Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что представляет собой новое руководство Ингушетии


Ирина Лагунина: Во вторник новый президент Ингушетии Юнус-Бек Евкуров встретился с лидерами ингушской оппозиции и пообещал бороться с похищениями людей в республике и наказать коррумпированных чиновников. Как мы уже отмечали в этой программе, люди в республике встретили новое руководство с радостью, но лишь потому, что они радовались отставке бывшего президента. О новом мало что известно. Неплохо знает Евкурова главный редактор сайта «Ингушетия.орг» Роза Мальсагова. Сейчас Роза живет во Франции, где получила политическое убежище. С Розой Мальсаговой беседовал мой коллега Андрей Бабицкий.



Андрей Бабицкий: Роза, оппозиция восторженно приняла приход нового президента, однако уже многие высказывают опасения, что будучи военным человеком, будучи офицером спецназа ГРУ, он будет использовать очень жесткий стиль руководства. Вы, я читал ваши размышления на эту тему, тоже достаточно позитивно оцениваете фигуру нового президента республики. У вас есть какие-то личные впечатления или вы полагаете, что любой человек на этом месте лучше, нежели Мурат Зязиков?



Роза Мальсагова: Аналитики предполагали, что любой вариант смещения Зязикова сегодня устроит республику, устроит Кремль. Наконец-таки это произошло. Что называется, лучше поздно, чем никогда. Говорить сегодня о каких-либо восторгах, мне кажется, было бы вообще просто недопустимо. Важно то, что есть надежда, и очень большая, что с приходом Евкурова остановится кровь, которая лилась в республике. Я лично знаю Евкурова, и наверное, мое приятие новой кандидатуры: самая лучшая из тех, которые вообще прогнозировались. Мне доводилось с ним встречаться, это было время, когда ему вручили Героя России, и он прилетел в Ингушетию для того, чтобы сделать презентацию. После этого мы встречались несколько раз, общались с ним. Вы знаете, мне кажется, что человек, который в 40 лет тогда еще не разучился краснеть, человек безумно скромный – уже эти показатели очень много значат для такой персоны.



Андрей Бабицкий: Тем не менее, все-таки у него нет никакого политического опыта, он никогда не был публичной фигурой. А мы знаем, как складывается порядок, скажем так, армейский, - это когда начальник не обсуждает приказы, которые спускают сверху, и ждет такой же жесткой исполнительской дисциплины от своих подчиненных. Не будет ли этот армейский стиль, на ваш взгляд, перенесен в область управления республикой?



Роза Мальсагова: С другой стороны, это просто замечательно! У нас есть показательный опыт Аушева, боевого офицера, точно так же военного, и при всем притом он сумел защитить республику, он сумел предотвратить хаос. И где-то опыт военного приемлем сегодня для Ингушетии. Другое дело, мне кажется, что самое главное и основная задача, первостепенная задача сегодня Евкурова – это собрать самую настоящую команду управленцев – людей, свободных от коррумпированности. Потому что если останется тот прежний состав кабинета министров, то можно просто поставить крест на каких-то позитивных изменениях сегодня в республике.



Андрей Бабицкий: Но вы считаете, что коррумпированность – это основная болезнь ингушского общества? Все-таки есть и другие проблемы, не менее существенные, а то, может быть, и более. Скажем, отсутствие какой-то свободной площадки для обсуждения того, что происходит, отсутствие всякого контроля со стороны общества за действиями властей. То есть у оппозиции, у людей, которые хотели бы как-то корректировать действия власти, нет никакой возможности это делать.



Роза Мальсагова: Андрей, откуда же все это шло? Это ведь шло, понимаете, лично от той команды, которую собрал вокруг себя Зязиков. Вернемся к анализу 90-х годов, времен Аушева, когда существовал на телевидении «Пятый угол», когда были передачи, где просто-напросто и того же самого Аушева, и всех его министров просто журналисты загоняли в прямом смысле этого слова в угол, задавали очень серьезные вопросы, которые заставляли их краснеть и дергаться на экране. Но при всем при этом они отвечали, и они отвечали за свои слова. Сегодня, когда ни одно средство государственной информации, правительственной, СМИ республики не смеют что-либо сказать, когда администрация президента – это в мою пору, я лично это прошла – просматривала каждый кадр и давали указание «вот это вырезать, вот это вырезать», - это все шло от команды Зязикова. Просто хочется надеяться, что Евкуров избежит всего этого.



Андрей Бабицкий: Как раз вы ссылаетесь на опыт Руслана Аушева, но давайте вспомним, что он пришел из политики. Он пришел из Межрегиональной депутатской группы, то есть первого сообщества демократических политиков еще советских времен. И у него было какое-то представление о том, что из себя представляет дискуссия как таковая, что такое оппозиция. Понятно, что у армейского генерала подобных представлений не то что бы быть не может, но, по крайней мере, если они у него и есть, то носят очень абстрактный характер.



Роза Мальсагова: Я понимаю все опасения, о которых вы говорите. И вот поэтому я просто уверена, еще раз повторяю, что самая главная задача сегодня Евкурова – собрать команду. Вот если наберутся грамотные, во-первых, экономисты, политологи, советники…



Андрей Бабицкий: Роза, а такие люди есть, вы считаете, в республике?



Роза Мальсагова: Безусловно, есть, и не только в республике. Они уехали. Очень многие уехали из республики, потому что невозможно было в этой ситуации находиться, работать, делать бизнес какой-то.



Андрей Бабицкий: Давайте, может быть, пару слов скажем о первых шагах Евкурова. Он встречается с народом, он идет в мечеть, он едет к родителям Евлоева, чтобы выразить соболезнования. Он встречается с представителями оппозиции. То есть он делает ровно то, чего себе никогда не позволял делать Мурат Зязиков.



Роза Мальсагова: Я опять просто убеждена, что это личные качества какие-то Евкурова, и ничего больше. Потому что когда я с ним встречалась, когда он считал нужным, ко мне, просто главному режиссеру театра, приходить, общаться, разговаривать, Герой России, военный, у которого все по приезду было расписано по минутам, когда он мне звонил из Москвы, - это его внутренний мир, это его ощущение людей кругом. И в этом, я просто убеждена, не было какой-либо демонстративности или вызова Зязикову. Это была личная позиция, это личное понимание проблем, которые сегодня существуют. Ведь то, что он поехал к родителям Магомеда, это вопрос опять внутренней для начала, давайте так, просто ингушской культуры, а потом уже человеческой позиции. Трагедия, которая сегодня разыгралась с Магомедом, она приблизила конец Зязикова. И сегодня эта проблема, если она не разрешится, если не будут наказаны преступники, убийцы, Евкуров, я думаю, и как военный, и как человек, прекрасно понимает, что дальше может эта кровавая игра продолжаться.



Андрей Бабицкий: Мне приходилось в эти дни читать предположения о том, что Кремль выбрал для Ингушетии чеченский вариант. Вот вы, зная Евкурова, представляете его себе в роли ингушского Кадырова?



Роза Мальсагова: Нет, конечно! Никогда и ни в коем случае. Здесь есть внутренний интеллект, здесь есть образованность, здесь есть понимание национальных каких-то конфликтов и дел. Он никогда не станет деспотом, он никогда не станет тираном и притеснять свой собственный народ, я в этом просто глубоко уверена.



Андрей Бабицкий: Номинальный владелец сайта сложил с себя полномочия, объявив, что оппозиция добилась поставленных целей, отставки Зязикова, и с надеждой смотрит в будущее. Сейчас, насколько я понимаю, полномочия переходят к вам по полному управлению сайтом. Сайт был оппозиционным. Сейчас он становится каким-то иным, то есть вы будете не критиковать нынешние власти, а наоборот, пытаться помочь им?



Роза Мальсагова: Сайт, независимо от нас, независимо от Магомеда, стал оппозиционным только потому, что в республике творилось беззаконие. Мы вообще позиционируем себя как информационный сайт: что происходит в республике. Тысячи наших соотечественников, в том числе и я, находимся по тем или иным причинам за рубежом, и людям очень важно знать, что вообще происходит в республике, чем живет и дышит она. Сама власть вынудила нас встать в жесточайшую оппозицию. Я не знаю, сложно очень брать на себя такую ответственность и говорить, что мы сыграли огромную роль… Вот мне пишут и говорят: «Спасибо вам». Мы не пытались играть в какие-то игры, это была самая главная задача. Да, у нас существуют свои проблемы, но давайте начнем с того, что на сайте нет и не было ни одного профессионального журналиста. Мы – люди, по тем или иным причинам опять пришедшие на работу… Это и работой нельзя назвать. Работа – это когда получаешь деньги, когда отрабатываешь от девяти до пяти. А тут, когда сутками, не сходя, сидишь за компьютером, получаешь информацию от таких же людей, которые просто-напросто на улице увидев расстрелянную группу, набирают телефон, звонят и говорят: «Вот это здесь происходит». Безусловно, мы будем пытаться помогать Евкурову, мы будем рядом с ним. Если надо и будут проблемы, мы будем об этом говорить.



Андрей Бабицкий: Вы уехали из республики, которой руководил Мурат Зязиков, поскольку люди, работавшие на сайте, подвергались преследованиям. Сегодня вы считаете, что ситуация изменялась к лучшему. Не думаете ли вы от том, что через некоторое время вы сможете вернуться домой?



Роза Мальсагова: Лично мне, Мальсаговой, Зязиков ничего не сделал. Мы общались с ним, мы здоровались, мы очень мило беседовали в ту пору, когда я была в Ингушетии. Другое дело, что я была категорически не согласна с той политикой, которую он проводит. И проблема сейчас больше связана не с персоной Зязикова, а с правоохранительными органами. Если есть гарантия, что я могу вернуться в республику, и меня не будут преследовать Федеральная служба безопасности, правоохранительные органы, если будут сняты уголовные дела, и я буду иметь возможность продолжать свою работу, тогда, безусловно. Я не европейский человек. Моя родина там, мои родные там, и я должна быть дома.


XS
SM
MD
LG