 100.



Дмитрий Соколов-Митрич : Да, большинство, конечно, пытаются договориться сразу. Я говорю – садитесь. И когда они выходят, я говорю, что денег не надо. Когда они едут, многие думают, что едут не бесплатно. Заранее раскрывается, когда у людей либо вообще денег нет или есть, но совсем мало. Они начинают нервничать, почему это я их согласился так далеко везти за такие небольшие деньги.



Елена Рыковцева : Но вы как-то высчитали по теории вероятности, по каким-то другим фактам, что вы не один такой в Москве.



Дмитрий Соколов-Митрич : Да, один из пассажиров, чернокожий, как-то поделился со мной впечатлением, что за год жизни в Москве он уже третий раз натыкается на таких бесплатных таксистов и почему-то все время это по субботам происходит, не знаю почему. Я так подумал, что если за год отдельный человек, который в меру регулярно ездит на такси, третий раз натыкается, значит, таких как я, наверное, сотни, если не тысячи. Кстати, если запретят бомбилам работать, поди еще докажи, что бесплатно вез. Можно еще и под штраф попасть.



Елена Рыковцева : Между прочим. Я запомнила одну историю. Это было давно. По ценам вы поймете, что это было давно. Я ехала от Котельнической набережной в Чертаново за 80 рублей. Джип шикарный, роскошный остановился. Едем мы едем, и водитель говорит: «Ну что за жизнь такая проклятая. Мы живем в этом поселке богатом, буржуйском, детям нужны обязательно снегоходы, потому что у соседей есть, а у них нет. У нас всего два компьютера, а нужен третий». Жалуется мне всю дорогу. И когда я выхожу и пытаюсь дать ему эти 80 рублей, он на меня смотрит и говорит: «Господи, да ваши 80 рублей меня не спасут!»



Смех в студии



Елена Рыковцева : Теперь переходим к «платной» публикации. Теперь Андрей Лавров, корреспондент «Комсомольской правды», целый цикл посвятил частному извозу (в субботу будет последняя публикация). Андрей, по-моему, так вошел во вкус этой профессии, что даже жадничать начал совершенно по-настоящему. Давайте послушаем фрагмент.



Диктор : «Во второй половине дня поперло.


Народ поднимал руки один за другим. И, что главное, не жадничали - за пробег в среднем километров десять - двенадцать платили по 250 – 300 рублей. Так развез четырех попутчиков, положил в карман тысячу. Стоп! А где прибыль-то? Я на одну мойку 700 рублей потратил, а они, между прочим, даже ноги не отряхивают, когда в салон садятся! Уже который час работаю - и все впустую. Похоже, надо больше денег просить. А машину можно и вовсе не мыть - ничего страшного, и в грязной доедут. Не баре. Больше заработаю.


Еду уже было домой, но по дороге находится еще одна пассажирка. Просит за 200 рублей отвезти ее из Филей на Новый Арбат.


- Ну, уж нет, дорогая, четыреста и ни копейкой меньше!


- Помилуйте, тут ехать пять минут.


- Девушка, бензин нынче дорог, да и я не Дед Мороз, чтобы забесплатно работать.


- Да знаю я, сколько бензин стоит. Ладно, сговорились вы все, что ли? Поехали!


Девушка, недовольно надув губки, садится на заднее сиденье. А я понимаю - конечно, четыреста рублей с точки зрения пассажира дороговато. Но расходы таксиста гораздо выше, чем мы думаем, и к одному бензину не сводятся. А не нравится - езжайте на метро».



Елена Рыковцева : Во-первых, Андрей, начну с экономической части этого сюжета. Мне кажется, что это неразрешимое противоречие - вы хотите побольше, а пассажир хочет поменьше. Как прийти нам с вами к компромиссу?



Андрей Лавров : Компромисс вполне возможен – это, соответственно, либо пассажир должен понять, что за такси надо платить, потому что это какие-то расходы (та же мойка машины, чистый салон, обслуживание техническое, много всего), либо пассажир будет платить мало, но он будет в небезопасной машине. Как раз в моем этом цикле я как раз пришел к тому, что бомбила не должен бомбить на иномарке, он не должен ухаживать за своим автомобилем, он не должен его мыть и не должен его чинить. Тогда это будет прибыльно.



Елена Рыковцева : Выгодно, да?



Андрей Лавров : Да. Потому что в противном случае одни убытки от этого.



Елена Рыковцева : Ваше мнение, Дмитрий? Как прийти к этому балансу, к этому компромиссу, когда вы считаете…. Вот вы в чью-то машину всовываетесь, говорите 100 рублей, а он говорит 200. Как здесь найти золотую середину?



Дмитрий Соколов-Митрич : Мне кажется, на дорогах Москвы как раз конкуренция просто в максимальном своем проявлении имеет место. Достаточно поднять руку и пока с одним разговариваешь, обычно, если это людное место, еще две машины останавливаются. Много берут, можно взять следующую. Как правило, если хочешь совсем дешево уехать, то…



Елена Рыковцева : Ты уедешь на третий, четвертый раз.



Дмитрий Соколов-Митрич : На третий, четвертый раз уедешь, причем, найдется, кто едет по пути или почти по пути. Как раз среди бомбил конкуренция реальная.



Елена Рыковцева : Но пока вы уезжаете на третий и четвертый раз, они все друг друга перебьют, как Андрей пишет. Ведь для того, чтобы подъехать к пассажиру, там такие гонки начинаются просто цирковые.



Андрей Лавров : Гонки, никакого соблюдения Правил дорожного движения, об этом просто не может быть и речи. Гоняем по правому ряду, не уступаем общественному транспорту ни в коем случае. Это запрещено просто. Можно, конечно, уехать на третьей, четвертой машине, но, с другой стороны, это полчаса. Я потрачу 30 минут. А зачем тогда я ловлю такси? Для того чтобы доехать быстрее.



Дмитрий Соколов-Митрич : Если возле метро, допустим, «Строгино». Я год там жил и ездил. Там 5-10 минут максимум. За это время машин 5-7 останавливается. На какой-нибудь, да уезжаешь.



Андрей Лавров : Вот как раз проблема возле метро. Возле метро это достаточно организованные люди. Чужой человек не может встать. Я пытался, меня погнали.



Елена Рыковцева : Ага!



Дмитрий Соколов-Митрич : Если стоят – да, а если проезжаешь мимо…



Андрей Лавров : Наматывать круги возле метро, конечно, можно, с точки зрения таксиста.



Дмитрий Соколов-Митрич : А вы решили стоять, нет…



Андрей Лавров : От метро лучше отойти подальше, чтобы платить поменьше.



Елена Рыковцева : А как понять – организовано? То есть вы стоите, к вам подходят и говорят – плати нам за то, что стоишь?



Андрей Лавров : Нет, они стоят достаточно давно. Я подошел к «Баррикадной», они просто сказали – езжай отсюда. Потому что их много, у них самих конкуренция. Они организованы, у них очередь. Они платят деньги «крыше», чтобы их милиция оттуда не гоняла. Чужим там просто делать нечего, потому что и так конкуренция, куда же больше. Они и так там по часу стоят ждут, когда своя очередь подойдет.



Елена Рыковцева : То есть там свой профсоюз.



Андрей Лавров : Там свой профсоюз.



Елена Рыковцева : А в профсоюз нужно вступить. При желании можно вступить, если захотеть.



Андрей Лавров : При желании можно, да.



Елена Рыковцева : Вы очень много, конечно, написали в своем материале и правильно о техническом состоянии машин, которые становятся самоокупаемыми только в случае своего очень плохого состояния. Я помню, что два года назад, по-моему, движение «Местные» затеяло борьбу с кавказскими водителями. Но для того, чтобы их не обвинили в том, что они националисты, что они расисты, что они выживают людей из Москвы, они говорили так, что у кавказцев грязные, старые, раздолбанные машины. «Поэтому мы против кавказцев-бомбил. Опасно для жизни». То, о чем вы пишете, полностью эту теорию разбивает. Потому что тут независимо от национальности водителя, все плохими машины должны быть, которые заработают.



Андрей Лавров : Если речь идет о бомбилах, если речь идет о тех, кто берет мало денег за извоз, то, конечно, все это не зависит от национальности. Другое дело, что в основном это приезжие, неважно, откуда они приехали, они покупают на мытищинском рынке машину за 500-600 долларов, в лучшем случае за 1 тысячу долларов…



Елена Рыковцева : Такую вот убойную…



Андрей Лавров : Они не будут в нее ничего вкладывать. Они будут возить на той, какая есть. Она развалится посреди дороги, что ж… значит не повезло.



Дмитрий Соколов-Митрич : Я думаю, что Андрей правильно сказал, что это такая стартовая возможность. Это, кстати, не только в Москве характерно, а во многих крупных городах мира, что люди, которые только приезжают в этот город, они начинают таксистами работать. Во-первых, это какая-то возможность сразу быстро заработать, во-вторых, это возможность как-то втянуться в местную обстановку, язык подучить и так далее, а потом осмотреться и пойти куда-то дальше. Просто, видимо, этой возможностью в большей степени пользуются те, кто поактивнее экономически. Чисто визуально я вижу, что действительно много на таких плохих машинах ездят выходцы с Кавказа. Но в то же время достаточно и выходцев из других регионов России.


Если говорить о том, плохо ли вообще такое количество бомбил в Москве. С точки зрения технической, с точки зрения безопасности, наверное, это не очень хорошо. Но с точки зрения экономической, если они сейчас резко исчезнут, я думаю, что цены на официальное такси, вырастут на порядок, а они так достаточно бешенные. Я недавно узнал, что, например, из Твери до аэропорта «Шереметьево» ( 150 километров ) стоит доехать те же самые 2 тысячи рублей, которые стоит доехать до аэропорта «Шереметьево» из центра Москвы. Это нормально?! По-моему, это ненормально. А если сейчас взять и запретить всех бомбил, наверное, они вырастут еще больше. Тут как-то надо решать эту проблему, но решать ее так, чтобы негативного экономического эффекта не было. Надо как-то развивать официальное такси так, чтобы было больше фирм такси. Я экономически против запрета, потому что это отразится, в том числе, и на моем кармане.



Елена Рыковцева : А вы считаете, Андрей, как с этим быть – оставлять, разрешать частный извоз или все-таки бороться начинать?



Андрей Лавров : Конечно же, частный извоз в данный момент такая вынужденная необходимость. Потому что – а кто нас будет возить? Такси с шашечками очень мало, их практически нет на улицах. В Нью-Йорке поднял руку и два кэба остановятся сразу же, причем, повезут по счетчику, повезут гораздо дешевле, чем в Москве. Но, с другой стороны, я помню, года три назад был случай, когда убили коммерческого директора компании «Москэб». Эта компания возила в аэропорт «Шемеретьево» за 678 рублей. Через месяц после того, как они объявили этот тариф, его убили. Это было в январе 2005 года.



Елена Рыковцева : Вы впрямую это увязываете?



Андрей Лавров : А с чем это еще может быть связано? Он был монополист «Шереметьева». Все помнят, как Москва стояла. Я как раз ездил в «Шереметьево». Пытался там побомбить. Там сейчас совершенно другие люди работают, тоже достаточно организованные. Фактически это мафия.



Елена Рыковцева : То есть новая компания такси, которая появляется, которая может себе позволить сбросить эти цены, очень рискует, просто физически рискует.



Андрей Лавров : Абсолютно рискует, потому что убьют, потому что мафия, потому что есть сговор, потому что нет конкуренции.



Елена Рыковцева : Андрей, вы пообещали, что в субботней публикации вы расскажете о том, на какие уловки… До субботы так далеко. Может быть, вы нам сейчас хотя бы немножко расскажите, на какие уловки идут таксисты, чтобы заработать на нас побольше денег?



Андрей Лавров : Уловки, конечно же, есть. Во-первых, как уже правильно говорилось, всегда надо договариваться о цене сразу. Во-вторых, на моем опыте не надо никогда расплачиваться с таксистом в начале поездки. Потому что, например, со мной где-то раза три за то время, когда я бомбил, такое случалось, что человек заплатил 200-300 рублей. Мы приехали, я ему говорю – 300 рублей, он платит второй раз. Забыл, бывает.



Смех в студии



Андрей Лавров : Во-вторых, нет сдачи – классика жанра. Сдача есть всегда у любого таксиста, потому что он прекрасно понимает, что лучше пойти обменять. Нет сдачи – приехали в жилой район, палатки никакой нет. Человек, соответственно, вынужден платить не 300 рублей, а 500 рублей. Попытка, например, бесплатной услуги (но это больше касается уже официальных такси) выгруз багажа, встреча с перрона. Они всегда пытаются взять за это какие-то дополнительные деньги, а, на самом деле, нам не нужно им ничего за это платить. Потом есть всегда разница между официальным тарифом, который объявляют в компании, и тем тарифом, который с вас возьмут. Едешь в «Домодедово» - тебе обещают 900 рублей, а в такси говорят – 1 тысяча рублей. Почему тысяча? Я ждал долго. Сколько ты ждал – я спустился вовремя. Не будешь же с ним из-за 100 рублей спорить.



Елена Рыковцева : Во-первых, будешь спорить. Во-вторых, у всех есть мобильные телефоны. У меня тоже была такая ситуация. Я раз в сто лет заказываю официальное такси, потому что это, правда, очень дорого. Мы ехали на вокзал с собачкой. Он говорит – а, так у вас собачка, все, на 300 рублей больше. Я говорю - но меня об этом не предупреждали, когда я звонила. Он говорит – вас не предупредили, потому что вы же не сказали про свою собачку, поэтому гоните 300 рублей. Я позвонила в эту фирму и говорю, что же это у вас с собачками такая борьба идет. Они говорят – мы в первый раз об этом слышим.



Смех в студии



Елена Рыковцева : Поэтому совершенно не мешает все-таки иметь с собой телефон этой фирмы, где вы заказывали, чтобы выяснить, не изменились ли условия за эти полчаса, что вы ехали.



Андрей Лавров : Конечно, если не опаздываешь на самолет, то можно и побороться, но если опаздываешь, то будем считать, что это чаевые таксисту...



Елена Рыковцева : То и отдашь им 100 рублей.



Андрей Лавров : Особенно, если он хорошо довез. 10 процентов накрутки не так страшно.



Дмитрий Соколов-Митрич : Кстати, как пассажир могу поделиться уловками своих клиентов.



Елена Рыковцева : Давайте, всем сегодня будем делиться.



Дмитрий Соколов-Митрич : Недавно из «Домодедова» ехал. Даже с окраины Москвы, которая ближе всего к аэропорту, такси стоит 1,5 тысячи. Он говорит - нам неважно с окраины вы или далеко, главное, что это Москва и все. Есть же очень много городов-спутников. Например, к тому же «Домодедову» Видное. Если заказать такси из Видного, будучи, например, на «Красногвардейской», это будет стоить 750 рублей, в два раза меньше. Также, я думаю, Химки и «Шереметьево» и так далее. Я думаю, что можно вызывать такси не из Москвы, а из ближайших подмосковных городов. Иногда это на треть или даже в два раза дешевле.



Елена Рыковцева : Хорошая тема для наших слушателей. Мы предлагаем вам делиться уловками с той и с другой стороны. Может быть все друг друга научим, как сэкономить и как друг на друге заработать. Читаю, что нам пишут слушатели.


«В исконно русских городах очень много преступных элементов с Кавказа и Азии. Вот надо с кем поистине бороться, в том числе и водителям такси», - слушатель Добрый пишет. Это важная тема, как все-таки обезопасить себя, садясь в эту частную машину. Потому что выхода-то нет. Очень дорого официальное такси, садимся к частнику, чтобы сэкономить. Это понятно.



Дмитрий Соколов-Митрич : Кстати, сам частник тоже очень сильно рискует. Все бомбилы с собой монтировку как минимум возят.



Андрей Лавров : Обязательно! Нужно.



Елена Рыковцева : Вы монтировку, а пассажир?



Дмитрий Соколов-Митрич : А пассажир баллончик.



Елена Рыковцева : «Криминал криминалу моет руки. В нашем городе уже 20 лет назад порядочные автолюбители из-за роста преступности опасались данного ремесла», - пишет Александр из Сызрани. Ровно то, о чем мы начали говорить.


Как обезопасить себя, садясь рядом с водителем? Конечно, вот такой милый голубоглазый молодой человек, как вы, вдруг вытаскивает монтировку, кстати сказать, с которой вы ездите. И вместо того, чтобы себя защитить, наоборот, пассажира лупит. Как быть пассажиру? Какие-то правила существуют? У меня есть одна знакомая, которая боится кнопку в машине, когда блокирует двери водитель. Нужно следить за тем, где эта кнопка, например?



Дмитрий Соколов-Митрич : Вообще, очень правильная европейская традиция садиться не на первое сидение, а на заднее.



Елена Рыковцева : Раз.



Дмитрий Соколов-Митрич : Во-вторых, если уж поздно вечером или, действительно, в какой-то стремной ситуации, лучше позвонить перед тем, как садиться или уже сев в машину и запомнив ее номер…



Елена Рыковцева : Да, ладно! Буду я ходить вокруг машины и записывать ее номер. Я просто обижу человека этим.



Дмитрий Соколов-Митрич : Когда машина останавливается, нужно просто приметить номер.



Елена Рыковцева : Так он же у нее сзади, как вы приметите, когда…



Дмитрий Соколов-Митрич : Спереди тоже есть.



Андрей Лавров : Когда машина подъезжает, видно же передние номера.



Елена Рыковцева : Ой, ну такая зрительная память должна быть.



Дмитрий Соколов-Митрич : Если ты видишь, что водитель какой-то не такой милый и голубоглазый, а какой-нибудь достаточно криминогенного вида, то можно в его присутствии позвонить мужу, брату, свату и сказать, что я еду, скоро подъеду, можно номер и марку машины назвать. Ничего страшного. Это может быть легкое недоверие, но безопасность стоит того. И если немножко обидится, ничего страшного. Перетерпит. Но зато он будет знать, что его машина известна, и никаких лишних глупостей не будет себе позволять. Наверное, такие…



Елена Рыковцева : Андрей, добавите, как с вами бороться?



Смех в студии



Андрей Лавров : Внешность, кстати, обманчива.



Елена Рыковцева : Вот именно!



Андрей Лавров : Поэтому голубоглазый водитель может оказаться маньяком.



Елена Рыковцева : Поэтому и пугаются вас, Дмитрий.



Дмитрий Соколов-Митрич : Если поздно вечером едешь, то можно в любых обстоятельствах это делать.



Андрей Лавров : На самом деле, для водителя тоже не все так безопасно. Потому что пассажир садится сзади, пассажир в безопасности, а если он удавку накинет?!



Елена Рыковцева : Точно!



Андрей Лавров : Поэтому есть одно уточнение, надо…



Елена Рыковцева : Для водителя, наоборот, лучше, чтобы он сидел рядом.



Андрей Лавров : Мне комфортнее, чтобы он сидел рядом. Я вижу его действия, его руки. Я вижу, что ничего он не сделает.



Елена Рыковцева : Как примирить две позиции?



Андрей Лавров : В общем, оптимальное место не просто на заднем сидении…



Елена Рыковцева : А между сиденьями.



Смех в студии



Андрей Лавров : А по диагонали, то есть сзади со стороны пассажирского, чтобы я хотя бы в зеркало видел боковым зрением. Когда совсем за спиной, я нервничаю, например. Мало ли что у них на уме.



Дмитрий Соколов-Митрич : Да, я бы тоже нервничал.



Елена Рыковцева : Игорь из Москвы, скажите нам, что вы думаете об этом, здравствуйте.



Слушатель : Здравствуйте! Я думаю вот что. Меня удивляет, что радиостанция Радио Свобода, которая должна, прежде всего, думать о правах человека, забывает самый главный вопрос – безопасность пассажира. Потому что, как следует из ваших разговоров уже предварительных, техническая исправность средств, которая используется для перевозки пассажиров, совершенно не соответствует требуемым данным. Поэтому эти бомбилы – это фактически спутники на тот свет. Вот у меня был, кстати, такой бомбила, который трех человек отправил на тот свет. Поэтому я считаю, что все эти вещи должны были быть оформлены законодательно. Положено – значит положено, не положено – значит не положено. Покупай лицензию и занимайся бизнесом. Если – нет, тогда пусть занимаются те, кто могут отвечать за свои действия. Вот и все.



Елена Рыковцева : Спасибо, Игорь! Андрей, пожалуйста. В общем, тут дело-то простое. Здесь либо преследуют, либо не преследуют за то, что у вас нет лицензии. Вы можете купить лицензию, вам об этом рассказали. Вы можете поделиться опытом, как вы пытались официально наняться на работу.



Андрей Лавров : Да, я пытался официально получить лицензию, получить радиостанцию.



Елена Рыковцева : Радиостанция – это рация, в смысле?



Андрей Лавров : Да, рация, естественно. У них своя частота, антенна и все технически устроено. В общем, огромное количество компаний работают не со своими машинами. Мы знаем новое «желтое такси». Мы знаем, что это за машины, мы знаем, что это за водители. Но ведь по вызову можно вызвать и дешевле. Своя машина. Приходишь утром в парк, платишь деньги. Причем, деньги надо платить вперед. Как мне объявили – 1800 рублей я должен сдать. За это я получаю заказы в аэропорт, на вокзал… ну, какие-то «хлебные» такие заказы. При этом никаких расходов они на себя не берут.



Дмитрий Соколов-Митрич : Это на своей машине?



Елена Рыковцева : Это все за 1800 рублей…



Андрей Лавров : На своей машине! Они помогают мне оформить лицензию.



Елена Рыковцева : Бензин не оплачивают?



Андрей Лавров : Ничего не оплачивают – ни бензин, ни мойку, ни техобслуживание. Все сам. Никаких медкомиссий там толком нет. Формально надо дыхнуть в трубочку с утра. Ну, кто будет этим заниматься?



Дмитрий Соколов-Митрич : 1800 в день, да?



Андрей Лавров : 1800 в день только за право получать эти заказы по радио. Причем, заработал ты или нет – это никого не волнует. Если ты вышел в рейс, то все – деньги отдай и езжай.



Елена Рыковцева : А тратите вы при этом сами – 700 бензин как минимум…



Андрей Лавров : 700 рублей бензин.



Елена Рыковцева : 700 рублей мойка, если вы хотите ехать чистым.



Андрей Лавров : 700 – это с чисткой салона. Мойка дешевле, а это с чисткой салона. Просто хочется все-таки культурно ехать, цивилизованно, чтобы…



Елена Рыковцева : В среднем как минимум вы на машину на свою же тысячу тратите.



Андрей Лавров : Я так посчитал, что примерно выходит, если по уму возить, чтобы было комфортно – 1500 в день с бензином.



Елена Рыковцева : Вы представляете! Вы уже с утра выложили 1800 плюс 1500 – это уже 3 тысячи просто выложили…



Андрей Лавров : Да.



Елена Рыковцева : Значит, вы должны их, во-первых, отработать, а, во-вторых, еще дополнительно…



Андрей Лавров : Ну, еще, чтобы самому получить.



Елена Рыковцева : Это очень сложно.



Андрей Лавров : Поэтому работать приходится по 10-12 часов. Поэтому ночью очень опасно ездить на такси. Ночью водители просто засыпают.



Елена Рыковцева : О какой безопасности речь?!



Андрей Лавров : У меня был случай, водитель со мной за рулем заснул. Я ему что-то кричал, делал рацию погромче, чтобы он не засыпал. Вот он едет, ничего не помогает, сейчас уснет, хоть сам за руль садись.



Дмитрий Соколов-Митрич : Да.



Елена Рыковцева : Михаил из Москвы, здравствуйте! Говорите, пожалуйста!



Слушатель : Здравствуйте! Вот я бы хотел обратиться к Дмитрию. Я сам инвалид первой группы по зрению. Я бы злоупотреблять не стал, я бы платил по возможности, раз он деньги не берет. Если можно оставить свой телефон, но не в эфире, а в редакции.



Елена Рыковцева : Михаил, давайте я вам скажу за Дмитрия. Понимаете, он же не может запланировать, когда он поссорится дома. Это же совершенно вещи не предсказуемые. Он же не знает, когда он поедет таким образом по Москве. Депрессия, настроение. Ну, не спрогнозируешь же, правда, Дмитрий?



Дмитрий Соколов-Митрич : Это бывает спонтанно.



Елена Рыковцева : Если бы он каждый день, регулярно по пятницам или по праздникам выезжал возить людей бесплатно, а он по ситуации это делает, абсолютно психологической какой-то мотивации, которая неконтролируема. Виктор Иванович из Москвы, здравствуйте!



Слушатель : Добрый день! Во-первых, я могу сказать следующее, что не к каждому водителю можно садиться. Потому что слишком много водителей у нас не только из Московской области, но и совсем из других регионов.



Елена Рыковцева : Ну, вот как разобрать – к какому садиться, а к какому не садиться?



Слушатель : Я хочу об этом в первую очередь рассказать. Во-первых, когда садишься к водителю, по нему сразу же видно, как он себя ведет. Это профессионально даже у человека отработано. Не каждый это, наверное, сможет определить. Как он сидит в машине, как он держит руль – это все ваши собеседники могут подтвердить. Им это видно сразу – новичка, или опытный водитель, или это лихач. Это сразу видно.


Насчет оплаты. Скажу вам про себя. У меня был такой случай. Никогда тоже денег не брал, если по пути еду. Меня спросил человек: «Сколько заплатить?» «Сколько дадите». Он дал мне 50 копеек. Мне до сих пор смешно. Понимаете.


А теперь насчет южных людей. Я раз сел в машину к азербайджанцу. Как он вел машину аккуратно, я был поражен. Вот что могу сказать. Он все время боялся, что сейчас придут и скажут – опять не наши здесь аварию сотворили, или подставили машину. Здесь не угадаешь. Просто надо смотреть на человека, как он отвечает.



Елена Рыковцева : Спасибо, Виктор Иванович. Я тоже согласна, что… Я совершенно точно знаю и вижу это на московских улицах, что у них очень плохие машины, у людей с юга, но водят они машину профессионально, конечно. Они, по-моему, в таких ситуациях их водят где-то там у себя, что Москва для них не представляет такой большой проблемы.



Андрей Лавров : Они водят профессионально как гонщики.



Елена Рыковцева : Да, гонщики, совершенно верно.



Андрей Лавров : Но мне, как пассажиру, не легче оттого, что они втискиваются в какие-то миллиметровые интервалы. И никто не даст гарантию, что со своим этим замечательным профессионализмом в московских условиях они не попадут в крупное ДТП. Они попадут. Если человек разворачивается через две сплошные…



Елена Рыковцева : Лихо.



Андрей Лавров : Лихо, чтобы перехватить клиента, это не говорит о его профессионализме. Это говорит о лихачестве.



Елена Рыковцева : Людмила из Москвы, здравствуйте! Говорите, пожалуйста!



Слушатель : Добрый день! Я думаю, хоть одна передача будет, которая меня не взволнует. Но у вас таких не бывает. До появления машина, автомобиля в нашей семье, мы очень много пользовались услугами такси. Это было еще в советское время. Потом появилась у нас машина. Мы отошли от этого. Муж возил. Теперь полтора года мужа нет, и мы пользуемся услугами. Вы знаете, абсолютно все, о чем вы сказали, через все мы прошли. Но оказалось следующее. Мы тоже пробовали – и первый, и второй, и третий. Мы их отпускаем, думая, что вот сейчас кто-то подъедет, но и третий, и пятый, и только шестой у нас получился коренной москвич, будем так без обиды говорить. Думаем ладно, все хорошо, поехали. А к этому времени у нас уже с дочерью все телефоны заполнены номерами телефонов, которые нам предлагают для услуг. Но водят они все немосквичи прекрасно машины. Обхождение у них прекрасно. Я не согласна с тем звонящим, который про безопасность говорил, лицензию и прочее. Как раз лицензионные берут очень дорого, а государственные берут очень дорого, а бомбилы – и они зарабатывают, и нам очень быстро.



Елена Рыковцева : Да.



Слушатель : И вот попался нам, наконец, русский. Мы его решили взять в личные водители, записали и стали пользоваться. Это к вопросу обо всем, что вы сказали. Был момент, когда у меня не было денег, ну-ка вызову я Константина. Вызвала. Он приехал, отвез. Я говорю: «Костя, только у меня денег нет». «Что вы, что вы, Людмила Ивановна, потом. Все потом». Хорошо, все потом. Потом он звонит дочери: «Надо, куда ехать?» «Надо». «Хорошо, только дай мне взаймы 2 тысячи». «Дам, конечно, ты же наш, постоянный». И все. Она дала ему 2 тысячи взаймы, и он нам теперь не отдает, говорит, что Людмила Ивановна поехала бесплатно, но я ему должна была 800, а он с нее взял, не говоря мне ничего, столько. Так что, все и обо всем и сразу.



Елена Рыковцева : Спасибо, Людмила Ивановна. У меня была точно такая же ситуация. Как только ты начинаешь с человеком о чем-то договариваться и почаще ездить, он просит у тебя одолжить какую-то небольшую сумму, у меня 1 тысячу одолжил в счет будущих поездок. Потом что-то начинает не получаться, не складываться. И он никуда не девается, он не убегает, но как-то не отдает и не отдает деньги. Поэтому лучше отношений таких личных с водителем, наверное, не заводить. Либо вы его нанимаете на работу уже и платите ему, да, Андрей, раз в месяц эту зарплату?..



Андрей Лавров : Конечно.



Елена Рыковцева : Либо не одалживайте никогда. Потому что ему неловко, у него не получается отдать, вам неловко у него спросить, почему не отдает. Анатолий Сергеевич из Москвы, здравствуйте! Говорите, пожалуйста!



Слушатель : Добрый день! Я занимался сам извозом. Собственно, в 90-е годы это было очень прибыльным делом. Тогда нам не платили по году зарплату, я работал в оборонной промышленности. Всякие случаи были. И даже нападали в машине – был случай. Подвозил кавказцев, они хотели отобрать у меня деньги. Но у меня был ключ с вращающимися головками. Мне пришлось даже ударить. Бывали случаи часто рискованные, когда ездил в «Шереметьево». Мафия уже тогда была. Даже на трассе догоняли, останавливали. Приключения всякие были.


А вот то, что товарищ возит бесплатно… Сейчас у меня вызывает большое сомнение. Потому как затраты на бензин сейчас большие. Кроме этого, бывает просто хамство в машине. Ты везешь нормальных людей… Здесь вот вез девушку. Такая милая молоденькая девушка от ВДНХ. Мне ехать к «Водному стадиону» нужно было. Я ее посадил, она голосовала, дождь был сильный. 300 рублей она пообещала. Решил подвезти до «Полежаевской». Мне 67 лет. Довез до «Полежаевской», а ей оказывается нужно было до «Серебряного бора» ехать. Она мне там скандал устроила… Мне пришлось ее высадить без денег, и ехать к себе. В общем, машина у меня отечественная. Поэтому, когда голосуют, подъезжают три-четыре иномарки. Так что, вне конкуренции ты оказываешься. Тебя чаще отпускают. Поэтому это не выгодно. Или такие места злачные места уже занятые своими профсоюзами, там тоже нельзя встать. Поэтому сейчас совсем невыгодно возить, во всяком случае, для пожилых людей.



Елена Рыковцева : Понятно, Анатолий Сергеевич. Да, наверное, невыгодно, но все равно возят. Я вижу очень много пенсионеров за рулем. Зимой они не ездят, боятся, ставят машину на прикол. А летом выезжают все-таки зарабатывать.


Я пока вижу, что это не разрешимая проблема, что вроде бы машина должна быть получше качеством, ее надо чинить, ее нужно мыть. А при этом это все крайне невыгодно. Это все сразу же резко снижает заработок водителя - все те инвестиции, которые он вкладывает в машину. И приходится ему ездить на этом металлоломе. Я не вижу здесь выхода. Я не знаю, как это примирить просто.



Дмитрий Соколов-Митрич : Лена, что касается технической безопасности, ведь есть техосмотр. Я понимаю, что такое техосмотр, и как он достается. Но если и там не контролируется, то где гарантия, что если человек будет лицензию покупать, что там будет что-то контролироваться. Тут просто, наверное, надо еще смотреть и внешне на эту машину. Если уж совсем плохая, это видно.



Елена Рыковцева : Виктор из Москвы, здравствуйте! Говорите, пожалуйста!



Слушатель : Добрый день! Вы здесь подсчитывали сколько на мойку, на все прочее и прочее.



Елена Рыковцева : Да.



Слушатель : Вот сколько я стоял с бомбилами, я не видел, чтобы там салон был почищен, помыт, еще чего-то.



Елена Рыковцева : Так вот мы как раз и говорим о том, что не выгодно мыть и чистить.



Слушатель : Но тут еще одно. Просто ваши собеседники они не говорят, откуда такие цены берутся. Допустим, я ехал из Зеленограда до Павелецкого вокзала. С меня взяли 1,5 тысячи! Понимаете, 1,5 тысячи!



Елена Рыковцева : Это очень много.



Андрей Лавров : Да, это очень много.



Слушатель : А за меньшее, говорят, мы не поедем.



Елена Рыковцева : Это такса такая из Зеленограда?



Слушатель : Да. Здесь по городу, допустим, 150 рублей.



Дмитрий Соколов-Митрич : Это еще немного. Могли и больше.



Елена Рыковцева : А по городу, смотря куда – 150 рублей.



Слушатель : Город не большой, понимаете.



Елена Рыковцева : А, по Зеленограду, в смысле!



Слушатель : Да, именно по Зеленограду, по самому городу.



Елена Рыковцева : Здесь тоже в Москве за 150 рублей можно ездить кое-куда. Я езжу с Павелецкого вокзала на работу за 150.



Слушатель : Это вы где-то рядом. А если с Павелецкого вокзала уехать в Медведково или еще куда-нибудь…



Елена Рыковцева : Это правда.



Слушатель : С вас возьмут такую цену, что… Когда идет дискуссия о том, что такие небедные, что не могут заработать, извините, там, допустим, два раза съездить с Павелецкого вокзала в Медведково или Отрадное, думаю, что это сразу все оправдает. И еще одно. Если, допустим, не будет бомбил, то у официального такси цены будут еще больше.



Елена Рыковцева : Да, Виктор, я с вами совершенно соглашусь. Да, пожалуйста, Андрей.



Андрей Лавров : Я тоже, в общем, соглашусь, что они люди, действительно, не бедные. Они хорошо зарабатывают. Но только вопрос в том, что есть цена… Я расписал, как я, обычный водитель, потратил бы эти деньги. У меня получилась маленькая очень прибыль. Они не моют машину, они не делают техосмотр. Поэтому все эти деньги идут для них. У них хорошие заработки.



Елена Рыковцева : И тогда хорошие заработки.



Андрей Лавров : И у компании очень хорошие заработки, которые собирают 1800 рублей. Они собирают эти деньги и ни за что не отвечают. Поэтому здесь, мне кажется, есть только один выход – это такси со счетчиком, как во всех цивилизованных странах. Счетчик, шашечки и очень много разных компаний.



Елена Рыковцева : Конечно! Потому что пока, если вы садитесь в такси, и вы не самый богатый человек, у вас единственный способ это договориться с водителем, наоборот, не включать счетчик, потому что бог знает, что он там покажет, а договориться надо как с частником, как с бомбилой договориться.



Андрей Лавров : Вот почему-то в нью-йоркском такси счетчик – это совсем недорого. Там из аэропорта на Манхеттен можно доехать за 47 долларов, у нас – 70 долларов минимум.



Елена Рыковцева : А здесь вы просто не знаете. После того как закончились советские времена, где мы помним прекрасно показания счетчика… Я до сих пор помню, сколько тогда он показывал и как он показывал, какие расстояния. Но счетчики закончились, потом они вдруг появились, но с какими цифрами они появились?! Я понятия не имею, что он мне сейчас покажет. Я боюсь этого счетчика.



Андрей Лавров : Для этого должна быть конкуренция.



Елена Рыковцева : Да. Каждая компания может по-своему включить этот счетчик.



Андрей Лавров : Это должна быть конкуренция – у кого меньше счетчик, тот и выиграл. Кто сократил издержки, кто моет не за 700 рублей, а за 500, за 400, если большой заказ. Для них все это будет дешевле, если это цивилизованный бизнес. Просто у нас нецивилизованный бизнес, нет такой конкурентной среды для того, чтобы это появилось.



Елена Рыковцева : Прочитаю пейджер.


Ольга говорит: «Дмитрий опытный путем установил, что служение другим приносит удовлетворение. Это действительно прекрасные вещи, и положительно влияют на здоровье. Советую всем попробовать».



Дмитрий Соколов-Митрич : Кстати, я подсчитал, что я покатаюсь вечером три часа, четыре часа, потрачу на бензин рублей 200, а если я пойду к психологу, я гораздо больше потрачу.



Смех в студии



Елена Рыковцева : Да. Савельева пишет: «Если стремится к тому, чтобы страна была цивилизованной, то должно быть как на Западе – только гостакси с невысокими ценами. Но на Западе есть контроль работы транспорта, у нас контроль отсутствует. И вряд ли будет такой же порядок, как на Западе. В частные машины сейчас садиться опасно, так как могут быть разные ЧП, и часто завышенные цены. Дорогие машины не останавливаются. А работают в основном на плохих машинах приезжие». Нет, дорогие останавливаются реже, но останавливаются, когда по дороге людям.



Андрей Лавров : Я как-то ехал на «Лексусе» в аэропорт, на частнике «Лексусе».



Елена Рыковцева : Вы знаете, просто бывает, что ему по дороге. Почему бы не подвезти, останавливаются. Реже, да…


«Но что, советское такси было бесплатное?» - Олег пишет из Москвы. Очень даже платное. С этим никто не спорит, что и в советские времена это была роскошь, безусловно.


«Судьба нашей страны была решена в апреле 1985 года. И никто не сможет изменить эту ситуацию, потому что обладатель Нобелевской премии постарался на совесть», - пишет Борис.


Наталья Львовна пишет: «Не совсем удачный совет насчет того, что перед тем как ехать, надо набрать номер домой и сообщить номер частной машины. Водитель машины может подумать, что его могут ограбить при подъезде к дому и отказать пассажиру».



Смех в студии



Елена Рыковцева : «Лучше, чтобы извоз не был частным. Но в нашей стране это очень сложно сделать». Да.


«Платят ли бомбилы налог в госкарман на пользу всем трудящимся?» - спрашивает Сергей. Не платят.



Андрей Лавров : Не платят.



Елена Рыковцева : И государство с этим не борется. Знает об этом, но не борется, потому что нет возможности.



Андрей Лавров : Бывают иногда облавы, контрольные закупки. Но это бывает раз в три года…



Елена Рыковцева : Очень редко.



Андрей Лавров : Сняли с него штраф в 2 тысячи, и поехал он дальше.



Елена Рыковцева : «Я работал в таксомоторном парке 7 лет. И проверяли мы таксистов, и все было нормально. Такси было дешевое. Надо все это вернуть», - советует Елена Васильевна.


Я хочу еще с вами обсудить смешную проблему, но для меня это проблема. Есть слишком общительные водители. Вы садитесь к нему, он вас начинает грузить всей своей жизнью от начала и до конца. Как этого избежать, совершенно не понятно. Однажды это закончилось для меня плохо. Я ехала по шоссе с ребенком из Чехова в Москву. Меня высадили за то, что я отказалась общаться.



Смех в студии



Елена Рыковцева : Он все время что-то рассказывал. Я говорю: «Вы знаете, может быть, вы как-то помолчите?». Я как-то вежливо пыталась сформулировать. Он дико обиделся. Это был человек южный, горячий и сказал: «Тогда выходите из машины».



Дмитрий Соколов-Митрич : У меня однажды была обратная ситуация. Мы сели в старенькую «Волгу», но аккуратненькая. Там сидит дедушка лет 70, наверное. Мы едем. И он начинает рассказывать буквально как экскурсовод – здесь Фани Каплан стреляла в Ленина, здесь – то, здесь – се. Когда уже минут 10 прошло… Причем, он говорил таким хорошо поставленным голосом. Мы спрашиваем: «А что это вы так?» Он говорит: «Вы знаете, я всю жизнь проработал в такси для иностранных туристов. Нас специально учили не просто возить, а еще и рассказывать, быть гидом. Я по-другому уже ехать просто не могу. Когда я еду, мне обязательно нужно рассказывать, иначе я нервничаю».



Елена Рыковцева : У него рефлекс.



Дмитрий Соколов-Митрич : Но интересно рассказывал, нам понравилось.



Елена Рыковцева : А что вы скажете, Андрей? Вас это мучает, терзает, когда разговорчивый пассажир, или наоборот вам это нравится?


Андрей Лавров : Когда разговорчивый пассажир, очень хочется доехать побыстрее.



Смех в студии



Андрей Лавров : И высадить бы этого разговорчивого пассажира, но я не могу так нахамить человеку. Могу музыку включить погромче, чтобы его заглушить.



Смех в студии



Андрей Лавров : Он сразу поймет, зачем я это сделал. Сам я не люблю так много разговаривать, хотя иногда бывает, что очень интересные собеседники попадаются.



Елена Рыковцева : Но, с другой стороны, для журналиста это кладезь.



Андрей Лавров : Житейских историй, да. Если человеку есть, что сказать, я с удовольствием его послушаю. Если ему есть, что сказать.



Елена Рыковцева : В профессиональных редакциях первый абзац всегда вычеркивают, когда журналист говорит, что «я приехал в Минск, сел в такси и услышал от таксиста»… Этот абзац немедленно вычеркивается, но, тем не менее, это чистая правда, что от таксиста вы узнаете море информации, а он от пассажира может что-то узнать.



Дмитрий Соколов-Митрич : Да, в работе это часто помогает. Только писать о том, что таксист мне сказал то-то, это признак такого плохого репортажа, но в принципе узнать много интересного от таксистов можно.



Андрей Лавров : Но опять-таки какая-то обратная связь. Допустим, когда пишешь про какие-то сложные вещи, про экономику, про социальные проблемы, про социальные проблемы, интересно послушать, что думают люди. А там можно узнать, что они думают… Они-то не знают, что ты журналист.



Елена Рыковцева : Я считаю, что водители за рулем очень политизированы. Вы садитесь. Вам немедленно расскажут все, что они думают о партиях, правительстве, экономике и так далее.



Дмитрий Соколов-Митрич : Они радио все время слушают.



Смех в студии



Андрей Лавров : Я бы не сказал. Они в последнее время стали гораздо менее политизированы, потому что такие более старорежимные такие водители слушают радио. Радио Свобода они тоже слушают. Но приезжие те, которые гости с юга, покупают машины, а у них в основном какая-то музыка громкая играет. Они ничего не понимают и ничего не хотят об этом знать. С другой стороны, их тоже можно понять. Они не граждане этой страны. Им это не так интересно.



Елена Рыковцева : У вас, Дмитрий, какой опыт слушания радиостанций в машинах чужих, не в своей?



Дмитрий Соколов-Митрич : В чужих приходится, прежде всего, слушать то, что там играет. Если уж совсем что-то претит до невозможности, то просишь что-то другое поставить. Но так я за время своих командировок успел полюбить и «Шансон» местами. То есть сначала идет ненависть, а потом уже начинается любовь к этому.



Смех в студии



Андрей Лавров : Один шаг.



Дмитрий Соколов-Митрич : Сам я, конечно, когда езжу, в основном новости слушаю.



Елена Рыковцева : Я вчера попросила одного водителя… Было шоу на радио «Эхо Москвы» между Леонидом Гозманом и Владимиром Рыжковым. «Включите, пожалуйста, радио «Эхо Москвы», я послушаю». Он говорит: «Я включу, но к этому радио надо относиться с осторожностью».



Смех в студии



Елена Рыковцева : Я говорю – хорошо, включайте осторожно.



Смех в студии


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG