Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Истории Запада и Востока. Почему датчане любят секонд-хэнд?


Программу ведет Сергей Тарасов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Копенгагене Сергей Джанян.



Сергей Тарасов: Скандинавское королевство Дания давно входит в группу богатейших государств мира. Датчане, как и другие представители протестантской культуры, славятся бережливостью и разумным отношением к материальным благам. При этом, что немаловажно, в скандинавском менталитете бережливость и благотворительность, щедрость - отнюдь не взаимоисключающие понятия.


О том, как распоряжаются в Дании отслужившими своё вещами, - беседа нашего скандинавского корреспондента Сергея Джаняна с сотрудницей датской благотворительной организации «Помощь народной церкви» Люкке Хансен.



Сергей Джанян: По уровню жизни своих граждан Дания не первый год входит в десятку ведущих стран мира. Как же получается так, что торговля вещами «секонд-хэнд» не теряет здесь популярности?



Люкке Хансен: Сама по себе идея дать старой вещи нового хозяина, разумеется, не нова. Однако в 1960-1970 годы прошлого века мы все были так увлечены индустриальным развитием и ростом нашего благосостояния, что исповедовали принцип «купи и выброси», как нечто, само собой разумеющееся. Всё изменилось во времена нефтяного кризиса, когда в Дании появились магазины, где за весьма скромную плату можно было купить подержанную, но нужную в хозяйстве вещь.


Первый такой магазин (в Дании они называются genbrugsbutik ) был открыт в 1972 году в городе Орхус добровольцами из неправительственной гуманитарной организации «Помощь народной церкви» - собранные средства направлялись беднякам и обездоленным в странах третьего мира. Инициатором же благотворительной торговли был приходской священник Херлуф Андерсен, вдохновившейся этой идеей во время своего обучения в Англии. С тех пор за 36 лет работы бутики «секонд-хэнд» принесли доход, исчисляемый десятками миллионов - так например, в прошлом году чистая прибыль наших магазинов после покрытия расходов на администрацию и аренду помещений составила более 3 миллионов долларов.



Сергей Джанян: Из чего же складываются такие деньги?



Люкке Хансен: Скандинавское общество - это общество потребления, и датчане в этом смысле не являются исключением. Сказанное особенно верно в отношении личных вещей и обуви - ежегодно среднестатистический датчанин покупает до 13 килограммов одежды - при этом мы часто приобретаем новую вещь, совершенно не износив старой.


А ведь всё это может пригодиться кому-то ещё - поэтому и размещены по всей стране тысячи специальных контейнеров, куда можно сдавать ненужную одежду, обувь, детские игрушки и множество других полезных вещей, которые появятся потом на прилавках 800 датских магазинов «секонд-хэнд».


Большая часть пожертвований поступает в пригодном состоянии, однако бывает и так, что замасленная ветошь, брошенная по невнимательности в контейнер с одеждой, испортит кучу хороших вещей. Поэтому в пунктах сбора действует два главных правила - «не складывать вместе предметы, которые потом нельзя будет разделить» и «не разделять предметы, которые другие потом не смогут собрать». Благодаря этим нехитрым принципам, пожертвованные вещи пригодятся другим людям, или, как минимум, станут сырьём для изготовления новых вещей.



Сергей Джанян: Как отбирают товар для магазинов «секонд-хэнд»?



Люкке Хансен: В крупных благотворительных организациях всё собранное поступает в сортировочный центр, где отбирают вещи, пригодные для использования. Так, например, одной только поношенной одежды за год в Дании набирается 30 тысяч тонн - после чего примерно 15% собранного реализуется через бутики «секонд-хэнд», до 70% экспортируется в страны третьего мира, а остальное уходит в утиль. Непригодная для носки одежда проходит тщательный отбор: отделяются все металлические и пластмассовые детали, остальное же сортируют по типу ткани для дальнейшей переработки.


Наш магазин - один из 92 бутиков сети гуманитарной организации «Помощь народной церкви». Организация старается экономить на перевозках и системе центрального складирования - а это значит, что вещи дарители приносят к нам в магазин сами. Помимо одежды, сюда поступает всё, что угодно - от мебели и предметов домашней утвари до коллекций виниловых пластинок и компьютеров. Пожертвования идут к нам и от отдельных граждан, и от организаций - а ещё на реализацию мы выставляем имущество умерших людей, не оставивших наследников - такое бывает нередко.



Сергей Джанян: Как оценивается выставляемый на продажу «секонд-хэнд»?



Люкке Хансен: Обычно вещи оценивают ещё в сортировочных пунктах. Но поскольку централизованной системы хранилищ у нас нет, работники магазинов назначают цену сами. Каких-то твёрдых правил не существует: стоимость вещи определяет её внешний вид и полезность, ну и ещё мы руководствуемся здравым смыслом, прикидывая на глаз, сколько нам самим было б не жалко за неё отдать. А ещё на цену сильно влияет то, в каком регионе страны или части города расположен магазин - в оживлённых местах торговля идёт побойчее..



Сергей Джанян: Ну, а если вещь всё-таки продать не удаётся?



Люкке Хансен: Мы поступаем так же, как и в обычных магазинах, - объявляем уценку, или неделю распродаж. Если вещь, на наш взгляд, особенно ценная, можем передать её на реализацию в другие магазины сети. Ну, а если и это не помогает, то тут ничего не поделаешь - товар отправляют на свалку.



Сергей Джанян: Кто же занимается всем этим хозяйством?



Люкке Хансен: В магазинах «секонд-хэнд» работают, как правило, пенсионеры и люди с проблемным здоровьем. Так, к нашему магазину на постоянной основе приписано 20-25 человек, в основном дамы в возрасте: самой молодой из них 66 лет, самой старшей - 87. Ещё несколько добровольцев стоят сейчас в листе ожидания. Сама я получаю пенсию по инвалидности и не могу быть занятой полный рабочий день, но вот уже несколько лет управляю нашим бутиком. В мои обязанности, помимо прочего, входит обеспечение его бесперебойной работы - обзванивать добровольцев для дежурств, ну, а если кто-то заболел или уходит, то срочно найти ему замену.


Работа у нас не оплачивается - всё строится исключительно на добровольных началах. Почему же тогда люди приходят? Думаю, потому, что в датской ментальности сильно развито чувство солидарности - есть даже пословица: « Нельзя жить хорошо, когда нашему соседу живётся плохо». Разумеется, бывают такие, кто заглядывает к нам просто от скуки - но абсолютное большинство волонтёров искренне желают помочь людям в других странах мира. Не у всех находятся на это средства - но ведь можно принести пользу, потратив несколько часов своего времени в день на благое дело. Тем более, что, по датским понятиям, надо быть в некоторой степени идеалистом, чтобы работать, не получая за это денег, - говорит сотрудница датской благотворительной организации «Помощь народной церкви» Люкке Хансен.


XS
SM
MD
LG