Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Медицинская составляющая российского спорта


Валерий Винокуров: Сегодня хоккейный матч «Авангард» (Омск) – «Динамо» (Москва) должен был состояться, но он отложен. Видимо, это связано с гибелью молодого хоккеиста «Авангарда» Алексея Черепанова. И последствия, рассуждения на эту тему, как это могло случиться, как такая трагедия могла произойти, полны все газеты. Мы если эту тему грустную, трагичную затронем, то тогда, конечно, я почитаю вам кое-что, что сообщает пресса. И тем более, что очень много об этом сейчас говорят в Америке, потому что Алексей Черепанов был зазавтован клубом «Нью-Джерси» и там проходил медосмотр очень серьезный, связанный с этим. И сравнение идет между НХЛ м КХЛ по принципам организации работы что ли. И, естественно, медицинская служба занимает большое место в этой системе организации. И поэтому по обе стороны океана сейчас обсуждается эта тема.



Олег Винокуров: Слушаем Станислава из Москвы.



Слушатель: Аркадий Ратнер когда-то сказал в прошлом «Прессинге» о гонорарах игроков, о премиях, но это должен был сделать Роберт Воскеричян. А что же все-таки случилось с Алексеем Черепановым? Теперь про футбол. В матче Россия – Финляндия было забито два автогола и третий тоже задел ногу игрока финской команды. Комментатор Виктор Гусев, с одной стороны, сказал: «Друг мой Колька», но с другой стороны, он прав был, что футболисты должны надеяться на себя, а не на соперника. И потом, почему бы не надо в футболе сделать, как в хоккее – отменить правила автогола? То есть если финн, к примеру, забил себе в ворота, то мяч записать должны на счет игрока нашей команды, который последний касался мяча.



Валерий Винокуров: Газета «Московский комсомолец» свой репортаж об этом матче Россия – Финляндия даже назвала так «Финны – трижды герои России». Ну, там мяч коснулся, действительно, только когда забивал Аршавин. А те то два не поймешь кому записывать, потому что это просто грубые ошибки были финских защитников. Вместо того, чтобы выбить мяч куда подальше, они направляли его в свои ворота.



Олег Винокуров: Ну, в таких случаях, конечно, глупо записывать. Вообще, меня тоже раздражает в ряде случаев, когда (особенно итальянцы отличаются такой чрезмерной пунктуальностью, въедливостью – малейшее касание мяча, они тут же записывают в автогол, что меня огорчает по всем позициям). Зачем пятно такое на репутации игрока обороняющейся команды? Зачем отнимать гол у нападающего, который лишний гол мог бы себе записать. Но в тех двух случаях, когда финны действительно забивали в свои ворота, тут уж ничего не попишешь. Тут даже не поймешь, на кого записывать. По воротам никто не бил.



Валерий Винокуров: Мяч откуда-то отскочил.



Олег Винокуров: Мяч направлялся вдоль или от вратаря отскакивал. А с голом Аршавина – это совершенно очевидно, естественно, это гол Аршавина. Мало ли кто там подставляет свои ноги, когда мяч летит в сетку.



Валерий Винокуров: Итальянцы только с этой своей въедливостью… Даже в этом случае и то бы они не приписали. Теперь насчет гонораров… Я что-то не помню, разве Аркадий Ратнер?



Олег Винокуров: Естественно, профессор Роберт Воскеричян – главный специалист в области экономики, но все мы так немножечко владеем информацией. Он на нас не обижается, если мы вдруг какую-то сами выдаем экономическую информацию, не дожидаясь его. У нас тут Серж реагирует СМС-ками: «Судя по матчу с финнами, «тамбовское дело» процветает». И еще интересуется он, сколько имеет ОПГ и РФС от билетных спекулянтов? Наверное, сейчас это уже не связанные две структуры, скажем так. Раньше мы частенько критиковали Российский футбольный союз за то, что билеты там продаются со всякими большими наценками. Но сейчас тут все нормально. Как в цивилизованной стране, на билетах РФС не наживается.



Валерий Винокуров: Станиславу, который задает вопрос о том, что случилось с молодым хоккеистом Алексеем Черепановым, вот тут я могу просто с огорчением зачитать то, что пишут газеты. Во-первых, газета «Известия» сообщает такие вещи, которые просто даже как-то не укладываются в голове. «Электрошок на наших стадионах не предусмотрен», так одна заметка называется. «Как уже писали вчера «Известия», одной из причин гибели Алексея Черепанова стал разряженный аккумулятор дефибриллятора, с которым бригада «Скорой помощи» прибыла в Чеховский дворец спорта». Мы задались вопросом, а почему такого прибора не оказалось в медпункте ледовой арены или у врачей игравших команд? И вообще, должен ли он быть в принципе? Естественно, он должен быть, но его не было. А стоит он, оказывается… Тут как раз написано, что «гибель Алексея Черепанова заставила задуматься о приобретении собственного дефибриллятора только руководство столичного «Спартака». Стоит он не так дорого – 60 тысяч рублей за портативный экземпляр». Это вообще при миллионных гонорарах хоккеистов, при страховках в миллионы… «В «Скорой» дефибрилляторов тоже нет», заметка. И еще заметка любопытная, она называется так: «Мы такие бедные или такие здоровые?». И написано: «В США несколько лет назад дефибрилляторами оборудовали все крупные торговые и развлекательные центры, в которых собираются тысячи людей, и всегда возможны случаи остановки сердца. Настояли на этом кардиологи, которые посчитали, что это будет спасать несколько десятков жизней в год. Возможно, у нас, - пишет автор этой заметки, - таких ресурсов на дорогостоящее оборудование нет. Хотя цена на дефибрилляторы не превышает 60 тысяч рублей». За такую цену можно вообще во всех магазинах и магазинчиках, и киосках установить. «Но на многолюдных спортивно-развлекатальных, просто праздничных мероприятиях подобные ситуации тоже возможны. И бригады «Скорой», причем оснащенные всем необходимым, непременно должны дежурить рядом. Мало ли какая помощь понадобится».



Олег Винокуров: Видимо, в Австрии с этим была проблема. Потому что мы знаем, что во время чемпионата Европы два, как минимум, случая, когда из-за остановки сердца умирали молодые болельщики. Один раз в Повенфурте, где мы с тобой как раз были на матче Хорватия – Германия, и один раз у австрийки какой-то остановилось сердце.



Валерий Винокуров: То есть надо было в этих фан-зонах точно иметь, потому что там фан-зоны – это такая толпа людей, кругом едят, шум, гам, пиво, музыка гремит и так далее.



Олег Винокуров: Олега Алексеевича слушаем из Москвы.



Слушатель: Я всем сердцем скорблю по случаю смерти такого блестящего начинания. Когда талант уходит, жизнь многое теряет.



Валерий Винокуров: Конечно.



Слушатель: А тут это результат того беспорядка, который царит в нашей стране. Нет четкого во всем порядка. Я хочу сказать о другом. Я хочу сказать о матче России с Германией 1:2. И я хочу сказать, в частности, о репортаже, который вел Дмитрий Губерниев. Это выходит какое-то издевательство над слушателями. Да, можно было его выключить. Но, с другой стороны, какой-то паноптикум. Едва наш футболист переходит середину поля, как начинается истерически: «Вот сейчас будет гол!», и такое нагнетение. Я хочу сказать, что через это передается его психическая неполноценность. Губерниев впадает в истерику, в какое-то болезненное состояние. И такому больному человеку давать в руки микрофон – это же преступление. Он же дискредитирует вместе с тем те идеи патриотизма, которые он сам превозносит. Эти идеи как бы становятся параноидальными. Это же должны видеть те, кто с ним рядом работает, что он больной, и не допускать на Первый канал телевидения.



Олег Винокуров: Да, понятно, но только не ясно:



Валерий Винокуров: :на каком канале это было. Был ли это Губерниев. Я не в курсе. Что касается Губерниева, я единственное, могу вам сказать, что в одном из интервью он сказал о том, что радио « Свобода » критикует его за патриотизм. Ну, это тоже говорит, конечно, об уровне его интеллектуальных способностей. Его за патриотизм никто никогда в жизни на Радио « Свобода » тем более не критиковал. И вот вы не работник же Радио « Свобода », вы – слушатель, и вы высказали свою точку зрения. А Радио Свобода критиковать кого-либо за патриотизм – глупо.



Слушатель: Так я и говорю, что я не меньший патриот России. Я говорю о больном человеке.



Олег Винокуров: На связи Артур из Санкт-Петербурга.



Слушатель: На той неделе я был в Праге, поэтому не смотрел ни первый, ни второй матч сборной России. Но часто вас вспоминал, проезжая и проходя мимо офиса Радио Свобода в центре Праги. Там единственное, что я смотрел, это матч Чехия – Польша, который вызвал большой ажиотаж. В этом матче играл Ширл, зенитовец, полную игру и тоже есть о чем поговорить. Но сначала я хотел бы спросить об этих матчах двух. Судя по отчету, который я читал о матче Россия – Германия, вроде бы как первый тайм – полное преимущество Германии, второй тайм – якобы полное преимущество России.



Валерий Винокуров: Так, в общем, и было.



Слушатель: В принципе, я по чемпионату Европы больших иллюзий по поводу силы сборной Германии не питал, меня ее игра не убедила. Это не та сборная Германии, скажем, 90-х годов.



Валерий Винокуров: Да, конечно. Поэтому она и стала удерживать счет. Те сборные Германии продолжали бы наращивать преимущество.



Слушатель: Конечно. А что касается Финляндии, я видел голы этого матча, вот эти автоголы. Я не знаю характера игры, но у меня сложилось по этим автоголам, по поведению защитников сборной Финляндии, что финны проиграли эту игру еще до выхода на поле, в отличие от Уэльса.



Валерий Винокуров: Нет, нет, нет. Так бы я тоже не сказал. Мне казалось, что финны и начали неплохо, играли на победу. Это не то что вышли удерживать ничью. Это не так было.



Олег Винокуров: Но так получилось просто.



Слушатель: То есть несчастливое стечение обстоятельств.



Валерий Винокуров: В защите, да. Просто команда Финляндии слабее, чем сборная России. Но это ничего не значит.



Олег Винокуров: Ну, поначалу минут 20 первых атаковали и мячом владели, но не получается.



Слушатель: Но если она слабее сборной России, то как же она тогда на равных играла с Германией?



Валерий Винокуров: Во-первых, это было дома. А я, например, не убежден, что финны дома безропотно проиграют сборной России. Это далеко не так. Это уже в следующем году будет. Мы посмотрим, конечно. Но у всех этих трех команд, надо сказать, даже, наверное, Уэльс можно добавить сюда, самые слабые линии – это линии обороны. Что у финнов, что у России, что у Германии, пожалуй, что и у Уэльса тоже.



Олег Винокуров: Наверное, да.



Валерий Винокуров: Поэтому тут все возможно. Когда оборона играет слабо… Вы же понимаете, когда Россия выиграла у Уэльса, то там же пенальти было. Поведи Уэльс в счете, не отбей Акинфеев тот мяч – и вообще неизвестно бы, как повернулось. И здесь, в Германии Уэльс вполне мог устоять. Так что в следующем году отборочные игры будут интересными и непредсказуемыми, как мне кажется.



Олег Винокуров: Попутно молодежная сборная Финляндии пробилась в финальный турнир чемпионата Европы. Уэльс почти не пробился, в захватывающей борьбе 5:4 по сумме двух матчей англичане обыграли валлийцев. В любом случае, лучше, чем сборная России. Еще успеем послушать Александра из Москвы.



Слушатель: У меня есть к вам два вопроса. Только сначала я хочу вам ответить. Вы задавали вопрос: что такое ОПГ – это организованная преступная группировка. И по поводу дефибриллятора хочу ответить. Мы не такие бедные и не такие здоровые, мы просто такие глупые и жадные.



Валерий Винокуров: Александр, это вы ответили не нам, а на вопрос корреспондента газеты «Известия».



Олег Винокуров: Который, наверное, что-то в этом плане подразумевал.



Валерий Винокуров: Да, конечно, когда сделал тот заголовок.



Слушатель: А теперь у меня два вопроса. Первый по поводу этого несчастного парня Черепанова. Он же был на драфте у «Рейнджерс».



Валерий Винокуров: Да, да, да.



Слушатель: Я не понимаю, как они могли его купить, не осмотрев как следует, не выяснив его здоровье? Это все равно, что покупать кота в мешке.



Валерий Винокуров: Александр, я на эту тему уже после прочитаю сообщение из Америки.



Слушатель: И второй вопрос по поводу сравнения КХЛ, НХЛ и вообще наших порядков. Я слышал, что там рядом была буквально больница, и там был реанимобиль, но персонал, у него, видите ли, кончилось время, и они ушли. И вот я хочу сказать, с тех пор, как нам навязали этот капитализм, нам дали из него только самую мерзость и ничего хорошего. А в социализме наоборот – уничтожили все, что было хорошего, но всю бюрократическую дурь, которая мешает людям жить, любовно сохранили.



Валерий Винокуров: Да, Александр, наверное, с вами можно согласиться. Правда, к сожалению, капитализм в России несколько не тот, который, предположим, в Америке. Я уже вам зачитывал, что кардиологи настояли, во всех магазинах иметь там вот эти дефибрилляторы и так далее.


Я взял газету «Советский спорт», которая опубликовала подборку под названием «Какая это ишемия?». «В Америке разгорелись жаркие споры вокруг гибели Черепанова. За океаном трагедия Алексея Черепанава до сих пор остается главной в хоккейном мире. Североамериканские аналитики, высказав соболезнования родным и близким форварда «Авангарда», начали критиковать российский хоккей». Но не все. Тут приводится мнение аналитика информагентства ТСН Перма Гуаера, в поддержку КХЛ высказывается Грэг Вышински, ведущий блог на сайте «Яху», аналитик Боб Макензи. Аналитик ТСН в своей колонке побеседовал с врачом «Детройта» Энтони Калуччи, который три года назад спас жизнь защитнику Иржи Фишеру. И здесь то, что Александр в конце первой части нашей программы сказал, тут рассказывается о том, какое было проделано медицинское обследование Алексея Черепанова, когда он был на драфте в «Нью-йорк Рейнджерс». Доктор Калуччи единственное, что подчеркивает, что он порекомендовал еще проверять толщину стенки сердечной мышцы. Видимо, раз он это говорит, там это не было проделано. Еще кое-какие детали из всех этих сообщений я потом сообщу.



Олег Винокуров: Сперва мы послушаем Рашида из Москвы.



Слушатель: Я в прошлую субботу слушал вашу передачу, вы там пропадали. Повтор слушал – чисто уже было. Я мини-футбол смотрел на прошлой неделе. Там наши с Бразилией играли, 6:0 было в пользу Бразилии, я выключил, обиделся.



Олег Винокуров: А стало семь.



Слушатель: Следующий круг – опять в полуфинале наши с Бразилией играли. Бразилия выиграла 4:2.



Валерий Винокуров: Да, но уже совсем по-другому.



Слушатель: Комментаторов большой футбол я уже не слушаю, думал, в маленьком футболе – другие. А здесь комментатор тоже такой, начал ерунду пороть. Говорит: «Вот я судью убил бы, он не дает штрафной в сторону бразильцев, любит их он, наших не любит…» В 2010 году чемпионат мира будет?



Олег Винокуров: Да.



Слушатель: С любой группы первые два места выходят или только первые?



Олег Винокуров: Только первые, вторые будут играть стыковые матчи. Причем даже из вторых одна команда отсеется по дополнительным показателям, групп же девять, а вот восемь вторых попадут. Надо еще не оказаться худшей из вторых команд. И потом уже будут стыковые.



Валерий Винокуров: То есть тринадцать путевок, девять победителей, восемь сыграют.



Олег Винокуров: Непросто.



Валерий Винокуров: Конечно, это непросто. Надо занимать первое место.



Олег Винокуров: Во-первых, почему все считают, что сборная России не выиграет стыковой матч. Она выиграла четверть-финал чемпионата Европы у Голландии. Почему она не может выиграть? Попадет на какую-нибудь Турцию.



Валерий Винокуров: Заняв второе место.



Слушатель: Если Турция будет играть, как в Европе играла чемпионат, наши не выиграют.



Олег Винокуров: Вот и проверим. Вы посмотрите, там ведь в группах все перемешалось. Предположим, Словакия, Польша лидирует, а Чехия где-то в конце. Сейчас же команды обновляются. Нельзя старыми мерками.



Слушатель: Может, второе не выйти еще?



Валерий Винокуров: Естественно, из восьми вторых, одна девятая вторая отпадет сразу, выйдут четыре после стыковых матчей.



Олег Винокуров: Да нет, все будет нормально. Для этого же Хиддинка и позвали. Не для того, чтобы обыграть Германию.



Слушатель: Счастливые, как Хиддинк, мы должны быть.



Олег Винокуров: Ну, сборная России и Советского Союза Германию, по-моему, не обыгрывала никогда и нигде в официальных матчах и никогда ее не опережала. А уж кого-нибудь обхитрить именно в стыковых матчах, тут Хиддинк, думаю, мастерски справится с этой задачей.



Слушатель: Я один год помню, со сборной ФРГ наши играли, когда еще Уве Веллер, наших они так ободрали, как липку.



Валерий Винокуров: Это было в 1966 году, но тоже не как липка, а 2:1.



Слушатель: Нет, вот когда 3:0 было.



Валерий Винокуров: Это уже было позже, уже не было Зеллера, Шнелингера.



Олег Винокуров: Игорь Анатольевич из Москвы.



Слушатель: Я сразу скажу, что я – болельщик сборной Германии. И вот играли две команды: одна – моя родная команда, другая – моя любимая. Я то слушал с выключенным звуком.



Валерий Винокуров: Слушал с выключенным… То есть не слушал.



Олег Винокуров: Ну, надо сказать, раз уж вы подняли, действительно, это же был не Губерниев. И Серж тут написал, что не работает Губерниев на Первом канале. Правда, не написал, кто это был комментатор.



Слушатель: Да, потому что он нес такую ахинею. Я бы мог за несколько минут вам рассказать про эту команду намного интереснее и намного больше.



Валерий Винокуров: Не сомневаюсь.



Слушатель: Что касается автоголов финнов, я сам играл центральным защитником. Знаете, бывает… Не мог просто человек так извернуться на 180 градусов. Сложнейшая ситуация. Бывают и такие.



Валерий Винокуров: Игорь Анатольевич, там еще ситуация в том была, что человек играл не на своем месте Пассонен. Он, по-моему, правша, а играл где-то слева. Не на ту ногу ему мяч попал. Но это уже детали.



Олег Винокуров: Естественно, все, и самые выдающиеся защитники, бывает, забивают в свои ворота.



Слушатель: И потом после финнов, конечно же, я смотрел матч Уэльс – Германия. Вот тут играют обе команды чужие для комментатора.



Олег Винокуров: Болел за Уэльс, наверное, по-страшному.



Слушатель: Да, истерика. Уэльсцы держат в защите девять человек, немцы пробиться туда не могут. Эти на контратаке двое на двое чуть проскочили, тут истерически: «Здорово!» Ничего, конечно, не получилось. С другой стороны, бьют немцы по воротам, тихо, сдержанно: «Штанга».



Валерий Винокуров: Мы всегда уже много раз говорили, когда просто речь шла о журналистике, что вообще не должен болеть журналист-обозреватель, никто, потому что когда человек болеет… Это же не случайно такое слово выбрано, человек теряет несколько разум, глаза затмевает ему страсть. Это вполне естественно. Тут уж ничего не поделаешь, нельзя болеть. Можно сопереживать, сочувствовать.



Олег Винокуров: Ну, уж тут-то совсем как-то глупо. Я понимаю, что можно было в конце отборочного цикла в последнем матче болеть за Хорватию против Англии.



Валерий Винокуров: Когда все решалось.



Олег Винокуров: Там конкретно, действительно, вот Хорватия выиграет, и ты попадаешь, твоя команда на чемпионат Европы. Но здесь в начале цикла кто еще знает? А потом этот Уэльс обыграет Россию дома, обыграет всех, и получится, что зря ты за него болел, а надо было за Германию. Вообще, какая-то глупость полнейшая.



Слушатель: Я хочу сказать просто о немцах. Давайте говорить честно. Эта вся истерия нам понятна. Но ведь то, что было в истории, все это делали не они. Эти ребята родились в 80-х годах, никогда не держали в руках оружие. Эти парни играют в футбол. И самое главное, они очень хорошо к нам относятся.



Валерий Винокуров: Безусловно.



Слушатель: И что у нас творят? Вы пообщайтесь с немцами, они очень обрадуются, они всегда нам рады. И я скажу, что команда злая. И с нашими они не смогли переступить порог злости, хотя наши поначалу их же по костям рубить начали. Я испугался, думал, сейчас будет повтор 1966 года, где судья уже не знал, что делать. Нет, немцы сдержались, ничем нам не ответили, ответили двумя хорошими голами. И я не увидел той спортивной злости. Поменяй нашу команду на какую-то европейскую, они бы так не сдали второй тайм.



Валерий Винокуров: Я тогда воспользуюсь ситуацией и попрошу извинения у всех на короткое воспоминание. Это было во время чемпионата мира 1982 года в Испании. В полуфинале играли в Севилье тот знаменитый матч Германия – Франция, когда 1:1 в основное время, в дополнительное время французы вышли вперед 3:1, немцы сравняли 3:3. И по пенальти решилось в пользу немцев, Штилике не забил и два француза не забили. Немцы вышли тогда в финал из полуфинала по пенальти. Я смотрел этот матч с одним коллегой. Я думал, что немцы мне нравятся больше, команда Германии, тем более на тот момент у меня там было больше знакомых игроков, чем в сборной Франции. А он сопереживал французам. Когда немцы по пенальти выиграли, мы идем с ним, покидаем стадион, и вдруг он мне говорит: «Как ты можешь за них болеть? Они же на нас напали в 1941 году». Я от такого подхода даже растерялся, у меня, видимо, челюсть отвисла. Я сперва не знал, что ответить, а потом ему говорю: «Подожди, а как же ты можешь болеть за французов? В 1812 году они же на нас напали». Когда в футбол примешивается вот это, то, о чем вы говорили, то крайне неприятно. Даже с коллегой, за рубежом, на чемпионате мира, и то такая у нас не перепалка была. Но он серьезно сказал: «Как ты можешь за них болеть?» А я: «А как же ты можешь за французов?»



Слушатель: Ну, спасибо, что вы меня поняли.



Олег Винокуров: Александр из Санкт-Петербурга.



Слушатель: Я хочу спросить у вас про Исинбаеву, которая является рекордсменкой мира по прыжкам в высоту.



Валерий Винокуров: С шестом.



Слушатель: Я не знаю, заметили вы или нет, я лично заметил, что прыгает она, когда берет очередной мировой рекорд, с большим запасом, но прибавляет для очередного рекорда буквально по одному сантиметру. Это такой стиль ее спортивный? Или тут есть какой-то коммерческий интерес? Ведь, наверное, полагается за мировой рекорд денежное поощрение.



Олег Винокуров: Конечно.



Валерий Винокуров: Да.



Олег Винокуров: По-моему, 100 тысяч долларов за каждый мировой рекорд. И естественно, это имеет смысл. Правда, Елена объясняет, у нас даже в одной из программ «Прессинг» во время Олимпиады, это еще так сказать заботой о популяризации этого вида спорта – прыжков с шестом. Она объясняет так: «Вот представьте, возьму я сейчас максимум свой, и все, и больше уже никогда не будет рекордов, как у мужчин. И все это как-то остановится. А вот сейчас ведь особенно охотно на любые старты приглашают именно в программу легкоатлетических состязаний прыжки с шестом, особенно охотно идут зрители. Потому что знают, что всегда возможен мировой рекорд. И это, естественно, подогревает интерес». Вот так она объясняет, опуская, конечно, тот момент…



Валерий Винокуров: Вообще, такие разговоры, Александр, раньше были, они касались штангистов. Штангисты повышали все время мировой рекорд чуть-чуть, на полкилограмма, потом еще на полкилограмма, а не сразу столько, сколько могут. Понимаете, в чем дело? Тут нельзя так... Может, она так объясняет, но гарантировать это нельзя. Сергей Бубка, он же прыгал и прыгал. Когда закончил выступать, уже 6,14, никто близко приблизиться не может. Даже когда 6 метров кто-то возьмет, 6,05 – то уже радуются. Может быть, она в чем-то и права. Вообще, когда человек где-то работает, он же тоже как-то не сразу выкладывается полностью, он может думать о том, чтобы больше заработать. Тут короче скользкий момент. Но как могли, с вами поразмышляли на эту тему.



Олег Винокуров: И слушаем теперь Анатолия из Карелии.



Слушатель: Хотелось бы еще раз вспомнить разные две вещи, которые произошли в течение недели. Сначала Прокуроров, потом парнишка молодой, хоккеист. Но внимание хотел заострить вот на чем. Мне кажется, в тех странах, где в футбол играют летом на искусственной траве при полупустых трибунах, где команда – лидер, долгие годы не бывшая чемпионом, продает лучшего своего лидера сопернику, который борется за чемпионство…



Валерий Винокуров: Это вы имеете в виду Дани?



Слушатель: Да. Где лучшие клубы не имеют своих стадионов – «Спартак», ЦСКА, например, где комментаторы, которые часто путают фамилии, кричат во время матча «Слава России!», вскидывая вверх, к небесам руки, это напоминает уже 1939 год, наверное. Так что в такой стране может быть что угодно. Возвращаясь к тому сюжету, когда вы рассказывали, что был продан матч «Бавария» - «Зенит», есть такая поговорка – никогда не говори никогда. В нашей стране может быть все что угодно. Вот видите, молодой парнишка… Нормальный человек это не может воспринять всерьез, чтобы такой случай произошел в наше время, в век компьютеров… Как это так? Ягр стоял в шоке. Он просто стоял, руки развел, не мог понять, где он вообще находится, что за ерунда такая?



Валерий Винокуров: Да, Анатолий, тут, что называется, нечего сказать. Но я все-таки обращусь еще к прессе. Уже на тему, что вы затронули «Зенит» и вот эту историю «Зенит» - «Бавария». Сейчас нагнетается опять почему-то атмосфера. Немцы сразу заявили, что немецкая прокуратура и «Бавария» ничего не собирается вообще предпринимать по этому вопросу, что не будем разбираться с какими-то там тамбовскими уголовниками. А «Зенит» вдруг, я как раз вчера прочитал, пресс-релиз выпустил, везде напечатано, что он собирается подавать в суд на газету «Эль Паис», на одну почему-то из двух газет, за то, что она… и так далее… Эти газеты, еще раз повторю, и на этом надо эту тему завершать, опубликовали запись телефонного разговора этих тамбовских людей Геннадия Петрова и Христофорова. Вот они друг другу говорили, кто за сколько чего купил. И все, газета не сказала, что так и было. Если «Зенит» сейчас будет подавать в суд на эту газету, еще смешнее будет, видимо, в процессе разбирательства только зачем-то тень падет очередная на тот же самый «Зенит».



Олег Винокуров: Ивана из Москвы слушаем.



Слушатель: У меня вопрос к Роберту Воскеричяну.



Валерий Винокуров: Он, наверняка, слушает, ответит.



Слушатель: Во-первых, прежде чем задавать вопрос, я хочу его поблагодарить, я года два назад звонил, что его очень неудобно слушать, потому что он как бы не замечает микрофона. Это редкое качество для ведущего. И второе, я, конечно, хотел бы посоветовать руководству радиостанции « Свобода » задействовать его в передачах экономических не только спортивных, но и вообще. Я его несколько лет назад слушал в какой-то политической передаче, и это был просто захватывающий рассказ об общей экономике. Третье, недавно, буквально позавчера господин Степашин, используя высокую трибуну Государственной Думы, заявил о том, что это безобразие, когда клуб «Зенит» тратит миллионы на игроков. Я не помню точную формулировку. И у меня, когда я звонил вам года полтора назад, я выражал опасение. Опасение заключалось в том, что господин Степашин, а ведь он болельщик «Динамо», не только болельщик, но и попечитель команды «Динамо».



Валерий Винокуров: Да, председатель попечительского совета.



Слушатель: А его задача как председателя попечительского совета – добывать, выбивать из финансовых структур деньги. А он является председателем Счетной палаты, которая должна контролировать высокие финансовые структуры и выискивать нарушения у них. Мои опасения оправдались. Конечно, «Газпром» ему не по зубам, потому что это правительственная структура. А что делать «Лукойлу», «Железным дорогам»? Он их очень может пошерстить, как говорится. Так вот у меня вопрос к господину Воскеричяну: что такое нецелевое расходование денег, о котором он упоминал? И может ли Счетная палата, вправе ли проверять финансовые структуры, которые путем общего собрания решили финансировать какой-то футбольный клуб? Вправе ли это делать госчиновник, каким является господин Степашин?



Валерий Винокуров: Роберт, вам, конечно, наверняка, ответит. Он слушает программу сейчас, наверняка. Из всего, что вы сказали, вызвало одно только сомнение вызвал один ваш тезис насчет того, что Степашин может какие-то финансовые структуры заставить что-то делать. Вообще, мне кажется, что не может, потому что он бы заставил тогда, чтобы «Динамо» стало побогаче. Но «Динамо» же – одна из самых бедных команд сейчас из 16 клубов Премьер-лиги, одна из самых бедных. Вы посмотрите, какая скамейка у «Динамо». Если, предположим, у «Спартака» не вмещаются игроки в заявку, то «Динамо» еле-еле каждый раз наскребает 16-17 человек в заявку. И «Динамо», если бы владело, обладало какими-то деньгами, то никогда бы не продало Дани в «Зенит» за такую сумасшедшую сумму. Валерий Карпин, генеральный директор «Спартака», на эту тему сказал так, что если бы у меня даже был миллиард долларов, я бы никогда не купил Дани за 30 миллионов евро, а кого-нибудь другого где-нибудь купил. Поэтому Роберт, конечно, вам ответит, как вы сформулировали свой вопрос серьезно насчет госчиновника и так далее. Но мне кажется, что Степашин как председатель попечительского совета «Динамо» пока что не сделал минимума какого-то для команды.



Олег Винокуров: Из Москвы позвонил нам Олег.



Слушатель: Прежде всего, я хотел бы заметить, что психически неуравновешенные люди у нас встречаются не только за комментаторским микрофоном, но и во многих других местах. А вопрос комментаторов я хочу связать с этой историей с Черепановым. Дело в том, что я не смотрел этот матч, а когда передавали и рассказывали о всей этой истории, то все время журналисты подчеркивали, что Черепанов столкнулся с Ягром, после чего ушел на скамейку, и тут ему стало плохо, и он потерял сознание. Но так мне кажется, что сердце не может от какого-то удара, столкновения остановиться.



Валерий Винокуров: Да, конечно, нет.



Слушатель: По-моему, журналисты здесь просто не разобрались.



Валерий Винокуров: Конечно, это совершенно не связано с этим столкновением. Там просто смысл был в том, почему подчеркивали, что никто из соперников не нарушал против него правил. Он столкнулся со своим игроком на площадке. Я даже не знал, что это было именно с Ягром, потому что про Ягра я помню, что когда повезла уже машина, Ягр бежал в футболке, не переодевшись, и кричал: «Леша, очнись!» Сам Ягр испытал шок в этот момент. Тут совершенно не из-за этого остановилось сердце.



Слушатель: Комментаторы просто ввели в заблуждение.



Валерий Винокуров: Но люди же растерялись тоже. Комментатор тоже растерялся, в этот момент же не поймешь, остается три минуты до конца – и вдруг что-то такое происходит. Тем более же комментатор не сидит около скамейки запасных игроков. Он где-то наверху там сидит в специальной студии, в комментаторской кабине. Поэтому тут как раз по этому вопросу вряд ли кого-то можно обвинить.



Олег Винокуров: Сергея из Москвы успеем послушать.



Слушатель: Во вчерашней передаче «Хоккей России» Кузьмак несколько пролил свет на трагедию в Чехове. Дело в том, что ситуация такая. В сегодняшнем «Советском спорте» написано об отставке Бардина. Обвиняют в том, что Бардин не был на игре. И руководство КХЛ было, и руководители команд, как это меня не было, он говорит. И как же мог пройти этот вариант, когда судьи, инспектор игры, руководители КХЛ начали игру, не зная о том, что нет на стадионе «Скорой помощи»? В регламента КХЛ есть такой пункт. Можно начинать игру без «Скорой помощи» или нет?



Валерий Винокуров: Нет, конечно. Там же смысл в том, что она была.



Слушатель: Как она была? Это мифическая была. Это миф.



Олег Винокуров: Правильно, сейчас этим все озаботились.



Слушатель: Но как озаботились?



Олег Винокуров: Это поможет, может быть, действительно что-то изменить.



Слушатель: Что делал инспектор на игре? Может кто-нибудь ответить?



Олег Винокуров: К чему задавать сейчас эти вопросы? Их задают все сейчас. Кто-то, видимо, как-то будет отвечать.



Валерий Винокуров: Сергей, тем более, что у нас действительно совершенно подошло к концу время. А этими вопросами, которые вы задаете, озабочены сейчас все руководители спорта: от Министерства спорта и до руководства Континентальной хоккейной лиги.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG