Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Будущий кабинет Барака Обамы принимает очертания. Министерства начинают передачу дел представителям администрации Обамы. Очередное рекордное падение на нью-йоркской бирже


Юрий Жигалкин: Ни много ни мало, «кабинет мечты» намерен сформировать Барак Обама, пригласив в свою администрацию наиболее ярких профессионалов, причем не ограничивая свой выбор рядами демократов. Подобная надпартийность явление не частое в Вашингтоне.



Ян Рунов: Чикагский конгрессмен Рам Эманюэл уже согласился возглавить кабинет. Обама предложил своему помощнику по избирательной кампании Роберту Диггсу стать пресс-секретарём Белого дома.


Бывший высокопоставленный сотрудник ЦРУ Роберт Баер на вопрос, кто может возглавить министерство обороны, ответил, что, по его мнению, лучше пока оставить на месте нынешнего министра Роберта Гейтса.



Роберт Баер: Боб Гейтс, да. Он эффективно расширил американские военное присутствие в Ираке, резко уменьшил там наши потери и потери мирного населения Ирака. Он выступил против нанесения военного удара по Ирану и был в этом абсолютно прав, потому что у нас слишком много работы в Афганистане, да и в Ираке. Он на многое смотрит так же, как Обама. Прежде всего это касается скорейшего вывода американских войск из Ирака. У Гейтса большой опыт, который послужит следующему президенту.



Ян Рунов: Если не Гейтс, то министром обороны может стать и генерал в отставке, бывший госсекретарь Колин Пауэлл.


Среди кандидатов на пост госсекретаря называют члена сенатского комитета по иностранным делам, бывшего кандидата в президенты Джона Керри (он владеет французским), и губернатора штата Нью-Мексико Билла Ричардсона (он говорит по-испански). Ричардсон был постоянным представителем США в ООН и занимал пост министра энергетики в правительстве Клинтона. Третьим в этом списке стоит Ричард Холбрук, бывший полномочный представитель США в ООН.


Среди кандидатов на важные посты - сразу два представителя семьи Кеннеди. Роберт Кеннеди-младший, нью-йоркский юрист, активист защиты окружающей среды, может возглавить федеральное агентство по защите среды. Кэролайн Кеннеди - единственной дочери президента Джона Кеннеди и активной участнице избирательной кампании Обамы - может быть предложена должность главы американского представительства в ООН.


Среди кандидатов на пост министра финансов - мультимиллиардер Уоррен Баффет, а также Лоренс Саммерс и Роберт Рубин. Но не исключено, что нынешний министр финансов Генри Полсон будет какое-то время продолжать исполнять свои обязанности.


Предполагается, что далеко не последнюю, хотя и теневую роль в работе администрации Обамы, будет играть новая первая леди Мишел Обама.



Юрий Жигалкин: За два с половиной месяца до официального вступления в должность нового президента представители администрации Барака Обамы начали вникать в курс дел в главных министерствах и ведомствах. Президент Буш, отдал распоряжение оказать им полную поддержку и открыть доступ ко всем необходимым досье.



Аллан Давыдов: Управление общих служб отвело под оперативный центр по передаче власти здание в центре Вашингтона, в котором размещены рабочие места с компьютерами для 500 человек. Переходным процессом руководит тройка из окружения Барака Обамы. Кроме общей координации работы небольших групп, направляемых в десятки госучреждений, эти трое должны представить Обаме предложения о кандидатурах руководителей федеральных ведомств.


Собрав в четверг членов своего кабинета, сотрудников Белого дома и сотни работников правительственных учреждений, Джордж Буш заверил, что передача власти демократам пройдет в обстановке дружелюбия и сотрудничества, и пообещал оказать любую помощь представителям Обамы, чтобы оперативнее ввести их в курс государственных дел.


Процесс в самом деле обещает быть непростым - уже хотя бы из-за наличия в каждом ведомстве массива информации, не предназначенной для посторонних глаз. Так, заместитель министра внутренней безопасности Элэйн Дюк еще до дня выборов разослала среди сотрудников меморандум с требованием в переходный период подчиняться указаниям только нынешнего руководства.


Специалисты, ранее участвовавшие в передаче дел одной администрации другой, говорят, что поначалу этот процесс может сопровождаться взаимной неловкостью и даже подозрительностью, но затем, как правило, лед тает, и люди плодотворно сотрудничают. Однако на этот раз скажется режим повышенной безопасности в правительственных учреждениях, поддерживаемый в условиях террористической угрозы. Поэтому нескольким десяткам представителей Барака Обамы, принимающим дела, пришлось пройти процедуру оформления допуска к секретным материалам.


Проблемы, связанные с переходом власти от одного президента к другому комментирует в историческом контексте Дуглас Бринкли, профессор Университета Райса в Хьюстоне.



Дуглас Бринкли: Многие сравнивают нынешний экономический кризис с Великой депрессией, из которой страну вытаскивал Франклин Рузвельт после того, как стал президентом в ноябре 1932 года. Тогда инаугурация состоялась в марте 1933-го, соответственно затянулся переходный период. Сейчас все должно завершиться до 20 января. Экономический хаос, продолжающееся падение фондового рынка, ведение двух войн, присутствие угрозы терроризма сошлись сегодня для Соединенных Штатов в одной точке. Поэтому все действия Обамы с этого дня фактически выглядят как действия президента. В США вступление во власть каждого нового главы государства всегда выглядело по-разному. Для Билла Клинтона в 1992 году оно сопровождалось множеством неудач. Работая над назначениями министров, Клинтон не успевал сформировать штат сотрудников Белого дома. Напротив, очень гладко прошла передача власти в 1960 году от республиканца Эйзенхауэра к демократу Кеннеди. Оба - участники Второй мировой войны. Легендарный генерал и лейтенант безболезненно решили все вопросы и изумительно смотрелись на инаугурации.



Аллан Давыдов: В понедельник уходящий и новоизбранный президент и их супруги встретятся в Белом доме. Джордж Буш и Барак Обама обсудят в Овальном кабинете все вопросы переходного периода, в то время как нынешняя и будущая первые леди - Лора и Мишел - совершат обзорный тур по Белому дому.



Юрий Жигалкин: Экономические новости доминировали в информационном потоке в четверг.


Новоизбранный президент Барак Обама встречается в пятницу со своими экономическими советниками, в то время как статические данные свидетельствуют об усугубляющейся рецессии. Голосование за Барака Обаму было для многих американцев способом выражения негодования относительно ухудшающейся экономической ситуации, от него ждут многого. Обама намерен привлечь в качестве советников лучшие мозги. Среди его экономических советников легендарный инвестор Уоррен Баффет, легендарный бывший глава федеральной резервной системы Пол Уолкер, и уважаемый многими бывший министр финансов Ларри Саммерс. Плюс к услугам Обамы целый ряд американских нобелевских лауреатов в области экономики. Но, как соглашаются многие эксперты, внятной программы преодоления кризиса пока не предложил никто.


Руководители крупнейших автомобильных концернов воззвали в четверг к руководителям конгресса, предупредив, что американские автопроизводители могут погибнуть, если им не дадут новый заем в 25 миллиардов долларов в дополнение к уже существующему 25-миллирдному кредиту. Главы трех крупнейших автоконцернов начали лоббирование конгресса после того, как администрация Джорджа Буша отвергла их просьбу о выдаче займа для финансирования слияния "Дженерал Моторс" и "Крайслера".


Курсы акций рухнули в четверг на Нью-йоркской бирже в среднем на пять процентов. В статистические анналы был внесен очередной рекорд: это было крупнейшее за два послевыборных дня падение акций. Инвесторы, казалось, почувствовашие в предвыборные дни оптимизм, вновь дали волю страхам. Если в этом нечто более серьезное, чем перепады настроения? Вопрос профессору Михаилу Бернштаму, сотруднику Гуверовского института.



Михаил Бернштам: Весь мир, не только Соединенные Штаты, но весь западный мир находится в состоянии глубокой рецессии. По прогнозам Международного валютного фонда, все крупные развитые страны - Соединенные Штаты, Великобритания, еврозона и Япония, все будут иметь рецессию от одного до двух процентов в год. Уже никто не сомневается, что это самая глубокая рецессия после Великой депрессии, и она по масштабам будет крупнее, чем предыдущая глубокая рецессия 1981-1982 годов.



Юрий Жигалкин: Следует ли из этого, что надежды на подъем курсов акций, которые ждут и американские, и российские инвесторы, скажем так, наивны, что вектор движения рынков все-таки указывает вниз?



Михаил Бернштам: Скорее всего так, потому что традиционно фондовые биржи предсказывают состояние экономики, то есть прибыльность предприятий на будущие 6-12 месяцев, потому что ценность акций зависит от тех дивидендов и от той реальной ценности, которые эти акции имеют, отражая то, что производят предприятия. Если прибыль падает, если предприятия сокращают производство, естественно, падают их акции, а из этих акций и состоит в совокупности фондовая биржа.



Юрий Жигалкин: Профессор, а если учесть тот факт, что рынки все-таки уже вернулись к своему состоянию, к своему уровню пяти, а то и десятилетней давности, он не играет никакой роли?



Михаил Бернштам: Общий уровень может упасть очень низко. Приведу вам пример Японии: Nikkei, то есть индекс японских фондовых бирж, сейчас находится на уровне 1982 года, то есть уровня глубокой рецессии того времени. То есть рынок может падать очень глубоко в зависимости от текущих ожиданий.



Юрий Жигалкин: Насколько, как вы считаете, обоснованны заверения российских властей о том, что России удастся уберечься от глобального кризиса?



Михаил Бернштам: Очень важно иметь в виду следующее. Цены на нефть упали с пика 147 долларов за баррель до 61 доллара за баррель и будут, по-видимому, падать дальше. Поэтому все российские долги гораздо труднее выплачивать. Резервы Центрального банка, которые в значительной степени формировались от продажи экспортной выручки, упали с 600 миллиардов долларов до 484 миллиардов долларов за последние 2-2,5 месяца, то есть упали ровно на 20 процентов. Такого огромного падения не было, и его даже никто толком не предсказывал. Самое главное, российским предприятиям и банкам очень трудно будет выплачивать долги западным банкам. Поэтому на России финансовый кризис отразится очень сильно, и это приведет к замедлению экономического роста.



Юрий Жигалкин: То есть вы считаете, что тех запасов валюты, которые Россия накопила, сотен миллиардов долларов, не хватит, чтобы благополучно пережить этот кризис?



Михаил Бернштам: Все зависит от того, какова позиция правительства в отношении частных долгов, долгов предприятий и банков. Сейчас совокупные внешние долги российского правительства (они небольшие) и банков и предприятий примерно сравнялись с объемом резервов Центрального банка. Это единственное, за счет чего Россия может платить свои долги, если правительство решит помочь крупным предприятиям, которые набрали долги, расплатиться с международными долгами. Если нет, тогда они все обанкротятся.



Юрий Жигалкин: Но, отдавая свои запасы валюты, не рискует ли правительство оказаться в банкротах?



Михаил Бернштам: Потенциально появляется угроза, что из-за этого может произойти крупная девальвация рубля, потому что тогда правительство настолько уронит рубль в условиях резкого снижения резервов Центрального банка, чтобы небольшие резервы могли поддерживать рублевую денежную массу. То есть банкротства правительства не будет, внешние долги правительства небольшие, но будет резкое падение рубля, подорожание импорта, усиление инфляции, то есть последствия весьма и весьма отрицательные даже без банкротства правительства.


XS
SM
MD
LG