Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Неизлечимо больным детям в России не хватает ухода


Так врачи сопровождают тяжелого ракового больного на прогулку

Так врачи сопровождают тяжелого ракового больного на прогулку

Сегодня в Петербурге работают четыре отдельных стационарных хосписа и четыре - на территории больниц. Эта сеть нуждается в улучшении, особенно остро стоит вопрос о создании нового детского хосписа. Для этого необходимо совершенствовать законодательную базу и учитывать мировой опыт в области решения проблем с обезболиванием.

По данным Всемирной организации здравоохранения, диагноз «рак» поставлен сегодня каждому 270-ому жителю планеты. В России на помощь онкологическим больным тратят 4 евро в год на душу населения, это в два с половиной раза меньше минимальной суммы, рекомендованной Всемирной организацией здравоохранения. Каждый год в стране заболевает раком 18 тысяч человек - это 50 человек в день, 40 из них умирают, говорит главный онколог Петербурга Алексей Барчук, который подчеркивает, что Петербург был пионером в России по организации хосписов: «Я понимаю, что это не только зависело от нас, онкологов, руководителей, очень большую роль сыграл журналист Виктор Зорза, который был одним из организаторов хосписа в Англии. Сначала он обратился в Москву. К сожалению, москвичи как-то не смогли оценить его предложение. И тогда, 17 лет назад, в трудные времена с его помощью и помощью медицинской общественности был открыт хоспис в Петербурге. Сегодня у нас уже есть стройная хосписная система. Состояние хосписной службы в нашем городе можно считать в целом удовлетворительным. Такой системы пока еще нет ни в одном другом городе нашей страны».

Тогда идею поддержал первый мэр города Анатолий Собчак. Но и сегодня все еще не решена проблема детских хосписов,напоминает заведующая детским онкогематологическим отделением городской больницы №31 Маргарита Белогурова: «Несмотря на то, что сегодняшний уровень излечения детского рака достиг 70-75%, оставшиеся проценты - это те дети, которых мы излечить не можем. Когда мы вынуждены сказать родителям, что мы ничего уже не можем сделать, встает вопрос: что делать с этим ребенком дальше? На сегодняшний день в городе пока нет стройной системы ухода за неизлечимыми больными. Вот если через год-два с вступлением в действие нового детского хосписа эта система начнет работать, от этого будет легче всем - и врачам, и родителям, и детям. Это совершенно отдельная отрасль медицины, паллиативное лечение - это и уход, и забота, и медицинская помощь, которые отличаются от направленности радикального лечения. Наши онкологические отделения не имеют достаточного штата для такой паллиативной помощи. У нас нет в штатах психологов, у нас нет социальных работников. А психологи нужны отнюдь не только родителям и детям, но и не в меньшей степени медперсоналу, который ежедневно находится со смертельно больными людьми. Нужна служба, нужен стационар, нужна выездная помощь, потому что очень многие родители могли бы остаться дома, и ребенок мог бы находиться дома, но под контролем этой хосписной службы. Комитет по здравоохранению обещает, что это все будет в ближайшем будущем. Тогда, я думаю, многие проблемы будут решены».

Острее всего стоит проблема обезболивания, говорит координатор программ благотворительного фонда «АдВита» Елена Грачева, работающая в хосписе волонтером: «Есть дети, которых невозможно вылечить, но которые могут находиться дома, не нуждаясь в других медицинских манипуляциях, кроме обезболивания. И вот в этот период организация получения наркотических препаратов крайне затруднена. По закону кажется, что все просто: лечащий врач ребенка, в данном случае это участковый терапевт, по направлению из больницы выписывает рецепт, действительно он должен созвать КЭК (консультационную комиссию) и на основании этой комиссии получить бланк рецепта, выписать этот рецепт, и дальше ребенок получает эту помощь. Но, к сожалению, действия этого закона во многом блокируются другим законом. Это закон №3-Ф3 о наркотических и психотропных веществах, в котором написано, что любой оборот наркотиков, любая деятельность, связанная с выписыванием рецепта должна быть лицензирована. И вот получение лицензии для детской поликлиники оказывается очень часто совершенно невозможным делом. Если поликлиника не имеет лицензии, получить этот рецепт и выписать наркотический препарат она практически не может. Мне не удалось найти ни одного документа, на основании которого родитель ребенка мог бы потребовать, чтобы этот рецепт ему был выписан. Родителям остается, видимо, только добиваться госпитализации в стационар. Два закона блокируют друг друга. Оставшаяся часть жизни, которую ребенок может провести в кругу семьи при наличии нормального наркотического обезболивания может находиться дома, - вот эта часть в Санкт-Петербурге у него практически отнята».

В Москве решен хотя бы один из этих вопросов: «скорая помощь» может колоть ребенку наркотический анальгетик. В Петербурге пока нет и этой возможности, поэтому скорейшая организация стационарного хосписа особенно важна.
XS
SM
MD
LG