Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Достижения филиппинского кинематографа





Дмитрий Волчек: Первого ноября показом фильма «Иеремия, книга первая: легенда о принцессе ящериц» завершилась ретроспектива филиппинского режиссера Лав Диаса в Берлине. Несколько месяцев назад замечательные режиссеры Шанталь Акерман и Хосе Луис Герин наградили восьмичасовой фильм Диаса «Меланхолия» главным призом конкурсной программы «Горизонты»; в прошлом году он уезжал из Венеции, получив «особое упоминание» в этой же секции. Не обошли вниманием филиппинское кино и отборщики Каннского фестиваля: в конкурсе был представлен фильм «Сервис» Брийанте Мендосы, а в секции «Особый взгляд» – « Now Showing » Рая Мартина, который, по словам обозревателей « Cahiers du cinema », поразил зрителей. Филиппинскому кино посвящен ежемесячный обзор, новая рубрика кинокритика Бориса Нелепо, которому я уступаю микрофон.



Борис Нелепо: Глава издательства «Ад Маргинем» Александр Иванов в рассказе о Франкфуртской книжной ярмарке упоминает тенденцию нового регионализма - то есть интереса к малому, периферийному. Внимание к филиппинскому кино – отражение этой же, постоянно присутствующей в фестивальном кинематографе тенденции. Тем более, такой подъем на Филиппинах напоминает недавнюю тайскую волну. Филиппинских режиссеров отличают свежий взгляд, ощущение творческой свободы и незашоренность мышления. Это очень самобытное кино, привязанное к своей земле и своей истории. Кроме того, эти режиссеры ещё очень интересны своими экспериментами с устоявшейся киноформой, с жанром, с изображением.



Фильмы Диаса, прежде всего, привлекают к себе внимание из-за необычной продолжительности: редкая его работа длится меньше восьми часов. Это сделало его работы практически недоступными: их нельзя увидеть в кинотеатре, они не выходят на DVD . Мне, впрочем, не кажется справедливым говорить только о продолжительности его фильмов. Сам Диас закрыл этот вопрос после выхода своего первого фильма « Batang West Side », в котором он взломал устоявшиеся представления о хронометраже. Этот пятичасовой фильм стал самым длинным фильмом в истории филиппинского кинематографа, но впоследствии Диас побил свой рекорд практически вдвое.



Диктор: «Для многих это проблема. Серьёзная проблема и головная боль для многих на Филиппинах. Но это перестает быть проблемой, если мы вспомним, что существуют маленькие и большие картины, песенки и затянутые арии, рассказы и многотомные романы, хокку и «Илиада». Это должно положить конец спору».



Борис Нелепо: На фестивале в Торонто фильм Лав Диаса показывали в качестве инсталляции в Музее современного искусства. Музей кажется достаточно органичной площадкой для Диаса, выстраивающего живописные кадры, напоминающие масштабные полотна. Путь к нынешнему фестивальному признанию для Диаса был очень трудным и подчас драматичным. Свою «Эволюцию филиппинской семьи» он снимал в течение 11 лет, сменив 7 операторов и перейдя с 16 миллиметровой пленки на видео. Мне кажется, что его фильмы – ещё один аргумент в споре о легитимизации цифры (как, скажем, и фильмы португальца Педро Кошты), поскольку именно видео позволило Диасу воплощать своё эстетическое видение, не задумываясь о дороговизне съемочного процесса. « Batang West Side » вдохновил многих молодых кинокритиков и режиссеров. Вот, например, слова главного редактора кинопортала « Criticine » Алексиса А. Тиосеко – самого преданного, пожалуй, поклонника Диаса:



Диктор: «Я стал страстным защитником кинематографа Лав Диаса после того, как впервые увидел его пятичасовой « Batang West Side » на мировой премьере в рамках международного кинофестиваля в Маниле. « Batang West Side » не просто изменил мои представления о потенциале филиппинского кино и мой способ восприятия фильмов, но и стал тем фильмом, благодаря которому кинематограф стал для меня по-настоящему значим. Его воздействие на меня сравнимо с тем, как «Ночь и туман» повлияла на Данея: ошеломляющее проявление силы этого медиума. Долгие планы Диаса кажутся верными. Я смотрел « Batang West Side » трижды и 11-часовую «Эволюцию филиппинской семьи» четыре раза, и ритм каждого плана практически совершенен. Планы Диаса длятся достаточно долго, чтобы позволить мыслям бродить, а глазам изучать и странствовать; поглощая в равной степени все расщелины кадра, естественные звуки природы, запечатленные в нем, и личные рефлексии зрителей над связью кадра, стоящего перед их глазами, и предшествующей ему сцены. По моему опыту, эти планы обрываются ровно в тот момент, когда внимание зрителя уже готово рассеяться».



Борис Нелепо: Следуя примеру Диаса, молодой режиссер Рая Мартин снял на видео свой пятичасовой фильм « Now Showing », показанный в Канне. Гарри Тётл в блоге « Unspoken cinema » рассказывает о своих впечатлениях от просмотра:



Диктор: «Несомненно, это потрясающий фильм. Он сам по себе является трилогией, повествуя в псевдо-документальном стиле о жизни молодой девушки Риты, живущей в Маниле, в течение трех периодов. « Cahiers du cinema » любит этот фильм, поскольку он является лучшим доказательством их спорной теории «Неуловимого кино», которую никто не может объяснить. На деле, в фильме используются цифровые технологии для того, чтобы воспроизвести постановочный документальный фильм, где низкое качество изображения является свидетельством новейшей истории аудиовизуальной культуры, записанной на магнитном носителе. Мы способны ощутить, насколько видео иначе стареет, нежели целлулоид. И фильм показывает эстетический скачок от VHS к цифровому HD в семейных хрониках. С этой точки зрения, фильм превосходно отображает кризис идентичности изображения. Тем более, поскольку это искусственное воссоздание архивных материалов, фильм подвергает сомнению реальность телевизионного изображения, чем сейчас занимаются и многие другие современные режиссеры («Без цензуры», «Монстро», «Репортаж»…). Это именно та тема, которая завораживает редакцию « Cahiers du cinema » уже несколько лет».




Борис Нелепо: Рая Мартин примечателен тем, что все его фильмы сильно отличаются друг от друга, и он явно не собирается останавливаться. Обозреватели « Cahiers du cinema » взяли у Мартина интервью для своего фестивального блога:




Рая Мартин: Это странно, первоначально я планировал снять одну трилогию. Так « Indio Nacional » задумывался как первая часть трилогии, которая рассказывает об оккупации Филиппин испанцами, американцами и японцами, воссоздавая кинематограф каждого из этих периодов. Затем я снял « Autohystoria », которая могла хорошо уложиться в эту трилогию, но я только что представил вторую часть « Autohystoria » в Буэнос-Айресе – она называется « Possible Lovers » – соответственно, получается еще один цикл. И « Now Showing » – это совершенно новая трилогия, которая называется « Box Office ». Я всегда начинаю новые трилогии и не заканчиваю их.




Борис Нелепо: Первый игровой фильм Мартина, снятый им в 21 год – « A Short Film About the Indio Nacional » (или « The Prolonged Sorrow of the Filipinos ») в июле вышел во французский прокат, благодаря поддержке « Cahiers du cinema ». Первоначально фильму не удалось найти себе прокатчика, и журнал устроил собственный фестиваль наиболее полюбившихся редакции фильмов, которыми не заинтересовались дистрибьюторы. « Indio Nacional » по своей структуре немного напоминает фильмы Апичатпонга Веерасетакула. Он состоит из двух частей: в первой – снятой на видео – мужчина, который не может уснуть, рассказывает своей женщине притчу о Филиппинах. Вторая представляет собой немой черно-белый фильм, набор виньеток о революции 1896-го года.



Рецензия « Cahiers du cinema »: «Никто не знает, как режиссер так непринужденно придает своим черно-белым кадрам полную жизни невинность примитивного кино. Это не что-то вроде стилизации: имитация совершенна. Мартин не цитирует Шёстрёма или Гриффита: он оживляет их. Когда его спрашивают, зачем он вернулся к немому кино, режиссер обычно предлагает два ответа: во-первых, «новое – это хорошо забытое старое» – в эру, которой грозит амнезия, без перспектив и без будущего, художник находит свой материал в прошлом. Во-вторых, снять эти немые сцены революции 1986 года – это создать память, которая больше не существует, заполнить историческую брешь. Ничего не было сохранено в немом филиппинском кино; не существует никаких архивных кадров филиппинской истории ранее 30-х годов. Это грандиозная, но законная амбиция, Рая Мартина: изобрести через кинематограф память о борьбе филиппинского народа, написать историю своих людей».



(Звучит песня)



Борис Нелепо: Этой песней на черном фоне открывается фильм Мартина « Autohystorya ». Он тоже вдохновлен филиппинской историей, но это очень минималистичный и личный фильм. Режиссер обращается к убийству Андреса Бонифацио, одного из лидеров филиппинской революции. После 40-минутного немого тревеллинга, на экране появляется титр: «Прошлой ночью я читал об Андресе Бонифацио. Его убили вместе с Прокопио Бонифацио. Я написал сообщение своему брату, спросив, как у него дела. Не получив ответа, я вскоре заснул». Затем режиссер воссоздает сцену убийства в лесу братьев Бонифацио и снимает статичными планами природу. « Autohystorya » – очень многозначное, получается, название, его следует трактовать, по всей видимости, по аналогии с автобиографией. С одной стороны, историческое событие в интерпретации Мартина оказывается не сухой строчкой в учебнике, а живой и страшной историей, своё видение которой и излагает рассказчик. С другой, эта природа, этот лес, этот туман сами по себе, запечатленные на камеру, имеют свою историческую память, будто бы свидетельствуя о прошлом. Сложно удержаться от аналогии с последним совместным фильмом Штраубов «Европа 2005 – 17 октября», в котором режиссеры в течение десяти минут снимают улицу в Клиши-су-Буа, на которой погибли подростки, спасавшиеся от полиции.



Для Лав Диаса также важное значение играют политика и история. Редко какое его интервью обходится без обсуждения диктатуры Фердинандо Маркоса. Его фильм «Эволюция филиппинской семьи» рассказывает как раз о жизни двух семей в те годы. У Диаса свои – особые отношения – с пространством Филиппин. Так, например, достаточно простое повествование «Иеремии» дополняется э пическим корпусом, который складывается именно из рассказов, преданий, обрывочных воспоминаний, с помощью которых Диас воссоздает подлинную географию местности и наделяет её жизнью.



Неудивительно, что эти режиссеры вдохновляются и своим родным кинематографом. К сожалению, были утеряны многие работы 60-70-х годов, которые теперь начинают обрастать своей мифологией. Из более поздней классики два режиссера ценятся больше всего – это Ишмаэль Берналь и Лино Брока. Фильм Берналя «Манила ночью» принять считать одним из лучших фильмов, когда-либо снятых на Филиппинах. Мне с этим сложно согласиться, поскольку мне этот фильм, несмотря на свой статус, показался очень спорным, скорее локальным культом. Любопытно, что Рая Мартин и Адольфо Аликс только что закончили съемки фильма «Манила» – оммаж сразу двум фильма – «Манила ночью» и «Ягуар» Лино Броки. «Манила ночью» – очень традиционное кино, и потому тем интереснее его интерпретация Мартином – экспериментальным режиссером.


Конечно, наилучшее представление о филиппинском кинематографе в этом году смогли получить жители Парижа, в котором летом прошла большая ретроспектива, составленная из фильмов 8 режиссеров, по которым можно было судить о связи кинематографических поколений. Нам о таких фестивалях пока остается, к сожалению, только мечтать.


XS
SM
MD
LG