Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

V Интернет-фестиваль "Театральная паутина"


Екатерина Пархоменко: Сегодня у нас в студии гость Игорь Овчинников, директор фестиваля «Театральная паутина». Гоша, очень рада тебя здесь видеть. После долгих разговоров о всяких неприятных вещах, типа финансового кризиса и прочих гадостей, очень приятно поговорить на такую позитивную тему, как театральный фестиваль.



Игорь Овчинников: Ой, вообще театром в такое время заниматься приятно.



Екатерина Пархоменко: Театром, наверное, вообще всегда приятно заниматься. Что такое «Театральная паутина»?



Игорь Овчинников: «Театральная паутина» - это такой фестиваль (я заранее прошу прощения, если в моих словах некоторая нотка бахвальства, но никуда от этого не деться), которому в мире нет аналогов. Заключается он в том, что мы не берем спектакли, свозим их в одно место и показываем на одной площадке какой-нибудь одной публике – московской или петербургской, и мы транслируем напрямую театральные спектакли в интернете. То есть в результате эти спектакли в прямой трансляции или в повторах для разных часовых поясов могут посмотреть зрители во всем мире, любые желающие и так далее. В общем, получается страшно удобно.



Екатерина Пархоменко: Здорово! Значит, вы ездите по разным городам, по разным театрам, так?



Игорь Овчинников: Совершенно верно. Это такой фестиваль нового типа. Мы смеемся, что обычно организаторы фестиваля - несчастные люди, потому что они достают деньги, каким-то образом все это организуют, потом к ним приезжают веселые театральные коллективы, общаются друг с другом, потом разъезжаются, полные впечатлений… организаторы подсчитывают убытки. У нас же наоборот. Организаторы путешествуют. Это две съемочно-трансляционные группы, которые мотаются по всей стране, иногда даже выезжают за рубеж и транслируют спектакли с самых разных родных площадок для этих спектаклей. Правда, может быть, потом тоже придется подсчитывать убытки. Но тем не менее хотя бы есть какой-то элемент путешествия, какой-то элемент новых эмоциональных впечатлений.



Екатерина Пархоменко: На этот раз для организаторов, а не для труппы, да?



Игорь Овчинников: Да. Но в том числе и для труппы, в том числе и для зрителей. Конечно, это важная вещь, ее надо сразу вынести за скобки: театральные спектакли нужно смотреть живьем, не в записи, в какой угодно трансляции. Если у вас есть возможность смотреть театральные спектакли живьем, ни в коем случае не надо пренебрегать. И нас часто спрашивают: может, вы когда-нибудь захотите подменить своими трансляциями живой театр? Да не дай Бог, да никогда в жизни этого не случится. Живой театр никогда ничто за всю историю не подменило и не подменит - ни кино, ни телевидение, ни мы с нашим интернетом. Но согласитесь, что жизнь театрального спектакля крайне коротка, во-первых. И во-вторых, даже за эту краткую жизнь крайне ограниченное количество зрителей может этот спектакль увидеть, потому что вместимость театральных залов ограничена… ну, 100 тысяч человек увидят спектакль живьем, ну, чуть больше, ну, чуть меньше. Наша аудитория, благодаря интернету, не имеет границ. И для тех людей, которым в силу географических, финансовых, да каких угодно причин не выдалось бы в жизни никакой другой возможности увидеть шедевры «Мастерской Фоменко», в Большом театре, во МХАТе или, как в этом году, мы делаем большую вылазку на Дальний Восток, чтобы показать, что на российском Дальнем Востоке тоже есть замечательное театральное искусство… Но кто туда доберется? Туда даже театральные специалисты добираются раз в пять лет, например, что говорить об обычных зрителях. Поэтому это достаточно уникальная возможность, когда у нас нет возможности увидеть спектакль живьем, то хотя бы так составить о нем впечатление.



Екатерина Пархоменко: Насколько я знаю, фестиваль проводится не первый раз.



Игорь Овчинников: У нас даже маленький, но юбилей. Это пятый раз.



Екатерина Пархоменко: Расскажи, какой опыт есть уже у вас?



Игорь Овчинников: Опыт достаточно разнообразный. Если так пройтись немножко по истории, то как раз самый первый фестиваль 2004 года был в привычном фестивальном формате. Мы привозили спектакли в Москву просто потому, что боялись, что не сможем обеспечить нормальные интернет-каналы, если начнем путешествовать в каждый из тех театров, в который мы должны были бы приехать. И мы привозили их всех в Москву и из Москвы транслировали. И вот тогда мы не знали, будет ли это интересно, никто не знал, будет ли это нужно, никто не знал, как мерить успешность или неуспешность этого фестиваля. Наверное, мерило было одно придумано. Вот мы показывали спектакли в «Театральном центре на Страстном», там 400 мест, 400 зрителей. Если в интернете каждую из наших трансляций увидит больше людей, чем сидит в данный момент в зале, то это скорее всего успех, эту историю надо продолжать. Если меньше, причем в какие-нибудь разы меньше, то, наверное, мы с нашим экспериментом несколько опередили время и реальности. Так вот, известна история уже, что самый первый спектакль, который мы показывали, это был спектакль «Семейное счастье» «Мастерской Фоменко», и мы рассчитывали, что максимум 2000 человек посмотрят трансляцию. А ведь известно, что интернет – это не телевизионный или радиоэфир, который струится, и не важно, сколько приемников подключено. Интернет – это как водопровод: к каждому из потребителей нужно подвести свою собственную трубу, чтобы в ней напор был. Соответственно, наши раздаточные серверы были рассчитаны где-то на 2000 зрителей. Мы думали, что это огромное число. И когда в первый же день попытку посмотреть этот спектакль осуществили 4,5 тысячи уникальных пользователей, серверы «легли», никто практически ничего не увидел. Был страшный скандал. Это известная история, что всяких ВИПов после открытия фестиваля посадили в автобус, свезли в отдельное место, чтобы показать, как прекрасно мы транслируем спектакли, и они ничего не увидели. Критик Саша Соколянский написал, например: что можно сказать о звуке? в отличие от изображения, он хоть иногда был. И казалось бы, скандал, ужас-ужас, но на следующий день ситуация выправилась, как-то мы выправили положение, и фестиваль стал достаточно популярным. А вот потом мы начали эти истории с поездками. На второй год мы транслировали из Москвы и потом переехали в Новосибирск, мы транслировали два спектакля из Новосибирска. На третьем фестивале вообще был режим: новый спектакль каждый день из новой точки. Тогда, например, мы выбирались в ближнюю заграницу, там, в Ригу. На прошлом фестивале мы транслировали не только из России, но из Алма-Аты, из Тель-Авива, замечательный театр «Гешер». На этом фестивале у нас будет такая европейская часть и будет часть дальневосточная. Будет восемь спектаклей. Первым спектаклем, как и четыре года назад, станет работа «Мастерской Петра Фоменко» «Бесприданница». Завершится фестиваль в Санкт-Петербурге спектаклем Александринского театра «Женитьба» в постановке Валерия Владимировича Фокина. Между этим будут в том числе трансляции из Сибири. Например, мы будем транслировать мировую премьеру мюзикла Александра Колкера «Гадюка» в Новосибирском театре музкомедии, кстати, замечательный театр, стяжатель многочисленных «Золотых масок» и так далее. То есть мировая премьера – имеется в виду, что это музыкальное произведение будет впервые явлено какому бы то ни было зрителю…



Екатерина Пархоменко: А мировую премьеру делает собственно ваша интернет-трансляция?



Игорь Овчинников: Я так понимаю, что термин «мировая премьера» значит, что первый раз в мире оно было показано, в смысле – не на весь мир, а вообще в мире будет показано. А мы еще показываем на весь мир, что отдельно приятно. Будет трансляция спектакля «Пер Гюнт» из замечательного маленького, но очень талантливого кукольного театра города Кемерово имени Аркадия Гайдара. Будет трансляция из города Ростова-на-Дону, где мы будем показывать… у нас уже стало такой традицией, мы очень радуемся, что театры не боятся, мы показываем премьеры, мы показываем самый первый спектакль, самый первый показ публике. Вот будет опера «Кармен» в постановке Юрия Константиновича Лаптева в Ростовском музыкальном театре. И что касается дальневосточной программы, мы покажем, наверное, ведущий дальневосточный театр – Краевой драматический театр имени Максима Горького со спектаклем по Володину «С любимыми не расставайтесь». Затем мы покажем (ну, это моя слабость, и я не стесняюсь в этом сознаться) мой, наверное, один из самых любимых театров в мире, это театр из города Комсомольска-на-Амуре, театр КнАМ, такой жесткий, высокого европейского уровня авангардный театр. Это будет спектакль «Сухобезводное» по документальной пьесе драматурга Ольги Погодиной. И мы протранслируем из Хабаровского театра юного зрителя спектакль «Гедда Габлер». Вот такая программа спектакля. Восемь спектаклей. Если не ошибаюсь, 11 дней. Попробуйте все это посмотреть. Еще очень важное замечание: мы каждый год стараемся на нашем фестивале продемонстрировать какие-нибудь технологические новые возможности, решения и так далее. К сожалению, всем зрителям нашим это будет недоступно. Но, например, «Бесприданницу» мы будем транслировать в интернете, это, по-моему, впервые в отечественной как минимум практике, в стандарте H igh Definition . Не для всех, к сожалению, но, например, мы будем в Москве снимать этот спектакль, а в Петербурге, в Александринском театре будет в специально оборудованной аудитории сидеть петербургские театральные деятели, студенты и так далее, и они будут смотреть трансляцию этого спектакля на большом экране и в качестве, приближающемся к кодаковской кинопленке.



Екатерина Пархоменко: H igh Definition – это высокое разрешение, я правильно понимаю?



Игорь Овчинников: H igh Definition – это новый телевизионный стандарт и, вообще, стандарт видеоизображения, телевидение высокой четкости, которое очень активно входит в нашу жизнь сейчас, уже появились первые спутниковые телеканалы этого стандарта. Это качество картинки в несколько раз лучше телевизионной. Условно, вы смотрите футбол и можете разглядеть каждую щетинку в небритой бороде футболиста. А в нашем случае, соответственно, вы видите каждую ресничку актрисы, вы видите каждую жемчужинку на ее платье, обшитом бисером и так далее. Кстати говоря, все это мы делаем не зря. Действительно, эффект от восприятия театрального спектакля, когда его видишь настолько четко, очень сильно повышается. Кто-то из моих друзей, впервые увидев этот H igh Definition , сказал замечательную фразу: «Ощущение, будто очки протерли». И это действительно так.



Екатерина Пархоменко: Да, я, пожалуй, готова это подтвердить, потому что Гоша мне однажды показывал картинку в H igh Definition , это потрясающее абсолютно впечатление. Там был хор огромный, и можно было разглядеть каждого солиста, несмотря на то что это был общий план. Общие планы в этом H igh Definition – это просто невероятная красота.


У меня маленький вопрос. Я не знаю, может быть, я сейчас перебью твою плавную речь, но тем не менее. Скажи, пожалуйста, вот вы снимаете спектакль, в данном случае происходит прямая трансляция, как в телевизоре – камера стоит в зале, а мы где-то там это все видим. И, как ты уже объяснял, это большая нагрузка на серверы, для вас это было проблемой в какой-то момент.



Игорь Овчинников: Больше не проблема.



Екатерина Пархоменко: Ну, молодцы. Естественно, возникает вопрос: а нет ли смысла записать и показывать это?



Игорь Овчинников: Разумеется. Каждый спектакль, который мы показываем, мы так или иначе записываем. Во-первых, повторю, что, начиная со второго фестиваля, мы после прямой трансляции каждого спектакля его, как минимум, в течение суток повторяем, потому что наш же смотрит весь мир, разные часовые пояса. А первый фестиваль, когда мы этого не делали, очень огорчались как раз американские зрители, а их очень много, потому что не принято там в рабочее время, когда в Москве вечером люди наслаждаются театром, откладывать все дела в сторону и смотреть на рабочем месте трансляции из Москвы театральной. Это во-первых. Во-вторых, мы все эти спектакли записываем именно в качестве H igh Definition , с замечательным качеством звука. И у нас уже огромный архив, наверное, спектаклей 80 в таком виде уже хранится.



Екатерина Пархоменко: А публике они доступны?



Игорь Овчинников: Нет, этот архив, к сожалению, не доступен и в ближайшее время не будет. Не потому, что мы такие ленивые или такие жадные, а потому что этому мешает, к сожалению, современное состояние (это не только в нашей стране, но и во всем мире) закона об авторских правах. Дело в том, что со спектаклями гораздо сложнее, чем с любыми другими произведениями искусства. Спектакль – искусство синтетическое. Вообще-то, честно говоря, для того, чтобы просто поставить камеры в зале, где исполняется тот или иной спектакль, вы должны получить письменное соглашение всех его авторов, а их много. Это автор пьесы или, не дай Бог, его наследники, это режиссер или это художники, все художники – будь то художники по костюмам, сценограф или по свету…



Екатерина Пархоменко: То есть все авторы спектакля?



Игорь Овчинников: Все авторы спектакля. Как-то чаще всего удается по-человечески договориться и не возникает никаких претензий. Но в тот момент, когда мы осуществляем прямую трансляцию, мы не осуществляем тиражирование этого изображения, потому что мы прибегаем ко всяческим техническим уловкам, чтобы копия этого спектакля, по крайней мере, коммерчески состоятельного качества, чтобы потом можно было его тиражировать и продавать, в компьютерах у наших зрителей не оставалась. Если мы выложим это в качестве свободно доступного архива, значит, люди это будут скачивать, значит, в их компьютерах будут создаваться копии этого материала, и сразу мы теряем контроль, раз, и во-вторых, мы сразу обязаны платить достаточно серьезные деньги, кто сколько захочет, мягко говоря, всем авторам этого спектакля, и это практически представляется неразрешимой проблемой. Что с этим делать? Не знаю. Надо сказать, что мы в последний год даже занялись некоторой законотворческой деятельностью, всячески рекомендуем вообще пересмотреть вопрос о мультимедийном контенте. Существуют же в этом мире библиотеки, существует закон о библиотечном деле. Если вдуматься, то библиотека – это чудовищное нарушение прав авторов, потому что вместо того, чтобы купить его книгу, человек приходит и ее читает в открытом доступе. При этом, правда, не осуществляется сам факт тиражирования экземпляра книги. Мы знаем, что на днях была большая история с тем, имеет ли право критики снимать электронную копию, не имеют и так далее. Вот, видимо, с театральными спектаклями, вообще, мультимедийным контентом тоже надо серьезно думать, как решать эти проблемы. Потому что, с одной стороны, да, авторы должны получать вознаграждение. С другой стороны, согласимся, что вырастает поколение людей, которые в силу жесткости такого рода законов просто не имеют никакой возможности познакомиться с произведениями высокого искусства. Мы сможем видеть спектакль какой-то великий, например, или его запись только тогда, когда после, извините, смерти его создателей пройдет 75 лет.



Екатерина Пархоменко: А существует ли практика продажи этих записей, ну, как кино на DVD, например?



Игорь Овчинников: Мы со временем собираемся это сделать. У нас большой очень этот фонд и уникальный – некоторые спектакли из тех, которые мы успели заснять, уже не существуют в природе. К сожалению, это требует достаточно серьезных вложений – монтаж, сведение, постпроцессинг, издание, построение дистрибьюторской сети и так далее. Пока все это очень сложные проблемы, но то, что мы все-таки этим займемся, это очевидно. Ну, стыдно сидеть на таком сундуке сокровищ и им никак не делиться.



Екатерина Пархоменко: Кроме того, еще существует, насколько я знаю, какая-то система продажи, например, музыки через сеть, когда вы за небольшую плату можете себе скачать…



Игорь Овчинников: Не хотел бы углубляться. Думаю, что по этой теме есть специалисты гораздо лучше, чем я. Насколько мне известно, как раз с музыкой-то проще, потому что в законодательстве всего мира при использовании музыки… Как поступает радиостанция? Она использует музыку, но отчисляет какую-то фиксированную сумму лейблам, ну, правообладателям. В случае с театром, как и со многими другими видами искусства, все сложнее, потому что вы должны отдельно договариваться с каждым из создателей.



Екатерина Пархоменко: Я, честно говоря, не подозревала, что там такая тонкость – такое количество правообладателей на один спектакль. Я полагала, что он принадлежит театру, которому продали свой труд драматург, художник, постановщик и так далее.



Игорь Овчинников: Юристы скажут лучше, чем я, но они передали определенные, но абсолютно не исключительные права на то или иное произведение. Вот актеры, слава Богу, извините, конечно, представители этой моей любимой профессии, но с каждым отдельным актером, хотя вроде как он соавтор спектакля, мы договариваться не должны, потому что чаще всего он работает в спектакле, в театре на условиях договора трудового найма, его наняли для того, чтобы он это делал. А вот с драматургами и режиссерами, которые, там, контрактники и так далее, история совсем другая.



Екатерина Пархоменко: У нас звонок. Александр из Петербурга.



Слушатель: В обычном театре после спектакля благодарные зрители дарят цветы, подарки. А как у вас это осуществляется? Есть какие-то необычные случаи?



Игорь Овчинников: Чудесный совершенно вопрос. Вы знаете, это не то чтобы больная тема, но уже пять лет мы мучительно придумываем, как бы осуществить эту обратную связь между интернет-зрителями и артистами на сцене. То ли, знаете, как Юрий Петрович Любимов, поставить такую лапочку, которая будет разгораться или гаснуть в зависимости от ощущений, эмоций интернет-аудитории, то ли еще что-то. Пока ничего универсального не придумали. Но если наши зрители будут писать на форуме нашего сайта какие-то приятные слова в адрес артистов, мы их обязательно до этих артистов доведем. Пусть не в первые пять минут после спектакля, но в ближайшее время уж точно.



Екатерина Пархоменко: Теперь настало время сказать адрес сайта.



Игорь Овчинников: Адрес сайта «Культу. Ru », причем «культу» в любом написании – хоть через «с», хоть через « k », не важно, сработает и так, и так, поскольку «Театральная паутина» сейчас такой подпроект крупного, мы его даже называем мегопроектом – «Культу. Ru », который транслирует спектакли не только раз в год на фестивале, а показывает записи спектаклей еженедельно по средам в интернете, старых, прекрасных и новых. Просто раз в год такое яркое событие – это наш фестиваль. На сайте «Культу. Ru » эти все трансляции будут видны. Там висит расписание, там висят подробности про каждый спектакль. Заходите и смотрите, подключайтесь.



Екатерина Пархоменко: Я еще хотела спросить про технические детали. Что нужно на стороне пользователя, чтобы нормально видеть?



Игорь Овчинников: Мы пока, по крайней мере, осуществляем трансляции в формате Real Video. Для того, чтобы увидеть эти трансляции, надо поставить себе программку. Ссылка на эти программки есть у нас на сайте, можно закачивать их, инсталлировать и смотреть. Я думаю, что чуть позже, не на этом фестивале, а ближе к следующему… Мы сейчас отрабатываем новые технические способы трансляции - уже не нужно будет специальных программ. Но не будем забегать вперед, пока в этом году скачивайте Real Player и смотрите.



Екатерина Пархоменко: И еще один вопрос. Вот смотри, в принципе мы уже это обсудили, но тем не менее… Разница между получением информации в интернете и всякими другими каналами – радио, телевизор и прочее – это то, что в интернете расписания нет, записал человек какой-то подкаст, не важно видео, звук, и пользователь в любое время может им воспользоваться. Здесь ничего такого придумать нельзя?



Игорь Овчинников: У нас, к сожалению, пока не так. Мы, к сожалению, пока строго ограничены во времени показа. Мы заключаем договоры с театрами, они дают нам разрешение на съемку спектакля, на его трансляцию, на определенное количество его повторов. Все. Увы, таково состояние законодательства. Или: ура, авторы счастливы. Это коллизия, которую, конечно, в свое время нужно будет разрешать.



Екатерина Пархоменко: Чем шире будет распространяться показ ваших спектаклей вот таким способом – через интернет, тем быстрее, я думаю, театры додумаются, что это все-таки привлечение публики.



Игорь Овчинников: Будем надеяться. Театры-то, кстати говоря, до этого уже додумались. Дело ведь не только в театрах. Дело в конкретных людях, которые создавали спектакли. Не будем называть, но один из лучших и крупнейших российских театров, чей замечательный спектакль мы однажды транслировали, сказал: мы вам с радостью позволяем все, все разрешения мы вам дадим, единственно что – договоритесь, пожалуйста, сами с наследниками художника-постановщика, у нас с ними тяжелые взаимоотношения. Кстати, закономерно, но с наследниками всегда тяжелее, чем с самими авторами. Мы чудом все-таки договорились. Но такие ситуации могут возникать сплошь и рядом.



Екатерина Пархоменко: Ты упомянул вскользь, что у вас есть форум на этом сайте, да?



Игорь Овчинников: Да, у нас есть форум, туда можно заходить. С грустью наблюдаем, что чаще всего на этом форуме пишут люди о том, что: а-а, у нас ничего не видно. И мы вынуждены еще раз за разом объяснять, что, опять же, интернет, как водопровод, и качество вашего изображения или струя воды из вашего крана на последнем этаже во многом в том числе зависит от того, как у вас в собственной вашей квартире устроены трубы. Это так называемая «проблема последней мили» в интернете. Потому что мы-то в этот интернет-эфир сигнал даем идеального телевизионного качества. А как вы его увидите, прежде всего зависит от связи между вами, вашим компьютером, и вашим провайдером. Мы транслируем в таком техническом формате, что посмотреть наши трансляции можно даже при не быстрых линиях. Если у вас есть 54 кБита в секунду, что уже совсем маленькая скорость, уже будет видно, это будет изображение, как мы это называем, из жизни муравьев, оно будет маленькое, оно будет расплывчатое, там, возможно, будет не 25 кадров в секунду, а 10 кадров в секунду. Тем не менее звук будет, что там происходит, вы поймете. Кстати говоря, когда затеялся самый первый фестиваль, и думалось о том, стоит ли театральные хорошие спектакли показывать иногда в низком качестве, хорошо ли если люди видят не идеальное изображение того или иного шедевра, я всегда вспоминал, что когда мы были студентами и только-только появились видеомагнитофоны, мы сидели и ночами в ГИТИСе смотрели десятые замыленные копии спектакля Питера Брука, размазанные, расплывчатые, черно-белые, дрожащие, какие угодно. Но эмоциональное впечатление от спектакля пробивало все эти технические сложности и ощущалось совершенно замечательно. Поэтому мне кажется, что хорошие спектакли и в маленьком расплывчатом изображении все равно стоит посмотреть.



Екатерина Пархоменко: У нас еще один звонок. Рашид из Казани.



Слушатель: А можем чуть-чуть расширить тематику передачи? Просто я люблю очень музыку, и сейчас идут мировые премьеры разных групп. Существует перспектива прямой передачи через интернет премьер концертов, вот таких вещей?



Игорь Овчинников: Не то что существует, мы это проделывали. У нас были такие экзотические, например, трансляции, когда мы транслировали мировой фестиваль циркового искусства с Поклонной горы, когда мы транслировали концерт Кубанского казачьего хора, когда мы транслировали на открытии третьей «Театральной паутины» живой концерт замечательной певицы Иры Богушевской. Хочу сказать, что, может быть, не в прямой трансляции, но этой весной мы засняли новые программы Пелагеи Хановой и еще одну новую программу Иры Богушевской, и мы надеемся, что ближе к Новому году, когда у всех будет веселое, праздничное настроение, мы, может быть, даже эти записи у нас в эфире покажем.



Екатерина Пархоменко: Просто отлично! То есть на самом деле нет никакого препятствия, какое именно культурное событие вы будете снимать, все упирается…



Игорь Овчинников: В авторские права… нет, собственно говоря, зацикленность наша на театре заключается в том, что основные создатели этого фестиваля – люди театральные, поэтому с театрами нам проще, легче, понятнее, привычнее, иногда интереснее. Но мы абсолютно открыты любым исполнительским видам искусств и с радостью будем транслировать все что угодно, лишь бы это было качественное зрелище. Концерты попсовых исполнителей – надеюсь, мы никогда не доживем до того, чтобы их транслировать.



Екатерина Пархоменко: А как ты выбираешь спектакли для фестиваля?



Игорь Овчинников: Вообще-то, мы еще маленький фестиваль, мы не «Золотая маска», у которой есть экспертный совет, который рекомендует, но, во-первых, наши друзья театральные критики, театроведы рассказывают, что там-то и там-то появился замечательный спектакль, может, вам стоит его включить в программу. Мы отсматриваем видеозаписи спектаклей. Мы устраиваем вот эти маршруты путешествий и смотрим, что нового, интересного случилось…



Екатерина Пархоменко: То есть вы сами ездите в эти театры?



Игорь Овчинников: Мы сами ездим, отсматриваем обязательно спектакли заранее, иначе их и не протранслировать грамотно. Съемочная группа их смотрит, видит. И более того, мы помогаем театрам, для нашей трансляции мы в театры проводим специальный скоростной интернет, который потом остается театру в долгое счастливое пользование, чтобы мы протранслировали и театру польза от нас была такого рода.



Екатерина Пархоменко: Потрясающе абсолютно! Это интереснейшая инициатива. Надеюсь, мы еще обсудим по результатам, что у вас получилось на этот раз.



Игорь Овчинников: С удовольствием!



Екатерина Пархоменко: Спасибо большое, что ты к нам пришел!


XS
SM
MD
LG